Судебные процессы

Да, да, господа! Я знаю, о чём говорю и готов подписаться под каждым своим словом!

На рассмотрение судебного следствия выносятся следующие вопросы:

1) Какие причины послужили поводом к тому, что никто из присутствовавших в вечер убийства в доме лиц не смог вмешаться и остановить детоубийство?

2) Заслужила ли покойная Аглая Ревельская, чтобы на волю ее воздействовали при посредстве розг и оплеух, то есть обладала ли она такими качествами, которые могли ей впоследствии воспрепятствовать сделаться полезною дочерью для родителей своих?

3) Выходили ли употребленные господином Ревельским меры и исправления из пределов, очерченных законом, настолько, чтобы потребовать вмешательства в форме судебного преследования?

На первый вопрос позиция обвинения отвечает так:

По причине тиранических и деспотических наклонностей господина Ревельского, который запугал всю свою домовую прислугу, а также и свою новоиспечённую супругу, никто из перечисленных лиц не отважился вмешаться и остановить убийство отцом своей дочери. Так как каждый опасался расправы и над собой в том числе. Да и к тому же, для всех вышеперечисленных лиц господин Ревельский являлся хозяином и главой семейства. Но хозяин никогда не должен забываться и думать, что ему дозволено абсолютно всё!

Ответ на второй поставленный вопрос у позиции обвинения однозначен – Аглая Ревельская определённо не заслуживала подобного бесчеловечного отношения к себе со стороны родителя, так как все, кто знал покойную девочку, отзывались о ней как о добром ребёнке и чуть ли как о маленьком ангеле, которая никогда не совершала дурных поступков и во всём всегда слушалась своего отца!

На третий поставленный вопрос ответ позиции обвинения также однозначен и категоричен – употребленные господином Ревельским меры, приведшие к смерти ребёнка, определённо выходили не только из пределов, очерченных законом, но и из всяких пределов нравственности, морали и человечности! Ибо отец, убивший собственную маленькую дочь – не отец, а чудовище!

Таким образом, выходит следующее: господин Ревельский Леонид Станиславович совершил убийство с особою жестокостью! Да и ещё убийство кого?! Убийство своей собственной малолетней дочери, которая толком-то и жизни не видела!

Посему, позиция обвинения неуклонна – господин Ревельский обвиняется в совершении убийства собственной дочери с особенной жестокостью!

У обвинения всё, уважаемый суд!

Головин:

Очень хорошо, Дмитрий Леонтьевич! Можете садиться!

Савин садится на место.

Теперь мы можем выслушать сторону защиты.

(к Старову):

Всеволод Антонович! Вам слово!

Старов: (подходит к трибуне)

Уважаемый суд! Уважаемые присяжные заседатели!

Только что стороною обвинения были представлены данные, собранные в ходе расследования дела в отношении моего подзащитного, господина Ревельского Леонида Станиславовича.

На основании сего заявления у всех слушателей данного заседания складывается единая и однозначная картина с единым и однозначным выводом, что господин Ревельский убил свою дочь и является преступником, что должен понести заслуженное наказание! Я не стану спорить с каждым из вас, уважаемые слушатели, и с вашими внутренним убеждением и мнением, ибо мнение у каждого своё!

Я скажу и заявлю только неопровержимые факты из рассматриваемого дела.

И первый факт заключается, прежде всего, в том, что мой подзащитный, господин Ревельский, не только не отрицает факт совершения им преступления, но и совершенно точно его признаёт, и более того – тщательно и искренне раскаивается в содеянном! Судебному следователю он заявил чётко и однозначно: он полностью признаёт свою вину и раскаивается в содеянном! Вы можете видеть, как он сидит не может вымолвить ни слова, потому что силы боли и страдания не дают ему это сделать! Ведь человек потерял свою единственную дочь и только сейчас понял, что он сотворил! Он клянёт судьбу, и если бы он мог вернуться в прошлое, то он обязательно предотвратил бы уже содеянное!

Примечания