Тайны города Бэрмор

Глава 1

Алекс

Вечер перестал быть томным, когда позвонил Макс и сообщил, что Лика ещё не объявилась. Головной боли добавило и то, что она не надела кулон, который я отдал ей ночью. Пришлось отследить её по машине Макса. Неугомонная девчонка. Какой чёрт понёс её в эту дыру? Да ещё и с этим.

Не знаю, почему меня так дико разозлило то, что они проводили вечер вместе. Неужели потому, что Лика променяла нас на него? Или потому, что рядом с ней в принципе нарисовался какой-то парень, а я не мог себе позволить вот так сидеть с ней?

Макс, Вик и Ян не просто мои друзья, они мои соратники и братья, пусть и не по крови. Я знаю, что они её не обидят, не причинят боли и не используют в грязных целях. Поэтому то, что они хотят взять её даже против воли Кира, я могу стерпеть, хоть и скрипя зубами. Но вот чужака, если он её недостоин, укатаю в асфальт голыми руками. Я дал Киру обещание, и я его сдержу.

– Ну а теперь давай начистоту, – процедил я, смотря на тощего очкарика, всё ещё стоящего передо мной. – Зачем ты хотел её склеить?

Чем дольше я его оценивал, тем сильнее злился. Парень был вполне себе симпатичным, только слишком худым. Да и шмотки на нём были странные. Словно не в бар собрался, а в библиотеку на работу.

– Всё не так, Лика же объяснила, – ответил он, ничуть не смутившись и не испугавшись. Похвально. – Мы учились вместе. Иногда помогали друг другу. На этом всё. После школы мы больше не общались. Случайно столкнулись здесь и разговорились. И вообще, если она твоя девушка, то веди себя с ней уважительно.

– Она не моя девушка.

– Тогда какое ты имеешь право вот так врываться и вклиниваться в разговор? Да ещё и оскорблять её? Не смотри так, я прекрасно знаю, кто ты такой. Но я тебя не боюсь. Обидишь Лику ещё раз, я сам тебе морду начищу.

– Да ты рисковый парень, я смотрю.

– Совсем нет, – он мотнул головой в подтверждение своих слов. – Но я не могу просто смотреть, когда обижают слабых.

– Это Лика слабая? – я усмехнулся.

– Нет, не слабая. Она сильная. Даже слишком. Но разве от хорошей жизни она такой стала? Если она тебе небезразлична, то ты должен защищать её, а не…

– А что я, по-твоему, делаю? – рявкнул я, перебив его.

– На данный момент всё, что я увидел, это как ты унижал её и давил на неё.

Я смерил его взглядом. Удивительно, но всего за пару минут этот парень вырос в моих глазах. Хилый как бездомный щенок, а на защиту бросается. Похвально. Но глупо.

– Ладно, живи пока. Надеюсь, мы больше не увидимся.

– Взаимно, Алекс.

Я хлопнул его по плечу, затем подхватил Ликины вещи и направился в сторону барной стойки. Её правая сторона примыкала к проходу, за которым размещались туалетные комнаты, поэтому Лика и попросила подождать её здесь.

Но прошло уже больше пяти минут, а Лики всё не было. Когда разрыв стал приближаться к десяти минутам, я проверил обе туалетные комнаты – и мужскую, и женскую. Лики не было ни в одной. Неужели сбежала?

Пошарив по карманам её кожанки, я нашёл ключи от машины. Вариант с бегством отпадал. Да и не могла она сейчас сесть за руль. Не стала бы. Но могла ли уехать с кем-то? Или, может, так напилась, что забыла о нашем уговоре и вернулась к своему столику? Или вообще подсела за чужой и продолжает надираться в сомнительной компании?

– Да что за наказание, – процедил я, проталкиваясь сквозь толпу. Начать поиски я решил с того места, где они сидели, когда я только пришёл.

– Вот так встреча, – ухмыльнулся очкарик, стоило мне подойти. Он всё ещё сидел за их столом и вертел в руках кружку нетронутого пива. – Соскучился, что ли?

– Лика не возвращалась?

– С чего бы? Вы ж договорились встретиться у бара.

– И она не пришла. В уборной её тоже нет.

– Тогда… – он вскочил на ноги. – Надо найти её!

– Спасибо, кэп. Без тебя я бы не разобрался, что делать. Ладно. Начинай справа, а я займусь левой стороной. Проверь не только столики, но и всех танцующих. Встретимся у выхода.

Больше не подкалывая меня, он кивнул и сразу же скрылся в толпе, а я двинулся в другую сторону.

Осмотреть даже одну половину заведения оказалось не так просто. Хоть помещение и было небольшим, но народу навалило столько, что не продохнуть. Справился с поставленной задачей я в лучшем случае минут за двадцать. И когда подошёл к выходу, увидел лишь парня, который был с Ликой и вызвался помогать мне. Его имя я, разумеется, пропустил мимо ушей.

– Её нет. Я всё осмотрел, – мрачно изрёк он.

– Проверим парковку и ближайшую территорию.

Мы вышли на улицу и разделились, не сговариваясь. Всё повторилось по той же схеме: он пошёл направо, а я налево. Прочёсывая машину за машиной, отдаляясь от злачного бара всё дальше и проверяя каждый закоулок, я уже знал, что не найду её.

Лика пропала. И прошло уже больше получаса с момента её исчезновения. Пора было подключать к поискам остальных. Строго говоря, стоило это сделать сразу, но я так разозлился на неё, думая, что она со мной играет. Однако теперь не оставалось сомнений: Лика ушла не сама.

Набрав номер Яна и обрисовав ему всю картину, я двинулся назад к машине.

– Ну?! – почти поорал парень, когда мы вновь столкнулись на парковке.

– Никаких следов.

– Это из-за твоей грубости она сбежала, – кинул он мне в лицо обвинение. – А если с ней что-то случится?

– Она не сбежала. Её похитили.

– Откуда ты знаешь?

– Неважно. Ты трезвый?

– Да. Я не пил сегодня. Собирался, но…

– Много болтаешь. Держи, – я кинул ему ключ от машины Макса. – Раз тебе так дорога Лика, и ты хочешь быть полезным, то поедешь со мной. Нельзя оставлять здесь эту тачку.

Он ловко поймал ключ, нажал на разблокировку и присвистнул, оценивая автомобиль. Потом посмотрел на меня, и впервые в его взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение.

– Меня Марк зовут, кстати.

– Да похер. Поехали уже.

– Может, всё-таки проверим её любимые места? Чтобы точно исключить вариант того, что Лика ушла сама.

– Ладно. Поезжай за мной, после поворота обгоняй и показывай дорогу.

Я сел за руль своего чёрного неприметного седана и резво тронулся с места. Когда в зеркале заднего вида мелькнуло отражение красного спорткара, усмешка тронула мои губы. Макс взял эту тачку с рук, сам покрасил и отдраил до блеска. Вроде даже какие-то детали заменил, чтобы ездила ещё быстрее. И всё ради того, чтобы тёлки рот разевали. Выпендрёжник. Но я любил этого придурка. Я любил их всех.

Мы всегда хотим, чтобы исчезла наша боль…

Я тоже страстно желал этого. Желал с того момента, как узнал, что остался один. Мне было восемь, когда погибли родители и брат. Маму с папой я плохо помню, их лица в памяти какие-то размытые, а фотографий у меня не осталось. Но вот с братом мы были очень близки. Он был моим близнецом, и я помню, как почувствовал, что его больше нет. Ощутил на расстоянии и ринулся домой. Но прибежал на пепелище.

По ночам я часто выбирался из дома и шатался по городу, исследуя заброшенные склады, здания и стройки. Мне было восемь, и я не понимал, насколько это опасно. Никто, кроме меня, не знал о том, что почти каждую ночь я сбегал из дома. Если не считать этих ночных вылазок, я был послушным ребёнком.

Но сбегал я не потому, что мне плохо жилось. Наша семья была вполне благополучной, хоть и жили мы в бедном районе. Родители любили нас с братом, и это вызывало зависть у других детей. Не всем так повезло, как нам. У нас постоянно отбирали игрушки, а ещё мы нередко приходили домой с синяками. Но никогда не ябедничали. Каким-то образом даже тогда мы понимали, что злоба, направленная на нас, это не что иное, как боль и зависть.

И в ту ночь, пока я шатался по улицам, мальчишки, которые избивали нас и издевались, устроили поджог. Никто из моей семьи не выжил. Кроме меня.

Всё, что происходило дальше, заложило нехилый такой фундамент в становлении моей личности. Но я не склонен списывать свои грехи на обстоятельства или других людей. Себя я развратил сам. Сам стал тем, кем являюсь. Мальчик, сбегающий по ночам, превратился в монстра, живущего во тьме. И не были виной тому приюты, временные опеки, избиения и драки. Было лишь моё желание. Я хотел, чтобы душевная боль исчезла, и с головой окунулся в физическую.

Я дерзил. Я нарывался. Я бил первым. Увлёкся вредными привычками и постепенно скатывался на самое дно. Те, кто раньше избивал, унижал и лишил меня семьи, стали моими друзьями. Точнее – это они так думали. Но я ничего не забыл. И отомстил, когда они меньше всего ожидали подвоха.

Однако месть не принесла облегчения. Пустота внутри лишь расширилась, и я отчаянно пытался заполнить её. Именно в средней школе мы и сошлись. В то время я жил у бездетной пожилой пары, но настоящей семьёй для меня стали Вик, Ян и Макс. Они помогли мне вернуться из ада. А когда перевернулся мир Макса, мы втроём сделали то же самое для него. Это не было просто, но мы не отступили, не позволили ему себя угробить.

Что бы ни случилось с каждым из нас, мы всегда были и будем горой друг за друга. Мы всё делали и делаем вместе. И, само собой, по иронии судьбы ещё в старших классах мы все влюбились в одну девушку…

Когда Кир вошёл в нашу банду, мы приняли его сразу, потому что чувствовали, что он один из нас. Такой же. Сломанный, но не сломленный. Он не раз доказывал преданность. Не раз заслонял нас собой. И даже в тот роковой вечер он принял удар на себя. Наверняка Кир знал, что они придут. А если и не знал, то, когда заметил их, всё равно мог бы сбежать через заднюю дверь. Но он остался в доме и отвлёк их, чтобы выиграть время для нас и своей сестры.

Теперь его дела – это наши дела. Его проблемы – это наши проблемы. Его радости – это наши радости. Мы поклялись защищать его родных и любимых. И мы спасём Лику, даже если придётся взорвать этот город к херам.

***

Важно! Напоминаю, что Бэ́рмор – это вымышленная локация. Реальность альтернативная, поэтому могут быть расхождения с общепринятыми нормами, структурами и законами.

«Тайны города Бэрмор» – вторая книга серии «Бэрмор». Сюжет единый, про одних персонажей. Начинать читать серию нужно с первой книги «Пороки города Бэрмор».

П.С. И ещё заранее скажу насчёт ран: степень урона и время реабилитации зависят от места и глубины (по таким вопросам я консультируюсь с практикующим врачом).

Глава 2

Ян

Щёлк…

– Ян, прекрати, – огрызнулся Макс, меряя гостиную шагами.

Я понимал, что он на взводе, но мы всегда доставали друг друга. Привычка. К тому же во время работы я часто хрустел пальцами. Это выходило машинально и помогало сосредоточиться. Макс прекрасно об этом знал, но каждый раз бесился. А сейчас особенно.

Щёлк…

– Да сколько можно ломать пальцы?! – взорвался он и запустил мне в голову подушкой.

– Я не ломаю.

Щёлк…

– Ломаешь, гнёшь, щёлкаешь, хрустишь – какая разница? Завязывай. Звук отвратительный.

Щёлк…

– Серьёзно, прекращай это. Или я тебе их отрежу.

– Ой, страшно. Ты такой милый, когда злишься, пупсик. Свали уже отсюда. Или просто заткнись. Отвлекаешь.

Макс издал нечто похожее на рычание и плюхнулся в кресло, а Вик присел на диван рядом со мной.

– Алекс снова звонил, – сообщил он. – По дороге проверит ещё несколько мест, поэтому задержится. Как успехи?

– Я в процессе. Если бы наша неженка не мешала, дело продвигалось бы быстрее.

– Дело продвигалось бы быстрее, если бы ты работал двумя руками, а не только правой, – ощетинился Макс. – Но нет же! Тебе нужно испытывать суставы на прочность. Такими темпами твоя левая подруга пошлёт тебя на хер очень скоро.

– Ребячество. Тебя это тоже бесит, Вик?

– Звук и правда ужасный, – он пожал плечами.

– Я про Макса. Можешь его заткнуть? А лучше уведи его отсюда, чтобы я мог спокойно работать. Он мешает сосредоточиться.

– Да пошёл ты! – рявкнул Макс и вскочил на ноги. – Просто дай нам уже что-то.

После этих слов его буквально сдуло из гостиной. Макс был на пределе, и я понимал его. Киска пропала, а мы были бессильны. Ни единой зацепки. Никакой отправной точки. Записи с камер у того бара, где её видели в последний раз, ничего не дали. Как только Алекс позвонил мне, я сразу же приступил к проверке, но тщетно. Анже́лика не выходила оттуда. И никто подозрительный не выходил с ношей наперевес. Так что либо там есть слепые зоны или потайные ходы, про которые не знаем мы, но знают похитители, либо кто-то уже успел поработать с видеозаписями.

Интересно, как там Алекс? Тоже, наверное, весь на нервах. Однако Максу сейчас хуже всех. Он ведь так сильно её любит. Возможно, даже больше, чем Алекс.

– Эй, Вик, а сделай мне кофе.

– Ты наглеешь, бро.

– Ну, вообще-то, пока работаю только я и Алекс, так что тебе всё равно делать нечего.

Вик со вздохом поднялся на ноги и по пути к кухне обронил что-то очень похожее на «засранец Ян», поэтому я усмехнулся. Такая уж у нас динамика.

Чем сильнее мне нужно сосредоточиться, тем большей занозой в заднице я становлюсь, доводя их всех до бешенства. Но это работает и в обратном направлении: когда я не действую им на нервы, они сами докапываются до меня. Так и живём уже долгое время. И, надо заметить, всё ещё живы. Ведь любимым людям мы готовы прощать даже ужасные вещи, а безобидные подколы и подавно.

Более того, люди, как правило, с радостью принимают такие подколы от близких. Вот и мы тоже. Если и психуем друг на друга, то это не длится долго. А когда злость выплёскивается через край, в ход идут кулаки и последующее бурное примирение. Никто из нас не копит обиды, мы говорим и выясняем всё сразу.

Алекс вот с момента появления Анже́лики в нашем доме огребал уже трижды. Но он упёртый, всё равно гнёт свою линию. Кир то, Кир это… Однако, прикрываясь запретом Кира, Алекс вёл себя как мудила. За это и получал. Но вообще он прав, конечно.

Когда Кир присоединился к нам, то ясно дал понять, чтобы мы даже не думали подкатывать к его сестре. Он знал, что мы засматривались на неё ещё со школы. Все четверо. Но Кир хотел видеть рядом с Анже́ликой достойного мужчину. Вряд ли такое определение применимо к кому-то из нас. Мы это понимали, но бесил нас Кир своим запретом знатно, и мы подкалывали его, называя Лику обузой и помехой для Кира. Но она никогда не была обузой. Ни для Кира, ни для нас.

Эх, киска… Где же ты?

– Твоё пойло, – прервал мои мысли Вик, протянул мне кружку с дымящимся напитком и вновь сел рядом. – Как успехи?

– Есть кое-что подозрительное.

– Ну?

Он уставился на меня, а я неспеша отпил несколько глотков. Горячая жидкость потекла по пищеводу, моментально бодря. Ночка предстояла бессонная, так что нужно было запастись топливом.

Временами, когда я не спал, мой мозг начинал сбоить. Нечасто, но всё же регулярно я сталкивался с неизбежным. Кратковременные провалы в памяти, головные боли и заторможенность мышления – всё это были последствия старой травмы, которых я мог избежать, если бы вёл здоровый безопасный образ жизни.

– Эй! – Вик ткнул меня в бок. Довольно ощутимо. – Что ты нарыл?

– Тачка.

– Мне из тебя каждое слово вытягивать?

– Ммм, нет погоди.

Я поставил кружку рядом с ноутбуком и потёр виски, пытаясь восстановить нить нашего разговора.

– Опять голова? – поинтересовался Вик. Его тон моментально сменился на встревоженный.

– Всё уже прошло, – ответил я с улыбкой и постарался сосредоточиться на его изначальном вопросе, но в памяти словно образовалась дыра. – О чём мы говорили?

– Ты сказал, что есть что-то подозрительное. Тачка.

– Ах да, она самая. Вот смотри, – я указал на экран ноутбука, где было выведено сразу несколько изображений. – Этот серый фургон сегодня засветился везде, где была Анже́лика: около дома Кристины, рядом с «Когтем ворона» и неподалёку от того бара, где последний раз видели киску. Но потом фургон полностью исчез с радаров.

– Как это может быть?

– Скорее всего, у них тоже есть доступ к городской системе видеонаблюдения.

– Тогда почему не стёрли всё? Зачем оставлять нам зацепки?

– А разве не ясно? Это просто насмешка. Они знали, что мы будем её искать. Как вариант, фургон специально светился на камерах, чтобы запутать нас и повести по ложному следу. Возможно, Анже́лику увезли в другой машине, а фургон использовали как отвлекающий манёвр. Номера, вероятно, липовые, но всё же попробую пробить. Или стоит попросить Макса, чтоб не маялся от безделья?

– Лучше ты. У тебя быстрее выйдет. Погоди-ка… А что Лика делала в «Когте ворона»?

– Спросим у неё, когда найдём.

Вернувшись к работе, я лишь убедился, что номера и правда поддельные. Все нити обрывались, а хвосты были подчищены так ловко, что не оставалось сомнений: Анже́лику похитили не просто дилетанты. За этим стояли люди, имеющие вес в Бэрморе. Они подтёрли видеозаписи, подсунули нам ложную наводку, знали обо всех слепых зонах, даже о тех, о которых не знаем мы.

Но я нашёл кое-что, за что можно было зацепиться. Я умел искать и находить, в этом мне не было равных среди тех, кого я знал. Я мог идти по следу, используя даже фальшивые зацепки.

Проверив мои версии, мы сможем понять, спланированное это или спонтанное похищение и каковы мотивы похитителей. Но вот кому это выгоднее – Харонам или Чёрным рыцарям – пока неясно и неизвестно, станет ли ясно в ближайшие часы.

Однако… Возможно ли, что тут замешаны вовсе не банды? Возможно ли, что это проделки нашего косвенного начальства? Если так, то плохо дело. Мы не сможем пойти против них. Если это они забрали Анже́лику, чтобы использовать как рычаг давления, нам придётся выполнить все их условия. Но, если думать логически, отбросив эмоции, мы и так у них практически в рабстве. Им незачем похищать нашу девушку. Значит, остаются Хароны или Чёрные рыцари. Только кто из них?

Стоп… А ведь есть ещё один вариант. Маловероятно, конечно, учитывая картину, которая мне открылась, однако отметать этот вариант пока не стоит. По Бэрмору разгуливает серийный убийца, и если Анже́лику сцапал именно он, то счёт идёт на часы. Хотя вряд ли её похитил маньяк. Эта версия совсем не вяжется с деталями. Нужно проверить всё ещё раз. А потом взломать сис…

– Где тебя черти носили?! – раздражённо воскликнул Макс, прервав мой мыслительный процесс. – И кого ты с собой приволок?

– Знакомьтесь, это Марк, – невозмутимо ответил Алекс, когда я обернулся. – Он старый знакомый Лики и помогает с поисками. А ещё Марк поклялся, что всё, что он увидит в процессе взаимодействия с нами, унесёт с собой в могилу. Я в красках проинформировал его о том, что лжецы долго не живут.

Прищурившись, я оглядел парня с ног до головы. Нелепая одежда, щуплое тело, очки и пунцовое от переизбытка эмоций лицо. Ни больше ни меньше – зашуганный ботаник. Тощий неудачник, которого никто не станет подозревать. Так и должны выглядеть шестёрки или шпионы.

– И чем он может нам помочь? – задал Вик вопрос, вертевшийся у меня на языке.

– Откуда он вообще взялся? Может, он сам причастен к исчезновению Анже́лики? – озвучил Макс ещё два вопроса, крутившихся у меня в голове.

– Я… никогда не предам Лику! – запальчиво произнёс парень, опередив Алекса. – Она мой друг. И я хочу помочь. И, само собой, я буду молчать о том, что увижу или услышу. Я себе не враг.

– Влюблён в неё? – спросил я, ухмыляясь, чем вогнал парня в ещё большую краску. Кажется, у него даже уши запылали.

– Н-нет. Лика – друг. Я люблю её и уважаю, но не влюблён. Мне нравится… другая девушка.

– И чем ты можешь нам помочь?

– Я давно знаком с Ликой. Если есть вероятность, что она ушла сама, то я знаю места, где она может быть.

– Но проблема в том, что вы уже их проверили и киски там не оказалось, да? – перевёл я внимание на Алекса. – Ты не думал о том, что он просто тратил наше время, отвлекая тебя?

– Думал. Не считай себя умнее всех, – процедил Алекс. – Он и правда знает её любимые места. По крайней мере, те, что были таковыми, когда она училась в школе. Вряд ли это изменилось, Лика не любит перемены. Нужно было полностью исключить версию, что она могла сбежать. И мы сделали это, пусть и потратили лишний час. Зато теперь можем всецело сконцентрироваться на похитителях. Кстати, я нашёл у Лики в сумке визитку Влада.

– Да, киска заезжала сегодня в «Коготь ворона».

– Что она там делала?

– Это у неё нужно спросить. У меня нет доступа к камерам наблюдения, расположенным на территории Харонов.

– Тогда не умничай, а скажи, что вы нашли.

– Вик расскажет. Я занят.

– Неужели тебе абсолютно насрать?! – в очередной раз чуть не взорвался Макс.

– Нет, Макс, всё не так. Именно поэтому я сейчас не буду участвовать в обсуждении.

Прежде чем он успел вновь наорать на меня, я надел наушники и врубил плеер на максимум. Нужно было сосредоточиться. Нужно было соединить все обрывки нитей и найти киску, пока не стало слишком поздно.

Глава 3

Анже́лика

– Пора просыпаться, принцесса.

Этот голос… Тяжёлый, вязкий. Он был лишь предвестником жуткого лязга и скрежета, которые отдавались вибрирующей болью во всём теле. Я готова была сделать что угодно, лишь бы мужчина прекратил производить этот шум. Но я всё ещё не могла открыть глаза и поднять голову. Она словно свинцом налилась, а шея окаменела от продолжительного пребывания в неудобной позе.

Я пришла в себя от силы пять минут назад. Мне не особо-то и вежливо помогли вынырнуть из дурманящего небытия, окатив меня из шланга ледяной водой. Мои руки и ноги были привязаны к стулу, во рту торчал кляп. Его вынули только после того, как повторно устроили мне ледяной душ, во время которого я чуть не захлебнулась.

Было так чертовски холодно. А ещё я действительно боялась. Страх пополз липкой струйкой по позвоночнику ровно в то мгновение, когда впервые раздался лязг. Вряд ли мужчина шумел, просто чтобы досадить мне. Однако я всё ещё цеплялась за вероятность того, что моё воображение разыгралось, а на самом деле никто не собирается меня пытать. Но если не пытки, то что меня ждёт?

– Как думаешь, принцесса, сколько папочка готов за тебя заплатить? Дорога ты ему или нет?

Папочка? Заплатить?

Чёрт! Так вот о чём говорил Влад. Если кто-то узнает, что я его дочь, то это могут использовать против него или ради наживы.

Но как кто-то мог узнать, да ещё и так быстро? И в чьих руках я оказалась? Вариант с маньяком точно отпадал.

– Вставай, – рыкнул мужчина после того, как перерезал верёвки.

Ноги затекли и не слушались, а опьянение и дурман от вещества, которым меня вырубили, ещё не прошли, и мои попытки подняться провалились. Я не хотела злить своего похитителя. Я просто не могла встать. Но, конечно, он пришёл в ярость. Сам поднял меня, схватив за горло, и потянул на середину тускло освещённой комнаты.

Я не понимала, где мы. Окон не было. Лишь одинокая лампочка кое-как освещала часть затхлого помещения. Здесь воняло. Реально воняло. Потом, старой кровью, машинным маслом и чем-то кисло-горьковатым.

Моё сознание было сильно затуманено, и до меня не сразу дошло, что на мне оставили только нижнее бельё. Даже обувь сняли. Вот почему я вся продрогла. Хотя… если бы на мне была одежда, последствия ледяного душа были бы ещё хуже.

– Здесь, – сухо приказал мужчина, остановившись. – Руки.

Едва я протянула их вперёд, на запястьях сомкнулись железные оковы. Мужчина отошёл к ближней стене, несколько раз прокрутил колесо, натягивая цепи, концы которых были прикреплены к колесу, и мои руки взмыли вверх. Он закрепил колесо рычагом и ухмыльнулся.

Натяжение было таким сильным, что я не могла сдвинуться с места, но мужчина, вопреки моим опасениям, не стал бить меня или что похуже, а молча покинул помещение. Но это не означало, что всё закончится хорошо. Я была обездвижена, раздета, беспомощна и полностью открыта для нападения. Вряд ли меня «подвесили» потехи ради. Просыпающаяся интуиция подсказывала, что вскоре сюда придёт кто-то пострашнее моего похитителя.

Однако я могла двигать головой и подниматься на цыпочки. Нужно было восстановить кровоток, чтобы прийти в себя хотя бы отчасти, и я приподнялась на носочки, затем опустилась, а потом сделала круговое движение головой. От этого незначительного усилия меня затошнило, а в глазах забегали звёзды. Видимо, алкоголь и та штука, которой меня одурманили, были несовместимы.

Дико хотелось пить, и я облизала иссохшие губы. Набрала слюны и проглотила, но лучше не стало. Наоборот, затошнило ещё сильнее. Я медленно запрокинула голову, сощурилась от света лампочки и уставилась на балку под потолком, через которую были перекинуты цепи. Так вот почему мужчина так громыхал ими… Готовил для меня «удобное гнёздышко».