Удивительные истории об искусственном интеллекте

Артур едва заметно кивнул, мысленно отметив: требования к физическому разделению потоков данных соблюдены, все строго по инструкции. Информационная безопасность превыше всего. По крайней мере, за все время существования сети Gustamo – а это уже более десяти лет – ни одного случая взлома не зафиксировано.

Он перевел взгляд. Дальше, в глубине залива, виднелся остров, густо заросший кленовым лесом. Длинный, вытянутый, частично скрытый за скалами. От дальнего края смотровой площадки к острову протянулась канатная дорога с кабинкой. Это одна из фирменных услуг в отелях сети Gustamo – нечто вроде комфортабельного лифта, легко и быстро доставляющего гостей к местным достопримечательностям.

Уже сейчас, в начале сентября, в оттенках листвы начинают проявляться разноцветные всполохи. А через две-три недели осень окончательно вступит в свои права, и яркие красно-желтые кленовые листья на некоторое время раскрасят остров в фантастические цвета.

От неожиданно нахлынувших воспоминаний об острове – совсем другом, но тоже огненно-красном – заныл шрам на щеке. И крупной наждачкой что-то прошлось по сердцу. Вновь передернув плечами, Артур устремился обратно в отель. К лифту. В номер.

* * *

Хийси, как и любой другой Управляющий, верно истолковал показания сотен скрытых датчиков, анализирующих физическое и психо-эмоциональное состояние гостя. Артур действительно не хотел никого видеть, а особенно – спускаться в ресторан, заполненный гомонящей толпой.

– Ужин доставлен! – сообщил Хийси, когда робот-курьер сгрузил возле двери картонную коробку, заполненную аккуратными контейнерами – салат, картошка фри, наггетсы и соус. Плюс морс в фирменном стакане с эмблемой отеля и одинокая оранжевая капсула в блистере.

Наскоро перекусив, Артур задумался. Гидромассажная ванна и обезболивающее – это, конечно, было распознано абсолютно правильно. Несомненно, этого жаждало его тело. Вот только…

Артур скрипнул зубами. Раздавил зажатую в пальцах капсулу, швырнул в мусорное ведро. Скинул одежду, залез под ледяной душ. Затем – под горячий. И снова под ледяной. Стуча зубами, прохрипел: «Так тебе и надо, ублюдок!»

Завернулся в халат и, прихрамывая, начал расхаживать по номеру. Размышлять! Работать! Работа прежде всего. И помогает отвлечься от ненужных воспоминаний.

Итак, дано: Илья Кротов, сорок пять лет. Третья степень ожирения, вторая стадия алкоголизма, гипертония. Планировал провести в отеле недельку-другую вместе с новой любовницей, но еще по дороге устроил скандал и разбил девушке нос. Она сразу вернулась обратно, тем же транспортом. А Кротов менять планы не стал и ударился в бурный отдых. Жрал и пил, как не в себя. Много спал. Много времени проводил в Спа-зоне. Пытался приставать к женщинам.

Тем не менее до драки или, того хуже, кровопролития дело дойти не успело. Во многом благодаря усилиям Хийси. Впрочем, это стандартное поведение Управляющего – разводить потенциально конфликтных гостей по разным этажам и ярусам.

А на следующий день Илья Кротов умер. Не выдержало сердце во время посещения сауны. По заключению медиков – инфаркт миокарда. Со стороны полиции вопросов не возникло – провели дежурную проверку, поговорили с парой свидетелей из числа гостей и на этом закончили.

Все тихо и ровно. Но только почему какая-то неуловимая мысль порхает совсем рядом? Что это – интуиция? Подсознание? Неужели Артур что-то упустил? Или жестокие воспоминания привычно рвут душу?

– Хийси, кто-нибудь из персонала жаловался на поведение Ильи Кротова? – спросил Артур, останавливаясь.

– Да, девять человек. Перечисляю в алфавитном порядке: Антонов Ян, официант. Баранова Динара, горничная. Блинова…

– Стоп! – перебил его Артур. – А кто-нибудь из этих людей после жалобы пересекался с Кротовым снова?

– Нет, никто. В одном случае сотрудник ушел в плановый отпуск. В семи случаях после обработки жалобы я направлял сотрудников на выполнение задач, исключающих…

– Я понял, смолкни.

Артур снова принялся вышагивать по шершавому ковролину, припадая на правую ногу. Задумчиво подвигал нижней челюстью. Поинтересовался:

– Еще вопрос, Хийси! Считаешь ли ты обстоятельства смерти Ильи Кротова странными?

– Нет, не считаю.

Колено уже горело огнем. Еще немного – и перестанет слушаться. Рухнув на кровать, Артур притянул к себе рюкзак. Дрожащей рукой дотянулся до бокового кармана, достал небольшой флакончик.

– Хийси, режим приватности! Восемь часов не беспокоить!

Вытряхнул на ладонь сразу две маленькие таблетки, закинул под язык. И облегченно закрыл глаза, проваливаясь в черный сон без боли. И без сновидений.

* * *

На улице сверкал прохладный, но яркий осенний день с бездонным небом и чистым воздухом, которым хочется дышать и невозможно надышаться.

Пожалуй, в такую погоду хорошо отдыхать в одном из открытых бассейнов на верхних ярусах Спа-центра.

Но вместо этого Артуру предстоит сделать то, ради чего он сюда прибыл, а именно – спуститься в подвал, где располагается серверная. Работа прежде всего.

Доехав на лифте до первого этажа, Артур направился к стойке администратора. Деликатно подождал, пока стоящая за ней Лейла объяснит немолодой уже парочке, как добраться до озера Раккаус – по древней легенде, оно может исполнить любовные желания.

В ожидании он снова разглядывал Лейлу. Миниатюрная, бледная. Утонченная. Под глазами залегли тени. Чуть сильнее, чем вчера, проступили морщинки. Видно, что устала к концу дежурства. Интересно, в котором часу она сменяется? В полдень?

Где-то рядом, за стеной, еле слышно раздавался хрипловатый бас, а в ответ звенел детский смех. Похоже, маленькая Тинка смотрит мультики.

– Вы что-то хотели? – устало улыбнулась Лейла. – Как проходит инспекция?

– Ожидаемо никак, – хмуро бросил Артур. Почему-то он думал, что Лейла обратится к нему по имени. – Я направляюсь в серверную. Поставьте метку.

– Ах, да-да! Сейчас!

Лейла снова слегка покраснела, выскользнула со своего места и скрылась за дверью комнаты отдыха. Оттуда раздался ее приглушенный голос:

– Тинка, а ну быстро карточку сюда!

– Ну мам!

Когда Лейла прикладывала карточку к считывателю, Артур незаметно скосил глаза и сделал два вывода. Во-первых, он узнал ее фамилию – Гурцкая. Теперь можно будет просмотреть досье, не делая лишних поисковых запросов. Во-вторых, неожиданно для себя он подумал, что хочет сжать в ладонях эти тонкие, хрупкие и наверняка холодные пальчики.

Раздался короткий писк. Доброжелательный голос Хийси сообщил:

– Считыватель доступа в серверную активирован.

Вот так. Информационная безопасность – это разделение не только потоков данных, но и ответственности сотрудников. Сначала администратор подтверждает полномочия прибывшего специалиста, и лишь после этого специалист получает возможность пройти авторизацию.

* * *

Хийси предусмотрительно включил усиленную вентиляцию, поэтому, вопреки опасениям, дышалось в серверной легко.

Массивные двери закрылись. Артур огляделся. Стандартное помещение, отделанное белой плиткой, блокирующей электромагнитное излучение. Заземляющая шина по периметру. Центральный сервер. Коммутатор. Восемь железных шкафов для хранения воспоминаний Управляющего – всех параметров и показаний разнообразных датчиков, непрерывным потоком стекающихся сюда со всего отеля.

Далее пакеты с этими данными шифруются и записываются в хранилища, причем возможность их считывания заблокирована на аппаратном уровне. Даже если злоумышленнику удастся проникнуть в серверную, он все равно не сможет получить доступ к воспоминаниям.

С легким щелчком Артур вставил в специальный разъем модуль считывания. Телефон в кармане завибрировал, подтверждая установку соединения. Вот теперь доступ к хранилищу был открыт.

– Хийси, сделай подборку – два последних часа жизни Ильи Кротова. Сохрани в моем телефоне.

Потянулись секунды, затем минуты ожидания, пока нужные пакеты будут найдены и расшифрованы. Получив первые данные – многомерные таблицы и записи с камер, – Артур быстро пролистал их. На экране мелькало одутловатое, отечное лицо Кротова. Вот он лежит в джакузи. Рядом – бутылка из-под виски. Вот жестом подзывает официанта, что-то презрительно произносит. Вот он входит в сауну. Глаза навыкате, лицо покраснело. Управляющему даже понадобилось провести дополнительную идентификацию: «Вас зовут Илья Кротов и вам сорок пять лет?» А вот рядом с обрюзгшим, неподвижно лежащим на полоке телом суетятся медики.

Собственно говоря, это все. Работа сделана. Нужные файлы сохранены.

– Хийси, – попросил Артур, довольно вытягиваясь в кресле, – выведи мне главную камеру наблюдения за стойкой администратора.

Вспыхнул настенный экран. Подперев голову рукой, изящная брюнетка пролистывает на мониторе документы с новыми заявками на бронирование. Над ней надпись «Лейла Гурцкая» и пиктограмма в форме белого ромбика, обозначающая персонал высшего звена управления. Рядом – таблица с сотней быстро меняющихся параметров: оценка мимики, температуры, потоотделения, движения зрачков и т. д.

К стойке подходит девочка:

– Мам, давай поиграем.

– Не сейчас, Тинка. Я совсем устала…

– Мам, – нахмурив тонкие бровки, точь-в-точь как это делает Лейла, девочка требовательно протягивает ладошку, – тогда дай карточку!

Вздохнув, Лейла отдает дочери свою карточку доступа. Спустя пару секунд из комнаты отдыха раздается короткий писк, подтверждающий идентификацию, и тонкий детский голос произносит:

– Расскажи мне сказку, рыцарь!

В ответ звучит хрипловатый бас:

– У меня по-прежнему нет новых сказок, моя принцесса.

– Ну, тогда я тебе расскажу. Слушай!

Лейла вздыхает, заправляет за ухо непослушную прядь волос. Артур снова подумал, что она удивительно красива.

– Хийси, новая задача. Скинь-ка мне на расшифровку десять последних записей дежурства администратора Лейлы Гурцкой. Случайная выборка продолжительностью три минуты. Предпочтительный критерий: эмоциональный всплеск.

Да, Лейла очень красива. Даже сейчас, в конце суточного дежурства, в трансляции с технической камеры. А еще Артур подумал, что с этой женщиной он мог бы… Мог бы забыть все и быть счастлив.

Передернув плечами, словно испугавшись собственных мыслей, Артур жестко приказал:

– Хийси, общий вид с камер! Блондинку мне какую-нибудь, из Спа-зоны! И рыжую! Всех давай!

На экране возникла сетка – больше сотни изображений с различных камер. Мужчины, женщины, дети. Кто-то лежит, кто-то разговаривает, кто-то читает. Рядом с каждым человеком – имя и цветной ромбик. Официанты и горничные – синего цвета. Гости – зеленого. Пара человек – тревожно-желтого. Это значит, что они чувствуют дискомфорт, но Хийси уже работает над улучшением ситуации.

Артур вздрогнул. По коридору верхнего яруса Спа-центра двигался патлатый мужчина в потертой ветровке, не обозначенный вообще никак. Ни имени, ни пиктограммы. Словно Хийси его не видит. Прокравшись мимо сауны, где умер Кротов, мужчина повернул за угол и устремился к лестнице, ведущей наверх, на смотровую площадку.

Артур вскочил с места:

– Хийси, запись всех коридоров верхнего яруса – мне в телефон на расшифровку! Все, конец авторизации!

Выбежав из серверной, Артур бросился к лифту, припадая на больную ногу. Поднялся на крышу.

В глаза ударило яркое солнце. Ветер растрепал волосы. Артур прищурился, огляделся. Никого.

С тихим поскрипыванием на место вернулась кабинка канатной дороги, соединяющей смотровую площадку с островом. Артур бросился к ней, рывком распахнул дверцу. Внутри пусто. Не раздумывая, он вдавил единственную кнопку на панели управления.

Вновь раздалось тихое поскрипывание. Кабинка послушно устремилась вниз, слегка покачиваясь из-за налетевшего сбоку ветра. Впрочем, вскоре на некоторое время звуки исчезли, поглощенные грозным ревом водопада в раскинувшемся снизу ущелье.

Телефон завибрировал, сигнализируя об окончании расшифровки файлов. Артур взглянул на экран, наугад пролистал полученный видеоряд.

Вот Илья Кротов нетвердой походкой направляется к стойке администратора и о чем-то спрашивает Лейлу, придвигаясь к ней вплотную. Вот он пытается схватить ее, притянуть к себе. Лейла отстраняется, сжимает в руке пульт вызова охранника. Показывает Кротову, что сейчас нажмет на кнопку. Из комнаты отдыха выбегает испуганная Тинка. Пытается оттолкнуть Кротова. Отстранившись от Лейлы, Кротов замахивается на девочку. Смачно плюет на пол. Удаляется в сторону лифта.

Вот патлатый мужчина в ветровке крадется по коридору и скрывается за дверью душевой.

Вот Тинка требовательно протягивает ладошку: «Мам, дай карточку». Вот ее голосок звучит внутри комнаты отдыха: «Нет, Хийси. Давай играть по-другому: я – принцесса, а ты – рыцарь!»

Вот Илья Кротов грузно разваливается на полоке сауны. А вот на панели управления сауны… Не веря своим глазам, Артур прищурился, внимательно вглядываясь в экран. А вот на панели управления сауной медленно поворачивается защелка, выключая вентиляцию, а регулятор влажности сдвигается на максимум.

Звякнул колокольчик – кабинка достигла острова. Выскочив наружу, Артур огляделся. Под ногами – зеленая трава, слегка присыпанная желто-красными листьями. Вокруг – густой кленовый лес. Над головой – плотно сомкнувшиеся разноцветные кроны, подсвеченные яркими солнечными лучами.

Артур бросился по утоптанной тропинке и вскоре почувствовал запах дыма. На полянке вокруг костра сидело около десяти человек – молодые парни и девушки. Все с загорелыми лицами, все в ветровках и толстовках различной степени потертости. Чуть дальше среди деревьев виднелось несколько палаток. На берегу – пара лодок и рыболовные снасти.

Патлатый парень, которого Артур видел на экране, держал в руке бумажный стаканчик с логотипом отеля.

– Артур Баронас, служба безопасности сети Gustamo! – объявил Артур, выходя на полянку и доставая телефон, чтобы сообщить в контору.

Разговоры смолкли. Кто-то присвистнул.

– Спокойно, дядя, не нервничай! – произнес патлатый, поднимаясь с места. – Тут связь не работает, кстати.

– Подтверждаю, не работает, – кивнул другой парень, поправляя очки. – Поскольку скала создает радиотень.

– Вооот! Федор у нас на физмате учится, он все знает! – расплылся в улыбке патлатый.

– Всем оставаться на своих местах! – прикрикнул Артур, сжимая телефон в руках.

– Я же говорила, – укоризненно прошептала девица с дредами, повернувшись к соседке, – не нужно было их провод брать!

Резко обернувшись, Артур уставился на туго натянутый между деревьями толстый черный кабель, который должен был тянуться от вышки связи до серверной под землей, но вместо этого использовался здесь в качестве сушилки для белья.

– А что такого? – пожала плечами вторая девушка. – Он столько времени оборванный, никому дела не было!

– Как «оборванный»? – удивленно спросил Артур. – Вы его оборвали? Когда?

– Не мы, – снова поправил очки Федор. – В прошлом году осенью шторм прошел, вот с тех пор он и болтался.

– Шторм был такой, что я чуть в штаны не наложила! – подтвердила девица с дредами.

– Стоп! – Артур выставил перед собой руку. – Вы кто такие вообще?

– Да туристы мы, дядя! Походники! – вновь вступил в разговор патлатый. – Мы каждую осень сюда приплываем, на этот остров. Это же просто взрыв мозга, когда листья падать начинают!

Артур лихорадочно соображал. Получается, кабель связи, по которому Хийси общается с Интернетом, оборван уже в течение года? И что это значит? Да, в общем-то, ничего страшного. Для такой ситуации в программе предусмотрен режим самообучения. Но почему тогда…

– Как вы проникли на территорию отеля? – повысил голос Артур, прищурившись.

Колено уже горело огнем. Но если потребуется, он всех этих студентов без особых проблем уложит чумазыми личиками в землю. Всех, кроме того лысого, который сидел в отдалении и, тоже прищурившись, сейчас разглядывал Артура.

– Да потому что этот ваш искусственный дядя с ума сошел! – осклабился патлатый. – Демонстрирует аттракцион невиданной щедрости.

– Поясни, – коротко бросил Артур, продолжая сверлить взглядом лысого.

– Вот только не надо делать такое злое лицо. Пойдем, я тебе все покажу.

И показал. Артур в сопровождении патлатого, девицы с дредами и лысого, так и не проронившего ни слова, вернулся к терминалу вызова кабинки канатной дороги. Снова широко улыбаясь, патлатый шлепнул ладонью по панели:

– Эй, дядя! Дай попить, а то так есть хочется, что помыться и переночевать негде!

– Здравствуйте, мой друг! – прозвучал в ответ голос Хийси. – Я вас не понял.

– Я хочу в сауну, дядя!

– Мой друг, сейчас все коридоры заполнены людьми. Они прогонят вас, если заметят. Мне потребуется около четырнадцати минут, чтобы обеспечить проход.

– Не-не, дядя, отбой! Я передумал!

Патлатый загоготал, а потом обернулся к Артуру:

– Понял, да? А еще он может прислать коробки с едой. В общем, что-то вы там перемудрили с настройками. Ладно, бывай, дядя. Когда закончишь психовать, приходи водку пить.

Патлатый удалился, уводя за собой остальных. А Артур остался стоять, морщась от боли в колене и ощущая, как далекая неясная мысль, порхавшая на грани сознания, стремительно обретает массу и кристаллизуется.

Схватив телефон, он включил воспроизведение, перескакивая с одного файла на другой, сквозь рокот водопада внимательно вслушиваясь в разговоры.

«Мам, дай карточку! Хийси, ты расскажешь сказку? Ну, тогда я тебе расскажу!»

«Мне нравится, что ты стал меня слушаться, рыцарь Хийси! Пусть так будет всегда!»

«Нет, Хийси. Если ты рыцарь, то включи рыцарский голос!»

«…а потом он убил всех врагов. И с тех пор в замке воцарился мир и покой».

«Спрашивать у злодеев документы? Ты глупый, Хийси! Документов в сказке не бывает. Сейчас, дай-ка подумать! Тогда… тогда рыцарь должен сначала спросить у злодея имя. Да, точно! А потом уже убить!»

«Мам, а когда мы поиграем? Мам, а ты расскажешь сказку? Тогда дай карточку!»

«Какой ты глупый, рыцарь Хийси! Друг – это когда улыбается. Если я ему улыбаюсь – тоже друг. И когда мама. А если дерется и ругается – это враг. Понятно?»

«Хватит упрямиться, глупый Хийси! Все должно быть так, как я сказала! Все! Это приказ!»

Мысль сформировалась. С точки зрения Управляющего, Тинка – никто, пустое место. Не гость и не персонал. Хийси не должен воспринимать ее как объект для общения, он мог разве что адресовать ей дежурную рекламную фразу.

И поэтому скучающая девочка брала мамину карточку, чтобы общаться с Хийси по-настоящему. Карточку администратора.

Артур взглянул на датировку файлов. График дежурства Лейлы – сутки через двое. Получается, за год было более ста смен, когда Управляющий находился в режиме самообучения. И все это время Тинка с детской настырностью меняла настройки его поведения. И требовала слушаться ее.

И сейчас там, наверху, в спятившем отеле находятся почти три сотни человек, чьи жизни зависят от того, в какую новую игру вздумает поиграть пятилетняя девочка.

«Ах ты, мелкая дрянь! Попадись мне только!» – сквозь зубы прохрипел Артур.

Кулаки сжались до хруста. На глаза медленно начала наползать красная пелена. Закусив губу до крови, неимоверным усилием воли Артур сдержал волну гнева. Сдержал! Сумел!

Он вызвал кабинку. Пока ждал, подрагивающими пальцами выделил расшифрованные файлы. Подготовил к отправке в контору. Как только появится связь…

Звякнул колокольчик. Артур распахнул дверцу, запрыгнул внутрь, вдавил кнопку подъема.

* * *

Из уголка рта стекает смешанная со слюной струйка крови. Кулаки сжимаются и разжимаются. Колено горит огнем.

Слегка покачиваясь, кабинка движется наверх. Неожиданно она начинает замедляться, а затем и вовсе останавливается – прямо над бушующей среди острых скал рекой.

Артур в недоумении озирается. Сквозь рев водопада он слышит, как один за другим отщелкиваются зажимы, удерживающие кабинку на тросе.

А совсем рядом, почти в ушах, раздается доброжелательный баритон:

– Вас зовут Артур Баронас и вам тридцать шесть лет?

Александр Прокопович

Арахнофобия, или Всё по регламенту

От четырехзвездочного отеля на побережье Юкатана к развалинам Кумрана шел желтый автобус затертого года производства. Стас так и не смог определить марку. Возможно, этот экипаж собрали в те годы, когда еще не было марок. Треть автобуса была забита шинами. Наверное, водитель еще и приторговывал покрышками.

Рядом с их транспортным средством возвышались туристические новенькие двухэтажные. С туалетом-баром-альпийской водой – все включено.

Станислав Подольский пробрался на пустовавший задний ряд сидений с новым ощущением. Внезапно он почувствовал себя со своим ростом в метр семьдесят высоким – пришлось пригибаться. Шляпа сработала не защитой от солнца, а защитой от потолка.

Угнездившись на когда-то мягком сидении, Стас приготовился к экскурсии. Что-то было не так. Подольский пытался вычленить это «не так». Ну, старый автобус. Ну, очень старый. И – вот эта девушка – милые девушки обычно находят себе место не рядом с ним, а рядом с кем-то. Да и много ли вообще милых отправляются в экскурсию не с кем-то, а в одиночестве?

– Меня Света зовут, а вас?

Что его выдало? Чтобы даже без попыток английского/французского, а сразу на родном? В чем подвох? Стас – логист одной из самых странных компаний – смотрел на мир с этим вопросом всегда: в чем подвох? Для работы это было неплохо.

– Стас. – Он представился и даже не попытался поддержать беседу. Потому как наконец понял, что не так с этим транспортным средством. Зажмурился, открыл глаза – нет, не показалось. У этого автобуса не было стекол в окнах. Гольфкар с древним двигателем внутреннего сгорания. Он осмыслил укутанность водителя при плюс тридцати за бортом. В теории у него еще должны быть старинные очки мотоциклиста на пол-лица. Нет. Прогресс неумолим – двигатель заревел, и водитель надел шлем.

Они просто ехали, никакого гида, да и не смог тот бы пробиться сквозь грохот двигателя и отвлечь от попыток не выпасть с занятого за не такие уж малые деньги места. Асфальт кончился почти сразу. Дальше был камень. И его вкопали в землю не для того, чтобы соорудить дорогу, а ради того, чтобы ни одно колесо не выжило.

Станислав сообразил, что стекла в окнах – это защита. От насекомых, пыли, камней, ветра… он уже никогда не сможет относиться к стеклу как раньше.

Светлана пыталась держаться за поручни и не соприкасаться с попутчиком. Ее мужества и мускулатуры хватило минут на пять. Оставшееся время она сосредоточилась лишь на том, чтобы не вылететь в проход. С тем, что время от времени инерция бросала ее на Стаса, Светлана смирилась. Стас не протестовал, а после очередного особо резкого контакта с девушкой обнял ее и уже не отпускал до конца маршрута…

Все-таки они доехали. Водитель удивленно рассматривал резину. Уцелела. Стас по-новому оценил соседство с шинами. Теперь их количество было понятно. Всегда приятно иметь некую надежду на возвращение.

Вышли из автобуса вместе. Свете пригибаться не пришлось. Ей было бы приятно и просторно – в танке, подводной лодке и в этом автобусе. Преимущества компактности.

Девушка пыталась внушить себе простое – она уже никуда не едет, но ей по-прежнему казалось, что она вот-вот выпадет из автобуса.

А еще она не сразу сообразила, что тихо настолько, что можно что-нибудь сказать и быть услышанным.

– Дамы и господа, следуйте за мной.

Высокий сухой гид в ярко-оранжевой бейсболке – вероятно, чтобы видеть издалека, – с длинными нижними конечностями развил скорость, не оставляющую сомнений в том, что втайне он надеялся, что группа отстанет.

В тот момент, когда группа уже была готова на что угодно, лишь бы прекратить этот марш-бросок, оказалось, что идти дальше некуда.

Таинственный Кумран лежал перед ними. Собственно, увидели они не больше, чем на фотографии в рекламной брошюре. Древний город оказался древним двором на пять домов. Значимость развалин состояла, вероятно, в том, что они оказались в промежуточном состоянии между пылью и чем-то целым.

– Знаете ли вы, как исчез Великий Кумран? – Гид выдерживал паузу, а Стас пытался разглядеть хоть что-то, что могло бы ассоциироваться со словом «Великий». – Пойдемте, сейчас вы увидите единственное свидетельство причины гибели великой цивилизации.

Гид исчез. Стас не удивился. Так бывает в местах гибели чего-либо великого. Пропасть может и что-то маленькое, просто никто не заметит.

С плато, откуда они впервые увидели развалины, вниз к бывшему городу вела довольно крутая лестница. Оранжевая бейсболка мелькала уже где-то внизу: гид не исчез, просто снова набрал крейсерскую скорость.

Следующая остановка последовала довольно быстро.

– Вот он. Не стоит подходить слишком близко. – Гид махнул рукой в сторону развалин. – Существо, погубившее цивилизацию и исчезнувшее, чтобы, кто знает, когда-нибудь появиться снова и уничтожить еще один город.