Правила игры с раком. Онковыздоравливающий: инструкция по выживанию
- -
- 100%
- +
Не счесть, сколько раз мы с мамой разговаривали о том, что очередная панацея, которую ей посоветовали в очереди в онкоцентре, — это просто чей-то грязный бизнес на чужой боли. БАДы — это не лекарства. А человек, который запрещает пациенту проходить назначенное лечение и обещает вылечить опухоль наложением рук или отваром мухомора, — не целитель вовсе, а источник реальной опасности
Любые внешние «чудо-источники» — это попытка сбежать от реальности. Это смещение фокуса. Каждый раз, когда ты судорожно ищешь спасение в том, чего у тебя нет (в редких травах или сильных шаманах), ты оттягиваешь момент принятия одной фундаментальной истины. Истины, без которой не выздоравливает никто:
У тебя уже есть часть ресурсов для выздоровления, которые ты можешь использовать прямо сейчас: способность задавать вопросы, искать информацию, просить помощи, соблюдать назначения, говорить о своём состоянии и принимать решения вместе с врачами. Остальные ресурсы не обязательно должны находиться внутри тебя — иногда их нужно получить извне.
Эта фраза — не эзотерическая уловка. Под ней монолитный, жесткий фундамент. Позволь показать тебе, что бывает, когда человек ищет спасение не в своих ресурсах и доверии к медицине, а идет на поводу у страха.
Когда мы с мамой пришли на ПЭТ-КТ и сидели в коридоре, ожидая, пока радиоактивный препарат распределится по телу, мы разболтались с девушкой по соседству. Она, как и я, привела на обследование свою маму. Но пропасть между нашими матерями была катастрофической.
К тому моменту моя мама, после наших долгих бесед, приняла необходимость обследований. Она была готова помогать врачам делать их работу, а не саботировать лечение.
А вот мама той девушки была парализована ужасом. Этому ужасу никто не помог, потому что родственники просто не знали, как это сделать. И вместо того, чтобы быстро пройти диагностику и ударить по болезни, эта женщина откладывала ПЭТ-КТ трижды. Всё это растянулось на полгода.
Она боялась радиации. Боялась, что ей скажут что-то плохое. Не хотела «тратить жизнь на больницы».
Через несколько месяцев ситуация оказалась значительно сложнее: обследование показало распространение заболевания, которого раньше не было выявлено. Стадия изменилась, и лечение стало другим
Я не могу утверждать, что именно отсрочка обследований стала причиной прогрессирования. Но для меня эта история стала очень наглядным напоминанием: страх обследований может лишить человека возможности вовремя получить необходимую медицинскую помощь
В тот момент я увидел, насколько сильным может быть страх обследования — настолько сильным, что он способен заставить человека откладывать медицинскую помощь.
Во время каждой нашей поездки в онкоцентр я старался подготовить маму, отрабатывая все ее возражения и страхи, которые она привозила с прошлой химии. Ведь стоило нам вернуться домой, как она снова начинала искать в интернете «народные лекарства от рака». И я снова, раз за разом, объяснял ей, почему нельзя верить всему, что пишут люди, находящиеся в таком же отчаянии, как и она.
Самое грустное: пока я буквально каждый день помогал своей маме от деструктивных убеждений и учил её выстраивать границы, другие пациенты онкоцентра тратили время на поиск чудес, отказываясь от работы над собой. Многих из них, к сожалению, уже нет в живых.
Я хорошо помню нашу поездку на третий курс химиотерапии. Мама живет в деревне, до больницы — три часа на поезде. Мы всегда брали спецкупе для инвалидов, и это время мы находились один на один.
Мы ехали, под стук колес обсуждая, как всё это тяжело. Что от химии снова станет плохо, что в больнице гнетущая атмосфера, от которой тошнит. Это был далеко не первый наш разговор в таком тоне, и в тот момент я понял, что смертельно от этого устал.
В этот день я решил сломать систему. Я решил полностью перевернуть её восприятие болезни. Мне нужно было дать ей новую цель — жизнь, к которой захочется стремиться, несмотря на тошноту и слабость.
Задача, скажем так, незаурядная. Как сместить акцент с болезни на выздоровление? Как заставить человека поверить, что побочки от химии — это не разрушение, а необходимый процесс во время лечения и пути к жизни?
Я долго размышлял об этом. И прямо там, в купе поезда, я решился на ход конём.
Разговор, изменивший всё
Как вернуть контроль над своей жизнью, когда кажется, что от тебя ничего не зависит? Как заставить мозг сфокусироваться на имеющихся ресурсах, а не на страхе?
Мы ехали под монотонный стук колес. Мама смотрела в окно пустым, потухшим
— Я больше не могу, — вдруг тихо сказала она, в её голосе был слышен страх. — Меня тошнит от одного запаха больницы. Зачем это всё, Вов? Я просто хочу, чтобы это закончилось.
Она плакала. Тихо, безнадежно, сдавшись. Внутри меня всё сжалось. Естественной реакцией было бы обнять её, сказать «потерпи, всё пройдет». Но я знал: если я сейчас начну ее жалеть — то этим не помогу. Я подавил в себе хорошего, сочувствующего сына и включил жесткого терапевта.
— Хорошо. Закончится, — отрезал я. — Ты сейчас сдашься, ляжешь и будешь ждать конца. А дальше что?
Она вздрогнула и посмотрела на меня с обидой и злостью.
— Ты не понимаешь! Я просто не хочу болеть! Не хочу этих мучений!
— Опухоли плевать на то, чего ты «не хочешь», мам. Мозг не понимает команду «не». «Не хочу болеть» — это не цель, это отчаяние. Давай подумаем, ради чего стоит пройти эту химию? Что будет ВМЕСТО болезни?
Она отвернулась, упрямо поджав губы. Мы молчали минут десять. Воздух в тесном купе можно было резать ножом. Я не отступал, физически ощущая, как ломаю ее привычную позицию жертвы. Мне хотелось вернуть ей не только надежду, но и ощущение собственной силы. Иногда такую силу даёт злость — она может стать сигналом: «Я больше не хочу оставаться в этом состоянии.
— Я хочу жить нормально, — наконец выдавила она сквозь зубы.
— Нормально — это как? Лежать дома перед телевизором? Ради этого я приехал из Питера?
— Я хочу путешествовать! — вдруг вырвалось у нее, и в глазах блеснули искры. — Хочу на Байкал съездить по-человечески, а не по больницам мотаться. Хочу просыпаться здоровым человеком!
Бинго. Броня пробита. Это была настоящая, светлая точка на горизонте.
В тот раз я включил то, что со стороны могло бы показаться жестокостью. Мозг больного человека всячески цепляется за страдания. На все её отговорки вроде «Я просто не хочу болеть» я контратаковал: «А что будет ВМЕСТО болезни?». На каждую фразу «Я не хочу страдать» я выпытывал: «А чего ты ХОЧЕШЬ?».
Однако помни главное:
— Ты имеешь право бояться, злиться, быть слабым;
— У тебя не будет всегда хорошего настроения, потому-что так надо;
Одно только формулирование этой цели отняло у нас 30 минут поездки. Я методично, как детектив, выбивал из неё позитивную формулировку.
Что это значит? Позитивная формулировка — это цель, не скованная отрицанием (частицей «НЕ»). Мозг не понимает команду «не думать о белой обезьяне». Когда ты пытаешься сформулировать цель только через то, чего не хочешь, внимание всё равно может снова и снова возвращаться к нежелательному состоянию. Поэтому иногда полезно спросить себя не только «чего я хочу избежать?», но и «к чему я хочу прийти?
Моя цель была — вырвать её из позиции пассивного наблюдателя. Вернуть ей ответственность за собственную жизнь. И снова — никакой лжи, никаких иллюзий и никаких «НЕ».
«Я полностью исцелюсь силой своей воли» — это бред. Сила мысли не вырежет опухоль. Тебе нужна помощь врачей, тяжелая операция и токсичное лечение. Сила мысли лишь поможет тебе выдержать этот путь, но не заменит его.
Я сразу обрубал токсичный позитив. Если ты понимаешь, что впереди химиотерапия и тебе (или твоему близкому) будет физически плохо — не надо обманывать себя ванильными фразочками вроде «всё будет отлично» или «больно не будет».
Не говори:
«Не плачь, всё пройдёт».
Попробуй
«Я вижу, что тебе тяжело. Я рядом и помогу тебе пройти через это».
Гораздо правильнее будет подготовить ведро рядом с постелью, лёгкий бульон на обед и уйти в другую комнату, чтобы не смущать человека пока его тошнит. Не сиди у кровати причитая о том, как тебе жаль.
Будет больно. Будет дискомфорт. Возможно, ты снова проведешь пару ночей в обнимку с унитазом. Говори правду, но давай опору. Вот несколько универсальных формулировок, которые работают безотказно (используй их для себя или для разговора с близкими):
Вместо «Не плачь, всё пройдет»: «Я понимаю, что тебе сейчас тяжело и больно. Я сделаю всё, что от меня зависит, чтобы помочь тебе это пройти».
Вместо «Операция — это пустяки»: «Впереди сложная операция. Но её будут делать опытные врачи, и они окажут всю необходимую помощь, чтобы удалить опухоль».
Вместо «Химия не такая уж страшная»: «Да, некоторые виды химиотерапии могут давать тяжёлые побочные эффекты. Но врачи знают, как контролировать многие из них».
В этих фразах нет лжи. Ты показываешь вещи такими, какие они есть, но даешь уверенность.
По ходу нашего разговора в поезде мы безжалостно откидывали все обстоятельства, которые от мамы не зависели. Мы сфокусировались только на её зоне контроля. В итоге мы вывели потрясающую формулу:
«Я буду стремиться к выздоровлению. Я улучшу свое питание и буду делать всё, что приблизит меня к здоровью и счастью».
И всегда с этого момента, когда маме вновь становилось грустно, я возвращал ей эту фразу как напоминание о том, к чему она стремится.
Алгоритм: Как превратить надежду в план
Дальше оставалась чистая механика. Эту красивую фразу мы превратили в пошаговый, сильный план действий. Я лишь задавал вопросы, направляя её мысль, но варианты она искала сама.
Если ты хочешь провести такую же работу с собой (или со своим родственником), сохраняй хладнокровие и пройди строго по этому алгоритму:
Шаг 1. Конкретные действия
Вопрос: «Что конкретно, по шагам, ты можешь сделать, чтобы достичь здоровья?»
Наш результат: Мы решили сфокусироваться на питании, которое помогало ей поддерживать силы во время лечения, дыхательных практиках для снижения стресса и работе над ментальным здоровьем.
Шаг 2. Телесные ощущения
Вопрос: «Как ты поймешь, что эти действия работают? Что ты почувствуешь в теле?»
Наш результат: Мама вспомнила, как после дыхательных техник у нее отступала тошнота. Она поняла, что улучшение питания даст ей больше энергии и облегчит походы в туалет, а работа со стрессом вернет нормальный сон. Цель стала осязаемой.
Шаг 3. Ресурсы
Вопрос: «Какие ресурсы у тебя УЖЕ есть для достижения этой цели?»
Наш результат: Ресурсы — это не только деньги. Это свободное время, которое можно направить на отдых. Это тихая квартира, где можно восстановиться. Это связи, поддержка сына и собственный упрямый характер. Мы собрали весь арсенал.
Шаг 4. Разделить цель на маленькие шаги
Цель «здоровье и путешествия» — глобальная. До нее идти долгие 6 месяцев лечения. Мозг может сдаться, не увидев быстрых результатов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.