- -
- 100%
- +
Все еще молод душой.
Несколько маленьких, но уже огрубевших корней пробивались сквозь листья, принесенные Силвой. Устроив себе удобную лежанку между двух могучих корней дерева-гиганта, Силва не учел, что более мелкие корни, поднявшиеся из почвы вместе со всем деревом, создадут ему проблемы. Толщины лиственного покрова не хватало, чтобы перекрыть выступающие корни. Они впивались в спину Силвы и вот-вот должны были его разбудить.
На вершине холма дерево-гигант казалось еще более массивным, чем его собратья, множество которых можно было наблюдать с этой высоты. Даже те, которые расположились вдоль реки и вокруг озер и впитывали всю необходимую им влагу, казались меньшими из-за своего расположения. Впервые заметив это дерево, Силва подумал, что сам холм образовался благодаря корневой системе дерева. Но это было не так. По случайности дереву удалось прорости на самой вершине холма, покрытого мягкими плодородными почвами. Дерево впилось корнями в почву, пронизало ее до крепких скальных пород в глубине и тем самым укрепило холм. По прошествии нескольких тысячелетий они стали единым целым.
Силва проснулся. Его усталость прошла, сознание отдохнуло и в какой-то момент неудобство, вызванное мелкими корнями, впивающимися в спину, стало более весомым для его мозга, чем необходимость отдыха. Силва выпрямил спину продолжая сидеть, а затем по очереди открыл все четыре глаза. Он потянулся и принялся восстанавливать зрение, которое в последнее время начинало ухудшаться. Силва концентрировался на самых дальних деревьях и горах на горизонте, а затем переводил взгляд на подножье холма и тропинку, которая начинала вырисовываться в том месте, по которому он поднимался к своей летней лежанке.
Почувствовав уверенность в том, что видит перед собой, Силва поднялся и потянулся. Сделав несколько повторяющихся движений в качестве разминки своего постаревшего тела, он осмотрелся с высоты своего роста. Вокруг него, за исключением нескольких безжизненных скал, все было окутано зеленым покровом деревьев.
– Я все еще здесь. – Улыбнувшись, в слух отметил Силва.
В последние дни его начали посещать мысли о том, что его невероятно длительный жизненный путь подходит к концу. Даже тот факт, что летом он может все свое время проводить в непосредственном контакте с природой более не приносила необходимого прилива жизненных сил. Впервые за очень большой период времени он начинал чувствовал старость своего тела.
Так продолжалось до окончания этого лета. Силва частично отвлекался на свой огород. Он заготавливал провизию на зимний период. Значительного похолодания и выпадения осадков в виде снега в этом регионе не наблюдалось, но большинство деревьев и кустарников предпочитали не давать плодов в этот период. Силва называл этот период зимой исходя из привычки разделять год на четыре сезона.
Приближающийся конец сезона урожаев принес Силве чувство нарастающей тревоги. Это был его шестой летний сезон на этой планете. Но именно теперь он начинал ощущать свое одиночество в полной мере. Он не жалел о своем решении оставить команду Вселенной. Но приближающаяся старость приносила ему чувство сожаления о том, что он не все сделал в этой жизни. Присущее многим разумным существам ощущение, в случае с Силвой было чем-то необычным. Все потому, что его очень длинная жизнь была полна разнообразными событиями. Ему точно было что вспомнить, чтобы скоротать долгие вечера последних лет своей жизни. Но где-то в глубине души притаилось странное ощущение, что это не конец его пути. В его жизни обязательно должно быть что-то еще. Это ощущение росло, но пока что не обрело каких-то конкретных очертаний.
Температура воздуха ночью в эту пору года была не комфортной для Силвы. Поэтому вечером он вернулся на свой любимый холм закутавшись в плед из лиан1. Путь от его лагеря до этого холма был не близким. Однако Силва часто посещал его. В последнее время это было единственное место, которое помогало Силве жить дальше. С высоты этого холма худощавому великану открывался вид на его детище, которое теперь было полностью автономно. Мир, оживший благодаря его участию, был последним источником жизненных сил Силвы в этот сложный для арборца период.
В очередной раз поднявшись к дереву и начиная умащиваться между двумя тысячелетними корнями, Силва не подозревал, что сидит в этом месте в последний раз.
До тех пор, пока не стемнело Силва любовался зеленым покровом вокруг себя, который был однородным за редкими исключениями. Именно такие исключения и выискивал взгляд Силвы. Животных, которые могли бы развлечь сознание Силвы на Ингенсио еще не появилось. Но в некоторых местах колонии особо крупных микроорганизмов захватывали целое дерево. Они меняли процесс жизнедеятельности дерева. Растение не справлялось и менялось под воздействием внешних факторов. А благодаря изменениям попадало в поле зрения Силвы. В других местах деревья соревновались за место под солнцем и редко, но все же измяли картину равнины резким скачком зеленого покрова.
Наступил вечер. Уже собираясь закрыть глаза и попытаться заснуть до того, как голову займут негативные мысли, Силва обратил внимание на особенно яркое в эту ночь звездное небо. Крайне редко Силва любовался им. Множество звезд Млечного пути создавали в небе несколько рек, где яркий свет практически сливался в единый поток. Рукава нашей галактики были поразительно красивы вдали от источников света. Но Силва видел их уже очень много раз и эффект восхищения ими слегка притупился. Спутники планеты, появляющиеся в строгой периодичности, также не вызывали интереса.
Но сегодняшняя ночь была особенной. Массивный газовый гигант, оберегающий внутренние планеты этой звездной системы от всяческих незваных гостей в виде метеоритов, иногда появлялся в поле зрения наблюдателя. В эту ночь планета была видна значительно отчетливее ввиду особенностей орбит. Сегодня две планеты находились на максимально близком расстоянии. Возможно, именно из-за влияния столь массивного объекта в этой звездной системе, организм Силвы поддавался пессимистическим мыслям.
Заметив среди звезд медленно движущийся объект, Силва тут же встал. Не первый раз наблюдая движение по ночному небу газового гиганта, Силва безусловно заметил хоть и не значительное, но все же уловимое изменение размеров планеты. Следующие нескольких часов Силва неотрывно следил за движением планеты по залитому звездным светом небу. Пристальное наблюдение за планетой в течении долгого времени создало в голове Силвы картинку, при которой далекая планета слегка изменяла свой цвет. Легкое мерцание планеты было иллюзией создаваемой атмосферой Ингенсио. Но в его сознании причиной изменений были спутники проходящие перед диском планеты. Он ошибался в своих рассуждениях. Но эта ошибка изменила все.
В считанные секунды после ложного заключения о спутниках, Силва принял решение посетить один из них. В душе арборца появился огонек. Разжигаемый желанием лицезреть плоды своих трудов в другом мире, он заставил Силву переключить свое внимание на объект, который был в зоне досягаемости арборца. Силва оставил свою работу на том небесном теле в крайне тяжелых природных условиях. Садовод всегда сомневался в успехе озеленения спутника на столько, что, вернувшись в эту звездную систему с командой, он не посетил спутник. К тому же Ингенсио раскрыла весь свой потенциал и захватила внимание Силвы и его друзей в то время. Но теперь арборец скучал и возможность развлечься постепенно превратилась в непреодолимое желание увидеть планетоид.
На следующий день Силва запустил основные механизмы шатла. Это был один из трех шатлов, оставленных Ки-атой. Он смиренно ждал своего шанса вновь взмыть в небо. Это был тот самый шатл, с которого Силва снял защитные экраны и пару раз пользовался им чтобы облететь планету, на которой жил. Он распечатал его еще два года назад, но с тех пор более не пользовался им. Машина была полностью исправна. Природа еще не успела проникнуть сквозь имеющиеся мелкие щели в обшивке и не смогла что-либо повредить.
Через несколько минут после получения результатов диагностики, Силва уже покидал приютившую его планету. Его совершенно не заботили необходимы его телу провиант и безопасность. Он был поглощен новой целью на своем пути.
Впервые посетив этот спутник более миллиона лет назад, Силва не слишком много времени уделили изучению механики движения этого небесного тела. В то время он был увлечен своим проектом и бо́льший интерес вызывал у него газовый гигант, который мог навредить интересующей его планете. Силва не обратил внимание на то, как стремительно планета снижала скорость вращения вокруг своей оси под действием гравитации газового гиганта. Выйдя на орбиту спутника в этот раз Силва, обратил внимание на то, что теперь планетоид находится в приливном захвате своего хозяина – газового гиганта.
Тектоническая активность спутника стабилизировалась. Планетоид не был райским местом. Он был все также опасен для жизни, поселившейся на нем. Но теперь высокоразвитый представитель живой материи, коим являлся Силва, мог предсказать катаклизмы и обезопасить свое пребывание на поверхности планетоида.
Облетая спутник газового гиганта по орбите, Силва заметил несколько участков суши полностью выжженых в следствие извержения магмы. Но в целом «зараженный» жизнью планетоид чувствовал себя хорошо. Атмосфера, сформировавшаяся вокруг него, частично скрывала зеленые массивы на поверхности. Но именно ее наличие говорило Силве о том, что жизнь сумела приспособиться к периодичности получаемого звездного излучения и высокой гравитации планеты-хозяйки.
С высоты орбиты Силва не мог выбрать регион для посадки шатла на планетоид. Он начал снижаться и вошел в атмосферу. Уже пролетая над планетоидом на высоте облаков, Силва начал высматривать место для посадки. Наиболее подходящим ему показалось место, где старый густой лес граничил с территорией, едва оправившейся после пожара. Силва опустил шатл на почву, примяв молодые деревья.
Силва несколько часов бродил по лесу и вдоль линии, образованной пожаром в прошлом. Он присматривался к тому, как изменились высаженные им виды растений. К сожалению Силвы, он не встретил каких-либо более менее крупных животных. Лишь пару раз он заметил наличие каких-то насекомых. Он не видел их самих, но заметил следы их жизнедеятельности. Планетоид был живой во всех смыслах известных Силве.
Почувствовав голод, Силва покинул планетоид.
Опустив шатл в тоже место, где он стоял все время с тех пор, как Киа-та покинула пределы этой звездной системы. Силва тут же перебрался в кровать и уснул. Впервые за последний год он был ближе к тому каким он был раньше. Путешествия занимали в его душе важное место. Они стояли на той же полке, что и выращивание растений. Силва не осознавал этого, пока не лишил себя возможности путешествовать, осев на планете. Его пешие походы, занимавшие несколько дней, не могли сравниться с полетом к далеким планетам через глубокий космос.
Получив жизненный толчок, Силва начал вести более активный образ жизни. Два последующих сезона Силва занимался тем, что детально изучал планету, на которой жил. Он посетил все самые интересные места, где жизнь сумела закрепиться сама, без его помощи.
Пожалуй, самым интересным для себя открытием Силва считал колонию длинношерстных мхов. Она служила домом для бессчетного количества видов насекомых. Но ее особенность была не в том, кто жил среди ворсинок мха, а где была расположена эта колония. Находясь на высоте более тысячи метров над уровнем моря, колония мхов располагалась на своде широкой и высокой пещеры. Бурная горная река, образовала эту пещеру. Она многие миллионы лет вымывала породу в этом месте и теперь находилась на сто метров ниже изначального русла. Собрав в себе все талые воды этой высоченной горы, река билась своими массивными потоками о скальные породы. Водные пары поднимались в верх и питали колонию мхов, а она в свою очередь насекомых и других, рискнувших забраться сюда живых существ.
Благодаря удачному стечению обстоятельств в строении горы. Талые воды со всех сторон горы собирались в этом месте. Юго-восточный склон горы был идеальным расположением пещеры. Солнечные лучи практически целый день атаковали гору, подпитывая реку и растительность на ней. Но они не могли напрямую влиять на жизнь, спрятавшуюся в пещере. При этом отражение этих лучей от острых скал и воды далеко внизу давали достаточно энергии, для существования колонии мхов на своде пещеры. Это позволило развиться уникальной, практически замкнутой экосистеме.
В какой-то момент Силва вновь начал экспериментировать с растениями. У него не было доступа к технологиям Вселенной. Но было два уникальных мира. Они были сформированы из одного генофонда, но развивались отдельно в течении миллиона лет. Неоднократно посещая спутник газового гиганта, Силва поначалу сравнивал различные модификации одних и тех же растений его планеты и спутника. А затем начал перевозить и рассаживать новые виды, добавляя разнообразия на свою планету и при этом не забывая о планетоиде.
Жизнь в теле Силвы кипела. Он чувствовал себя прекрасно. В последний раз что-то подобное он испытывал в компании Ки-аты и Хилы. Не желая расставаться с ощущениями наполняющими его тело живительными силами, Силва придумывал для себя все новые и новые приключения. Но в ограниченном пространстве звездной системы, а также в отсутствии крупных форм жизни Силва понимал, что «топливо», которым он подпитывает свое настроение скоро закончиться. Все его новые приключения становились однотипными. Несмотря на то, что планета и спутник газового гиганта были огромными в сравнении с возможностями маленького арборца. В то же время эти космические тела большинством своих регионов были похожи друг на друга. В каждом регионе планеты Ингенсио Силва находил различную архитектуру леса. Но она состояла из тех же пород деревьев и кустарников.
В скором времени Силва посетил все более менее крупные и выделяющиеся изюминки двух миров, которые ему удалось обнаружить. Он изучил их самые интересные отличия и задокументировал в памяти шатла на случай, если ему захочется в будущем вернуться к исследованию этих регионов. После чего его сознание все чаще занимали размышления о том, что ему нужно найти для себя новое увлечение. В один из дней, поддаваясь подобным размышлениям, в мозгу Силвы всплыло древнее воспоминание из его прошлого.
Когда-то этой идеей Силва пытался взбодрить Дайту. Из того случая ничего не вышло. Но потерпев неудачу в прошлом, Силва надеялся наверстать упущенное в будущем. В любом случае отправляясь в новое путешествие в данный момент, Силва рискует только своей жизнь. Миссия корабля Вселенная теперь существует без его участия. Силва никак не может на нее повлиять, даже если захочет этого. Никто и ничто более не сдерживает его. Силва начал готовиться к тому, чтобы встретиться с другими разумными видами, если таковые еще существуют в той малой части галактики, куда его способны доставить скромные возможности шатла.
В рамках подготовки к такому шагу, Силва вывел на орбиту шатл и включил всю имеющуюся у него аппаратуру. Она должна была выявить наличие активности в близлежащих регионах галактики. Силва активировал систему поиска, включил автопилот, чтобы поддерживать траекторию вокруг планеты. После этого он направился в жилое отделение и забрался в одну из двух камер глубокого сна. Если все будет хорошо, то система должна будет разбудить его через сто лет. Такого отрезка не хватит, чтобы значимо восстановить жизненные силы Силвы, но будет достаточно, чтобы убедиться в надежности системы. Силва не мог рисковать улетать далеко от планеты на неисправном шатле. Поэтому такой тест с его точки зрения был оправдан.
За время теста аппаратура Силвы собрала достаточно данных, чтобы на основе них путешественник смог выбрать для себя направление полета. Арборец вернулся на планету. Он собрал запасы продовольствия и вернулся на орбиту. Прокладывая курс до ближайшего к шатлу объекта, имеющего признаки разумной жизни, Силва съел все, что привез с собой. Быстрый прием большого объема пищи создавал сложности его организму, но он не хотел тратить время. Довольно странное восприятие времени было у Силвы в тот момент. Он хотел сэкономить несколько минут зная, что его путешествие займет несколько тысяч лет даже на максимально возможной для шатла скорости. Но отчасти его можно было понять. Во время полета Силва будет спать, а сейчас он бодрствовал. В его сознание сравнивались величины засыпания, пробуждения и время на прием пищи, которые его мозг был способен распознать. Время в камере глубоко сна он не сможет ощутить. Поэтому сохранить драгоценные минуты ему казалось логичным.
Все было готово. Силва направил шатл в нужном направления. Автопилот полностью принял управление на себя и начинал набирать скорость. Прежде чем шатл активировал технологию скольжения сквозь пространство, Силва забрался в камеру глубокого сна и с мечтами о невиданном мире заснул.
Шатл «чувствовал» себя отлично. Все его системы были исправны. Несколько лет на планете без экранной защиты не успели причинить ему вреда. В открытом же космосе ему в принципе ничего не угрожало. Ки-ата за многие годы довела до совершенства производство материалов для шатла. Теперь они были практически вечными, если находились в открытом космосе далеко от излучения любой из звезд. Единственным, что могло сдержать амбиции Силвы было наличие ограниченного запаса топлива. Но совершенная технология скольжения, разработанная его предками, должна была позволить Силве совершить несколько подобных путешествий на имеющемся топливе.
Система оповещения о завершении маневра разбудила Силву едва шатл вошел в границы интересующей его звездной системы. Несколько минут ему потребовалось, чтобы в полной мере вернуться в этот мир. После чего он поспешил к приборной панели. Шатл в это время активно сканировал звездную систему определяя все более-менее крупные небесные тела. После завершения формирования карты этой звездной системы шатл успокоился и замер в ожидании новых команд. Силва тут же задал ему траекторию сближения с единственной активной планетой в этой звездной системе.
Шатл двигался быстро. Используя для навигации составленную карту и видимые невооруженным глазом ориентиры, космический челнок приблизился к планете. Он вышел на орбиту за крайним из трех спутников и вновь его системы вошли в режим ожидания.
Поверхность планеты частично скрывалась за облаками. Но Силве удалось разглядеть голубые океаны и несколько континентов на той стороне планеты, что была обращена к его взору. Планета была обитаема. Несколько искусственных спутников были слабо различимыми, но все же бросались в глаза пролетая на фоне белых облаков. Действовать нужно было быстро.
Силва перевел управление на штурвал и в полуавтоматическом режиме направил корабль на сближение с планетой. Уже спускаясь и наблюдая очертания континентов, Силва выбрал тот, что казался более зеленым. Системы корабля скорректировали курс и шатл вошел в атмосферу. Довольно быстро преодолев опасные слои атмосферы планеты, шатл начал повиноваться направлению, которое задавал ему Силва. Чем ближе Силва приближался к планете, тем отчетливее он видел лесной массив. Корректируя курс, Силва посадил шатл на его окраине в том месте, где деревья и кустарники уступали место густой траве.
Не теряя времени, Силва вышел из шатла и спокойным размеренным шагом направился к лесу. Босыми ногами он задевал траву и некоторые виды кустарников, которым удалось пробиться сквозь плотный травяной массив. Силва не бывал на этой планете. Она не была в списке тех, что породил феномен Вселенной. Силва понял это приблизившись к деревьям.
Трава этой планеты конечно же отличалась от той, что засеивал Силва и его команда. Но эти отличия были незначительными и не бросались в глаза с высоты его взгляда. Среди мириад видов растений, которые хранил корабль Вселенная, травы были самыми разнообразными. Однако зачастую они друг от друга отличались лишь геномом, а не значительными внешними проявлениями. В свою очередь деревья этой планеты имели подобную структуру многим известным Силве видам. Но при этом их уникальность тут же бросалась в глаза, стоило лишь подойди ближе и всмотреться в листья. Более грубые жилки, которые как кровотоки в живых организмах снабжали живительными силами все дерево, имели на несколько тонов более темный зеленый оттенок. В коллекции Ки-аты на Вселенной были подобные деревья. Но их за многие годы путешествий использовали крайне редко поскольку они представляли собой угрозу другим жизненным формам. Их можно было отнести к паразитирующим растениям. Однако культуры, растущие в этом лесу, по всей видимости сосуществовали в гармонии с окружающим их живым миром. Они могли бы дополнить коллекцию Вселенной.
Силва не терял драгоценного времени и двигаясь вдоль лесного массива искал глазами что-нибудь, что могло бы опровергнуть его мнение, что этому лесу много лет. Ничего не указывало на то, что лес создан искусственно. Даже если его высадили какие-то существа в прошлом. Природа уже поглотила их следы. Глаза Силвы скользили от дерева к дереву стараясь запечатлеть в памяти все виды, которые ему удалось разглядеть. Чувствуя, что время для прогулки в новом мире на исходе Силва опустился на колени. Перед ним оказался очень густой кустарник, который своим ростом едва доходил до его нижнего коленного сустава.
Наружные ветви этого кустарника были покрыты большим количеством мелких лепестков. Вкупе со старыми ветвями под зеленым покровом листья создавали плотный, практически непреодолимый барьер. Силва подумал, что внутри могли бы прятаться животные или птицы. Слегка раздвинув густую листву на поверхности, Силва заглянул вглубь кустарника. Внутри виднелись следе присутствия жизни. Несколько комков шерсти и пара длинных, но тонких перьев говорили о том, что предположение Силвы было правильным. Но найти живое подтверждение своего предположения и полюбоваться им Силва не успел.
Высокое существо, склонившееся над кустарником, было настолько увлечено его изучением, что не обратило внимание на приближение к этому региону нескольких механических летающих средств.
Четыре аппарата внушительных размеров были явно военного назначения. Агрессивные черты корпуса, выступающие в нескольких местах стволы для орудий кинетического характера, а также несколько подвешенных устройств, в которых землянин тут же распознал бы ракеты. Все это должно было внушать страх. Но в тот момент, когда аппараты приблизились достаточно близко, чтобы Силва осознал их присутствие и обратил на них внимание в его теле не было страха. Он повернулся в сторону усиливающихся звуков механического происхождения. Его лицо не выражало никаких эмоций. Силва был уверен в том, что рано или поздно что-то подобное должно прервать его экскурсию в незнакомом мире. Тело Силвы наполняло лишь небольшое, не уловимое для других, волнение от встречи с незнакомым разумным видом.
Два летательных аппарата остались в воздухе. Два оставшихся опустились недалеко от шатла Силвы. Затем боковые стенки аппаратов растаяли и из них вышли существа ростом около двух метров. Это были прямоходящие существа гуманоидного типа. У большинства военных из-под защитных масок и щитков просматривались участки кожи светлого, близкого к желтому оттенка. Переводя взгляд с одного, окружающего его солдата, на другого, Силва заметил, что существа этой расы имеют различные оттенки кожного покрытия. Для Силвы это было удивительным ведь представители его собственной расы имели крайне мало отличий друг от друга.
Пять пальцев, один из которых был противопоставлен другим четырем. Наличие всего одной пары суставов на руках и ногах. А также одна пара глаз. Различия между неизвестной Силве расой и арборцами были значительными. Но в тоже время имелось немалое сходство.
Руки окруживших его солдат лежали на каком-то оружие. Некоторые представители местной расы направляли устройства на Силву. Но он не придавал этому значения. Он понимал причину такому поведению. Его в большей степени интересовали сами существа и их строение, чем то, во что они были одеты.
В то время Силва этого не знал, но ему посчастливилось встретиться с одной из самых могущественных рас в галактике. Это были представители расы, которая во времена Джозефа и Дэи имела название раса создателей или ракса.
Более дюжины представителей этого прямоходящего вида распределились вокруг Силвы, который в их понимании должен был казаться великаном. Теперь все они направили в сторону Силвы свое оружие, но оставались на месте. Кто-то из них начал издавать непонятные для Силвы звуки. Безусловно эти существа хотели осуществить контакт. Но они не могли понимать речь друг друга. Это стало понятно, когда Силва приветствовал их на своем родном языке, показывая, что он тоже существо разумное. Один из окруживших его солдат предпринял еще одну попытку заговорить с Силвой используя совершенно иной язык. Силва понял это по тому, как изменилась тональность голоса этого существа. Эти звуки также ничего не значили для Силвы.