- -
- 100%
- +
Снизу, из ещё недавно сонных кварталов города, уже всё громче доносились крики. Стража бегала по улицам с факелами и короткими копьями, где-то неритмично и истерично били в большой металлический гонг. Вайрден просыпался резко, зло и в полной панике.
— Нам нужно решение, — жёстко сказал Жгтун, всё ещё не повышая голоса. — Прямо сейчас. Либо мы пытаемся с ними говорить, либо пытаемся уничтожить якорь, либо сдаём его им добровольно и начинаем молиться всем богам, каких только знаем, чтобы этого хватило хоть на сутки.
Алексей медленно покосился на него.
— «Уничтожить якорь» — это про меня, я правильно понимаю?
— В том числе, — совершенно спокойно и даже чуть устало ответила женщина. — Ты всё ещё расходный материал. Просто теперь очень дорогой, крайне неудобный и со сложной доставкой.
Алексей тихо, совершенно безрадостно хмыкнул сквозь зубы.
— Приятно наконец узнать свою настоящую рыночную стоимость. С самого детства мечтал стать элитным расходником первой категории. Мечты сбываются, как говорится.
Жгтун бросил на него короткий боковой взгляд, в котором на долю секунды мелькнуло что-то очень похожее на настоящее уважение к чужому чёрному юмору именно в такой момент.
— Хватит болтать. Решаем. И быстро.
Внизу у самых ворот уже в полном составе и полном беспорядке собралась городская стража. Длинные луки, копья, несколько человек с короткими тяжёлыми посохами, от которых шёл слабый нестабильный голубой свет. Но никто до сих пор не решался ни спускать тяжёлый подъёмный мост, ни выпускать первую стрелу.
Алексей сделал ещё один шаг к самому краю зубцов стены. Подошвы ботинок скользнули по мокрому камню. Чёрные фигуры снова слегка качнулись всем строем в его сторону, будто лесной травой под одним ветром. Огромное нечто в центре построения медленно, тяжело приподняло то, что с огромной натяжкой можно было принять за голову. Без глаз, без рта, без каких-либо человеческих черт — просто плотная, медленно дышащая тьма.
Вибрация внутри Алексея вдруг резко и очень неприятно изменилась. Она больше не просто пела. Она тянула. Тянула вниз, через широкий ров, прямо к этой древней тьме. Настойчиво. Почти нетерпеливо. Как будто кто-то сильно дёргал его за рёбра изнутри.
Он понял.
— Оно хочет обломок, — сказал он хрипло, чувствуя, как пересыхает во рту. — Или меня. Или оба сразу. Но в первую очередь — саму связь. Якорь. Чтобы больше никогда его не терять.
— Тогда просто отдадим им этот проклятый обломок, — неуверенно и слишком громко предложил кто-то из молодых стражников внизу. Голос заметно дрожал и срывался.
— Нет, — резко и холодно обрезала женщина со шрамом. — Обломок без него почти бесполезен. А он без обломка может стать либо ещё в разы опаснее, либо просто сдохнуть за считанные минуты у нас на глазах. Нам пока нужны оба. И желательно живыми.
Жгтун молчал долго, не отрывая тяжёлого взгляда от тёмной массы за рвом. Потом тихо, почти вполголоса спросил, не поворачивая головы:
— Рен. Ты сейчас чувствуешь, можно ли с ним вообще говорить по-человечески?
Алексей на несколько полных секунд полностью ушёл внутрь вибрации. Она была голодной, неимоверно древней, тяжёлой и… странно, почти по-детски любопытной. Не яростной. Пока ещё не яростной. Просто очень одинокой и очень голодной.
— Можно попробовать, — ответил он хрипло. — Но я совершенно не обещаю, что ответ нам хоть в малейшей степени понравится.
Он медленно поднял руку с чёрным металлом выше над зубцами стены, так чтобы было хорошо видно и фигурам, и тому, что лежало в центре, и сделал то, чего раньше никогда в жизни не делал осознанно и целенаправленно. Не просто вызвал искру. Попытался направить через неё не силу, не удар и не защиту, а чистый, голый вопрос. Простой, почти детский, без всяких украшательств и хитростей:
«Чего ты хочешь?»
Ответ пришёл не словами.
Он пришёл целой тяжёлой картиной. Вернее, целым плотным пластом чужих, очень старых ощущений, которые обрушились на него сразу и безжалостно.
Тяжёлая, сырая, вечная земля. Бесконечные чёрные корни, которые душат и держат. Долгий, очень долгий сон без единого сновидения и без времени. Потом — внезапная, резкая боль, будто кто-то вскрыл землю лопатой. Потом — всепоглощающий, бесконечный голод. Потом — тонкая, яркая, совершенно чужая и живая искорка, которая вдруг зажглась прямо посреди его вечной тьмы. И желание. Огромное, простое, примитивное и абсолютно неотвратимое. Забрать. Присвоить. Сделать своей. Чтобы больше никогда, ни при каких обстоятельствах не возвращаться в полное одиночество и долгий сон.
Алексей пошатнулся так сильно, что колени подкосились. Жгтун успел подхватить его мёртвой хваткой за локоть, иначе он просто упал бы вниз со стены прямо в ров.
— Ну? — коротко и очень жёстко спросил Жгтун, удерживая его.
— Оно одинокое, — хрипло выдохнул Алексей, пытаясь хоть немного отдышаться и не сблевать прямо на зубцы. — И очень, очень голодное. Оно хочет меня. Как… компанию. Или как еду. Или как то и другое в одном удобном флаконе. Разницы оно, кажется, не делает вообще никакой.
Женщина со шрамом тихо и очень выразительно выругалась сквозь зубы.
Внизу кто-то из совсем молодых стражников не выдержал напряжения и нервов. Длинный лук поднялся, тетива звякнула. Стрела с ярко-голубым магическим оперением красиво и быстро долетела до первой линии чёрных фигур и просто исчезла в тёмном покрове без малейшего звука и вспышки, будто её никогда в природе и не существовало.
Все фигуры одновременно, как один огромный организм, сделали один чёткий, тяжёлый шаг вперёд.
Деревянный подъёмный мост громко и жалобно скрипнул от резкого натяжения цепей.
Огромное нечто в центре построения медленно, тяжело, с отвратительным влажным звуком поползло ближе к самому краю рва. Камни на противоположном берегу чуть сдвинулись под его массой.
Алексей всем телом почувствовал, как вибрация внутри него взвилась почти до настоящего нечеловеческого крика.
— Они больше не ждут, — сказал он хрипло и абсолютно спокойно. — Разговор только что окончен.
Жгтун полностью, одним движением вытащил короткий тяжёлый клинок из ножен.
Женщина со шрамом резко подняла правую руку ладонью вперёд, и на её сухой коже вспыхнул тот самый тусклый, злобный красный огонь, которым она когда-то жгла чёрные фигуры в Черноречье.
Алексей стоял между ними на самом краю стены, мёртвой хваткой сжимал обломок чёрного металла и молча смотрел, как древняя, голодная, одинокая тьма медленно, но совершенно неотвратимо начинает переползать через широкий городской ров прямо к воротам Вайрдена.
Город за его спиной, казалось, затаил дыхание всем своим огромным каменным телом.
А внутри него что-то чужое, ледяное, неимоверно старое и очень довольное тихо, почти ласково засмеялось.
Глава 12. Первый шаг через ров
Тьма начала переползать.
Медленно. Тяжело. С влажным, противным звуком, будто огромный кусок сырой чёрной земли сам решил сползти в воду. Камни на противоположном берегу сдвинулись и частично осыпались в ров. Чёрные фигуры синхронно шагнули вслед за ней, ступая прямо на поверхность мутной воды. Вода под ними не плескалась и не расходилась кругами. Она просто темнела, густела и становилась похожей на жидкую смолу.
На боевом ходе стены кто-то из стражников громко и грязно выругался. Несколько длинных луков резко поднялись. Тетивы опасно запели.
— Не стрелять! — резко и очень громко крикнула женщина со шрамом. — Пока я не прикажу! Первый, кто выстрелит без команды, полетит вниз головой!
Жгтун стоял рядом с Алексеем, короткий клинок уже лежал в руке, но пока был опущен остриём к камню. Взгляд его ни на секунду не отрывался от того, что медленно ползло через ров.
— Рен. Если собираешься что-то делать со своей искрой — делай это сейчас. Через минуту будет уже поздно.
Алексей сжимал обломок чёрного металла так сильно, что пальцы давно онемели и побелели. Вибрация внутри него больше не пела. Она кричала. Каждое движение тьмы отдавалось в груди тупой, тяжёлой, почти невыносимой болью, будто кто-то методично бил кувалдой по рёбрам изнутри.
Он глубоко вдохнул холодный ночной воздух и попытался направить искру вниз, прямо к рву. Свет вырвался из ладони тонким, дрожащим, нестабильным лучом и ударил точно по переднему краю тёмной массы. На одну короткую секунду тьма резко отшатнулась, будто от раскалённого железа. Чёрные фигуры качнулись всем строем. Потом всё медленно вернулось на прежнее место. Только теперь тьма двигалась уже чуть быстрее и увереннее.
— Слабо, — тихо и холодно сказала женщина. — Но оно тебя почувствовало. Ещё раз. Сильнее.
Алексей стиснул зубы до боли и повторил попытку. На этот раз он вложил в удар всё, что оставалось. Луч стал ярче и шире, но и отдача оказалась жестокой. Перед глазами мгновенно потемнело. Колени снова подкосились. Жгтун удержал его одной сильной рукой за плечо, даже не поворачивая головы.
Внизу наконец дали первый полный залп. Десятки стрел с ярко-голубым магическим оперением и несколько резких огненных вспышек с боевых посохов ударили по первой линии чёрных фигур. Часть стрел просто исчезла в тёмных покровах без следа. Две или три фигуры дрогнули на месте и начали медленно расползаться густым чёрным дымом. Но на их место сразу же шагнули следующие. Строй не сломался.
Тьма уже заползала на каменный край рва со стороны города. Длинные чёрные отростки медленно ощупывали кладку, оставляя на камне глубокие тёмные пятна.
— Мост! — истошно заорал кто-то снизу. — Режьте цепи! Быстрее!
Тяжёлые топоры с лязгом застучали по толстым железным цепям подъёмного моста. Дерево громко застонало. Мост дёрнулся и начал медленно подниматься, но тьма уже дотянулась до него одним длинным чёрным отростком. Дерево в том месте, где её коснулось, мгновенно почернело, пошло глубокими трещинами и начало сыпаться трухой.
Алексей чувствовал всё это слишком хорошо и слишком близко. Будто сам полз по камням. Будто сам хотел дотянуться до тёплых огней города, до густого человеческого страха, до крови.
— Оно не просто голодно, — выдавил он хрипло. — Оно помнит. Этот город когда-то уже стоял на его земле. Или на земле тех, кто его когда-то закопал сюда.
Женщина со шрамом резко повернула к нему голову. Глаза её сузились.
— Откуда ты это взял?
— Не знаю. Просто… приходит. Вместе с болью. Кусками.
Жгтун коротко глянул на неё поверх плеча Алексея.
— Потом разберёмся. Сейчас — держим ворота любой ценой.
Он одним прыжком спрыгнул с боевого хода вниз, на внутреннюю сторону стены, прямо к воротам. Несколько самых опытных стражников без команд последовали за ним. Женщина осталась стоять рядом с Алексеем наверху.
— Ещё раз, — коротко приказала она. — Сильнее. Пока оно ещё на мосту и не растеклось.
Алексей молча кивнул. Руки тряслись мелко и неотступно. Он поднял обломок уже двумя руками, прижал к груди на мгновение и снова ударил искрой вниз. На этот раз луч получился шире, злее и гораздо стабильнее. Ударил точно в то место, где тьма касалась дерева моста. Чёрная масса резко дёрнулась. Из неё вырвался низкий, почти ультразвуковой звук — не крик и не рёв, а скорее тяжёлый скрежет камня о камень где-то глубоко под землёй.
Фигуры впервые нарушили идеальный строй. Несколько из них шагнули в сторону. Одна даже сделала полный шаг назад.
Но тьма не ушла и не отступила. Она просто стала плотнее, темнее и начала медленно обтекать повреждённое место, как живая смола.
Внизу последние цепи моста наконец лопнули с оглушительным металлическим звоном. Тяжёлое просмолённое дерево рухнуло в ров с чудовищным плеском. Часть тьмы утащило за собой под чёрную воду. Но большая и самая опасная часть уже успела перебраться на городскую сторону.
Первые чёрные фигуры ступили на мокрую булыжную мостовую Вайрдена.
Город заорал по-настоящему.
Алексей стоял наверху на ветру и молча смотрел, как его личный, очень личный кошмар медленно и уверенно растекается по ночным улицам. Вибрация внутри него больше не кричала. Она почти мурлыкала. Сытая. Довольная.
Он тихо, очень устало и совершенно безрадостно выдохнул в холодный воздух:
— Добро пожаловать в большой город, гады. Надеюсь, вам здесь хотя бы немного понравится.
Женщина со шрамом резко схватила его за плечо железными пальцами.
— Нам нужно уходить. Немедленно. Пока они ещё не добрались до нижних уровней и до нас.
— Куда? — хрипло спросил Алексей.
— Туда, где таких, как ты, иногда всё-таки оставляют в живых. Если очень повезёт и если вовремя заткнуться.
Она почти силой потащила его прочь от края стены вниз по узкой лестнице. Внизу уже вовсю слышались крики, лязг оружия, топот сапог и тот самый низкий, протяжный, голодный звук, который теперь шёл уже изнутри самого города.
Алексей на мгновение обернулся в последний раз.
Огромная тьма медленно поднималась всё выше, заполняя собой всё пространство перед бывшими воротами. И среди ровных рядов чёрных фигур он на долю секунды увидел одну, которая смотрела точно на него. И медленно, почти дружески кивнула.
Он отвернулся и позволил себя увести вглубь ночного Вайрдена.
Позади них большой каменный город начинал свою первую за очень долгие годы настоящую ночь древнего ужаса.
А внутри Алексея что-то чужое, ледяное и неимоверно старое тихо, почти ласково продолжало смеяться.
Глава 13. Улицы Вайрдена
Глава 13. Улицы Вайрдена
Женщина со шрамом почти волокла Алексея по узким переулкам. За спиной уже вовсю слышались крики, лязг металла и тот низкий протяжный звук, который теперь шёл прямо изнутри города. Вайрден просыпался в ужасе. Где-то без остановки били в гонг. Где-то уже полыхали первые факелы на стенах и крышах.
— Быстрее, — бросила она через плечо. — Пока они ещё не расползлись по нижним уровням.
Алексей едва поспевал. Ноги были ватными, вибрация внутри билась так сильно, что каждый шаг отдавался тупой болью в груди. Кусок металла жёг ладонь. Он ясно чувствовал, как тьма растекается по улицам позади — медленно, уверенно, будто пробует большой город на вкус.
Они свернули в совсем узкий тёмный проход между домами. Здесь почти не было света, только редкие синие отблески дальних фонарей. Женщина резко остановилась у неприметной железной двери и трижды ударила костяшками особым стуком. Дверь сразу открылась изнутри. Их втянули. Засов грохнул тяжёлым железом.
Внутри пахло пылью, машинным маслом и старым железом. Узкий коридор сразу вёл вниз. Алексей понял, что это снова их сеть — коллекторы или кто бы они ни были на самом деле, имели ходы под всем городом.
— Куда мы? — хрипло спросил он.
— Туда, где тебя пока не разорвут на части ни они, ни наши, — коротко ответила женщина. — Если очень повезёт.
Их провели через несколько резких поворотов и спустили ещё глубже. В итоге Алексей оказался в небольшом каменном зале без окон. Горел один тусклый синий фонарь. За длинным столом уже сидели толстый лысый и худой с серебряным шариком. Жгтун вошёл следом и плотно закрыл дверь.
— Ситуация, — сразу сказал он без предисловий. — Восточные ворота потеряны. Тьма внутри города. Фигуры уже в восточных кварталах. Городская стража держится, но недолго.
Толстый тяжело дышал и потёр лысый затылок.
— Якорь?
Женщина коротко кивнула на Алексея.
— С ним. Связь крепнет с каждой минутой. Оно идёт именно за ним.
Худой крутил шарик заметно быстрее обычного.
— Тогда у нас ровно два варианта. Либо используем его как живую приманку и пытаемся загнать тварь в заранее подготовленную ловушку. Либо увозим из города прямо сейчас и молимся, чтобы оно ушло следом.
— Уйдёт, — тихо сказал Алексей. Все сразу посмотрели на него. — Оно не хочет город. Оно хочет меня. Город для него просто удобная дорога с большим количеством еды по пути.
Толстый долго смотрел на него маленькими немигающими глазами.
— Ты теперь слишком много знаешь для простого расходника.
— Привыкайте, — устало ответил Алексей. — Я сам от этого не в восторге.
Где-то высоко над ними глухо грохнуло. Пыль осыпалась с потолка. Вибрация внутри Алексея резко взвилась. Он отчётливо почувствовал, как тьма где-то наверху повернула в их сторону. Будто услышала и узнала.
— Оно близко, — сказал он ровно. — Очень близко.
Жгтун вытащил клинок одним движением.
— Значит, решаем прямо сейчас. Мальчик едет с нами на западный выход. Немедленно. Пока восточная сторона ещё горит и отвлекает основную массу.
Толстый тяжело кивнул.
— Бери кого нужно. И этот обломок. Если потеряете — можете не возвращаться.
Женщина со шрамом схватила Алексея за рукав.
— Пошли. И если снова почувствуешь, что оно слишком близко — говори сразу, без геройства.
Их вывели совсем другим ходом — уже в западную часть города. Здесь пока было относительно тише, но паника уже расползалась быстро. Люди бежали с узлами и мешками, кто-то тащил детей на руках, кто-то просто стоял посреди улицы и смотрел в сторону востока, где низкое небо уже начинало светиться нехорошим багровым отсветом.
Алексей шёл между Жгтуном и женщиной и всем телом чувствовал, как вибрация тянет его назад. Туда, где тьма. Туда, где его ждут.
Он стиснул металл сильнее до боли.
— Якорь, значит, — тихо пробормотал он. — Всегда мечтал стать туристическим объектом первой категории.
Жгтун коротко хмыкнул без веселья.
— Молчи и иди. Если доживём до утра — потом пофилософствуешь сколько влезет.
Они свернули в ещё один узкий переулок. Впереди уже виднелись низкие западные ворота города. Но Алексей вдруг резко остановился.
Вибрация внутри него изменилась. Она больше не тянула назад.
Она тянула вперёд.
Прямо к воротам.
Он медленно поднял голову.
За низкими западными воротами, в полной темноте за городом, уже стояло что-то большое, низкое и очень знакомое.
Тьма пришла не только с востока.
Она ждала их и здесь.
Конец главы 13.
Глава 14. Западные ворота
Глава 14. Западные ворота
Алексей стоял посреди узкого переулка и смотрел на низкие западные ворота Вайрдена. За ними, в полной темноте за городом, лежало то же самое огромное тёмное нечто. Оно не двигалось. Просто ждало. Чёрные фигуры стояли по обеим сторонам от него ровными молчаливыми рядами, будто почётный караул перед важной персоной.
Вибрация внутри Алексея тянула вперёд так сильно, что ноги сами сделали шаг.
— Стоять, — резко сказала женщина со шрамом и схватила его за плечо железными пальцами. — Не сейчас.
Жгтун уже смотрел туда же. Лицо его было жёстким и сосредоточенным.
— Они перекрыли оба основных выхода. Восточный и западный. Значит, либо знали, куда мы пойдём, либо просто окружают город со всех сторон сразу.
— Ему всё равно, с какой стороны забрать свою игрушку, — тихо сказал Алексей. — Главное — забрать.
Где-то далеко сзади, со стороны восточных кварталов, донёсся новый низкий гул. Тьма там тоже двигалась и расползалась. Город медленно сжимали с двух сторон одновременно.
Жгтун быстро оглядел переулок, стены, крыши.
— Назад нельзя. Вперёд — прямо к ним в пасть. Остаётся только вниз. В стоки.
Женщина скривилась так, будто у неё заболел зуб.
— Стоки сейчас — это почти верная смерть. Там и без этой древней дряни хватает всего голодного и злого.
— Зато там темно, узко и мокро, — ответил Жгтун. — Им будет труднее расползтись свободно. А нам — хотя бы попытаться спрятаться или проскочить. Другого пути просто нет.
Алексей молча слушал их. Вибрация внутри него теперь разрывалась между двумя направлениями — назад, к востоку, и вперёд, к западу. Обе тянули одинаково сильно и голодно. Голова начинала раскалываться от этого двойного давления.
— Если мы спустимся в стоки, — сказал он хрипло, — оно всё равно почувствует. Оно чувствует меня через камень, через воду и через землю так же хорошо, как через воздух.
— Тогда придётся бежать быстрее, чем оно ползёт, — коротко ответил Жгтун. — Пошли. Время кончилось.
Они резко свернули в ещё более узкий боковой проход между домами. Женщина достала из-за пазухи маленький тёмный ключ и открыла ржавую железную решётку прямо в земле. Из чёрного квадратного отверстия сразу ударил тяжёлый запах сырости, гнили, старой мочи и чего-то ещё, более глубокого и неприятного.
— Добро пожаловать в нижний Вайрден, — сухо сказала она. — Старайся дышать через рот как можно меньше.
Алексей спустился первым. Лестница оказалась скользкой, ступени узкими и стёртыми. Внизу царила почти полная тьма. Только слабый синий свет от фонаря Жгтуна выхватывал из мрака мокрые каменные стены, чёрную стоячую воду под ногами и старые кирпичные своды, покрытые скользким налётом.
Вибрация здесь вела себя иначе. Она стала глуше, но гораздо плотнее. Будто тьма сверху и какая-то другая тьма снизу уже переговаривались через него, используя его грудь как передатчик.
Они шли быстро, почти бегом, стараясь не шлёпать громко по воде. Коридоры стоков вились под городом бесконечной тёмной сетью. Где-то монотонно капало. Где-то в стороне что-то плескалось и шевелилось. Алексей старался изо всех сил не думать, что именно там плескается.
— Как давно эти ходы здесь? — спросил он вполголоса, чтобы хоть чем-то заполнить тяжёлую давящую тишину.
— Дольше, чем стоит сам нынешний Вайрден, — ответила женщина, не обернувшись. — Старые строили поверх руин ещё более старых. А те — поверх чего-то такого, о чём сейчас лучше вообще не вспоминать вслух. Поэтому стоки иногда шевелятся сами по себе даже без всякой внешней тьмы.
Жгтун шёл впереди и молчал. Только иногда резко поднимал руку, останавливая их, и долго прислушивался к темноте впереди и сзади.
Через некоторое время они вышли в более широкий главный коллектор. Здесь чёрная вода доходила уже до середины голени. Воздух был тяжёлым, влажным и почти неподвижным. Алексей чувствовал, как вибрация постепенно усиливается. Не только сзади. Спереди и сверху одновременно.
— Они уже над нами, — тихо сказал он.
Жгтун остановился как вкопанный.
— Знаю. Слышу.
Сверху, сквозь толщу камня, земли и мостовых, донёсся глухой тяжёлый скрежет. Потом — низкий протяжный звук, от которого вода в коллекторе мелко задрожала и покрылась рябью.
— Бежим, — коротко бросил Жгтун.
Они побежали по-настоящему. Вода захлёстывала ноги, стены казались бесконечными и одинаковыми. Алексей чувствовал, как тьма сверху начинает давить вниз всем своим весом, ища его сквозь камень. Вибрация внутри отвечала ей всё громче и голоднее.
Вдруг впереди в полной темноте мелькнуло что-то. Не синий свет их фонаря. Другое. Чёрное, высокое и подвижное.
Жгтун резко остановился и вытащил клинок.
— Сзади тоже, — тихо сказала женщина. Её правая ладонь уже горела тусклым злобным красным огнём.
Алексей обернулся. Позади них, прямо из чёрной воды, медленно поднимались несколько высоких тонких силуэтов без лиц. Впереди, в свете фонаря, было видно то же самое.
Их взяли в клещи даже здесь, под землёй.
Он медленно поднял руку с обломком чёрного металла. Вибрация внутри взревела почти с радостью.
— Кажется, — сказал он хрипло и очень устало, — разговор снова будет коротким.
Чёрные фигуры в воде сделали синхронный шаг ближе.
Глава 15. Стоки
Чёрные фигуры шагнули из чёрной воды одновременно с двух сторон. Вода вокруг них не расходилась кругами — она густела, темнела и становилась похожей на жидкую смолу. Жгтун первым рванул вперёд, короткий клинок сверкнул в синем свете фонаря. Женщина со шрамом резко подняла правую ладонь, и на ней вспыхнул тусклый злобный красный огонь.
Алексей остался стоять между ними. Вибрация внутри него взревела так сильно, что перед глазами сразу поплыли тёмные пятна. Он больше не пытался просто ударить искрой наугад. Он попытался сделать то, что раньше получалось только случайно и в моменты крайней опасности — направить её не прямо в фигуру, а сначала в сам обломок, а уже через него — наружу контролируемым потоком.