Горячие рассказы

Криминальная эротика

Реклама – двигатель торговли, заявил в 19 веке предприниматель Людвиг Метцель. А реклама секса что? Правильно – двигатель демографии. Со всех утюгов несется: нужно повышать рождаемость, страна в демографической яме, а в ящике обнаженную женскую грудь ретушируют, как страшную проказу. Твердолобое ханжество. Даже в пуританском СССР такого не было. В 1975 в обычную московскую школу пришел сексолог, нарисовал на доске актового зала мужские и женские половые органы и стал рассказывать ученикам и учителям о лучших способах интимного контакта, предохранения, венерических болезнях и как их избежать. Преподаватели, покрывшись бурыми пятнами, в ужасе внимали, школяры хихикали, но все остались довольны, так как получили полезные, практические знания.

 Теперь в школах о сексе ни – ни… Вот о досредневековой мистике – пожалуйста. Вообще, мистика – это непознанная реальность, равно как случайность – непознанная закономерность. Конечно, есть Интернет и хоть обсмотрись голых тетенек/дяденек и на их невероятную "гимнастику". Но это не то. Чтобы там ни говорили, телевидение – это единое эфирно – информационное поле, в котором каждый ощущает себя частью общего целого. А в Сети ты один, даже если входишь в какое-нибудь сообщество. Ну, сколько там членов? – сотня, тысяча, а в "ящике" – миллионы. И создают это информационное поле профессионалы, имеющие доступ к различной информации, а в Сети – дилетанты, зачастую маргиналы с непомерными амбициями и запросами…

 Я согласен с этими мыслями моего приятеля Пети Власкина, но не разделяю, предпринятой было им попытки, сексуального окультуривания населения. Вылилось это… Впрочем, всё по порядку.

 Как-то Петя прочел в сетевых новостях, что на центральной площади одного из сибирских городов на большой информационной панели вместо рекламы, появилось порно. Оказалось, что панель имела выход в Интернет. Кто-то, возможно даже с мобильного телефона, взломал защиту и загрузил видео – одних повеселившее, других возмутившее. Ему понравились отзывы под новостью: " Ну, хоть что-то нормальное показали за всю жизнь", "Порно – реклама секса".

 Последний отклик его особенно зацепил. Нет, Петя был категорически против порнографии "без границ". Только эротика, легкая красивая, её достаточно, чтобы настроить человека на нужный "демографический" лад. Годится! – воскликнул он мысленно. Набрал своего школьного приятеля Славу Веточкина.

 -Ты ведь знаешь о демографической проблеме государства, хочешь ее исправить? – спросил он.

 -Нашел мне длинноногую девицу? Так у меня Светка есть, – ответил тот.

 -Светка-ветка, – передразнил Петя. – Два сапога пара. От вас толку, как от резиновых ежиков, один свист. Елозите друг по другу уж сколько, а толку ноль.

 -Напился с утра, Власкин? Сколько раз тебе говорил, опохмеляться надо капустным рассолом с 20 граммами водки на стакан, не больше. А ты, поди, уже вискаря полштофа засадил.

 -Не пил и не собирался. Лучше вникни, что я тебе расскажу.

 Веточкин был, как он сам о себе говорил, крутым айтишником, разрабатывал компьютерные программы в промышленной фирме своего отца.

 -Тебе же взломать любой сайт раз плюнуть, – продолжил Власкин.

 -Это да, – хвастливо ответил Слава. – В два щелчка.

 -А уличное интерактивное панно, имеющее выход в Сеть, сможешь?

 -Желаешь рекламу своей фирмочки бесплатно вставить?

 Петя раньше трудился на киностудии помощником осветителя. Главный мастер по свету Бельмеш оказался геем, стал приставать к нему прямо в перерыве между съемками. Власкин стукнул его железным пюпитром с фоновыми картинками, отчего извращенец рухнул на ведущего актера Сидельцева. Тот в свою очередь упал на электрическую плитку, где варил вегетарианские сосиски. Пиджак на нем вспыхнул. Артист, игравший крутого бандюгана из 90-х, закричал, словно ему вставили паяльник. Потушили быстро, но Сидельцев получил небольшие ожоги руки. На этом основании он потребовал материальную компенсацию и перенос съемок на две недели. Режиссер – постановщик Корытов был в гневе и сорвал его, конечно, на Пете. Вместо того, чтобы промолчать, Власкин рассказал об извращенце Бельмеше. Нашел где и кому жаловаться на геев. Словом, его уволили, и он открыл свою "контору" по производству праздничных сувениров.

Привлечь рукастых, талантливых мастеров было ему не по карману, а три пожилые нанятые им тетеньки, выдавали такую продукцию, не соблюдая его эскизы, что, по словам приятеля Веточкина, пролетавшие мимо мухи, начинали блевать. Снегурочки походили на заплывших, мясистых теток, порождающих их из глины и дерева, деды Морозы на толстых кенийских бегемотов, а сталевары, шахтеры, рабочие к празднику "Весны и труда", почему-то все как один на Карла Маркса.

 Но доход, какой-никакой был, с голоду Веточкин не умирал и поэтому в его голове вертелись высокие мысли неравнодушного к проблемам страны, гражданина. В частности, его очень волновала проблема демографии. Почему? Все кроется в самом человеке, его комплексах – Петя никак не мог найти себе подходящую спутницу жизни. Одна красивая, но глупая, другая глупая, но красивая, третья и умная и красивая, но фригидная как еловая доска. Власкин давно научился распознавать асексуальность девушек. Они избегают не только поцелуев, но даже простых скромных прикосновений. А если и позволяют, то с неудовольствием, что видно по их глазам и подергивающимся уголкам губ. Мало смеются, кожа на их лицах бледная, руки с короткими, "мужскими" пальцами. И размер обуви "ударный". Да, такие дамы могут оказаться и лесбиянками, но час от часу не легче. Зачем "радужным" девицам тогда мужчина? Для того чтобы скрыть от друзей, коллег свою неестественность, а по сути, болезнь. Ну и для статуса – неприлично быть незамужней.

 -Нет, – наконец, ответил Петя приятелю. – Хочу кино эротическое снять и на городском экране запустить.

 -Точно пьяный. Это же уголовщина!

 -Никакого криминала! Не порнуху, легкую эротику. Недаром я на киностудии работал, в теме.

 -Ты уже однажды снял кино. Твой приятель журналюга Бабочкин даже рассказик настрочил, "Мизансцена" называется.

 -Читал. Но это не то. Ты пойми, люди перестали заниматься сексом и соответственно рожать детей даже не от бедности, а от того что их вечно грузят со всех утюгов политикой, катастрофами, социальными проблемами. На подкорке откладывается черный негатив. Словом, не до интима. А легкая эротика – это в первую очередь красота, гармония души и тела. Вот идет человек по проспекту или едет на машине и видит на огромном экране обнаженную красивую девушку, манящую и зовущую, и на сердце сразу становится тепло и светло, хочется жить.

 -И размножаться.

 -Грубый ты, Славик и неотесанный, как ржавый чайник.

 -Сам ты… осветитель перегоревший. Ладно, будет у тебя готовое видео, приходи, посмотрим.

 -Нужна твоя помощь. У тебя же Светка…

 -Нет! С ума сошел? Найди какую-нибудь девицу с пониженной социальной ответственностью. Их в Сети хоть задом ешь.

 -Ну да, чтобы заразу подхватить? Говорят, появилась новая венерическая болезнь, бесконтактным способом передается. Домов терпимости у нас нет, где бы дамочек официально проверяли, а в Интернете – милости просим, потом лечись всю жизнь. Если уж брать жрицу любви, то проверенную.

 Слава засопел в трубку. Петя знал, что когда приятель мысленно напрягался, сопел как паровоз, а еще строил страшные рожицы. Но теперь он ее, к счастью, не видел – она была похожа на печеное, сморщенное яблоко с клюквинами вместо глаз. Прошла минута, прежде чем Веточкин выдал:

 -Есть! Помнишь Колю Белкина, ну того, что у нас в классе самым прыщавым был? Он теперь на дудке играет в каком-то оркестре. Ну и по ресторанам тоже. Говорил, часто в гостинице "Альтаир" подрабатывает.

 -Предлагаешь с ним дуэтом сыграть?

– Не перебивай. Белкин три раза развелся, но это так, каждый борется со скукой как может. Он мне рассказывал, что регулярно пользуется одной и той же куртизанкой и даже собирается на ней жениться. Кажется, ее зовут Иоланта. Думаю, "рабочий" псевдоним. Наверняка, в "Альтаире" ее и подцепил. Вот если её привлечь…

 -А Белкин согласится?

 -Коля за копейку гремучую змею оближет, заплатить, конечно, придется.

 Недолго думая, Слава набрал Белкина, предложил пообщаться за "рюмкой чая".

 Встреча состоялась в кафе на Таганке. В заведении подавали только кофе, горячий шоколад и пироги, чему Белкин был недоволен – по мятому, красному лицу было видно, что у него "горят трубы". Он за счет приятелей выпил три стаканчика "капучино", наконец поинтересовался, что от него нужно. Конечно, ему не стали раскрывать все карты, сказали лишь, что собираются снять легкое эротическое видео, для этого нужна проверенная, безопасная гейша.

 -Гейши не оказывают ни сексуальных, ни эротических услуг, не снимаются в эротике, только поют, танцуют, беседуют, проводят с клиентом чайную церемонию, – ответил Белкин. – Это вам для общего развития. Что, собираетесь бабосиков влегкую срубить? – ухмыльнулся он.– Так такого видео в виртуале полно, на этом не заработаешь, вот если…

 -Никаких "если", – перебил Власкин. – Только эротика.

 -Что ж, мо-ожно, – протянул Коля. – Есть в наличии хорошая, проверенная, как ты говоришь, деваха, только стоить она будет недешево.

 -Сколько?

 Белкин написал цифры на салфетке. У Пети округлились глаза:

 -Ого! Да гетерам средняя цена 3-4 тысячи в час. На ночь – десятка.

– Смотря, какой гетере. И потом, это на основной их работе несколько синеньких, а съемка – другое дело. Вы же на телочке заработать собираетесь, а значит…

 -Нет! – воскликнул Петя. – Только безвозмездная акция.

 -Да! – в свою очередь подал голос Веточкин. – Именно это мы и собираемся сделать.

 Слава к своему собственному удивлению, проникся идеей Власкина, почувствовал себя компаньоном в деле повышения демографии.

 Петя понял, что в данном случае, приятель прав и не стал возражать. Начал торговаться с Колей, так как названная им сумма, была ему совершенно не по карману. На выручку пришел Слава.

 -Ты губки-то закатай, Белка, половины с тебя хватит, – сказал он. – Я папашу своего попробую раскрутить, скажу, мол, хакерская атака на наше предприятие произошла, нужно заново программу писать… Словом, в таком духе.

 -Молодец! – Белкин стукнул Веточкина по плечу. – Вот это деловой подход.

 В два раза сумму урезать Коля не согласился, но на треть снизил. Наконец, он показал фото "куртизанки" во всех видах. Приятелям девушка понравилась, ударили по рукам.

 Деньги у папаши Слава выбил, словно лучший воспитанник Била Гейтса – ввел в корпоративную сеть вирус, от которого встало всё производство. Папе сказал, что сайт предприятия взломали сразу из Америки и Австралии. Тот предложил сыну любые деньги за "лекарственную программу", пытался даже встать на колени перед ним. "Не исправишь, катастрофа, я застрелюсь". "Что ты, папа, – испугался Слава и заверил родича: – Я всё исправлю". Однако с собственным вирусом Веточкину пришлось изрядно побороться. Наконец, с помощью, по-настоящему враждебного вируса, ему удалось перезагрузить программу, предприятие заработало. Денег с отца он взял, сколько было нужно для дела, ну еще, конечно, "немного".

 Снимать девицу решили на живописном берегу Оки, рано утром, на заре, на фоне восходящего солнца, когда над водой и лугами стелется таинственный, романтический туман. Напросился на съемки и Белкин, получивший обещанный гонорар. Он даже разработал сценарий ролика: она выходит из воды в белом, прозрачном пеньюаре, через который прекрасно видно все ее изящное, сексуальное тело. И начинает исполнять фрагмент танца маленьких лебедей из балета Чайковского. Оказывается, Иоланта, "в миру" Анна Косицина, окончила хореографическое училище, но жизнь расставила всё по своим местам.

 -В балете, кажется, четверо лебедей было,– усомнился Петя.

 -Ну, тогда исполнит танец феи Драже из "Щелкунчика", – ответил Коля. – Какая тебе разница, Волосок, всё будет красиво и грациозно.

 -В конце концов, снимем несколько разных вариантов, – разрешил спор Веточкин.

 Это был существенный аргумент. Девушка, которая произвела на Петю своей красотой и сексуальностью неизгладимое впечатление, только сказала:

 -Запросто. Оказываем все услуги оптом и в розницу.

 Власкин вздохнул: надо же, такая красота пропадает. С ней бы по жизни пойти рука об руку, а она развлекается со всеми подряд. Эх, судьба – злодейка, а жизнь – индейка, неощипанная… И сам себе дал по носу – не гневи звезды, которые тебе еще ничего плохого не сделали. Подумаешь, из киностудии выгнали, с геями бы таким же стал. Не физически, так морально. Петя верил в великий вселенский разум, в глобальное информационно-энергетическое поле галактики, контролирующее, но не определяющее нашу жизнь. Оно дает человеку свободу действий: если бы все было заранее переопределено, не было бы развития, движения вперед, а ведь Вселенная сама расширяется, без движения, по закону физики, "падает любое тело". Смысл жизни – в погоне за энергией любыми способами и в продолжении человеческого вида, что без секса невозможно, то есть, смысл и в нем. Солнечной энергии нам не хватает, приходится добывать её из того, что тоже уже получило от звезды: это животные, растения и, увы, люди. Вселенную считают разумной многие выдающиеся ученые, она и есть Создатель, верил в это и великий Эйнштейн.

 Приехали в ночи. Над рекой близко и ярко сиял Млечный путь, хоть дотянись рукой. "А говорят, мы в одни во Вселенной, – щурился на мириады далеких солнц Власкин. – У самих только недавно хвост отвалился, еще шерстью частично покрыты, у эмбрионов жабры, а самомнения выше звезд".

 Петя и Слава снимали на телефоны, Белкин, в белых перчатках, со штатива, на японский фотоаппарат с высоким видеоразрешением. Петя "работал" с рук, как маститый оператор киностудии. Всё же годы в киношной среде не пропали даром.

 Первый дубль, второй… Река, несмотря на июль, была прохладной, но с Нюры, как ее звали приятели, как с гуся, вернее, гусыни вода, всё нипочем. Она, выходящая из туманной реки, на фоне поднимающегося солнца, была очаровательна: вся такая прозрачная, словно хрустальная, тронь – зазвенит. Сквозь пеньюар просвечивали ее упругие груди с налитыми вишневыми сосками, лобок выделялся так явно, что казалось, на ней и вовсе нет одежды. Девушка отказалась от "Лебединого озера" и "Щелкунчика". Она исполнила грациозную импровизацию, которую назвала: "просыпающийся цветок лотоса". Петя несколько раз чуть не выронил в Оку дорогой телефон. Да, он влюбился окончательно и бесповоротно.

 -Хватит, – сказал Власкин. – Снято. Народ будет в восторге.

 -Еще один дубль! – попросила Иоланта – Нюра.– Я уверена, что он будет самым лучшим. Только я отплыву подальше, а затем вынырну почти у самого берега, как русалка.

 Пете идея понравилась. Она заплыла на середину Оки, нырнула и… больше на поверхности не появилась.

 Приятели бегали вдоль берега, звали ее, затем все, в том числе и Коля, бросились в Оку, стали нырять. На середине чувствовалось сильное течение.

 -Её, наверное, ко дну затянуло и унесло,– сказал Белкин.

 -Как затянуло, куда унесло?!– воскликнул в ужасе Власкин.

 Ныряли, пока не поняли, что бесполезно.

 Петя начал набирать "112", но связи в этом романтическом месте не было.

 -Надо срочно ехать в ближайшую деревню, там может быть сеть. – Власкин, спешно натягивая одежду, вынул из кармана ключи от своего старенького форда, безучастно дремавшего на холме.

 Его остановил Белкин.

 -И что мы скажем спасателям, полиции?

 -Как что?!

 -Не кричи. Выглядит так: трое мужиков завезли девицу в глушь, надругались над ней и утопили.

 -Не понял. – Власкин уставился на Колю, как на фашиста. – Ты думаешь…

 -Я уверен. Да, потом, когда найдут тело, выяснится наша невиновность, но всё это время будем сидеть в клетке. Тебе это надо? Мне нет. Иоланте всё равно уже ничем не поможешь. Жаль девочку, но кто её просил заплывать на середину реки. Двух дублей было достаточно, сам же говорил. Она сама выбрала свой путь, Ока стала для нее рекой Стикс, ведущей в подземное царство.

 -Что ты несешь, придурок! – возмутился Петя.

 -А ты на меня голос не повышай, – спокойно ответил Коля. – Да, я предложил снимать на реке "Афродиту, выходящую из пены", но вы же согласились. Так что не надо всех собак на меня вешать. До свиданья, великие режиссеры!

 Белкин взобрался на холм, прошел мимо Петиной машины, зашагал к лесу, в котором скрылся. Потом вернулся, сказал, что приспичило в туалет.

 -А ведь он прав, – сказал, наконец, Слава. – Нюре уже ничем не поможешь, а париться за решеткой пока всё не прояснится, у меня совершенно нет желания. Вдруг на папу снова случится компьютерная атака. Застрелится без меня, чего доброго. Тьфу, чего недоброго.

 -Но нас же могут вычислить!

 -Каким образом? Ехали ночью, как свернули с трассы, пропали с радаров ГАИ еще за несколько десятком километров до… этого места. В деревнях видеонаблюдение не ведется, коттеджей с "глазами" мы не проезжали. Иоланта пошла вчера вечером на работу и пропала. Среди жриц любви это обычное дело. Никто и искать не будет. А всплывет, может, и опознают по отпечаткам пальцев, если рыбы не объедят.

 -Фу, – поморщился Петя. – Какой же ты, Ветка, всё же циник.

 -Не я, жизнь такая, цитируя героев киноклассики.

 С тяжелым сердцем, разорванной в клочья душой, Власкин сел за руль, нажал на газ. Белкин решил выйти, когда свернули на автостраду, сказал, что лучше доберется автобусом – ну чтобы камеры и радары ГАИ их всех троих не зафиксировали. "Позвоню".

 И Коля позвонил Пете ранним утром, причем с неизвестного номера. Хотел проигнорировать вызов, но вдруг уже следователи его разыскивают? Не стоит тянуть резину, уж лучше сразу во всем признаться. Но только в чем признаваться? Не мы же утопили Иоланту, черт бы ее побрал. И сам же себе ответил: не сообщили ни в службу спасения, ни в полицию, а это уже криминал. И зачем послушал Колю, чего ему теперь еще надо?

 Белкин томить не стал. Выдал сходу:

 -С вас сто тысяч евро и свободны. Приму и долларами. Юани не предлагать.

 -Травки накурился с утра?

 -Не курю и вам не советую. Одно баловство. Только чистый "снежок". Иначе напишу заявление в полицию, нет лучше сразу прокуратуру, что это вы с Веткиным утопили Анну Ивановну Косицину. Ну как Веткин и говорил: сначала изнасиловали, потом концы в воду.

 Подавившись возмущением, Петя замычал в трубку, словно голодный племенной бык. Наконец, выдал:

 -Ты же с нами был, и на себя напишешь?

 -А кто об этом знает? Ни на одной камере слежения меня нет, я сидел на заднем сиденье в твоей ржавой консервной банке на колесах. Отпечатков пальцев нигде не оставил – если заметил, я всегда был в тонких перчатках. На ваши смартфоны не попал. Кстати, запись стирать бессмысленно, следы все равно в телефоне останутся, Веткин знает.

 Да, Белкин вспомнил, что Коля действительно все время был в белых перчаток.

 -Откуда же ты тогда мог узнать, что это мы увезли Иоланту на Оку?

 -Так я весь разговор в кафе на Таганке записал. А накануне встретил Иоланту, и она якобы мне рассказала, что вы отправляетесь на съемки в ночь. Так-то, дружок. Готовьте бабло, иначе будете кукарекать на параше.

 Только вместе с тобой, хотел ответить Петя, но просто отключился. Набрал Веточкина.

 -Белкин всегда был сволочью, – ответил тот.

 -Ты же его насоветовал.

 -Теперь это неважно. Помнишь толстого Юру Федюнина из нашего класса, что написал в сочинении о романе Чернышевского "Что делать" – идиотическая утопия? А сны Веры Павловны назвал фертильными мечтами озабоченной дамочки. Его тогда чуть из школы не выгнали.

 -Ну.

 -Он теперь следаком в следственном управлении МВД служит.

 -Что же ты раньше-то не сказал, голова твоя садовая. Нужно было ему сразу с берега позвонить. А теперь… Ладно, давай телефон.

 Юра, а теперь подполковник Юрий Павлович Федюнин, внимательно выслушал Петю. Сказал, что у него дел невпроворот, но старого школьного приятеля в беде не оставит. Предложил встретиться в каком-нибудь кафе, например, на Таганке. Власкина это не удивило, так как раньше все трое жили в этом районе. Его удивило, что Юра не стал уточнять, где находится место происшествия, не сказал, что срочно отправит туда спасателей.

 Встретились через пару часов в том же "шоколадном" заведении, что и с Белкиным.

 -Мы передадим ему меченные вами деньги, а вы его схватите? – предположил Петя.

 -Не торопись, Волосок. – Петя уже и забыл, что в школе у него было это прозвище. Федоскина за полноту обзывали Вурстом – с немецкого – колбаса. – Нужно загнать Белку в ловушку. Чего-то подобного, неприличного, я от Коли всегда ожидал. Сделаем так. И подполковник изложил план.

 Петя позвонит Белкину, скажет, что готов заплатить, но с одним условием – раз его легкий эротический замысел накрылся медным тазом, он хочет выдать на городской экран жесткое порно. Для чего? А чтобы прогремело, так прогремело – это будет протестом против ханжества на телевизионном экране. Соответствующие протесту титры пойдут на картинке. У Белкина наверняка много такого материала, пусть поделится.

 -За 100 тысяч Коля согласится на все, и вряд ли будет шифроваться – сбросит контент со своего компьютера или телефона,– говорил следователь. – Мы его возьмем за распространение порнографии, ну и за вымогательство, конечно.

 -Не знаю, – пожал плечами Петя. – А как же Косицина? Ее что, искать не будете?

 -Всех найдем, не беспокойся и всех посадим,– уклончиво, но сурово ответил Юра.

 Власкин подумал, что разговор окончен, поднялся.

 -Ты куда?– остановил его полицейский.– А звонить?

 -Прямо сейчас?

 -Нет, через год на церковный праздник.

 Как и предполагал следователь, Белкин с радостью согласился на предложение Пети. Более того, на радостях сказал, что у него есть даже детское порно.

 "Не надо", – хотел было сказать Власкин, но Федюнин, слышавший разговор по громкой связи, показал Пете кулак и зло прошептал: "Надо".

 Через полчаса разнообразное видео пришло на электронную почту Власкина.

 -Теперь вы установите, откуда пришло сообщение, и наденете на Белкина наручники?– спросил Петя.

 -Где он живет мне и так известно, даром, что ли я ем хлеб следователя? А вот с наручниками подождем.

 -Почему?

 -Косицина еще не найдена. Вот найдем…

 -Так ищите! Неужели думаете, что Белкин потом выловил её тело, и закопал? Или утопил с камнем не шее на глубине.

 -С обычным камнем вряд ли, а вот с драгоценным…

 -Что ты хочешь этим сказать?

 -Ничего более, нежели сказал. Снова звони Коле, назначай встречу на поздний вечер, скажем, в этом же круглосуточном кафе, часов на одиннадцать.

 -Эта "шоколадница" стала уже историческим местом.

 -Хорошее здесь кофе, как в ресторане отеля "Альтаир".

 -Причем здесь "Альтаир"?

 -Так, к слову.

 -И все же, насчет Иоланты…

 -Сказал же, всех найдем. Мои опера вечером будут здесь.

 Коля с радостью согласился снова посетить кафе на Таганке. Следователь ушел, а Власкин погрузился в "черные" мысли. Надо же каким прохиндеем оказался Белкин! Теперь ему светит тюрьма и надолго. Музыкант, блин… И Нюру жалко, такая красивая, такая изящная. Впервые сходу влюбился в девушку, и она тут же утонула. Не жизнь, а сплошные подножки судьбы. Говорят, судьба – это характер. Верно, сами ищем приключения на свою пятую точку, устраиваем себе подножки, а виним случайности. Да, да, случайность – это непонятая закономерность. Мы просто не знаем и не понимаем себя.

 И тут Петя вспомнил, что Коля подрабатывает в отеле "Альтаир", где вероятно и нашел Иоланту… И следователь отель зачем-то упомянул. А Юра, никогда ничего просто так не делает.

 Ему очень захотелось побывать в том месте, где ступала нога Иоланты, пусть развратницы, пусть опустившейся в моральном плане девицы. Его сердце колотилось, будто мотылек у яркой лампы, в горле застрял тряпичный комок. Нет, любовь все же болезнь. Ученые называют ее биохимическими реакциями, "всплеском" гормонов. Возможно. А еще это энергия двух галактик, при сближении которых иногда образуется черная дыра… Это когда любовь неразделенная, рассуждал Петя, а вот взаимная… Какая, к черту, взаимная, когда красавицу Иоланту уже на дне доедают рыбы и раки.

 Он взял такси, отправился в отель "Альтаир".

 Ресторанчик был уютным: с кабинками за бамбуковыми перегородками, у каждой стояли разлапистая мини-пальма и вазон с натуральными цитрусами на витиеватых подставках, отчего в зале стоял приятный лимонный аромат. За барной стойкой официант сосредоточено протирал бокалы, просматривая их чистоту на свет. Рядом сидело несколько скучающих девиц в цветных юбочках, с пышными прическами, массивными золотыми серьгами и кольцами на тонких ухоженных пальцах, дополняя вызывающий маникюр.