- -
- 100%
- +
Как и положено, эти слова набираются уже после того, как основная часть работы выполнена. Приступая к ней я не думал, что получится то, что в итоге и вышло. Так бывает всякий раз, когда я начинаю что-то писать, и в этом для меня, наверное, состоит основная прелесть подобного рода занятий. Я действительно не люблю жёстких рамок плана, а имею в виду обычно самую общую схему будущего повествования, сама же канва сюжета разворачивается в процессе, и это приятно, потому что познавательно. Ведь если бы я всё знал заранее, делать что-то подобное этому тексту мне было бы уже неинтересно.
О чём эта книга? О нас, о нашей судьбе, о том, что мы, в общем и целом, обычны и ничем примечательным не выделяемся. Она также о том, что смысла нет, что надеяться нам не на что, что, увы, мы уничтожаем свою собственную планету, единственное пригодное для нас место обитания, и не желаем остановиться, но это так по-обезьяньи. Она рассказывает о нашей истории, о настоящем и немного о том, что ещё нам предстоит. А, кроме того, в ней вы найдёте разного рода, уровня и глубины теоретические изыскания и выкладки, показывающие, как я надеюсь, мою правоту и, к сожалению, неизбежность и неумолимость того, что нас ожидает.
Сразу хочу предупредить, что я не пытался быть особо деликатным или чутким. Мир жесток и одновременно прекрасен, а потому о нём надо говорить без обиняков и полутонов, прямо и порой едко. Возможно – даже почти наверняка – что-то покажется вам возмутительным, гнусным, мерзким, низким, подлым, однако я не думаю, во-первых, что мы должны всячески избегать вещей с такими качествами, да и сами по себе они условны, а, во-вторых, нам надо быть честными, по крайней мере, с самими собой, потому что в таком случае у нас появляется пусть призрачный и вряд ли осуществимый, но всё-так шанс.
О названии. Я веду свой блог «Нелепости века». Там есть разные материалы, в том числе с таким заголовком, и, собственно, именно та заметка стала толчком к тому, чтобы написать эту книгу. Просто однажды мне стало понятно – или я прозрел – что вокруг меня и в зеркале я вижу приматов, которые обитают вот на этой планете, и что по большому счёту это и есть вся история, а всё остальное это либо благопожелания, либо выдача желаемого за действительное, но и это тоже очень местечково.
Мы почему-то вообразили о себе не бог весть что и отчего-то всецело поверили в это. Даже если из, как говорят, космоса, а на самом деле просто с околоземной орбиты, видно, что наша планета заселена разумными существами – особенно, конечно, ночью, но и другие волны не надо сбрасывать со счетов – это не означает того, что мы в каком-то смысле этого слова являемся неким уникальным видом не только на Земле, но и, тем более, во Вселенной. Как станет ясно ниже, нам всего лишь повезло, причём много раз, оказаться там и тогда, где и когда мы актуально и находимся, но это не есть ни наша особая заслуга, ни наш гений, а просто случай.
Если вам не нравится думать о себе и обо всех остальных людях в таком ключе, я категорически рекомендую вам отложить этот текст в сторону и приношу свои извинения либо за пустую, как вам представляется, трату денег, либо за то время, что прошло до этого с момента, когда вы взяли эту книгу в руки, либо за то и другое вместе. Лучше уж отказаться от дальнейшего чтения и больше не раздражаться, потому что ниже будет только хуже.
Я не пытаюсь быть нарочно провокационным, точнее, не всегда, не хочу никого эпатировать и совершенно точно не желаю сыграть на низменных, а то и вовсе возвышенных чувствах с тем, чтобы заработать свои пятнадцать минут – разумеется, намного больше, работа получилась довольно длинной – славы. Последняя слишком преходяща в нашем безумном и несуразном мире, а потому и гнаться за ней явно не стоит.
Всё, что я действительно намеревался сделать, это показать, что мы, т.е. люди, с одной стороны, являемся чем-то вполне обыденным и даже банальным, а, с другой – для этой планеты фатальным и, значит, чем-то по-настоящему интересным, хотя и губительным. Ведь мы совершенно тривиальные приматы, которые, тем не менее, уничтожат как себя, так и огромное количество других видов как раз потому, что не в состоянии справиться со своей обезьяньей природой, а также в силу не поддающейся никакому даже и малейшему изменению логики, что буквально тащит нас к коллапсу.
Не подумайте, что я получаю извращённое мазохистское удовольствие от того, что я пишу эти строки– мне нравится это делать из-за других причин. Мне самому прискорбно видеть в качестве моего отражения макаку, но как-то по-другому быть и не могло. Эволюция привела жизнь к её разумному состоянию в виде нас, а мы таковы, каковы мы есть, и это данность, которую изменить нельзя. Как поступать с этим дальше – решать вам, я же только рассказал о том, что я выяснил.
И последнее. Я бы искренне хотел оказаться неправым. Честное слово. Однако, боюсь, в данном случае я прав как никогда, и ничего хорошего нас впереди не ждёт, тем более учитывая то, что остановиться мы не желаем. Мы на всех парах движемся навстречу катастрофе, но при этом – что нисколько неудивительно в свете того, что мы приматы – даже и не замечаем этого, а продолжаем творить зло во всей его банальности. Увы, но мир обречён, а пока, я надеюсь, приятного чтения.
О смысле
Прежде чем начинать какой бы то ни было разговор о нас самих, т.е. людях, необходимо вначале рассмотреть вопросы о том, как мы создаём свои концепции, какое содержание мы в них вносим и что в итоге у нас получается. Без понимания этого не будет никакого прока ни в дальнейшем чтении этой книги, ни в принципе продолжении размышлений – я имею в виду, конечно, непредвзятых и честных – о человеке. Может показаться, что я здесь несколько усложняю, но в таком случае выскажу это иначе – нам надо, даже строго необходимо выяснить и осознать, что очень многое из того, что мы считаем само собой разумеющимся, очевидным, лежащим на поверхности, не подлежащим никакому обоснованному и открытому сомнению, на самом деле делается нами, а не дано нам свыше. По сути, последнего попросту нет, и было бы несколько наивно предполагать наличие чего-то подобного. Всё и вся творится нами, а не кем-то ещё. И доказательству как раз этого и будет посвящена данная глава, но вначале одно предупреждение или напутствие.
После введения прошло не так много времени, поэтому тем, кто не хочет, не способен или же по каким-либо иным причинам не намерен менять, корректировать, откидывать, препарировать, анализировать и перестраивать – если не отказываться от них вовсе – свои мировоззренческие позиции, дальнейшее чтение строго-настрого противопоказано. Если вы не предрасположены глядеть правде в глаза или хотя бы уверены в непогрешимости и незыблемости некоторых постулатов и аксиом, то мне крайне жаль, что вы купили эту книгу. Как бы то ни было, но пока ещё не слишком поздно, а потому вы в состоянии посвятить себя какому-нибудь другому занятию вместо того, чтобы постоянно раздражаться и выходить из себя. Всем остальным же я гарантирую, по крайней мере, интересную – но не обязательно абсолютно всё проясняющую, надо заметить – экскурсию на кухню по приготовлению человеческих отношений, взглядов, аттитюдов, ценностей, целых идеологий. Имея это в виду, с одними я прощаюсь и, разумеется, желаю счастья, с другими же нам предстоит довольно долгая дорога, так что запаситесь терпением. Итак.
Первое, что должно быть озвучено – это непоколебимый – у вас ещё будет время и возможности убедиться в этом, и да, я предупреждал – факт того, что смысл – это самое вредное, гнусное, отвратительное, ужасное и страшное человеческое изобретение, которое погубило куда больше судеб, жизней, талантов, чем какая-либо другая сила на Земле, по крайней мере, если мы ведём речь о людях – и не только о них. Перефразируя, его нет, никогда не было и вряд ли он однажды появится, а то, что мы подразумеваем под ним, есть лишь приписывание и навязывание материи, нам самим, нашему и любому иному бытию того, что, как нам кажется, они должны содержать. Увы или к счастью, но всё это представляет собой лишь выдачу желаемого за действительного.
Не поймите меня неправильно. Я не разочаровавшийся в жизни человек, не брюзга, не старик, которому немного осталось, не неудачник – я ещё вернусь к этому вопросу и связанной с ним процедуре создания категорий и наполнения их содержанием, а пока замечу, что подобные понятия в принципе беспочвенны и пусты – не, наконец, допотопный философ с претензией на оригинальность. Я совершенно обычный – как знать, конечно – представитель нашего вида. Всё, что меня отличает от, к сожалению, очень многих других – это незамутнённый взгляд на вещи и только. Как говорится, имеющий глаза, да увидит, и я не понимаю, почему столько людей предпочитают быть слепыми или же страдать какими-либо иными повреждениями и дефектами зрения.
Конечно, вы сразу возразите мне, что так не может быть, что смысл есть, просто я его не заметил или же что я просто не преуспел в жизни, а потому пытаюсь низвергнуть то, что у меня не получилось сделать, самым подлым образом, что излишне фантазирую, короче, веду подрывную деятельность, а по факту борюсь с выдуманными мельницами и чудовищами. Уверяю вас, что всё это не так. Поэтому одна иллюстрация.
Далеко не все – что не может не радовать – учёные совершенно серьёзно верят – именно подобным образом всё и обстоит, потому что каких-то внятных обоснований и оснований этому нет и как вы поймёте ниже они в принципе нереализуемы – в то, что наша Вселенная чуть ли не намеренно – это очень показательно в свете того, что последует – устроена так, чтобы мы в ней могли находиться и, соответственно, размышлять о ней. Иначе говоря, есть строго определённые мировые константы, которые позволяют состояться и Солнцу, и Земле, и жизни, и нам, их изучающим и им дивящимся.
Я нарочно несколько сгустил краски и немного преувеличил. Понятно, что никто ни на что не молится – впрочем, мне это неизвестно – восторга не испытывает, да и вообще сильно на этом внимание не акцентирует – хотя, как сказать. Как бы то ни было, но, по крайней мере некоторое, очарование всё же присутствует, и это нуждается и в объяснении, и в, желательно, уничтожении – зачем так жёстко и жестоко обходиться с некоторыми взглядами ясно станет ниже.
Давайте будем честны. Совершенно бесспорно то, что эти мировые константы действительно позволяют быть миру таким, каким мы его актуально и наблюдаем. Но из этого больше вообще ничего не следует, да и не может быть выведено. Приписывать этому какое бы то ни было значение попросту бессмысленно и даже вредно. Это равносильно тому, чтобы сказать, например, что, звуковые волны специально таковы, чтобы мы были в состоянии их слышать. Или что некоторые фрукты стали красными с тем, чтобы мы их ели. Т.е., по сути, тут телега ставится перед лошадью.
Безусловно, Вселенная имеет какие-то параметры и характеристики. И мы здесь потому, что они таковы. Но само по себе это ничего не говорит. Из этого нельзя вывести то, что мы и должны находиться на этой планете и восхищаться изяществу осуществлённого. Будь константы иными всего бы этого не произошло, а просто бытие было бы другим. И, вероятно – но не факт – был бы кто-то или что-то, кто или что удивлялся уже этому.
Проблема состоит в том, что мы своё собственное наличие пытаемся – это в принципе нам свойственно – некоторым образом узаконить и оправдать. Да, жизнь – подчёркиваю, в том виде, в котором она реализована на Земле и, может быть, где-то ещё, но это не обязательно – состоялась потому, что такова Вселенная, но нет, последняя не создавалось нарочно так, чтобы всё это случилось. Одно из другого не следует и не вытекает. Просто так получилось.
Это очень важно, потому что ни мировые константы, ни что-либо ещё не подразумевают и не указывают на некий замысел или намерение. Порядок возникает из хаоса, существуют эмерджентные свойства и непреднамеренные последствия, есть точки бифуркации, наконец, нередко свою лепту – и весьма ощутимую – вносит случай, и всё это говорит лишь о том, что порой происходят маловероятные, но всё-таки возможные вещи. Например, есть предположение о наличии множества Вселенных, а наша в таком случае представляет собой просто один из в принципе реализуемых вариантов, и даже если это и не так, то само по себе наше тут присутствие вообще ничего не объясняет и ни к чему не ведёт. Нам банально повезло, что мир таков, каков он есть, и это всё.
Поэтому, когда я слышу нечто вроде того, что у Вселенной на меня или кого-то ещё есть какие-то мифические и крайне загадочные, но зато, как правило, очень благоприятные для нас планы, мне становится смешно, а то и неловко. Помимо того, что у материи в принципе нет никаких интенций и намерений – она всего лишь подчиняется физическим законам, да и то только на данном этапе своего существования – нелепо в подобных утверждениях то, что выделяется какой-то конкретный индивид – спрашивается, по каким именно основаниям – и ему или ей сулятся золотые горы и манна небесная просто потому, что так кто-то говорит. Чтобы понять абсурдность таких заявлений приведу ещё один пример.
Как известно в мире существует огромное количество лотерей самых разных масштабов и величин – я, кстати, тоже порой в них играю, в конечном счёте, пусть и маленькая, но вероятность обогатиться там всё же есть. Люди – кто как, разумеется – с удовольствием покупают билеты и надеются на выигрыш. И в самом деле иногда бывает так, что кто-то срывает весь куш. Но самое интересное происходит после. Тот или та, кому повезло, нередко начинают придумывать истории о том, что они неким волшебным образом предвидели такие результаты, и вроде бы даже находят тому подтверждения.
В следующий раз, когда вам начнут рассказывать нечто подобное – среди чего встречаются и неожиданные, но счастливые исходы, и предвосхищения смерти, и правильность мер, и много чего ещё, включая и некое озарение по поводу нужных чисел – подумайте вот о чём. А сколько всех этих предчувствий, наитий, интуиций оказалось пустыми и ни к чему не ведущими? Почему никто не говорит о том, что и как он или она жестоко ошиблись – такое, кстати, случается гораздо чаще? Отчего не поведать о том, что вот эти цифры казались прямо наивернейшим способом выиграть, но выпали другие?
Увы, но мы очень крепки и сильны задним умом. После счастливого случая всегда хочется как-то оправдать своё везение, что и приводит к появлению историй о якобы чудесных предзнаменованиях и знаках, ведших нас в нужном направлении и доставивших в наше актуальное положение. Почему бы тогда не указать на те, которые загнали нас в тупик, уничтожили нас, унизили?
Хорошо, возразят мне, последний тип баек столь же распространён, что и первый. Мы пытаемся найти, в чём же мы провинились, раз понесли такое ужасное наказание, где были неправы, когда пошли не той дорожкой. Не может же в самом деле зло быть беспричинным и у всего должны быть какие-то триггеры и объяснения, разве не так? К сожалению или к счастью, нет, не так.
Тем, кто выиграл в лотерею, банально повезло, а очутившимся на дне или где-нибудь ещё в таком же духе – нет, и никакие ни внутренний голос, ни интуиция – впрочем, с ней не всё так просто – ни какие-то взятые с потолка знаки, ни напутствия откуда-то сверху здесь совершенно ни при чём, потому что выдумываются, как правило, после, а не до рассматриваемых событий – есть, однако, регрессия к среднему, когда жизнь принимает привычный вид после тех или иных потрясений. И даже если они появляются загодя, то носят, разумеется, характер благопожеланий, эдаких просьб или мольбы, а не чего-то ещё. Кому-то сопутствует удача, а других обходит стороной, и это данность, а не заслуга или же наказание.
Я понимаю, что сейчас расстраиваю очень многих людей, поэтому укажу вот на что. Несмотря на то, что исход не поддаётся расчёту в силу слишком огромного числа переменных, которые непременно нужно принять во внимание для вынесения приемлемого и внятного прогноза, некоторые из них более вероятны, а другие – менее, особенно, если нам известны предыстория и контекст. Так, скажем, попасть под машину реальнее, чем выиграть в лотерею кругленькую сумму, а находясь в библиотеке больше шансов получить новые знания, чем пребывая на стадионе.
Загвоздка, однако, состоит в том, что вероятность не означает предопределённости, и, кроме того, не столь уж и редко мы обнаруживаем себя в таких ситуациях, все составляющие которых не только не поддаются измерению и учёту, но и вообще обнаружению. Крайне проблематично, как в сказке, искать то, о чём не имеешь никакого понятия, но именно таковы обычно условия, в которых мы находимся.
Всё это касается не только и даже не столько каких-то мировых констант или чего-то подобного, но и в принципе всего на свете, за исключением, разумеется, намеренных действий и ожидаемых от них результатов – но тут тоже не всё так радужно и гладко, как нередко считается. Мы живём в состоянии чуть ли не тотальной неопределённости, и нравится нам это или нет, но как-то иначе в принципе не бывает. Учитывая то просто-таки колоссальное количество переменных, каждая из которых в состоянии в значительной степени повлиять на конечный исход, ожидать чего-то другого было бы и наивно, и несколько странно. Понятно, что какие-то корреляции и закономерности всё же просматриваются, но от этого они не превращаются в строгие или какие-либо ещё последовательности или шаблоны. Мир слишком непредсказуем.
И это не так ужасно, как представляется на первый или на любой последующий взгляд. Если бы всё было известно заранее, то было бы не слишком, если вообще интересно жить. И, между прочим, непонятно тогда зачем. К чему напрягаться и пытаться что-то делать, если исход предопределён и загодя установлен? Если бы мы всё знали наперёд, то больше не было бы ни экспериментаторства, ни попыток узнать и применить что-то новое, ни риска с его пусть и не всегда желательными, но, тем не менее, порой полезными последствиями.
Допустим теперь, что вы согласны со мной, и приняли тот факт, что Вселенная не только не планирует что-то, но и в принципе лишена сознания, которое бы было способно генерировать мысли, чувства и отношения. Вместо этого мы можем сказать, что она состоит из колоссального количества элементов, каждый из которых подчиняется определённым законам, но поскольку их так много – и правил, и частиц, но первых, очевидно, намного меньше, хотя их и тяжелее находить – для нас все их взаимодействия и конечный результат представляются чистой случайностью.
В подобной картине мира, впрочем, смысл не исчезает насовсем. Ведь если пусть и на сугубо принципиальном уровне всё подлежит расчёту и прогнозу – да, они нам недоступны, но всё-таки – то всё ещё остаётся надежда на то, что некие цели преследуются и какие-то мотивы имеются. И хотя мы и не в состоянии их узнать, да и просто подумать о них, мы всё ещё вправе продолжать считать, что кто-то или что-то следит за нами, куда-то ведёт и заботится, ну, или, по крайней мере, присматривает за нами, как в случае инсектолога с муравьями – конечно, далеко не всем интересны эти насекомые, но некоторые из нас в них иногда души не чают, впрочем, этот вопрос будет подвергнут анализу ниже, пока же займёмся вполне обыденными, а не высшими силами. Увы, но и это лишь благопожелание, а не что-то из разряда реального.
Зададимся следующим вопросом. Имеют ли известные нам законы физики какие бы то ни было намерения? Боюсь, что сама его постановка как таковая бессодержательна по определению. Они просто существуют, и если куда-то нас и заводят, то лишь потому, что в уравнениях присутствуют разные переменные. Скажем, энтропия возрастает не оттого, что ей так хочется – у неё в принципе нет желаний – или вследствие того, что кто-то или что-то нарочно создало её ради выполнения каких-то своих задач – Бог? инопланетяне? мировой разум? – а в силу того, что устройство и материи, и самой Вселенной таковы, что иначе и не могло быть – и, кстати, об этом как раз и говорят константы. Понятно, что, обладая неудержимой фантазией, некоторые не перестанут верить в то, что и у неё – и у, естественно, много чего ещё – есть своя цель, а из-за того, что вы-сами-знаете-чьи пути неисповедимы легко и непринуждённо в голову приходит идея о том, что всё происходит не зря. Но с таким объяснением мы попадаем в порочный круг, который я бы назвал аксиоматичным мышлением. Суть его состоит вот в чём.
Если в силу тех или иных причин мы делаем какие-то допущения относительно сути бытия – например, о существовании Бога, конечной цели, телеологичности всего и вся, будущей победы добра над злом, я ещё коснусь этих вопросов в дальнейшем, пока же удовольствуюсь их неполным перечислением – то мы попадаем внутрь капкана, из которого больше никогда не сумеем выбраться. Так случается потому, что эти самые предположения неизбежно станут всплывать всякий раз, когда нам потребуется дать некий решительный и недвусмысленный ответ о том, что является отправной точкой. И, как нетрудно догадаться, именно аксиомы и окажутся в её роли.
Проблема с ними состоит в том, что доказать их в принципе нельзя. Что-то может казаться нам самоочевидным, другое – лежащим на поверхности, а третье – явно данным, но ничем из этого они не являются. Рассмотрю один пример – намеренно несколько вызывающий, и да, я вернусь ниже к нему и прочим, с ним связанным моментам, когда буду говорить о человеческой физиологии – а именно так называемый фазовый переход. В других своих работах я уже указывал на проблематичность наличия любых абсолютов, тут же я просто разовью свою мысль. Итак.
Как должно быть известно всем из школьного курса по физике вода – и не только она – может принимать три состояния – жидкое, газообразное и твёрдое. Если же мы начнём воздействовать на неё с помощью температуры, то сумеем заставить её переходить из одного в другое. Но так ли это на самом деле? Скажем, всякий, кто наблюдал, как она закипает, подтвердит вам, что нет какого-то одного момента, который бы точно и без сомнений отделял её ещё не булькающую от уже такой. Смена занимает какой-то промежуток времени, и нет того мгновения, которое бы было бы кардинальным, последним, решающим.
Кроме того, вода в горах кипит при меньших по сравнению со ста по Цельсию градусах, из чего довольно резонно предположить, что при высоком давлении температуру нам придётся поднять тоже. Но всё это, возразите вы, не имеет никакого отношения именно к фазовым переходам. Я приведу ещё одну иллюстрацию, а затем докажу, что связь не просто есть, но она кричащая.
Многие из нас в курсе, что одной из характеристик воды и других жидкостей является их вязкость. Патока и пиво отличаются друг от друга среди прочего именно этим. Во многом дела так обстоят потому, что смотрим мы на всё это с точки зрения конкретного масштаба. Люди состоят из значительно большего числа молекул, а, значит, видят их не по отдельности, а как минимум группами, из-за чего та же вода представляется нам текучей и уж точно нисколько не вязкой. Но в том-то и дело, что для созданий поменьше, вроде бактерий или вирусов, она именно такая – кстати, стекло тоже течёт, но очень медленно. Так какая она на самом деле?
Может быть, ради каких-то практических или других целей нам и удобно рассматривать именно три состояния вещества, но на фундаментальном уровне оно остаётся самим собой. Да, лёд визуально сильно отличается от воды и от пара, и все они между собой, но все трое состоят из одних и тех же молекул. Я не говорю о том, что её свойства не меняются – это бы противоречило здравому смыслу и очевидности – но в том-то и дело, что это для нас вещи становятся несхожими почти исключительно потому, что мы так на это смотрим, да и, кроме того, её замерзание тоже не происходит одномоментно, но занимаем какое-то время.
С теми абсолютами, которые были приведены в качестве примеров, всё обстоит ещё более печально. Воду мы хотя бы в состоянии кипятить или охлаждать, или вовсе её не трогать, т.е. получить пусть и несколько антропоморфные, но всё-таки зримые результаты, с Богом же или Мировым Духом такие фокусы не проходят. Да, мы способны постулировать то-то и то-то, но нет, доказать мы это не можем.
Возвращаясь к законам мироздания, это означает следующее. Во-первых, это мы, а не кто-то иной, вывели их. Тот же пар и простая вода для созданий гораздо меньше нас, скорее всего – потому что знать наверняка это нельзя – представляются одинаковыми или очень похожими. Лёд, разумеется, отличается и от того, и от другой, но вряд ли именно кардинальным образом. Вполне вероятно, что для них он не существует в принципе из-за того, что оказавшись в нём, их жизнедеятельность прекращается, а, следовательно, его для них нет вовсе. Т.е. всегда надо иметь в виду, что наш взгляд на вещи далеко не единственный, а оттого и не обязательно верный или истинный.