- -
- 100%
- +
— Откройте дверь, мы из прокуратуры, — обратилась Анжелка к старичку через закрытую дверь, предположив, что он их мог принять за кого-то другого.
— Я налоги плачу исправно, — послышалось в ответ от старичка за закрытой дверью. — А если они до вас не доходят, это проблемы ваши.
— Мы не за этим, — успокоила Анжелка старичка, продолжая общение с ним через закрытую дверь. — Мы по поводу строительства школы, на которой вы работали в тысяча девятьсот семьдесят седьмом году, — пояснила Анжелка.
Услышав это от маленькой девчонки, старичок вновь немного приоткрыл дверь и с удивлением переспросил:
— А причём здесь школа?
— Мы хотели узнать про не очень объяснимые вещи или случаи, которые могли происходить ещё при её закладке, — более подробно пояснила Анжелка.
— Извините гражданин начальник, а вопросы будите задавать вы или эта белобрысая? — поинтересовался старичок, указав на Анжелку пальцем.
— А вы как хотели бы? — ответил Земякин вопросом на вопрос.
— Ну… Вообще-то я бы желал, что бы допрос производил более зрелый человек, а то как-то не солидно получается, — огласил старичок своё мнение.
— Что ж, если это для вас так важно, то для ещё большей солидности, я вас могу повесткой в прокуратуру вызвать. Как вы на это смотрите? — предложил Земякин.
— На это я смотрю сугубо отрицательно, — заявил старичок, оценив шутку стоявшего рядом с девчонкой мужчины. — Так что если вы чего принесли, то давайте уж лучше здесь и желательно под хорошую закуску.
— Ого! — произнёс Земякин усмехнувшись на деда. — Я так понимаю, что у вас стабильный деловой подход по любому вопросу! Но знаете, как бы там ни было, а с этим давайте немножко по позже, потому как распитие спиртных напитков в присутствии несовершеннолетних у нас преследуется по закону.
— Так кто ж о не обычном рассказывает без принятия спиртного, — возразил старичок. — Тут ведь вдохновение нужно. А без него, ни как, — щёлкнув себя по кадыку, добавил старичок.
— Так тут выбор у вас не велик, — начал объяснять Земякин. — Либо к вашему вдохновению спиртное придёт чуть позже, либо не придёт совсем.
— Эх! Измельчал народ, — давя на жалость, посетовал старичок. — Скурвился, стариков совсем не уважает.
— Ну так если будет за что, то почему бы и неуважить, — заявил Земякин, подав старичку надежду на задушевную застольную беседу.
— А как же на счёт тех, кто несовершеннолетний? — напомнил старичок.
— Анжелка у нас следопыт опытный, так что сумеет это сохранить в тайне, — пояснил Земякин и добавил: — Если конечно будет ради чего.
— Вот на счёт чего, а уж в этом она может не волноваться, — заявил радостно старичок. — У меня этих историй, да под закусь — у…
— Извините что вмешиваюсь, но мы к вам не сказки слушать пришли, — сказала Анжелка, возвращая старичка из образа клоуна в нормального человека. — Нам нужно только то, что было в действительности.
— О девка — а! — тут же похвалил Анжелку старичок. — Палец в рот не клади. Так сказать не в бровь, а в глаз. Ну а раз так, то что стоять, проходите, у меня глядя на такую зазнобу сразу созрела одна очень правдивая история и если в ней хоть что совру, то рубите голову, не жалейте старика.
По поведению старичка, Анжелка вначале подумала, что он просто тот болтун, который рассказывает всякие небылицы за выпивку. Спустя час, она уже сводилась к тому, что старичок просто устал от одиночества и ему нужен был любой повод для общения, даже если этот повод проходил через спиртное. Но после того как она несколько раз в разговоре попыталась вернуть его на тему начала строительства школы, а он всякий раз от этой темы ловко увиливал, она поняла, что старичок темнит. Давить на него своими вопросами она пока не стала, решила дать ему как можно больше понарассказывать всякой чепухи, чтобы при второй встречи было чем его ловить на вранье. Терпеливо выслушав старичка про все его подвиги, Анжелка и Земякин с ним попрощались, оставив ему выпивку и закуску в виде некой премии и не с чем вернулись домой.
— Ну что, завтра поедем к другому сказочнику? — с иронией обратился Земякин, высаживая Анжелку из своей машины прямо к подъезду её дома.
— Конечно поедем, — сказала Анжелка и сразу на это сделала своё маленькое замечание: — Вдруг у второго старичка сказки окажутся ещё интересней чем у первого.
— А по моему, это глупая затея, — выразил своё мнение Земякин.
— Ну вот завтра прокатимся до второго свидетеля, а там видно будет, — настояла на своём Анжелка.
Кататься по прихоти маленькой девчонки Земякину не хотелось, тем более, что у него и своей работы было невпроворот, в связи с чем он по прибытию сразу отзвонился Обухову и рассказал ему о том, что вся эта Анжелкина затея исходит только от неё самой и что за этим больше никто не стоит, намекнув ему таким образом на то, чтобы тот сам решил со своей дочерью её проблемы. Но Обухов, остерегаясь за то, что Анжелка с ним будет вести себя более осторожно, что в последствии может вновь привести к каким-нибудь новым от неё неожиданностям, снова попросил своего друга об услуге, а на работе пообещал его прикрыть, чтобы не было ни каких накладок. Как и предполагал Земякин, вторая поездка с Анжелкой за город ничего не дала. Бывший прораб был уже очень преклонного возраста, передвигался с трудом и в памяти у него были очень большие провалы. Из-за чего разговор с его родственниками на тему: «А не было ли у вашего дедушки в жизни каких либо необычных случаев?» прошёл впустую и Анжелка не солона нахлебавшись с Земякиным поехала обратно.
— Ну что, я надеюсь теперь твоё любопытство исчерпано? — поинтересовался Земякин по дороге в город.
— Нет, — твёрдо заявила Анжелка в душе прекрасно понимая, что Земякин против своей воле и так уже ей сделал очень большое одолжение. — Пока не выясню то, почему бывший электрик не пожелал нам ничего рассказать о строительстве школы, думаю, что моё любопытство останется на прежнем уровне.
— А тебе не кажется, что Пётр Иванович тебя просто использует? — подметил Земякин.
— Кажется, — призналась Анжелка. — Поэтому в следующий раз, он будет разговаривать со мной на трезвую голову и без всякого стимула на потом.
— Боюсь, что он на таких условия с тобой вообще разговаривать нестанет, — предположил Земякин.
— Ничего, главное начать, а там видно будет, — с оптимизмом заявила Анжелка.
— Так это что! Завтра опять в поход? — поинтересовался Земякин с полным не желанием на дальнейшее расследование.
— Не, с вами он точно ничего не скажет, — сделала Анжелка свой маленький вывод из прошлой встречи. — Я к нему завтра без вас заявлюсь. Он меня уже знает, вас видел, вот и поговорим.
— Не думаю, что эта хорошая идея, — возразил Земякин.
— Идея может быть и не хорошая, зато у старичка повода что-либо клянчить не будет, — заявила Анжелка и тут же предложила: — Но если вы так за меня боитесь, то можете в это время побыть где-нибудь неподалёку, в сторонке.
— Хорошо, — согласился Земякин. — Но эта тогда будет последний допрос.
— Что ж, последний, так последний, — согласилась Анжелка.
На следующий день, сразу после того как у Анжелки закончился последний урок, Земякин забрал её прямо из школы и отвёз к дому старого электрика по кличке «Фаза», при этом искренне надеясь на то, что эта её блажь в этот день будет для него последней. Что старичок в очередной раз прокатится своими сказками девчонке по ушам и на этом всё закончится. По Анжелкиной просьбе он высадил её не далеко от дома старичка и стал терпеливо ждать того, когда она вернётся обратно в душе готовясь к тому, чтобы над ней потом немного посмеяться. Как не странно, но Анжелке в этот день повезло, потому что у Петра Ивановича с утра во рту из спиртосодержащих продуктов не было и маковой росинки, и он очень желал найти того, кто бы эту маковую росинку ему предложил. Заметив то как во двор прошла знакомая девчонка, ушлый старичок сразу смекнул про то, с кого ему можно сегодня выклянчить на маленький пузырёк для поправки своего подорванного в беспощадной борьбе с зелёным змеем здоровья и сразу метнулся за ней следом.
— Эй белобрысая, не меня ищешь? — забежав за Анжелкой во двор, окликнул старичок.
— Вас, — ответила Анжелка.
— Тот я сегодня с самого утра икаю. Видать запить чем-то надо, — намекнул нагловатый старичок.
— Так пойдём к вам, там и запьёте, — предложила Анжелка.
— О девка! Сходу понимает о том, что нужно человеку, — похвалил нахальный старичок, надеясь на то, что у Анжелки для него с собой взята выпивка.
Стараясь не светиться с несовершеннолетней девчонкой во дворе, Пётр Иванович предложил ей как можно скорей пройти в его сказочные апартаменты, надеясь на халявную выпивку. Но Анжелка не Земякин и до того пока не выведает от ушлого старичка всей правды, ничего кроме воды наливать ему не собиралась.
— Ну, что тебя интересует на этот раз? — усевшись за стол и поставив перед собой мятый пластиковый стаканчик, с намёком поинтересовался старичок.
— Да всё то же, что и в прошлый раз, — ответила Анжелка, демонстративно помяв перед дедом свою школьную сумку.
— Так ты что, ничего не записала? Эх! — сострадательно произнёс хитрый старичок, словно жалея о том, что время в прошлый раз было зря потеряно, при этом как бы для убедительности махнув рукой от обиды за это.
— Ну почему же не записала, — возразила Анжелка и продемонстрировав деду свой мобильник добавила: — Всё до последнего словечка.
— Надо же какие технологии и бумагу марать не надо, — подметил старичок взглянув на Анжелкин мобильник. — А зачем же ты тогда пришла, раз всё записано?
— Пришла для того, чтобы с вами по вчерашней беседе уточнить кое-какие детали, — пояснила Анжелка.
— Детали говоришь! Эт мы запросто, эт мы могём, эт мы мигом. Вот только было бы с чего начать, — дал добро старичок и при этом как бы промежду прочим слегка пододвинул пустой пластиковый стаканчик в Анжелкину сторону.
Словно уловив то, о чём намекнул ушлый старичок, Анжелка подняла со стола пустой пластиковый стаканчик, оценивающе посмотрела на него, будто померила взглядом ту дозу, которую нужно было в него налить, призадумалась и поставив обратно на стол, ответила:
— Начать конечно с чего-то надо, во только вопрос с чего?
— Ну ты ж умная девка, неужто не догадалась, — хлопнув ладонью себе по коленке, сказал нетерпеливый старичок.
— Ой, вот я глупая, — подняв со стола стаканчик произнесла Анжелка, делая вид, что поняла то, что старичок имел ввиду. После чего опять поставила стаканчик на стол перед собой и проведя по его краям своим мизинцем, огласила тему: — Давайте начнём с того, как рыли котлован под строительство школы.
— Вот блондинка! — проворчал на это с досады старичок. — Во-первых, начала не с того, а во-вторых, мы об этом по моему вчера уже говорили.
— Не-е! — улыбнувшись произнесла Анжелка. — У меня всё записано.
— А-а! — как бы вспомнив и шлёпнув себя за эту забывчивость слегка в лоб, произнёс хитрый старичок: — Так это ж…
В этот момент Анжелка старичка перебила и не давая ему закончить начатую фразу, задала прямой вопрос:
— Сколько рабочих расчищало площадку под котлован?
— Послушай красавица, без стимула и соловей не поёт, — потребовал старичок, исчерпав всё своё терпение.
— А может быть этот соловей, мне попросту заливает трели ни о чём, — заявила Анжелка, обвинив старичка в пустозвонстве.
Услышав такое недвусмысленное обвинение, Пётр Иванович понял, что халявной выпивки ему от девчонки не светит. Лицо его тут же приняло серьёзный вид, он неторопливо поднялся из-за стола, встал у входа с кухни и указав Анжелке на выход, спокойным тоном произнёс: « Пошла вон отсюда». Но Анжелка так просто уходить от него не собиралась и тут же обиженному старичку сделала свой ответный ход.
— Не стоет Пётр Иванович, — без всякой улыбки обратилась Анжелка в таком же спокойном тоне. — Вы человек не молодой и любой тюремный срок для вас в таком возрасте будет как смертельный приговор. Думаете зачем я к вам одна в квартиру зашла? Для того чтобы в очередной раз ваши небылицы послушать? Ошибаетесь. Я вот сейчас заору, да постараюсь это сделать так, чтобы все соседи ваши сбежались, а когда они на мой визг и крик сюда прибегут, то я думаю, что вам не трудно будет догадаться о том, какую сказку я им расскажу.
— Не крикнешь, — заявил старичок, стараясь взять Анжелку на слабо.
— Крикну Пётр Иванович, крикну, — заверила Анжелка в абсолютным спокойствии и с надменным выражением лица.
— А вот я тебя сейчас здесь за горлышко твоё ухвачу и в ванну, а вечерком как стемнеет, по кусочкам вынесу в ближайшую канализацию, — пригрозил старичок.
— Ничего у вас не выйдет, — ехидно улыбнувшись в ответ заявила Анжелка. — Я же не дура, чтобы вот так к вам просто заявиться. — Тут из нашего местного телеканала один независимый репортёр меня дожидается, так что скажу, влипли вы по полной, когда меня при всём честном народе к себе домой пригласили.
— Ах ты ж маленькая дрянь, — произнёс с досады Пётр Иванович с пониманием того, что действительно влип. — Что ты хочешь услышать? Как школа твоя проклятая строилась? Могу сказать без всяких врак: «Быстро и с перевыполнением плана».
— Этого не достаточно, — заявила Анжелка. — Давайте с самого начала и по порядку.
Анжелка специально не говорила старичку о том, что её в этом строительстве школы больше всего интересует, чтобы знать то, когда очередной его рассказ пересечётся с правдой. Ждать этой правды Анжелке долго не пришлось, потому что глядя на то как нагло себя вела девчонка, Пётр Иванович сразу понял, что не смотря на её маленький возраст, она оказалась не такой уж и простой штучкой как это ему показалось вначале и что кроме правды теперь её ни чем больше из квартиры не вышибить.
Самая правдивая небылица
— Хорошо, маленькая дрянь, — согласился Пётр Иванович и снова уселся перед Анжелкой за кухонный стол. — Я расскажу тебе всё, что знаю и начну с того, что твоя проклятая школа, по проекту должна была строится немного в другом месте. Я тогда только из армии вернулся, связистом был, на гражданке в то время для таких как я большие перспективы были, не то что сейчас. В нашем городе, что не остановка для транспорта, то какое-нибудь предприятие и всё это развивалось тогда, и всё это было нужно, не то что сейчас, сплошные лавочники да ростовщики которые ничего не производят, а только и делают, что живут за счёт других. Но как говориться, дело не в этом, а в том, что такой молодой человек который получил образование и отслужил в армии, был тогда везде востребован. Страна развивалась, шла вперёд, а вместе с ней шёл и я, пусть по своему, но дело делал. В общем, дорога передо мной открывалась большая и я был вначале пути. У кого своего жилья не было, на предприятиях сразу давали общагу, а через год другой уже и квартиру. Мне же в общаге долго жить не хотелось, поэтому пошёл работать на стройку электриком, там с жильём даже для холостяков как-то по быстрее было, да и подкалымить лишнюю копейку возможность всегда была. Если б знать конечно тогда, что мне придётся работать на строительстве твоей проклятой школы, убежал бы с этой стройки на какой-нибудь завод, благо с этим тогда проблем не было, потому как специалисты везде были нарасхват. Но я в то время, не смотря на то, что в своей профессии разбирался хорошо, по жизни был молодой и глупый. Зарабатывал быстро, а тратил ещё быстрее. Девки тогда не смотря на мой не высокий рост, табунами за мной ходили. А я что! Я парень молодой на работе в почёте и к тому же всегда при деньгах, и хорошем настроении. Короче, весело жил, пока мне на строительстве школы подкалымить не предложили. Город тогда разрастался быстро, детских садов и школ не хватало. В вашей соседней школе дети за одной партой иной раз по три, по четыре человека сидели, от того и сроки по строительству новой школы чтобы это как-то быстрей разгрузить, были маленькие. Вначале вроде бы всё шло нормально, всё замерили, распланировали, и только было уже хотели приступать к работе, как бац, меняем все планы и вся стройка переносится чуть в сторону. Но чуть оно ведь только на бумаге, а на деле, это ж всё заново на площадке под строительство подготовить нужно. Поэтому, чтобы упущенное время нагнать, было решено скомплектовать из рабочих ночную смену, в которую я и попал. Моя задача была простая, нужно было перебросить освещение с одного места, на другое, только и всего. Днём всей бригадой навалились, быстренько всё перекинули и уже в ночь меня попросили побыть на этой новой площадке дежурным электриком. Одну ночь, всего одну ночь, будь она не ладна. Когда всё сделано хорошо и на совесть, работа у дежурного электрика как говориться: «Не бей лежачего», сиди себе в вагончике и не мешай, пока другие работают. А чтобы время шло веселей, в бытовке на этот случай всегда несколько фуфыриков стояло. В начале смены нас было шестеро, я — дежурный электрик, бульдозерист, машинист экскаватора, водитель КамАЗа, прораб, да сторож, вот и вся смена. Но ближе к часу ночи, прораб ушёл, а через пол часа после него и сторож домой отправился. Да оно и понятно, прорабу на стройке уже особо делать было нечего, потому как работу свою мы знали, а сторожу, так тому и подавно оставаться незачем было. Что ему сторожить когда стройка полным ходом работает, тем более что он жил рядом и если что, всегда мог вернуться. Так что уже к двум часам ночи на объекте осталось всего четыре человека. Новую площадку под строительство школы парни подготовили уже к четырём часам утра, оставалось только самое малое, убрать с объекта бетонную глыбу. Откуда эта глыба там взялась, ни кто не знал, да признаться и вопросов по этому поводу как-то не возникало. Мало ли почему она там появилась, ведь вокруг кипели стройки, могли чего-нибудь и накосячить. Может с бетоном что было не так, может машина левака шла и чтобы не попасться, слила бетон на землю. Как бы там с этой глыбой ни было, об этом мы тогда не задумывались. Это позднее я понял, что этот бетонный блин на площадке не просто возник, ведь он же в земле был, а не на поверхности. Но тогда мы этому большого значения не придали, как не придали значения и тому, что водила КамАЗа тоже оказался левый. Не с нашего строительного управления был, а откуда-то ещё. Этому водиле оставалось на КамАЗе всего две три ходки в ближайшей ров сделать, чтобы весь грунт с площадки вывести, а он вдруг упёрся и заявил: «Сначала бетонный блин, потом всё остальное». Ну мы меж собой прикинули, какая думаем хрен разница, что блин этот, что грунт, всё равно в один и тот же ров вести, и стали думать как это по аккуратней сделать. Бульдозерист его было хотел ковшом сдвинуть, а водила этот опять в крик, вы мол этим бетоном сейчас всю площадку по испоганите, потом опять ровняй, опять счищай, опять вози. Переверните говорит его ковшом экскаватора, а там за ковш того же экскаватора застропим и осторожно в кузов КамАЗа опустим. Спорить не стали, потому как идея эта показалась не плохой. Бульдозерист ковшом этот блин чуть приподнял, после чего машинист экскаватора своим ковшом из под низу подлез и аккуратно всё перевернул. Когда эта бетонная лепёшка словно огромная черепаха перевернувшись на спину отлетела в сторону, мы сразу обратили внимание на то, что было под ней. Со стороны на первый взгляд так это был просто какой-то колодезь, но когда подошли поближе, сразу поняли, что это не так. Кладка этого колодца уходила глубоко в низ, но не смотря на это, воды в нём не было. Однако привлекло нас всех в этом странном колодце не это, а толстенное золотое кольцо, которое собой скрепляло несколько довольно-таки массивных каменных блоков, которые были неплохо отёсаны и на которых были высечены всеразличные непонятные нам символы. Разумеется, все сразу стали прикидывать в уме то, сколько и кому за эту неожиданную находку полагается. В голове от такого внезапного богатства сразу что зря завертелось, а что делать с этим, никто ничего не знал. Кому звонить, кому сообщить чтобы нам потом с этого свой процент поиметь, без понятия. И тут водила КамАЗа говорит: «Нужно это золотое кольцо измерить, чтобы нас потом не обсчитали при выплате двадцати пяти процентов за найденный клад». Меня сразу как самого молодого в вагончик за рулеткой послали. Не знаю сколько я тогда по времени эту рулетку в вагончике искал, но только когда я обратно вернулся, водила нашего бульдозериста и машиниста экскаватора уже порешил. Я как увидел то, как тело машиниста экскаватора на земле в конвульсиях бьётся, так и застыл на месте как столб словно всего парализовало. А водила нож о труп вытер, ко мне подошёл и тихо так на ушко: «Не бойся, я тебя не трону, а за молчание ещё и деньжат подкину», а я стою столбом, ни пошевелиться, ни ответить, ни чего не могу. Но водила тот видно в таких делах был мужик опытный, двинул мне хорошенько несколько раз, я вроде как сразу немного зашевелился. Потом трупы ребят в колодезь покидали, стропами золотое кольцо подцепили и в кузов КамАЗа аккуратно положили. Туда же потом и все верхние массивные каменные блоки поставили, которые это кольцо собой скрепляло. После чего бульдозером всё разровняли, даже тот грунт который не успели вывести пригодился, чтобы тот колодезь им засыпать. В общем, за короткое время разгладили всё так, что от той находке и следа не осталось. А примерно к шести утра, я с тем водилой поехал куда-то за город. Он меня дорогой понятное дело всё сказками о красивой жизни потчевал. Что мол я ещё молодой, вся жизнь впереди, только знай помалкивай и живи богато. Но я же не дурак, догадался зачем он меня с собой взял. Завёз он меня тогда в какой-то лес, там как оказалось для схрона им уже давно всё было подготовлено, яма лопатки, всё как положено. Тут я смекнул, что пока я ему нужен, он меня не тронет, а вот потом, когда дело будет сделано, нужно срочно делать ноги. Когда мы с ним закопали всё то, что привезли, он меня попросил из кабины поллитровочку достать. Мол чтобы руки не тряслись, по маленькой нужно пропустить. Только я сразу понял, что всё, стоит сейчас только в кабину потянуться, тут он меня сзади ножичком и приголубит. Да только видно в тот день судьба у меня была другой. Я когда за сидение полез, вижу, а там за ветошью, чуть ниже того места где была поллитровка, большой монтажный ключ лежит. Сколько я этого водилу тем ключом бил не знаю, всё из памяти вышибло, только помню, что от головы у него ничего не осталось. Я потом когда в себя немного пришёл, рядом где всё добро с ним зарыли, для него могилку выкопал. Закапал как и положено, на все два метра, хоть он того и не заслуживал. Потом нашёл в КамАЗе промасленную старую спецовку которую уже кто-то хотел использовать как ветошь, переоделся в неё, а свою одёжу сжёг. Затем сел в машину и гнал на ней пока в баках топливо не закончилось, а когда остановился, забрал с собой ту поллитровку которая за водительским сидением была спрятана и побрёл куда глаза глядят. Как и когда домой вернулся не помню, знаю только, что пил так, что не знал того, когда день начинается, а когда заканчивается. Всё что в доме было, всё пропил, а потом ещё и в долги влез, немного трезветь стал только тогда, когда в долг давать перестали. Парней тех наших тогда искали долго, а потом словно по приказу — раз и прекратили. Со временем всё немного забываться стало, даже в конторе нашего строительного управления перестали вспоминать о том, что такие были. Я тоже понемногу стал отходить, только после этого привычка появилась, стал за выпивку людям всякие небылицы рассказывать, сначала про армию, а позднее вообще про всё. Только не успел я к этой своей новой жизни привыкнуть, как прошлое опять напомнило о себе. К нам в строительную организацию устроился подсобником один парень примерно лет сорока, хороший такой паренёк, мозговитый, институт за плечами имел и солидный инженерский стаж, только характер видать у этого парня был не сахар, из-за чего и попал с бывшей своей работы в нашу шарагу. Работал хорошо, претензий по работе, ни от нас, ни от руководства к нему не было, одна только странность в нём была, уж дюжи он мои сказки с небылицами полюбил, аж заслушивался. Наши работяги над ним из-за этого даже подшучивать стали, мол скоро книгу издаст: «Байки со стройки», срубит бабла и переедет жить на рублёвку. Ну, смех, смехом, а свою корысть как позднее выяснялось, он всё же в том имел. Ему кто-то из старых работников на свистел про строительство той проклятой школы, тут-то мне он себя и показал. Через некоторое время стал такие вопросы задавать, что не отвертишься. Хотел уже было даже идти сдаваться, только он меня опередил и предложил свой вариант, от которого я разумеется не смог отказаться. После этого я его больше не видел и о том прошлом забыл, и если б не ты малолетняя дрянь, может быть до конца дней своих так бы и не вспомнил, — закончив свой рассказ, выругался на Анжелку обиженный старичок.