Иван-программистов сын и Вовка-серый волк

Глава шестая

Спуск занял много времени. Как и предупреждала Мала, туман, скрывающий гору печали Карны, был вязким и, чтобы преодолеть его сопротивление, пришлось тратить массу сил.

Вовка подумал, что как же хорошо, что он, наплевав на презрительные взгляды Малы, умял мяса за троих. Кто ест за троих, то и работает за двоих, так вроде говорил Петр.

Хотя, может и по-другому, но Вовке было не до воспоминаний. Каждый шаг давался с трудом. Иван тоже был удивлен, что идти приходилось с таким напрягом. Ведь они спускались и это должно было быть легче, а тут с точностью до наоборот. Странно тут все, подумал Иван. Хотя, чему удивляться, он же не в Сочи попал.

Наконец лестница закончилась и началась обычная каменная тропа, которая петляла в изгибах горного ущелья. Рядом с тропой тек ручей, начало которого терялось в тумане. Иван присмотрелся внимательней и увидел, что начал у этого ручья не одно — это два потока, которые у окончании лестницы текут в одном русле.

Странно было еще и то, что воды этих двух потоков не сразу соединяются и это заметно даже невооруженному магией глазу, а Карна наделила Ивана способностью видеть магию. Вот и в потоках воды магия чувствовалось. А самое интересное было то, что магия воды постепенно исчезала, по мере того как воды двух потоков смешивались и становились единым целым.

– Вов, а что это с водой такое?

– Ты про ручей? Так то мертвая и живая вода.

– А почему магия пропадает, свойства воды меняются?

– Ну это тоже просто — живая и мертвая вода, смешиваясь, превращаются в обычную воду. Точнее, даже не превращаются, а нейтрализуют друг друга.

– Понятно. А я еще вот что хотел спросить Мертвая вода У нас в сказках, ей иногда раны поливают, а потом только живой?

– Мертвая вода все вычищает — болезни, заражения, раны чистит, тело очищает от любой не волшебной порчи, хоть физической, хоть духовной. Как спирт, все дезинфицирует. И если человек недавно умер, то после очищения его мертвой водой, душу можно вернуть с помощью заклятия и живой воды. Но это только если смерть недавно была. Если же время прошло и душа ушла совсем, то в тело может вселиться какая-нибудь нежить. Так что, осторожно с волшебной водой надо.

– А живого человека можно мертвой поливать?

– Можно от яда избавить. Только нужно быстро руку перевязать, чтобы кровь яд не разносила. Мертвая вода весь яд нейтрализует. И другую заразу тоже. Только тут главное не переборщить — перельешь водицы, заденешь какой орган важный и все — поминай, как звали. А вот волшебную хворь мертвая вода не может нейтрализовать. Там только живая.

– А нам с собой такая вода не нужна?

– Нам нет, я же волк.

– А это ты к чему?

– Слюна волшебных волков, кошачьих и собак нейтрализуют любую скверну, как и мертвая вода, только еще и раны могут затянуться и побочки нет. А вот обычные животные и заразить человека могут, если больны. Волшебные же не болеют вашими болячками.

– Понятно. То есть, если что, то ты зализать рану можешь?

– Это смотря какую и где. Так то, я и плюнуть могу, а ты уж сам размазывай.

– Понятно, — засмеялся Иван.

По мере того, как парни продвигались вниз по ручью, туман редел и через некоторое время совсем закончился. Склоны ущелья стали пологими и кое-где стали заметны участки, покрытые мхом и даже травой. Стало как-то повеселее, и печаль-тоска, которая преследовала Вовку и Ивана с момента, как они ступили на тропу ведущую на гору Краны, начала отступать.

Вовка подумал, что к Карне ходить, та еще засада. Конечно, она добрая тетка, но лучше от нее держаться подальше. Все у нее как-то серьезно. То ли дело у нас, у Серых, подумал с гордостью волк, — все весело, бодро и приключений масса, а тут тоска сплошная.

Тем временем парни уже почти спустились с горы. Ручей стал шире, а от ущелья остался лишь намек. Впереди простиралась большая равнина с невысокими холмами, вся покрытая пожелтевшей травой. Постоянно дующий ветер создавал иллюзию моря. Такое желтое море, по которому ходят невысокие волны.

Как же тут красиво, подумал Иван, глядя на степные просторы. Он вновь вспомнил, как они с отцом ездили в Оренбург и там он видел что-то похожее.

– Что, Вань, красиво? — спросил товарища Вовка.

– Да не то слово. А нам далеко до селенья этой самой Мокоши? И кто она такая?

– К вечеру должны дойти, как раз по ручью и пойдем. А Мокошь — так богиня это стародавняя. Одна из первых людских Высших. Женщинам покровительствует, всякому женскому рукоделию благоволит, ну и с урожаем помогает. В селе том женщины одни и живут. Прядут полотно особое и одежду защитную шьют.

– А называется село как?

– Дык, Холщовая балка зовется.

– Ну да, а балка — это овраг?

– Да, только большой и старый.

– Я помню, бабушка говорила, что они в балке жили.

Вовка и Иван шли по тропинке по верху оврага, в котором протекал ручей, что брал свое начало на Карновой горе. Овраг расширялся и склоны его становились все более покатыми.

Через какое-то время тропа спустилась в овраг, и молодые путики теперь шли вдоль ручья, который весело бежал по дну оврага. Иван обратил внимание на то, что дно у ручья было каменистое, а на камнях не было водорослей и камни были разного цвета, черные, красные, бордовые, но зелени не было.

– Вов, а что это вода такая и водорослей нет?

Вовка, который уже обернулся волком с удивлением посмотрел на Ивана, а потом глянул на ручей.

– Не обращал внимание. Думаю, что это из-за мертвой воды. Не вся нейтрализовалась, похоже.

– Так что, пить эту воду нельзя?

– Не знаю, но лучше не надо. Вот позже, когда еще родники добавят воды в ручей, разбавят воду, тогда можно пить. Даже полезно должно быть для живота и ран.

– А пить что?

– Из бутылки попей. Мала нам снарядила еды и водой снабдила в дорогу. Кстати, есть что-то захотелось.

– И мне.

Вовка вновь обернулся человеком, и парни уселись возле ручья перекусить. Действительно Мала сложила им провизии и про воду не забыла. У них еще оставалась серебряная бутылка с живой водой, что они из Вовкиного дома брали. Закусив мясом и хлебом, Вовка и Иван встали и осмотрелись вокруг.

Овраг уже сильно расширился и его склоны сплошь заросли кустарником и травой. Трава в самом овраге оставалась зеленой, в то время как наверху она вся пожелтела. Иван подумал, что это все благодаря ручью.

Постояв немного, ребята пошли дальше. Вовка решил пока идти в человечьем обличье. Он подумал, что так будет лучше. Он хоть и обладает волчьим нюхом и магическими силами, но тут внизу оврага лучше быть повыше, чтобы видеть дальше.

Тропинка вдоль ручья стала шире и идти по ней было легко. Вовка прислушался. Все вокруг было просто наполнено запахами и звуками. Пахла трава и цветы, что росли на берегах ручья. Сквозь запахи свежих растений пробивался дух прошлогодних опавших листьев и сырой земли, которую не смогла скрыть полностью зеленая трава.

Запахи обычные, как и звуки, подумал Вовка. Он мог выделить в этом природном концерте звуки летающих стрекоз и мух, журчанье ручья, писк мышей, что прятались в кустах, недовольные крики птиц, которые с подозрением следили за парнями сверху. Наверное, тут у них где-то есть гнезда, подумал Вовка. Но птенцы должны быть уже большими, что это птицы так беспокоятся. Нужно быть внимательней, решил он предупредить Ивана:

– Вань, внимательней, птицы как-то странно кричат.

– Понял. Слушай, а нам далеко до деревни?

– Часа три, наверное. Давай прибавим, а то сдается мне, неспроста птицы так беспокоятся.

Ребята пошли быстрее. Ручей стал шире. Пару раз парням пришлось переходить через новые ручьи, которые пополняли своей водой основной поток.

– Вот, Вань, воду теперь можно пить, не боясь.

– А я как раз хотел тебя спросить, опять пить захотелось, а воду, что несу поберечь нужно.

Иван выпил воды, пока Вовка стоял рядом и оглядывался по сторонам.

– Вань, странно как-то, звуки пропали, куда-то все делись. Только вода и ветер в кустах шумит, а все живое куда-то спряталось. Ох, не нравится мне все это. Пора мне вид свой обычный принимать, чую понадобятся нам скоро и клыки, и когти, и ножик твой.

Овраг стал намного шире, тропа еще больше расширилась и теперь это была настоящая дорога, пусть и не слишком широкая. Идти было, конечно, легко, но отсутствие звуков, издаваемых живыми существами, каким-то образом влияло на парней, и вызывало беспокойство.

Они шли молча, внимательно прислушиваясь. Вовка бежал впереди и нос его улавливал все запахи, которые он только мог учуять. Так они шли довольно долго, пока Вовка что-то не почувствовал.

Звук, очень далекий, и запах Странно, подумал молодой волк, а пахнет-то кровью и звуки Это же звуки какой-то драки. А там впереди село.

– Вань, впереди что-то творится, давай бегом!

– Хорошо, я за тобой!

Ребята ринулись вперед. Все-таки, хорошо, что тут дорога, а не камни и трава, почему-то подумалось Ивану. А еще он понял, что бежит, только слегка отставая от Вовки, который в своем истинном волчьем виде, несся вперед на очень приличной скорости. Потом разберусь, что со мной, подумал Иван.

Они пробежали минут десять, пока впереди не показались крайние дома селенья. Около домов несколько человек и каких-то животных отбивались от толпы мертвяков и непонятных темных монстров обоих полов.

Вовка ворвался в толпу монстров и дал себе волю — в разные стороны полетели клочья одежды, шерсти и плоти. Иван подбежал на несколько секунд позже и тоже ринулся в драку. Хорошо отработанным приемом он бросили мертвяка через плечо, наподдав ему ногой по башке для верности. Следующий монстр бросился на него, но Иван успел перехватить его за руку и сделать подсечку. Он вовремя успел достать нож, не дав противнику вырваться. Заговоренный нож в сердце любую нежить успокоит.

Вовка тем временем сражался в окружении нескольких мертвяков и пары упырей. Упыри более шустрые ребята и справиться с ними сложнее, но против клыков слуги Дажьбога и им не устоять. Вовка использовал все свои возможности по-максимуму, и клыки, и когти, и магию. Именно магия помогла ему спасти рысь, которую один из упырей пытался добить. Поток концентрированного солнечно света, ослепил монстра как раз в тот момент, когда чудище пыталось нанести последний удар. Лишившись зрения упырь упал на защитницу деревни, и тут же был добит Иваном, который успел подбежать. Вовка оглянулся и вовремя. Сзади к нему подкрался какой-то бабайка и попытался ударить огромным ножом, но не успел, Вовка отпрыгнул, а сзади в шею чудищу Иван, что успел вскочить, всадил свой нож. Бабайка свалился, как куль муки.

Раздался какой-то дикий крик и свист.

– А вот и старшой сей шайки, — крикнул Вовка и бросился на звук. Кто-то крикнул ему вслед:

– Стой, скаженный, сгинешь же!

Иван тоже проигнорировал этот крик и бросился вслед за другом. Впереди он увидел, что Вовка вцепился в плечо, какому-то плотному мужику. Тот пытался быть волка ножом в бок, но, Вовка умудрялся как-то уворачиваться.

Иван прибавил и, подбежав к сражающимся, ударил мужика по ногам и тот свалился на землю. Падая, парень схватил мужика за руку, что нож держала и попытался его прижать к земле. Вовка, почуяв подмогу, бросил плечо и схватил вражину за горло. Враг захрипел и попытался вырваться из рук Ивана, но силы его начали таять. Вторая рука у него не двигалась, видать Вовка, прикусив плечо, что-то задел. Еще несколько секунд, которые показались парням вечностью, и враг затих. Вовка отпустил врага и сел, отплевываясь:

– Надо срочно раны помыть и водицы живой испить, пока не поздно.

Иван молча достал бутылку из котомки, которую он закинул за спину, когда бежал. Он налил воду на Вовкину рану в боку и на шее. Все-таки последний противник сумел пробить волчью шкуру.

У самого Ивана были раны на руке, на боку, штанина была также разодрана, а нога кровоточила. Обработав свои раны и раны Вовки, Иван решил посмотреть, что творится вокруг. Враги не двигались, а жители села уже занимались своими ранеными.

– Соловья мы с тобой порешили, атамана ватаги нежити нечистой, — услышал Иван голос Вовки.

– Это из сказок который, разбойник?

– Дальний потомок. У них это в роду передается. Потомственные тати кровавые. Но чтобы с упырями и нежитью Не припомню такого.

К парням подошла женщина лет сорока и молодая девушка в мужской одежде с мечом в ножнах на поясе. Рысь, подумал Иван, увидев сквозь девичий образ уже знакомый силуэт.

– Благодарствую вам, воины. Если бы не вы, то не знаю, чтобы с нами случилось. Ты же Владимир? — обратилась к ним женщина, а девушка встала рядом с ней.

– Да, Вовка я, а это Иван, товарищ мой. Провожаю я его, задание мое от Высших такое, — важно произнес Вовка, все еще сидя у трупа поверженного Соловья.

– Вижу я, что задание у тебя. А я жрица Великой Мокоши, Малуша, а это охранница наша Люта.

– Вот Вань, а ты говорил, что лютых рысей нет. Пожалуйста.

– Балабол, — побурчала девушка, грозно зыркнув на Вовку, а тот подмигнул ей.

– Матушка Малуша, что тут у вас случилось, с чего это нечисть на село, что под защитой великой богини, напасть решилась. И не припомню я что-то, чтобы тати с нечистью связывались.

– Мы и сами не знаем, врасплох нас застали. Девушки успели на защиту встать, не пустить врагов дальше, но вишь ты, на ногах только Люта и осталась. Три другие наши защитницы ранены, а одна так очень тяжело.

– Вань, пойди, может поможет водица наша, — обратился Вовка к Ивану, который никак не мог прийти в себя после боя и стоял, очумело оглядываясь по сторонам.

– Хорошо, а куда? — спросил он.

– Люта, проводи к раненым, — сказала Малуша.

– Пойдем, — Люта развернулась и направилась к женщинам, что возились с ранеными у ограды крайнего дома.

Когда они подошли к раненым, что лежали и сидели около ограды, Иван заметил, что Люта очень сильно переживает, но старается скрыть свою тревогу. Наверное, то, что она охранница не позволяет ей проявлять свои чувства, подумал парень.

Три девушки лежали в стороне от остальных. За ними тоже ухаживали, но было видно, что женщины относятся к этим пораненным с опасливым уважением. Две девушки чувствовали себе нормально, насколько это возможно. Их раны были обработаны и аккуратно забинтованы. А третья девушка была без сознания. Люта присела на корточки около девушки и вязал ту за руку. Иван же спросил тех, что ухаживал за ранеными:

– У меня тут живая вода, поможет?

– А откуда вода будет?

– Из источника, что у дома Серых.

– А, Дажьбога родник, жизнь дарующий! Отлично, это точно поможет. Мы только раны физические можем вылечить, да от слабого колдовства защитим, а Лику мечом темным с великим заклятием ударили.

Иван присел рядом с девушкой и достал бутылку с живой водой. Он налил немного воды на плечо, где была видна рана, у которой края уже начали темнеть.

– Люта, приподними голову, чтобы я мог ей воды дать выпить, — сказал Иван, а сам подумал, что как-то странно все это, и он знает, что делать и как. И не только сейчас, но и в бою. Он решил, что потом спросит у Вовки, что это с ним такое.

Люта осторожно приподняла голову своей то ли сестре, то ли подруге, а Иван влил той в рот несколько капель воды. Девушка будто ожила, губы из бледно фиолетовых начали приобретать нормальный, вид, а кожа на лице стала не такой серой. Иван влил девушке еще воды и, каким-то чудом, понял что этого достаточно. С лица раненой начала исчезать темная печать. Люта осторожно положила голову девушки на свернутую ткань, и Иван заметил, что из ее глаз потекли слезы.

Он встал и отвернулся, чтобы не смущать. Вовка разговаривал с жрицей Мокоши, которая, наверное, была тут главной. Женщины уже убрали трупы нападавших и потихоньку уносили раненых. Унесли и рысей. Иван остался один с Лютой, которая уже встала и успокоилась.

– Тебя же Иван зовут? Спасибо тебе, и волчаре твоему провожатому тоже спасибо. Это ведь вы Лику спасли. И вообще, не успей вы, то

– Владимир почувствовал, и мы сюда ринулись.

– А вы сюда зачем шли или просто случайно оказались? — спросила Люта. Они уже направлялись к жрице и волку.

– Карна нас сюда послала. А тебе привет Мала передавала.

– Вы с ней знакомы? Как она там, не померла еще с тоски? — Люта оживилась.

– Да вроде ничего так. Но то, что там не особо весело, соглашусь.

– Вот и я про тож. А мы ей говорили, чтобы она со своей горы к нам шла, но та ни в какую. Карна ей видите-ли, как мать родна. Она их с Лялей в лесу зимой подобрала, их выкрали и продать хотели, а они убежали. Вот с тех пор и живут. А я бы там со страху померла, Карна жуткая просто, и место там страшное.

– Ух ты, история-то какая.

– Да ты что, сдуреть можно, а ты то сюда как попал?

– Карна сказала, что это Лель накосячил.

– Этот может.

Они подошли к Малуше и Вовке, которые все так же о чем-то беседовали. Малуша посмотрела на Люту и видя, что та выглядит радостной, обратилась к Ивану.

– Вовка мне тут все рассказал про дела ваши. Поможем мы вам, одежду справим. Рубахи будет достаточно, чтобы скрыть вас и от нежити, и даже от Великих Темных. Но нам на это пару дней потребуется. Так что, поживите пока у нас.

– Спасибо вам госпожа Малуша. Не подскажете, как все это действует, а то Карна нам сказал, что защитит, но не объяснила толком ничего.

– Некогда ей было. А про защиту поясню. Тут все просто. Вовка мне уже рассказал про то, как вы с шепутаном и его слугами бились. Тут, значит, такое дело. Почуяли темные душу твою, Вань, а это для них, как кушанье редкое и дорогое. И огонь твоей души виден издалека, особенно для колдунов и духов великих. Вот они и могут слететься отовсюду на этот огонь. Одежда же, что мы тут шьем, сделает тебя для них невидимым и темные не узнают, куда вы идете. Да, а еще и от магии и магического оружия рубаха та поможет хоть немного защититься. Правда от обычных взглядов она не прикроет.

– Да Вань, глянул я тут на нож Соловья. Жуткая штука, я тебе скажу. Заклятье на заклятье, и сталь особая, темными кузнецами в Нави кованая. Так что, нам отсюда прямо в замок Яровита надоть. Оружие не помешает.

– Да, добры молодцы, придется вам туда идти. А тебе Вовка в человечьем обличье надо будет топать.

– А это с чего? — возмутился Вовка.

– О вас знают, что волк и парень идут. Так что, мы не одну рубаху сошьем, а две. Так будет безопасней. Ладно, дел у меня полно. Люта, проводи ребят, пусть отдохнут, накормите, напоите, все как положено.

– Идемте, молодцы, — сказала Люта, с сомнением посмотрев на Вовку, который сидел и мел хвостом пыль деревенскую.

– Вот, все рыси, Вань, такие, склочные и уважения, почтения к нам, героям, можно сказать, не выказывают.

– Балабол ты, как есть балабол, пошли уж, — уже весело сказала Люта и повела парней в деревню.

Иван шел и оглядывался по сторонам. Деревня, если ее так можно было назвать, была большой и ухоженной. Красивые деревянные и каменные дома. Невысокие заборы, сложенные из камней, дворы с пристройками, все говорило о достатке жителей. Большинство домов были одноэтажными, в некоторых дворах были видны конюшни и сарайчики для домашней животины. Единственно, что удивляло Ивана, так это отсутствие мужчин.

– Люта, а почему тут у вас мужчин нет?

– Да, точно, что это от вас мужики все сбежали? — присоединился к вопросу Вовка.

– Никуда мужики не делись. Только они большую часть времени службу несут воинскую. Приезжают на пару месяцев и снова. Так уж испокон заведено.

Они подошли к центру села. Тут дома были побольше. Даже трехэтажное было.

– Тут у нас школа и управа, так что не удивляйтесь. Село у нас большое и старинное. Еще со времен первого межевания. Нам же дальше. Там у нас трактир и вот рядом с ним дом мой. У себя я вас поселю. Сейчас все равно пустует все больше.

– А что так? — спросил Вовка девушку.

– Да некогда, то одно, то другое. Мы постоянно в готовности, в управе ночуем в последнее время. Нежить озверела просто. Давеча вот мавки пытались деток уволочь, а перед этим вообще какая-то бесовщина перла. Только успевали то в один конец, то в другой носиться. А сейчас вообще вдвоем остались. Когда еще остальные от ран оправятся.

– А с чего это? У нас все тихо было. Хотя, тоже вот мертвяки те же.

– Говорят, что в Нави неспокойно, борьба за власть началась, делят что-то. Вот оттуда и прут. Кто куда. Мы пришли.

Домик у Люты был небольшой, но очень уютный. Вовка даже удивился, что у рыси может быть такой дом. В доме была несколько комнат — зал, спальня и еще одна комната. Была еще летняя веранда и зимняя кухня. В спальне кровати не было, зато была широкая тахта. В другой комнате стояли две софы и небольшой стол со стульями. Посредине зала стоял большой стол, накрытый белой скатертью с кистями, а у стены разместился старый диван с высокой спинкой

– Матушкин это дом. Мы тут с Ликой жили, но Лика сейчас в другом доме живет, а матушка Ладно, вы в нашей с Ликой комнате можете разместиться. Кухня тут есть зимняя, но лучше во дворе. Там летняя, в ней и готовьте. Мясо в погребе, овощи тоже есть, в сарае. Там и яйца найдете. Хозяйствуйте тут. Да, помыться захотите, во дворе есть. Ну и туалет там же.

– А ты куда, может перекусишь с нами? - спросил Вовка.

– Честно, хотела бы, но дел сейчас невпроворот. Завтра в управу подходите с утра. Малуша велела, — сказал Люта и ушла.

– Суровая девка, — заключил Вовка, который обернулся человеком и теперь сидел на диване, ерзая по нему, как черт на сковородке.

– Ты чего это, усидеть не можешь, — спросил его Иван.

– Да неудобный диван-то. Вот сам сядь.

Иван сел. Действительно жесткий, а спинка дивана выпирала и как-то мешала откинуться назад. А еще кожаная обивка скользила, и ты съезжал по нему.

– Есть такое. Помню к бабушке друга ездили в деревню. У той тоже такой был. Точно с такими же валиками сбоку. Тоже неудобно сидеть было.

– Пойдем тогда во двор, там летняя кухня есть, приготовим чего.

– Пошли, а то действительно есть хочется и мне тебя кое о чем

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.