Южные горы

Глава 1

Ночь уступала место новому дню. По сиреневому небосклону, как по реке, неспешно плыли облака. Уже угадывались блики далеких гор. Пока их свет был слаб и неровен, но с каждой минутой вершины загорались ярче. Наконец, Гиндукуш встретил солнце и засверкал, как огромный алмаз. * * *Сашка лежал, цепенея от ужаса. Тёмный силуэт спускался в землянку, где они спали. Нужно было что-то делать, спасаться.. Но руки и ноги, словно ватные, совсем не слушались. Не получалось и закричать: горло сдавил ком и вместо крика получался не то сип, не то стон. Он понимал, что если прямо сейчас не чухнуться, то духи вырежут всех к ****ям!Превозмогая сопротивление, словно выползая из трясины, он всё-таки закричал. Его голос выводил очень выразительное «а!». Полегчало и на душе.— Заткнись ты, - опять всех разбудил — тряс Сашку за плечо приятель и сосед по кровати Андрей. Саня заткнулся. Он лежал молча с широко открытыми глазами, в которых ещё оставался ужас ночного кошмара.- Всё в порядке. Это госпиталь, а не Руха. Напротив него сидел Андрей в офицерском кителе и улыбался.— Блин. Ещё немного и меня бы дух заколбасил. Андрюх, ты меня спас, можно сказать.— Значит, ты мой должник. Не забудь.Уже много ночей Сашка видел один и тот же сон: как душманы ночью крадутся к ним в расположение, и каждый раз просыпался в холодном поту. Даже если накуривался — не помогало.Второй раз и уже окончательно он проснулся перед самым завтраком. Настроение было превосходное. Солнечный свет лился через окна палатки, наполняя её до краёв.— Классно, — думал Саня, — что в госпитале нет подъёма. Чувствуешь себя свободным, будто на гражданке.Когда его с малярией привезли сюда и разместили в большой армейской палатке, Сашка был очень рад. Во-первых, лето, а палатка продувается. Во-вторых - и это важнее свежего воздуха - в госпитальные палатки ни врачи, ни офицеры практически не заходили. Три раза в день после еды давали таблетки — и вся нагрузка.Но хорошо долго не бывает. Военврач — невысокий, конопатый капитан — сказал, что держать его здесь дольше двадцати одного дня он не имеет права. Баста. Сегодня за ним приедет машина из полка. Уезжать не хотелось.— Не грусти, Шура. За тобой, может, только вечером приедут. Пойдём дунем — я у каптёрщика достал.Андрей — шустрый малый. Никогда не унывал и ни на что не жаловался. Он всё обо всех знал, сыпал анекдотами, и когда рассказывал их медсёстрам, сам громче всех смеялся, обнимая сестричек за талию.По вечерам Андрей основательно готовился «гусарить»: долго чистил зубы, улыбаясь зеркалу,орошал одеколоном первые робкие залысины и, надев офицерский китель, отправлялся в дукан за коробкой конфет. Появлялся только утром и обязательно рассказывал о своих похождениях. Все его с интересом слушали и, конечно, завидовали.— Вчера ходил к поварихе из 345-го. Знойная женщина, — вещал он, передавая забитую «беломорину», — всё жениться предлагает.— Так женись, — улыбнулся Сашка, — она, наверное, пирожки классные печёт.— Они сюда все за мужиками приезжают.У неё дембель скоро, а подходящего нет. Давай я тебя на ней женю!— А ты как же без такой знойной?— Я… А я буду к вам в гости приходить. Ты один с таким агрегатом не справишься , — заржал Андрей.«Зубы у него хорошие, — подумал Сашка. — Ровные и белые. Правда, крупные. Поэтому, когда смеётся - напоминает жеребца. Чего вдруг мне дались его зубы? Видно, уже торкнуло. Да, неплохая у каптёрщика дрянь».