- -
- 100%
- +
В оформлении обложки использовалась фотография с сайта-
https://pixabay.com
Автор коллажа обложки: дизайнер – Афанасьева А. И.
Часть1
Все герои и сюжет романа есть плод авторской фантазии. Совпадения с реальными людьми или событиями в мире не более чем случайность.
Шёл 6020 год по галактическому летоисчислению. Год, когда империя предтеч подверглась массированному нападению молодых, только-только вышедших в дальний космос, цивилизаций. В большинстве своем, это были цивилизации исчерпавшие ресурсы материнской планеты и имевшие проблемы с экологией, готовые идти по трупам, по колено в крови, ради своих целей и интересов.
Нападая на транспортные корабли и слабо охраняемые караваны, они парализовали связь метрополии с отдаленными провинциями. Усиленные патрули фотонных крейсеров, как правило, заставали брошенные орбитальные базы пиратов.
С ударного авианесущего фрегата «Империон» стартовала двойка истребителей дальней разведки.
– ДР-1, притормози развед-зонды, что-то мне не нравится эта тишина. Около Андромеды сплошь базы пиратов, не иначе радары обнаружили нас на подходе.
– ДР-0, боевая тревога. Вижу две отвертки (оптическая торпеда).
– Ну вот и пираты, а то мы прямо заждались, честное слово. Зачищай отвертки. Я свяжусь с базой, будем смотреть, кто это у нас такой шустрый кидается отвертками по имперским патрулям. Я о таких отмороженных даже не слышал.
– ДР-0, уходи, я прикрою, обозначился хозяин торпед, тяжелый ударный истребитель имперского класса «Альбатрос» А-4.
– Всем внимание! Говорит командор второго ранга Иоган Штрекер – не стрелять, они пошли на переговоры, возможно тянут время до подхода основных сил. Всем кораблям поддержки занять боевой порядок.
– Ну все, можешь вешаться, Билли. Щас они подтянут звено планетарных штурмовиков, да тройку тяжелых истребителей имперского класса «Буревестник» А-5. И, под прикрытием огня фрегата, раскатают нас как Бог черепаху. Чего в ступор впал, давай выходи на волну имперцев, будем договариваться.
– На фрегате! Не стреляйте! Мы патруль с Омеги-5, произошло недоразумение, напарник первый раз в патруле, увидел чужих и с перепугу нажал пуск торпед.
– На Альбатросе, разблокируйте центральный шлюз для абордажной группы. В противном случае, мы открываем огонь на поражение.
– Макс, и чего теперь делать?
– Надо было раньше думать, чего делать, а сейчас деблокируй шлюз, и садись на пол лицом к входу, руки за голову. И сиди не дергаясь, в абордажной команде народ насквозь нервный. Получить от них прикладом по морде раз плюнуть.
Пол под ногами ощутимо вздрогнул, зашипели насосы переходного шлюза, открылись гермодвери штурманской рубки и сразу стало тесно от штурмовиков в тяжелых экзоскелетах.
– Сколько народу на Альбатросе? – Спросил старший группы.
– Нас – двое, штурман Макс Край и стажер Билли.
– Вы арестованы за вооруженное нападение на имперский патруль. По статье – 10, предусматривающую пожизненную каторгу на рудниках империи, поправка – 2 к статье означает смертную казнь через повешенье. Альбатрос конфискуется в пользу имперского патруля, а впрочем, у вас есть шанс. Слушайте сюда: спутник с Ганимеда-1 передал в центр управления о большой группе штурмовых катеров, ушедших в гипер прыжок с Проксимы Z. С большой долей вероятности они выйдут из гипера здесь, у Андромеды, нам нужна ваша поддержка, в случае вооруженного сопротивления. Но, скорее всего, они пойдут на сотрудничество и разрешат проверить трюмы. Так как всю добычу уже перегрузили на ничем не приметный транспортник, или на одну из орбитальных баз.
– В любом случае, мы вам гарантируем амнистию и даже вернем Альбатрос. Времени на раздумья нет. Ваше решение? Мне нужен второй пилот, с этим стажером мы своих посбиваем.
– Макс… – сказал Билли, размазывая по щекам слезы, – Макс, я буду стараться, я научусь…
– Черти тебя дери, пойдешь третьим помощником второго пилота, с условием ничего больше не трогать. И второе, у меня пустые ракетные держатели. На импульсных пушках два процента заряда. Про торпеды вы знаете.
– Нет проблем, загоняй Альбатрос на стапеля фрегата, техники все сделают, а нам надо на оперативное совещание.
– Билли, для тебя есть дело, техники имперцев сделали модернизацию Альбатроса, установили кучу всего, о чем мы даже мечтать не могли! Сзади теперь на нас не нападешь, там броне-купол с тяжелым бластером и место для стрелка. Угадай с трех раз кто стрелок?
– Макс! Я, да?
– Бьет мощно, прожигает даже броню имперцев, но дальность выстрела миля, стрелять только по моему приказу.
Тем временем появился большой отряд штурмовых катеров.
– Внимание на катерах, говорит имперский патруль! Производится осмотр трюмов, разблокировать центральный шлюз для принятия абордажной команды. При наличии груза – приготовить документы на груз. Старшему группы прибыть на фрегат с отчетом о цели и курсе следования.
Прибывший на фрегат старший, долго не раздумывая, взял быка за рога:
– Командор, скажу сразу, в трюмах немного контрабанды, в основном алкоголь, немного огнестрела, мы готовы заплатить штраф.
– Коммерческие вопросы обсудим после возвращения абордажных команд.
– Макс, можете возвращаться, они пустые, как мы и предполагали.
– Но наши предположения к делу не подошьешь. Нужны доказательства. Иоган, а почему вы не стали смотреть большой транспортник по центру строя катеров?
– Вот это фокус, Макс, они почти провели нас… Но так замаскировать большой транспортник – это нужен специалист по стелс-режиму высшего класса. Сейчас начнется мясорубка. Вы там поосторожнее, не зацепите транспорт. И сразу не открывайте огонь. Дождитесь, когда они ринутся к гиперу и вот тут, чем больше перебьете их, тем лучше.
Транспортный бот с абордажной командой был обстрелян на подходе к транспорту, но для тяжелых экзоскелетов-абордажников огнестрельное оружие пиратов было почти безвредно. Добравшись до транспортника без потерь, абордажники начали его зачистку.
Пираты, поняв, что им здесь не рады, начали массово отходить к гиперу.
– Ну что, Билли, повоюем? Смотри только транспортник не сожги, да корабли патруля.
Макс снял режим стелс и выпустил в скопившиеся у гиперперехода катера осколочно-фугасную ракету, за ней последовала ракета класса центурия с разделяющейся боеголовкой. Мало кому из пиратов удалось спастись. Поняв, что мимо альбатроса не пройти, в отчаянной попытке прорваться и уйти в гипер-прыжок, катера атаковали Альбатрос. По броне защелкали разрывы.
– Билли, не зевай, расстреливай тех, у кого переносные зенитные комплексы.
– Макс, да их столько, что я не успеваю стрелять. Как минимум десять катеров уже сбил.
– Второй пилот, как у тебя дела? – вышел на связь Макс.
– Все, как и у Билли. Сжигаю из импульсной пушки десятками, а их не становится меньше.
– Билли, зенитная ракета! Дави её.
Ракета ушла в сторону, уклоняясь от импульсного разряда бластера. Сделав плавный разворот, зайдя сбоку, взорвалась над бронекуполом. Сам бронекупол выдержал удар ракеты, но внутренняя его часть частично разрушилась, щедро одарив осколками Билли. Подошедшие буревестники патруля добивали одиночные катера пиратов. А впрочем, те уже не оказывали сопротивления и сдавались. На транспорт для зачистки высадили еще одну абордажную команду.
Час спустя, на совещании у командора подвели итоги боя. Сбито около трехсот двадцати катеров пиратов, пятьдесят сдались в плен и около пятидесяти смогли уйти в гипер-прыжок. У патруля сильно поврежден зенитной ракетой планетарный штурмовик, на альбатросе поврежден бронекупол. Билли потерял много крови и его отправили в реанимационный центр на ближайшую базу патруля. Среди командного состава жертв нет.
– Что в транспортнике? – спросил Макс.
– Пока не знаю, ждем отчет абордажных команд, но судя по их молчанию ничего хорошего не предвидится.
Прибывшие команды абордажников тут же взяла в оборот служба безопасности патруля. В зал совещаний пришел только Герман, капитан абордажников, он сразу подошел к Командору, что-то ему сказав в полголоса. И, немного подумав, обратился к присутствующим:
– Господа все здесь присутствующие, в связи с особой важностью захваченного нами груза, все должны подписать документы о неразглашении. Прошу учесть, что все сегодня произошедшее, проходит под грифом совершенно секретно первой степени. Дело переходит в ведение второго департамента имперской безопасности.
Иоган спросил:
– Что происходит, Герман? Что за шпиономания?
– Дело в том, Иоган, что транспорт под завязку забит импульсными пушками. Ты можешь представить, чем это обернется для империи? Я смотрел номера на стволах пушек, вся партия со сгоревшего склада. Помнишь тот жуткий пожар на складах вооружений? Там же, где и планетарный завод по производству вооружения кораблей легкого, среднего и крупного тоннажа. Склады и завод охраняют спецназом патруля, плюс четыре автоматических охранных модуля в стратосфере. Там муха не проскочит. При том, что расположение складов засекречено. О его местоположении знают лишь техники по изготовлению оснастки кораблей. Так же знают о складе четыре сенатора, но у каждого только часть ключа. У первого – созвездие, у второго – сектор в созвездии, у третьего – планетарная система, у четвертого – координаты планеты. Кстати, я был на том складе после пожара. Не все сгорело и расплавилось. Кое-где у пушек сохранились даже номера. Так вот, у меня создалась полная уверенность, что все на месте. У меня опыт в таких делах. Я всегда выезжаю с проверкой на подобные ЧП. Но как тогда объяснить оружие в транспортнике? И еще, информация для размышления. На складах было три секции вооружений. Импульсные пушки, лазерно-импульсные и тяжелые бластеры. Мы захватили только импульсные пушки. Вопрос, где остальное оружие, если оно вообще было. А на версию «было» работает пропажа имперского патруля, авианесущего фотонного крейсера и двух канонерок сопровождения, бесследно пропавших уже более месяца.
– Ты хочешь сказать, что кто-то, пусть даже они получили вооружение, смогли уничтожить новейший крейсер с порогом живучести 10ж?
– Фотонный крейсер в сопровождении двух канонерских лодок патрулировал сектор Альфа-Лебедя. Когда по лучу галактической связи пришел сигнал бедствия, «SOS», древний, как мир, не потерявший своей актуальности и в космосе.
– Патрульный крейсер на связи. Где вы находитесь? Что у вас произошло?
– Имперский транспорт, бортовой номер ИТ-00. Конвойные штурмовики уничтожены пиратами. Нас заперли в астероидном поле, самим не выбраться. Прошу помощи у патруля.
Часть 2
– Давайте координаты.
По выходе из гипера стало понятно, что их заманили в ловушку. Патруль находился в самом центре огромного поля астероидов. Ко всему прочему, пропала связь. Пираты задействовали четыре установки РЭБ, прерывающие связь на всех частотах.
Тем временем, пользуясь отсутствием патруля, через Альфа-Лебедя на Тартугу, (единственный сектор галактики, неподконтрольный для имперских сил) сплошным потоком шли транспортные корабли, доставляя на Тартугу оружие и необходимое сырье.
61-Лебедя – двойная звезда, состоящая из двух оранжевых карликов, вокруг которых по сложной орбите вращаются две планеты, превращенные пиратами в неприступную крепость. Что за оружие они там нашли не знал никто. Единственную информацию, которую удалось узнать имперским спец службам, что на планетах расположены базы древней цивилизации, исчезнувшей задолго до выхода в космос империи предтеч. Все попытки взять Тортугу штурмом кончились полным разгромом имперских сил. Едва войдя в зону действия оружия корабли имперцев сгорали.
Тортугу оставили в покое заблокировав все проходы усиленными патрулями.
Сенатор нервничал, внешне спокойный он перекладывал документы в папке уже по третьему разу.
– Никому ничего нельзя поручить, простейшее дело провалят. Давно должен быть сигнал.
Ожила рация спец связи, прозвучало лаконичное слово «Единица», на этом связь оборвалась.
– Все по плану, завтра начнутся митинги оппозиции, в прилегающих к столице империи провинциях, которые никто и не думал согласовывать. Митинги плавно перейдут в беспорядки, когда на улицах начнут стрелять, в сенате можно поднимать вопрос о компетенции императора. А когда начнутся восстания и беспорядки по всей галактической империи, плебс потребует жестких действий по наведению порядка. Вот тогда-то и наступит наше время. Время диктатуры, ну а пока сообщить наверх о «Единице».
Четыре сенатора обладавшие частью ключа принадлежали к разным фракциям, исключавшим всякую возможность о сговоре или утечки информации. Сенатор Витиус Клавдий, владевший частью ключа, был игроманом. Нет, он не просиживал часами за рулеткой или игровыми автоматами, просто иногда на него накатывало нечто сродни ломке у наркоманов, и он спускал все, даже такси ему заказывали за счет казино.
Рио – город праздник, город в котором сбываются мечты (если у вас есть деньги разумеется).
Рио – рай для шулеров и мошенников, но после череды гангстерских войн, когда к негласной власти в Рио пришла семья дона Фантоци, пойманным шулерам отрубали пальцы на обоих руках. Мошенников, карманников и всех прочих представителей криминального мира (если они только прибыли не в качестве гостей) ждали девять грамм свинца в голову. Средство радикальное и весьма старомодное, но не ставшее от того менее эффективным.
В Рио на улицах было спокойно в любое время. Интересы семьи, максимальный доход с пороков гостей, подразумевал и максимальную безопасность. К управляющему казино «Счастливая рулетка» подошел внешне ничем не примечательный человек.
– Мне нужно поговорить с доном Фантоци.
Управляющий сделал удивленное лицо.
– Первый раз слышу о таком. Вы, наверное, ошиблись, уважаемый.
Достав удостоверение, человек показал его управляющему.
– И все же, я настаиваю на встрече с доном.
– Как о Вас доложить?
– Секретарь сенатора Августа.
– Сдайте все оружие. Холодное, огнестрельное, импульсное. И я должен Вас обыскать. Это обязательное условие.
Проверив секретаря металлоискателем, охлопал одежду и карманы в поисках оружия. После чего вызвал двух охранников. Указав на секретаря, сказал:
– Отвечаете головой. А сейчас отведите его к дону.
Охранники, кивнув утвердительно, что, мол, все понятно, прошли через весь игровой зал до стены, задрапированной плюшевыми шторами. За одной из штор обнаружилась дверь с электронным замком. Охранник приложил палец к стеклу детектора, вставил в замок карту. На замке зажегся зеленый свет. Дверь открылась. За дверью был короткий коридор, упиравшийся в дверь лифта. Один из охранников нажал кнопку вызова, где-то далеко внизу заработал лифт. В поднявшемся лифте распахнулись двери. В лифте находились два охранника с импульсными бластерами.
– Кирпич, что за дела?
– Ты что, правил не знаешь? Во время сдачи выручки вход в хранилище воспрещен.
– Так нас же управляющий направил. Говорит, дело срочное.
– Тогда идите вперед. Как говорится, шаг влево, шаг вправо…
Лифт доставил в такой же, как и наверху коридор, но с небольшим отличием. В металлической двери, в конце коридора была проделана амбразура, из которой торчал ствол пулемета. Из-за двери спросили:
– Пароль?
– Монте-Карло – отстой, – прокричал Кирпич.
– Рио – лучший, – ответили из-за двери.
– Ну и пароли же у вас.
– Зато надежные.
За открывшейся дверью обнаружилась большая комната, заставленная хозяйственными сумками, забитыми имперскими кредитами. Дон Фантоци сидел за письменным столом, пересчитывая дневную выручку заведений Рио и записывал что-то в бухгалтерскую книгу. Не поднимая головы от книги, сказал:
– У вас всего пять минут.
– Мне нужно говорить без лишних ушей, – сказал секретарь.
– Вышли все, – сказал дон.
– Но босс, здесь столько кредитов. Оставлять без охраны…
– Все вон, – рявкнул Фантоци, стукнув кулаком по столу.
– Так что Вы хотели?
– Мне нужно часть ключа, которым владеет сенатор Витиус Клавдий.
– Как он выглядит?
– Микрочип с координатной сеткой привязки к определённому космическому объекту.
– Сумма?
– Сто тысяч имперских кредитов.
– Сроки?
– Не позднее конца недели, т.е. у вас не более пяти дней. И последнее, никакой огласки, всех исполнителей залить в бетон.
Поздно вечером, когда выручка за день была посчитана и отправлена в хранилище, дон Фантоци поднялся в игровой зал «Счастливой рулетки».
– Сильвестр, – обратился он к управляющему, – где Лиз? Почему ее давно не видно?
– Ее сложно увидеть, она целыми днями сидит у себя в номере. Пускает только курьера, который приносит ей виски.
– Сильвестр, не пора ли нам менять лицо заведения? А, впрочем, мы найдем ей дело. В общем, чтобы к утру она приняла нормальный вид. Вызывай бригаду интенсивной терапии. Уколы, клизмы, капельницы… Пусть делают что хотят, но к утру она должна выглядеть, как всегда.
Утром бригаду интенсивной терапии сменили массажисты и завершающий штрих в чудесном преображении, сделали косметологи и гримеры.
– Долго возитесь, Сильвестр, теряешь хватку.
– Дон, помните в 10-м году, когда мы после трех лет войны с семьей Беллуци, все-таки отжали у них Рио?
– Помню конечно, к чему это ты рассказываешь?
– Рассказываю к тому, как мы тогда запили на неделю, потом неделю выходили из запоя, а она две недели, пьет, и прошло всего 12 часов…
– Ну и кого я должна затащить в постель в этот раз?
– Сенатор.
– Дайте, я догадаюсь. Это тот, который проигрался в прошлом году до последнего кредита и Сильвестр вызывал ему такси за счет заведения. Что нужно от него?
– Нужно подсыпать ему наркотик, чтобы он начал играть. А когда он проиграется, его легко будет убедить поставить на кон ключ. Только я тебя умоляю, Лиз, все надо сделать тихо, в VIP зале. Нам сам ключ не нужен, на это и напирай. Снимем копию и все.
Элизабет стояла возле входа на сломанном каблуке. Поминая сенатора, Сильвестра, Кирпича и сломанный каблук такими словами, услышь которые покраснел бы даже Кирпич. Сильвестр, сидевший за стойкой администратора, каждый раз при взгляде Элизабет лишь пожимал плечами. Кирпич, карауливший снаружи на стоянке такси, высматривал сенатора.
Вечером, просматривая накопившуюся за день почту, Витиус сортировал ее на группы – рекламные листовки и буклеты не глядя выбрасывались в мусор. Бегло просматривал приглашения на участие в новомодных TV проектах, нет уж увольте, сидеть в студии четыре часа с умным видом, отвечая на провокационные вопросы ведущего. Последним вскрыл заказное письмо, которое принес мальчишка-рассыльный при отеле. В письме оказался подарочный сертификат на четыре тысячи кредитов, который можно было обменять на игровые жетоны, либо на имперские кредиты, но обналичить на кредиты можно было при условии личной явки и погашении сертификата не позднее полудня в кассе казино. У сенатора не было денег, и он пошел в казино пешком. Нет, у него был чек на сорок кредитов, но зная нелюбовь таксистов давать сдачу, предпочел пойти пешком, огорошив швейцара, ринувшегося было подать такси, фразой:
– Больше ходишь, дольше живешь.
Едва Витиус Клавдий открыл дверь, как ему прямо в руки упала Элизабет.
– Эти чертовы каблуки, вечно ломаются. Вот и сейчас, если бы вы меня не поймали…
– Что я могу для Вас сделать?
– О, звучит многообещающе. Составьте мне компанию в баре, выпьем за наше знакомство.
– Да, кстати, знакомство. Я – Витиус Клавдий.
– Ну а я – Элизабет. Можно просто Лиз, я здесь пою на сцене.
– Так это вы звезда лучшего в Рио кабаре?
– О, да бросьте льстить, я обычная певичка, каких много.
– Что вы будете пить, Элизабет?
– Закажите мне дикую орхидею, этот коктейль сложно испортить даже этому криворукому бармену.
– Что хочет женщина, того хочет БОГ.
– Да вы философ, Ви. А что будете пить?
– Возьму, пожалуй, пива.
– Пива, бр… Не переводите деньги и не портите печень. Меня тут научили, как сделать шикарный коктейль. Но бармен такие не делает, а когда я начинаю делать его сама, меня выгоняют из бара. А знаете что? Пойдемте ко мне в номер. Возьмем только бутылку водки и бутылку шампанского. Стаканы и лед у меня в номере есть.
– Лиз, Вы меня прямо заинтриговали. Что взять из закуски к водке?
– Вы смешной. Это же коктейль, его не закусывают. Впрочем, возьмите коробку конфет.
Они поднялись в номер к Элизабет.
– У меня тут ваза была. Вот в нее и будем наливать для смешивания. Тэк… Полстакана водки, один стакан шампанского. Налили? Теперь надо потрясти вазу. Разливайте, Ви. Да дайте же даме конфету. Какой Вы не отёсанный право.
– О, простите, Лиз. Вот конфеты.
– Тэк… Теперь один стакан водки и полстакана стакана шампанского. Ох, тысяча чертей. На платье капнула. Ви, принесите мне полотенце из ванной.
– Сию минуту, дорогая, уже несу.
Лиз быстро высыпала наркотик в стакан сенатора.
– Вот полотенце Лиз.
– Да бросьте вы его, Ви. Выливайте все, что осталось в вазу. Допиваем и идем играть.
– Что, прямо вот в таком виде?
– А чем вам не нравится наш вид? Очень даже, я бы сказала душевный вид, дайте Ви я вас поцелую, нет, нет только поцелую, я хочу играть у меня уверенность, что мы сегодня разденем казино. Ви, да идите уже. Сколько можно копаться. Идем в VIP зал, пусть в общем играют плебеи. Мы избранные. А давайте споем. Что-то мы так скучно идем, как на похоронах.
И Лиз, хорошо поставленным голосом певицы начала что-то петь из репертуара кабаре. «Красотки, красотки, красотки кабаре…». На шум пришли двое охранников.
– Эй, ребята, нам нужно в VIP зал казино. А ноги почему-то не идут.
– Ага, видел я ваш заказ в баре – сказал один из охранников. – С такого коктейля как вы вообще передвигаетесь. Это же «северное сияние».
– К черту ваши морали. Ведите нас в VIP зал. Ви созрел, чтобы играть. Ви, ведь ты же созрел для игры?
– Да, Лиз, я созрел.
– Во, то что нужно – указала Лиз пальцем на кресло-каталку, – Поехали!
И Лиз запела:
– А я сяду в кабриолет и поеду куда-нибудь…
Так их и привезли в VIP зал – поющую во весь голос Лиз и спящего Ви.
– Лиз, я же просил сделать все быстро и тихо.
– Ну вот так получилось, дон. Ну не могу я не петь, когда душа просит.
– У нас в запасе 3 дня, но ты, Лиз, постарайся, чтобы завтра копия ключа была у нас. А сейчас буди Витиуса, его ждет игра. Действие наркотика одни сутки, так что, Лиз, не расслабляйся, вторую дозу давать нельзя.
– Лиз, уже приехали? – очнулся Витиус. – Давай играть.
Ви поставил игровые жетоны по одному ему, ведомой комбинации. Иногда выигрывая, но чаще проигрывая, деньги медленно таяли. Когда на столе осталось три жетона, Лиз сгребла их в руку.
– Лиз, – с обидой в голосе сказал Ви, – там же сто кредитов. Я бы мог отыграться.
– Ну их всех к чертовой матери. Пошли в номер, и ты мне поведаешь тайну.
– Лиз, ты меня сведешь с ума. Но почему-то я хочу тебе все рассказать. И про ключ, и про тайну, которую он хранит. Как думаешь, Лиз, меня повесят за то, что я расскажу тебе про ключ?
– Нет, Ви, не повесят. Ты будешь жить, это будет наша с тобой общая тайна. Ну, давай же, рассказывай свою тайну.
– Лиз, у меня в шее вживлен микрочип с координатами склада имперских вооружений. При попытке скопировать содержимое чипа, он само ликвидируется и выдает тревожный сигнал во все отделы второго департамента имперской безопасности. Проще говоря, контрразведке.
– Как все сложно, Ви. А я думала продать копию за хорошие деньги, обеспечить наше с тобой будущее.
– И много дают? – заинтересованно спросил Ви.
– Пятьдесят тысяч кредитов.
– Фантастика. Моя зарплата почти за пять лет. Но чип не взломать.
– У заказчика есть специалисты, которые обойдут защиту.
– А что, давай попробуем. Когда еще удастся подержать в руках такие деньги…
– Опаньки, сенатор. А чип-то завязан на Вас. При попытке взлома, Вы кандидат в покойники – сказал сканировавший чип хакер по имени Гарик. – Это новейшая разработка биочипа, подключается к центральной нервной системе. Вас просто разобьет паралич. Хорошо, что мы такие умные, следим за новыми разработками. Так что в следующий раз не соглашайтесь на такую авантюру.
– Можно подумать, у меня был выбор. Консул указал пальцем, и все ринулись исполнять. Меня после операции трясло неделю. Думал уже, что не выкарабкаюсь.
– Так, теперь лежите тихо и ни звука. Где эти чертовы стенографисты? У меня минутная готовность. Так, вы трое, делим экран на три части. Ты – начало, ты – середину, ты – окончание. Вы двое – запоминаете рисунок экрана. Всем видно экран? Никто никому ничего не загораживает? Ручки пишут? Тетради у всех есть? У нас будет всего шесть секунд. Нужно срисовать рисунок с точностью сто процентов, начинаю отсчет. Десять – девять – восемь…