Профессор Башарин. Переписка с историками (1943-1989 гг.)

Предисловие

С Москвой и московскими учёными-историками Георгия Прокопьевича Башарина связывало очень многое. Как известно, путь Г.П. Башарину в науку открыла успешная защита им 10 сентября 1943 г. на заседании Учёного совета Института истории АН СССР своей кандидатской диссертации «Три якутских реалиста-просветителя: Кулаковский, Софронов, Неустроев. (Из истории общественной мысли дореволюционной Якутии)»1.

5 июня 1950 г., после защиты на заседании Учёного совета Института истории АН СССР диссертации «История аграрных отношений в Якутии с 60-х гг. XVIII в. до 30-х гг. XIX века». Г.П. Башарину была присуждена степень доктора исторических наук2.

Преследования Г.П. Башарина, всё, что случилось с ним и рядом других якутских учёных следует рассматривать не изолированно, а в контексте событий, инициированных публикацией в 1950 г. работы И.В. Сталина «Марксизм и вопросы языкознания».

Критика Г.П. Башарина в Якутии началась с появления в журнале «По ленинскому пути» – органе Якутского обкома ВКП(б) – статьи О.В. Ионовой3. В ней отмечалось, что оценки Г.П. Башариным взглядов С.А. Токарева и А.П. Окладникова, высказанные в его статье «Общественный строй якутов начала XVII века» нуждаются в пересмотре.

«Так, например, – писала О.В. Ионова, – положения Г.П. Башарина о том, что связь общественного строя якутов на Севере с общественным строем их южных предков относилась к периоду патриархально-родового быта, что общественный строй якутов вырос собственно на почве Якутии, что с XV века начинается складывание феодальных отношений в якутском обществе, что скотоводческое хозяйство, возникшее на Севере, коренным образом отличается от скотоводческого хозяйства их южных предков – все они требуют пересмотра в свете трудов товарища Сталина по языкознанию»4.

Критика Г.П. Башарина переросла в его преследование после публикации 10 декабря 1951 г. статьи в газете «Правда»5, перепечатанной журналом «По ленинскому пути»6. Этот номер журнала (за декабрь 1951 г.) был подписан к печати только 29 января 1952 г. Очевидно, якутскому партийному руководству потребовалось некоторое время, чтобы решить, как именно на эту статью следует отреагировать.

6 февраля 1952 г. Бюро Якутского областного комитет ВКП(б) приняло постановление «О буржуазно-националистических извращениях в освещении истории якутской литературы». Министр госбезопасности ЯАССР И.В. Речкалов7, прокурор Д.Л. Артёмов и секретарь обкома А.И. Захаров угрожали присутствовавшему на заседании бюро обкома Г.П. Башарину арестом. Это обстоятельство вынудило его, дабы избежать немедленной расправы, срочно вылететь в Москву8.

Г.П. Башарин был исключён из партии, лишён степени кандидата и доктора, было отклонено решение о присвоении ему звания профессора. В передовой статье майского номера журнала «Большевик» за 1952 г. отмечалось, что диссертация Г.П. Башарина «История аграрных отношений в Якутии с 60-х годов XVIII века до 70-х годов XIX века» содержит «ошибки буржуазно-националистического характера». Успешная защита её трактовалась как одно из свидетельств о «крупных изъянах» в работе Института истории АН СССР9.

В статье В.И. Дулова, опубликованной в газете «Известия» 9 апреля 1953 г. Г.П. Башарин обвинялся в том, что он защищал «реакционные буржуазно-националистические взгляды некоторых писателей дореволюционной Якутии» и в том, что «пренебрегая историческими фактами, он выдал участников белогвардейщины за представителей якутской общественной мысли»10.

Последующие годы были для Г.П. Башарина временем борьбы за отстаивание своего достоинства как человека и учёного.

На заседании Учёного совета Института истории АН СССР 6 июня 1955 г. рассматривался вопрос о повторной защите Г.П. Башариным докторской диссертации. В докладе учёный секретарь А.П. Молчанова поясняла собравшимся суть научных разногласий Г.П. Башарина с его якутскими оппонентами. Г.П. Башарин считает, говорила она, что «экономической сущностью патриархально-феодальных отношений в Якутии XVIII века являлась собственность тойонов на землю, на пастбища, на сенокосы». Наличие же скота «зависело целиком от собственности на землю». Якутские же оппоненты Г.П. Башарина полагают, что «аграрный вопрос, земля не играют большой роли в истории Якутии, так как земли там очень много и до сих пор масса свободных участков»11.

На этом же заседании директор Института истории АН СССР А.Л. Сидоров высказался за организацию дискуссии по вопросу защиты Г.П. Башариным докторской диссертации. Дискуссия должна была или «подтвердить сложившееся мнение», что работа Г.П. Башарина «не соответствует степени доктора» или «помочь ему реабилитировать себя в глазах научной советской общественности и стать на путь творческой научной работы в дальнейшем»12. Иного пути «выйти с честью» из ситуации инициированной, как считал А.Л. Сидоров, самим Институтом истории АН СССР, он не видел13.

На заседаниях Отделения исторических наук АН СССР, состоявшихся 27 и 28 марта 1956 г. под председательством В.И. Шункова обсуждалась рукопись подготовленного Институтом языка, литературы и истории Якутского филиала АН СССР II тома «Истории Якутии» (от присоединения Якутии к Русскому государству до 1917 г.) в 776 страниц (ок. 35 печ. листов)14. Том представили З.В. Гоголев и С.А. Токарев (ответственный редактор). На обсуждении выступили: А.И. Андреев, З.В. Анчабадзе15, Б.О. Долгих, И.С. Гурвич, О.В. Ионова, Н.М. Мартынов, А.И. Новгородов, А.П. Окладников, А.В. Пясковский16, И.В. Пухов17, Ф.Г. Сафронов, Г.У. Эргис. Было решено, что рукопись тома, после доработки по высказанным замечаниям, может быть представлена к печати18, однако, предложение Ф.Г. Сафронова о привлечении Г.П. Башарина к написанию отдельных глав тома и к его рецензированию19 было проигнорировано. Сам же Г.П. Башарин, присутствовавший на вечернем заседании 28 марта20, от выступления воздержался.

Повторная защита Г.П. Башариным докторской диссертации по уже изданной к тому времени его монографии21 состоялась на заседании Учёного совета Института истории АН СССР 20 декабря 1956 г.

Окончательный итог многолетней борьбы Г.П. Башарина был подведён 16 февраля 1962 г., когда Бюро Якутского обкома КПСС приняло постановление «Об исправлении ошибок в освещении некоторых вопросов истории якутской литературы»22. С Г.П. Башарина официально было снято, как необоснованное, обвинение в буржуазном национализме, восстановлен его партийный стаж, а также стаж его кандидатской (с 1943 г.) и докторской (с 1950 г.) степеней и профессорское звание (с 1952 г.).

Большинство публикуемых писем хронологически относится к вышеописанному периоду жизни Г.П. Башарина, но даже в письмах, написанных гораздо позже, события этого периода нашли своё отражение.

Основу публикации составляет переписка Г.П. Башарина с историками: академиками Н.М. Дружининым и А.М. Панкратовой, М.В. Нечкиной, Л.В. Черепниным, членами-корреспондентами С.В. Бахрушиным, Е.И. Дружининой, В.И. Шунковым, а также с В.К. Яцунским.

Кроме писем, публикуются тексты выступлений Г.П. Башарина на защитах своих кандидатской и докторской диссертаций. Оба вида источников (и эпистолярное наследие Г.П. Башарина, и его устные выступления), конечно, вполне самостоятельны, но, вместе с тем, содержательно взаимосвязаны, что и оправдывает их совместную публикацию в сборнике биографических материалов о Г.П. Башарине.

При подготовке второго издания книги проведена дополнительная работа по выявлению документов о выдающемся якутском историке.

В первое издание вошли 70 писем Г.П. Башарина и писем, адресованных ему, во второе – 109. Значительно расширились хронологические рамки писем: в первое издание были включены письма за 1950–1974 гг., во второе – за 1943–1989 гг. Круг адресатов писем при этом также расширился, в него включены (в очень небольшом числе) и лица, не являющиеся, собственно, историками (М.К. Азадовский, А.Л. Дымшиц, З.В. Сухарева, Н.К. Каратаев), но письма к которым, представляют немалый интерес. Существенно увеличился и раздел «Приложения», куда включены дополнительно выявленные материалы.

Публикуемые документы хранятся в Архиве Российской академии наук (АРАН). Документы, публикуются по автографам, кроме тех случаев, которые специально оговариваются в легенде. Все документы публикуются по современным правилам правописания, с сохранением их стилистических особенностей; сокращения раскрыты в квадратных скобках.

Составитель сборника выражает глубокую благодарность сыну историка, академику Российской академии естествознания, доктору медицинских наук, профессору Карлу Георгиевичу Башарину за постоянную поддержку при подготовке этого издания.

№ 1

Г.П. Башарин – М.К. Азадовскому

16 марта 1943 г.

Руководителю совещания фольклористов Сибири в г. Иркутске

т. М.К. Азадовскому

Дорогой Марк Константинович!

Получив Вашу телеграмму с большим опозданием, мы сумели [под]готовить только три доклада:

1. С. И. Боло «Якутский фольклор, его собирание и изучение»;

2. Г. Пр. Башарин «Сотый спектакль олонхо “Джулуруйар Ньюргун Боотур”»;

3. Г. Пр. Башарин «Якутское народное творчество в период Отечественной войны».

Во всех наших докладах, – что мы сами чувствуем и даже сознаём, – лежит печать торопливости и того, что авторы являются и по возрасту, и по знанию, молодыми.

Но, тем не менее, думаем, что участники совещания получат кое- какое представление о якутском фольклоре, его собирании и изучении, о том, как якутский народ, возрождённый нашей советской революцией, любит свою устную словесность, своё чудесное творение – олонхо. Фольклористы Сибири получат из наших докладов представление о том, с какой любовью к своей Советской родине и с какой смертельной ненавистью к её заклятым врагам выступили якутские народные олонхосуты и певцы в своих произведениях периода Отечественной войны.

Наша подготовка к совещанию шла в тот момент, когда якутский Институт языка и культуры, в связи с войной, на время прекратил свою работу, когда все рукописные материалы и библиотека Института, в связи с ремонтом здания научной библиотеки, где помещается он, находятся в складу. Авторы докладов над своими темами по независящим от них причинам работали по 15, 20 дней. Все эти неблагоприятные условия не могли не отразиться на качестве наших работ.

С зачитыванием наших докладов от имени якутского Института языка и культуры при СНК ЯАССР выступит известный фольклорист Якутии, наш делегат Сэсэн Иванович Боло.

Позволяю себе, Марк Константинович, ознакомить его с Вами. Сэсэн Иванович родился в 1905 г. в семье якута. В 1925 году учился на 1 курсе медицинского техникума, но, не окончив даже 1 курса, ушёл заниматься, по своей инициативе, собиранием фольклора родного народа.

Уже к 1931 году он составил рукопись «О пятидесяти якутских родах», где были представлены фольклорные, этнографические и исторические сведения о внутреннем строе якутских родов с родословными таблицами.

с 1931 по 1936 г. т. Боло в качестве инструктора бюро краеведения разъезжает почти по всем южным районам Якутии, собирает материалы по историческому фольклору: легенды, предания о предках отдельных родов, междоусобицах и т.д. Одновременно собирал архивные и рукописные материалы.

В 1937 г. Сэсэн Иванович поступает на работу при якутском Институте языка и культуры. В 1939, 1940 годах (2 года) был на командировке в пяти северо-восточных районах Якутии, где накопил множество материалов по всем жанрам фольклора.

Летом 1942 года работал сотрудником Ленской археологической экспедиции под началом А.П. Окладникова.

В данное время т. Боло работает в Якутском республиканском музее им. Ем. Ярославского.

Что касается издания работ т. Боло, то в этом отношении дело обстоит неважно. Думаю, Иркутское совещание сделает всё возможное по превращению годами накопленных якутским фольклористом материалов в достояние фольклористов Сибири и всей нашей родины.

Вот коротенько всё, что я хотел сообщить для ознакомления своего делегата с Вами.

Вся наша подготовка к Иркутскому совещанию шла под поддержкой и непосредственным руководством народного комиссара просвещения ЯАССР В. Н. Чемезова, бывшего учёного секретаря Института языка и культуры.

В заключение выражаю, Марк Константинович, свою надежду, что наши доклады, скромные работёнки фольклористов далёкой Якутии, найдут соответствующее место в издательских мероприятиях совещания фольклористов Сибири.

С огромным к Вам уважением

№ 2

Г.П. Башарин – Б.Д. Грекову

19 июня 1944 г.

Дорогой Борис Дмитриевич!

В виду того, что Вы хорошо уже информированы товарищем Шуб о делах якутских, много не пишу. Работаю, как Вам известно, учёным секретарём Научно-исследовательского института языка, литературы и истории Якутии. Из работ моих издаются (находятся в типографии): «Три якутских реалиста-просветителя» (диссертация), «Культура, искусство и здравоохранение за XX лет ЯАССР» (4 п. л.) и «Патриотизм и чувство национальной гордости якутского народа» (стенограмма лекции, прочитанной для членов и участников пленума Якутского обкома ВКП(б)). Все они отдельными книжками выйдут на свет божий в июле и августе.

По предложению научной общественности, обком ВКП(б) и Совнарком Якутии командируют меня в докторскую аспирантуру. Заявления и документы посылаю в Ваш институт, который называю своим. Сам выеду во второй половине августа. Семья моя останется в Якутске.

Живо интересуюсь новостями на историческом и философском фронтах, о которых рассказали нам Теодор Абрамович и Ольга Всеволодовна. Думаю, что нынешние разговоры, споры, дискуссии, приняв подлинно научный характер, явятся большим прогрессивным событием на фронте науки о народах нашего отечества и об их философах.

Глубоко надеюсь, в Вашем Институте, где я защитил кандидатскую диссертацию, когда-нибудь защищу и докторскую. Относительно темы диссертации скажу, что меня интересуют три проблемы:

1. История аграрных отношений в Якутии.

2. История развития общественной мысли в Якутии.

3. Происхождение якутского народа.

Первая проблема слишком сложна и трудоёмка. Она представляет огромный научный интерес, но зато её общественно-политическое значение теперь не столько актуально, сколько прошло. Вторая проблема – подлинная целина. Она имеет крупное научное и актуальное общественно-политическое значение. Действительное научное её разрешение явилось бы новаторством в науке о народах не только Якутии, но и Сибири вообще. Что же касается третьей проблемы, то всё время думается, как бы штурмовать ее чтобы получилось.

Выберу из этих тем одну. Развёрнутый проспект диссертации представлю по приезду в Москву.

Прошу Вас, оформив всё, прислать вызов на предмет получения в Якутске пропуска в Москву.

№ 3

Г.П. Башарин – С.В. Бахрушину

[1950 г.].

Дорогой Сергей Владимирович!

Четыре года назад в белом зале Дома учёных, во время какого-то большого собрания, Вы написали ходатайство в Президиум Академии наук о зачислении меня в докторскую аспирантуру. При вручении мне этого документа для представления по адресу Вы сказали: «Надеюсь, что Вы успешно подготовите диссертацию. Желаю Вам успехов».

Считаю своим приятным долгом отчитаться перед Вами.

Я закончил диссертацию и представил её в сектор истории народов СССР XIX в. С.А. Токарев дал положительный отзыв. Краткое содержание диссертации изложено в моём автореферате, который шлю Вам для ознакомления.

Сергей Владимирович, Вы являетесь редактором нашей многотомной «Истории». Ваше выступление в качестве оппонента служило основанием присуждения мне степени кандидата наук. Вашими учениками являются мои соплеменники О.В. Ионова и Ф.Г. Сафронов. Вы содействовали мне в зачислении в докторантуру. Идеи, изложенные в Ваших работах, помогли мне в уяснении характера общественного строя якутов эпохи до 30-х годов XIX в. В знак глубокой к Вам благодарности за всё это прошу Вас быть первым читателем, первым ценителем моей докторской диссертации.

С глубоким к Вам уважением

№ 4

Г.П. Башарин – Н.К. Каратаеву

8 июня 1950 г.

Дорогой Н[иколай] К[онстантинович].

5 июня я успешно защитил диссертацию. Все официальные оппоненты похвалили мою работу. В качестве неофициальных оппонентов выступили: председатель Совета министров, депутат Верх[овного] совета Семён Захарович Борисов и профессор Сергей Александрович Токарев.

Учёный совет Института в составе 18 человек единогласно и с удовлетворением присудил мне степень доктора исторических наук. В связи с этим считаю своим самым приятным долгом поблагодарить Вас за всемерную и последовательную помощь, оказанную Вами мне. Большое Вам, Николай Константинович, [спасибо]. Примите мою глубокую благодарность за всё

№ 5

Г.П. Башарин – А.М.  Панкратовой

Якутск. 4 мая 1953 г.

Дорогая Анна Михайловна!

Это пишет Вам Георгий Прокопьевич Башарин. Вы, я думаю, иногда вспоминаете меня и задаёте себе вопрос о том, что же происходит со мной в далёкой Якутии? Высылаю Вам работы и документы, которые исчерпывающе отражают мою жизнь с того момента, когда я у Вас защищал докторскую диссертацию.

Я обращаюсь к Вам, Анна Михайловна, как к члену ЦК нашей партии, со словами: помогите мне вернуться в ряды партии, стать научным работником. Я вышел из гущи якутского народа, я предан Советской власти, всем своим существом люблю Коммунистическую партию, советский народ. Мои ошибки были невольные. Я их осознал и полностью исправлю.

Убедительно прошу Вас ознакомиться с моим заявлением в ЦК, со всеми моими работами и материалами, которые передаст Вам мой брат. Прошу Вас оценить мои работы, найти возможность поговорить обо мне с товарищами Шкирятовым и Поспеловым или их помощниками.

Я обращаюсь к Вам потому, что Ваше авторитетное мнение будет иметь большое значение в определении моей судьбы. Я убеждён в том, что моя гибель и как члена партии, и как научного работника никому из членов партии и советских людей не нужна. Я глубоко убеждён в том, что такой человек как я может быть членом партии и полезным научным работником.

С надеждой на Вашу отзывчивость, партийную помощь.

№ 6

Г.П. Башарин – А.М.  Панкратовой

Якутск. 8 августа 1953 г.

Дорогая Анна Михайловна!

Мой брат сообщил мне, что Вы согласились просмотреть мои материалы и поговорить с товарищами Шкирятовым и Поспеловым. За это глубоко благодарю Вас.

В конце июля я представил в Министерство просвещения Якутии свою докторскую диссертацию, написанную во многом заново в свете трудов И.В. Сталина «Марксизм и вопросы языкознания», «Экономические проблемы социализма в СССР» и директив XIX съезда партии. Министр просвещения ЯАССР Захар Прокопьевич Саввин решил обратиться к Вам, Н.М. Дружинину, М.К. Рожковой и С. А. Токареву с просьбой дать объективные развёрнутые отзывы об этой моей работе. Есть постановление ВАК’а от 12 апр[еля] [19]52 г. о разрешении мне защитить диссертацию на степень доктора без наличия степени кандидата наук. Если будут положительные отзывы о высылаемой Вам моей работе, то Министерство просвещения ЯАССР намерено командировать меня для защиты или в Институт истории АН или в один из институтов Минпроса РСФСР.

Свою докторскую диссертацию я выстрадал трудом и переживаниями в течение почти десяти лет (1944–1953). Прошу Вас, Анна Михайловна, найти возможность прочесть и оценить эту мою работу и ознакомить её, если появится необходимость, с кем следует из ЦК. Думаю, что оценка настоящей работы будет иметь важное значение в рассмотрении моего заявления о восстановлении меня в партии.

Я полон мечты о дальнейших исследованиях. На очереди у меня стоит исследование аграрных отношений в Якутии второй половины XIX – начала XX вв. Но беспокоит меня моё материальное положение. Работаю методистом-историком в Детской экскурсионно-туристской станции при Минпросе ЯАССР. Получаю 700 рубл[ей]. в месяц. У меня дети, жена, 80-летний отец, 70-летний отец погибшего на фронте двоюродного брата, двое больных туберкулёзом неграмотных сестёр. Я сам давно потерял одно лёгкое, страдаю воспалением средних ушей. Имея расстроенное здоровье, много иждивенцев и не имея минимума средств существования, я очень беспокоюсь за дальнейшее продолжение своей научной деятельности. Я слишком глубоко убеждён в правоте дела нашей партии, в закономерности и неизбежности победы коммунизма, чтобы мог смотреть равнодушно на свою судьбу как полезного для этого человека. Я должник государства и народа, которым обязан всем.

С надеждой на Вашу помощь

P. S. Анна Михайловна, высылаю Вам статью тов. Избековой, которая ярко показывает уровень критики на страницах газеты «Социалистическая Якутия», а также отношение некоторых товарищей ко мне, как к научному работнику

№ 7

Г.П. Башарин – Н.М. Дружинину

Якутск. 8 августа 1953 г.

Дорогой Николай Михайлович!

Это пишет Вам Георгий Прокопьевич Башарин. Думаю, что Вы помните меня и знаете то, какой оказалась моя судьба после успешной мною защиты докторской диссертации (5 июня 1950 г.)

В феврале 1952 г. за книгу о трёх ранних якутских писателях, написанную и изданную 10 лет назад, меня исключили из партии, сняли с должности зав. кафедрой истории СССР Як[утского] пед[агогического] института, лишили возможности работать преподавателем и в научном учреждении. ВАК отменил постановления заседаний учёного совета Вашего института от 10 сентября 1943 г. и 5 июня 1950 г. о присуждении мне учёных степеней кандидата и доктора исторических наук. За несколько дней до появления статьи «За правильное освещение истории якутской литературы» (10 декабря [19]51 г.) заседание учёного совета Як[утского] гос[ударственного] пединститута единогласным голосованием 30 членов совета ходатайствовало перед ВАК’ом о присвоении мне учёного звания профессора. ВАК, конечно, отклонил и это ходатайство, а членам учёного совета пришлось только раскаяться в своей ошибке.

Я испытал слишком тяжёлый удар критики. Мои критики выдумали даже какое-то «башаринское» течение и «башаринцев». Около года шло беспрерывное шельмование меня в печати. В то же время меня постигло огромное семейное несчастье – от воспаления лёгких скоропостижно умер мой горячо любимый сын Вовочка, который бегал, разговаривал, играл в прятки… Он в первый же день заболевания был доставлен в детскую больницу. Не смогли вылечить его…

Однако всё это я перенёс, более того, продолжал работать. Моя горячая любовь к нашей советской родине, к нашему родному советскому народу, к нашей великой Коммунистической партии вдохновляла меня на жизнь, работу. Полностью сознавая все действительные свои ошибки, трезво анализируя их, я всё время стремился извлечь уроки из критики, как бы она ни была суровой. В последнее время стали говорить, что никакого «башаринского» течения, никаких «башаринцев» не было в природе, что Башарин не буржуазный националист, что в его работе оказались только невольные извращения и ошибки.

В конце июля я представил в Министерство просвещения Якутии свою докторскую диссертацию, написанную во многом заново в свете трудов И.В. Сталина «Марксизм и вопросы языкознания», «Экономические проблемы социализма в СССР» и директив XIX съезда партии. Министр просвещения ЯАССР Захар Прокопьевич Саввин решил обратиться к Вам, А.М.  Панкратовой, М.К. Рожковой и С. А. Токареву с просьбой дать объективные развёрнутые отзывы об этой моей работе. Есть постановление ВАК’а от 12 апреля [19]52 г. о разрешении мне защиты диссертации на степень доктора без наличия степени кандидата наук. Если будут положительные отзывы о высылаемой Вам моей работе, то Министерство просвещения ЯАССР намерено командировать меня для её защиты или в Институт истории АН или в один из институтов Минпроса РСФСР. Ваши отзывы играли бы большую роль и в рассмотрении моего заявления в ЦК, между нами говоря, о восстановлении меня в партии.