- -
- 100%
- +
Руководители предприятий получили право реализовать ненужное, как бы, сырьё и сверхплановую продукцию кооперативам, которые они сами же и организовывали из своих родственником и знакомых. Поживились и молодые проходимцы из руководства комсомола, которые организовывали молодёжные внедренческие центры, занимающиеся перепродажей товаров и научных разработок.
Однажды и Иван Петрович воспользовался услугами такого центра следующим образом. Сделал самостоятельно нужную работу, а оформил её выполнение через молодёжный центр, которому и были перечислены деньги за эту работу, а этот центр вернул деньги, за вычетом своей доли, как зарплату исполнителям, т.е. ему и подставным лицам. Вот и вся технология, а он получил больше, чем за пять лет работы в институте. Но он только один раз продал свою работу из диссертации, а другие продавали чужие работы и многократно: можно представить какие суммы государственных денег прокручивались таким образом.
Многим предприятиям, и институту в их числе, разрешили переход на хозрасчёт: когда работа выполнялась по договору в институте и можно прибыль делить между исполнителями. Таким образом, денег на руках у людей становилось всё больше, а вот тратить их было не куда – товаров в магазинах не было, а только на рынках и в кооперативах, которые всё скупали и перепродавали по так называемым рыночным, а точнее, спекулятивным ценам.
Однако, пенсионеры, врачи, учителя, офицеры и многие другие не имели возможности дополнительного заработка и стали стремительно нищать, требовали перемен, что и было нужно власти. Тогда, коммунисты у власти и во власти стали утверждать, что социализм в России себя не оправдал: лучше цивилизованный капитализм, как в Европе или в США – вот перестроимся и будем жить сразу лучше. Так и началось предательство Горбачёва: от социализма к перестройке, от перестройки к рынку, а потом все будем жить прекрасно и удивительно при капитализме с человеческим лицом.
И вскоре, действительно, почти все стали жить удивительно, но не прекрасно, а безобразно, но это было потом. Горбачёв конечно предатель и дурак, но это тоже стало известно позже. Что предатель – это он сам говорит теперь, что его целью было уничтожить социализм в СССР, и он, как руководитель коммунистической партии тайно боролся против коммунизма. А дурак, потому что он надеялся уцелеть во власти даже после крушения СССР, но воры и проходимцы, сразу после развала СССР, выкинули и Горбачёва и теперь он рекламирует пиццу и сшибает подачки от Запада на бедность, хотя и не бедствует.
Конечно, тогда в СССР многие ещё не знали, что страной руководит предатель, но что дурак – уже было ясно всем. Перестройка на предприятиях началась с перехода на хозрасчёт, который для НИИ заключался в следующем. Раньше составлялся план научно-исследовательских работ (НИР) на пятилетку и на будущий год. Под этот план, НИИ получал бюджетное финансирование, которое покрывало все затраты на содержание НИИ, включая зарплату, технику, жильё, медицину и т.д., а институт отчитывался о выполнении плана НИР.
При хозрасчёте и том же объёме бюджетного финансирования, каждая работа плана НИР стала иметь свою цену, которая разбивалась по статьям затрат. Однако, фонд зарплат оставался прежний и было не важно, сколько ты сделал – все получали только оклад, в том числе и те, кто вообще никогда и ничего не делал, типа младшего научного сотрудника Чубайса, который числился в каком-то НИИ в Петербурге и приторговывал цветами у метро. Вот и у Ивана Петровича из шести подчинённых четверо были совершенно бесполезны и не пригодны к научной работе, но они приходили, отсиживали положенное время, выполняли какие-то разовые поручения и получали вполне достойную зарплату, впрочем, не зарплату, а содержание, потому что эта оплата не была ими заработана. А он, с двумя сотрудниками, делал всю работу сектора – так называлось его подразделение.
В отраслевых НИИ того времени были научные направления или отделения, которые делились на отделы по тематике, а отделы состояли из секторов, выполняющих конкретные работы. Если бы оплачивалась только сделанная работа, то вполне можно было бы обходиться меньшим количеством сотрудников, повышая оплату труда остальных. Но вот этого-то как раз и нельзя было сделать. Надо было оставить предприятиям фонд оплаты труда, но убрать контроль численности сотрудников и оплачивать конкретную продукцию, а не затраты на эту продукцию. Вместо этого, горбачёвцы в 1988 году сняли контроль государства за фондами оплаты труда и предприятия стали увеличивать оплату труда, не обеспеченную продукцией.
Появились лишние наличные деньги не обеспеченные товарами и услугами. Так и возник дефицит товаров. Люди получали деньги, но купить на них что-то было трудно, причём цены оставались низкие. Тогда власть горбачёвцев стала вводить талоны на мебель, телевизоры и прочее, которые распределялись по предприятиям, а где распределение, там и воровство. Так, к 1990 году дошли до талонов и на продукты питания, что конечно вызывало возмущения людей. Появились деятели, такие как Ельцин, которые справедливое недовольство людей направили на основы Советской власти, вместо увеличения производства товаров и продуктов.
Надо отметить, что и в тех условиях искусственных трудностей, каждый человек в СССР примерно в два раза больше, чем сейчас, потреблял продуктов, товаров и услуг. Вот такие нынче плоды демократии, поэтому и молодёжь сейчас, как и при царизме, становится низкорослой от плохого питания.
Биография любого человека в той или иной степени отражает события страны проживания: страна на подъёме и у людей открываются перспективы. Страна в упадке и разрухе и люди паникуют и начинают борьбу за выживание. Как говорит китайская пословица: «Не дай бог жить в эпоху перемен». Вот такая эпоха перемен наступила и в СССР, причём перемен к худшему: возврат назад, в прошлое, в отсталость.
Что такое капитализм, по сути? Это узаконенное государством право сильного – грабить слабых. Причём, сила эта является не физической, а финансовой, денежной и главное, что она передаётся по наследству. Наследственное право капитала и является основным признаком капитализма, определяющим его хищническую сущность. Конечно, наследование имущества должно быть, но уж никак не в размерах обеспечивающих пожизненное, безбедное и безработное существование наследников. Каждое поколение должно добиваться благополучия самостоятельно, собственным трудом, но на основе развития данного общества – государства в прошлом.
Стимулом развития капитала является прибыль, выступающая мерой накопления капитала. Лишите частный капитал прибыли и права наследования и нет капитализма, как, впрочем, нет и стимулов развития производства, что для общества также является неприемлемым. Отсюда вывод: капитализм нужен и даже необходим, но единственным владельцем капитала должно быть государство, что и было в СССР. А всё общество – это наёмные работники, их семьи и люди, находящиеся на содержании государства, которые располагают только тем капиталом, или если угодно имуществом, которое не может, или правильнее сказать, не должно приносить личную прибыль.
Личная прибыль должна добываться только личным трудом, качество и количество которого и должны определять получаемую от труда прибыль – зарплату, выгоду – это уже, как и на чей вкус называть. Эффективность работы государства – капиталиста через нанимаемых обществом управленцев – менеджеров и определяет прибыль, получаемую обществом, накопление капитала и то наследство, которое данное общество, в целом, передаст следующему поколению.
Что такое наследование капитала? Это передача капитала потомству или родственникам. Пусть кто-то личными качествами или воровством, грабежом и иным способом стал владельцем состояния, заключающегося в личном имуществе, финансах и средствах производства приносящих прибыль. Его потомки унаследуют всё, и у них нет стимулов – развиваться самим и самим чего-то достигать. Это ведёт к деградации, обычно уже в третьем поколении данного семейства. Как пример, династия Романовых или Демидовы, Ротшильды, Форды и другие.
А если наёмные руководители общества – государства оказываются полными дураками или агентами других, враждебных обществ? Тогда, это общество ждут потрясения или даже разрушение, что и случилось с СССР. Но прозрение наступает, как правило, поздно и далеко не для всех. На сокрытие правды работает пропаганда, именно поэтому средства информации тогда и сразу оказались в руках проходимцев и предателей и людям стали усиленно вбивать в головы, что они не так живут, так больше жить нельзя, нужна свобода частной инициативе и прочее.
Надо сказать, что на какое-то время и Иван Петрович поддался этой пропаганде. А чем плох лозунг «Кто лучше работает, тот больше зарабатывает»? В стране стали открываться кооперативы по производству некоторых товаров широкого потребления и оказанию услуг, но не было обеспечения этих кооперативов сырьём и главное, не ограничивалась прибыль этих кооперативов. Всё это вело к хищениям сырья с госпредприятий и неоправданному росту доходов кооперативов и откровенной спекуляции.
Общество стало очень быстро расслаиваться на богатых и бедных, правда богатых было ещё мало, а бедным пропаганда обещала тоже богатство, но потом – когда перестроим социализм. Народ требовал перемен и на этой волне к власти в России пришёл Ельцин – тоже предатель России, но и, как выяснилось позднее, горький пьяница. Конечно, окружение Ельцина знало его пороки, но они были готовы на всё, лишь бы добраться до государственной собственности и присвоить её любыми способами. Так, микроскопическая болезнетворная бацилла, попадая в организм, лишенный иммунитета, вызывает болезнь и гибель организма.
Советская власть последнего времени лишила людей иммунитета, а именно: борьбы за сохранение здоровья общества и его социалистических устоев с общенародной собственностью. Пропаганда перевёртышей постоянно твердила людям, что социализм в СССР победил полностью и окончательно, внутренних врагов уже нет, а с внешними врагами у нас мирное существование. А нет врагов, значит, нет бдительности и сопротивления этим врагам, и нет иммунитета. Поэтому, так легко и быстро СССР и рухнул под напором врагов и предателей, которые не только оказались в наличии, но и в большом количестве, а в первых рядах этих алчных разрушителей страны оказались партократы третьего поколения «революционеров-ленинцев» и как всегда, в таких случаях, представители «богоизбранного» народа.
Оболганный Сталин и здесь оказался прав, когда говорил об усилении классовой борьбы по мере развития социализма. Именно поэтому предатели всех мастей с пеной у рта обличают Сталина, пытаясь оправдать своё предательство, потому что режим захватившей власть в стране стаи бешеных дворовых шавок понимает, что никакого захвата власти им бы не удалось, следуй страна путём Сталина. Ещё Крылов писал: «Ай, Моська, знать она сильна, что лает на слона». А мёртвого льва может укусить и шавка.
В 1988 году, руководство страны, взявшее курс на демонтаж социализма, для организации хаоса в экономике, протолкнуло выборность руководителей предприятий, когда коллектив предприятия, любого, сам себе избирал директора. Это привело к массовому проникновению на руководящие должности говорливых проходимцев, не имеющих ни способностей, ни опыта, но щедро раздающих обещания повысить зарплату, выдать блага, проявить заботу.
Естественно, люди поддавались обещаниям и выбирали себе в начальники не того, кто умеет и может руководить, а тех, кто больше пообещает. Так, в руководителях и оказались никчемные говоруны и обещалкины, которые очутившись во главе предприятий стали немедленно улучшать своё материальное положение, вместо обещанной заботы о предприятии и работающих на нём людей.
Пришло время горлопанов, которые за два-три года привели экономику страны к краху. Сейчас это очевидно, а тогда большинством людей и Иван Петровичем, в том числе, выборность воспринималась как путь в правильном направлении. Кто мог предположить, что человек рвётся к власти не ради дела, а ради стяжательства? Были, конечно, и прозорливые люди, но кто их тогда слушал? А какие люди пришли во власть тогда, можно увидеть на нынешних депутатов всех уровней, министров и чиновников. Серая активная плесень захватила все эшелоны и коридоры власти и стала пожирать страну. Так солитёр, поселившись в человеке, истощает его жизненные силы и может привести к гибели, не осознавая, что гибель организма будет и гибелью самого паразита.
А в целом, жизнь всё ещё протекала, почти, как обычно: только приходилось стоять в очередях – уже за самым необходимым. По телевизору показывали толпы младших научных сотрудников и общественных активистов, которые, под умелым руководством провокаторов, требовали перемен. Ещё транслировались заседания Верховного совета, где такие же активисты – депутаты ратовали за демократию и лучшую жизнь без коммунистов, которые как-то незаметно, все и вдруг, куда-то подевались.
Летом 1990 года Ельцин захотел ещё большей власти и затеял выборы президента России, но ещё в составе СССР. И хотя уже были известны факты прямого предательства Ельцина и его пьянства даже в зарубежных поездках, но демократическая пропаганда всё это замалчивала или объявляла выдумкой коммунистов.
Как-то днём у метро «Октябрьская» женщина раздавала предвыборные листовки и спросила Ивана Петровича: «За кого Вы будете голосовать?» он ответил, что ещё не определился – все не нравятся, а выбирать не из кого. И женщина сказала: «Только не за Ельцина. Если Ельцин будет президентом, то к власти придут евреи и стране конец». Он удивился: причём здесь Ельцин и евреи? Теперь выходит: зря удивлялся. Этот пример свидетельствует о тщательной дезинформации населения со стороны СМИ.
И здесь же, у метро, произошёл курьёзный случай. Какой-то рыжий еврейчик стал предлагать купить прыгающую лягушку-игрушку на резиновой груше. Давишь на грушу, воздух поступает по шлангу под лягушку и она подпрыгивает. У Ивана Петровича дети подросли, и игрушка была не нужна, но эпизод запомнился. Потом лет через пять он увидел этого еврейчика по телевизору – это оказался Абрамович, уже олигарх, миллиардер, владелец нефтепромыслов, шахт, заводов, пароходов. Мелкий спекулянт, украв, с помощью власти, общенародную собственность, стал символом этой власти, символом успеха, лицом демократической наружности, которое пропаганда навязывает в качестве одного из идеалов «новой» России. То есть, ничтожество, посредством воровства превращается в столп общества, опору режима.
Однажды, в мае 2010 года, на одной из шахт в Кемеровской области от взрыва газа погибли около 90 шахтёров. Так вот, одним из владельцев этой шахты был Абрамович, но как виновник этой трагедии он нигде не упоминался. Напротив, это «уважаемое» лицо пользовалось почётом, и сам губернатор на одной из комиссий сказал: «Роман Аркадьевич, пересядьте сюда поближе, вам дует» (по-видимому, от кондиционера). Ещё бы! Не дай бог простудится Рома! А 90 погибших шахтёров это так, быдло, подземные нелюди, типа морлоков из «Машины времени» у Герберта Уэллса. И остальные олигархи того же пошиба: Фридман – спекулянт билетами в Большой театр, Прохоров – спекулянт джинсами и другие не лучше. «Во всём городе один порядочный человек – прокурор, да и тот свинья», – как говорил персонаж Н.В. Гоголя из «Мёртвых душ».
Потом, в августе 1991 года случился ГКЧП, который на самом деле был умелой провокацией, расчистившей путь ренегатам и врагам к власти в стране. Этот ГКЧП ещё называют путчем, мятежом, но как сказал классик: «Мятеж никогда не бывает удачным. Удачный мятеж называют иначе». Именно поэтому, удачный мятеж Ельцина в 1993 году он и его последыши называют иначе: восстановление конституционного строя и сохранение страны.
После ГКЧП, власть в СССР фактически перешла в руки Ельцина, а Горбачёв лишь номинально назывался президентом СССР. В декабре 1991 года тройка предателей СССР, а именно: от Украины – Кравчук, от Белоруссии – Шушкевич и от России – Ельцин собрались в Беловежской Пуще в Белоруссии и объявили, незаконно, о ликвидации СССР, что было встречено народами этих стран вполне равнодушно, под ликование всех и всяческих отщепенцев и так называемых демократов.
Навязанная народу демократия – есть ни что иное, как способ захвата и удержания власти, за счёт обмана и умелого манипулирования сознанием и волей большинства. Якобы выбранные, а фактически подставные властью, представители демократических органов, осуществляют в интересах этой власти угнетение большинства народа, через принятие множества законов в своих интересах и в защиту своей власти.
V
В декабре 1991 года, Иван Петрович попал в больницу. Видимо сказалось напряжение последних лет, угнетение сознания и неопределённость будущего, наложенные на нелады в семейной жизни. Новый год и переход к рыночной экономике, провозглашённый Егорушкой Гайдаром, он встретил в больнице.
Уже в январе 1992 года капиталистическое мурло полезло изо всех щелей. Цены на товары и услуги сразу выросли в два-три раза и практически ежедневно стали повышаться, так что в 1996 году цены уже были примерно в десять тысяч раз выше дореформенных, советских. Батон хлеба, стоивший в 1991 году 25 копеек, в 1996 году стоил уже около пяти тысяч рублей. И так во всём.
Зарплату, власть Ельцина, кроме самих себя, никому повышать не собиралась. Бюджетное финансирование учителей и врачей, школ, больниц и прочих, оставалось на прежнем уровне, утверждённом ранее. И вмиг все стали нищими. В магазинах появились товары, но купить их было уже не на что. Сбережения людей тоже обесценились. Такой пример. В декабре 1991 года Иван Петрович получил гонорар за выполненную работу и на этот гонорар можно было бы купить две машины «Жигули» (если бы нашёл где их купить!), а в январе, через месяц, на эти деньги можно было купить только четверть авто и так во всём. Весь производственный, научный и созидательный труд стал ненужным и мало оплачиваемым, а востребованной стала спекулятивная деятельность, поощряемая властью проходимцев и воров.
Миллионы людей, бросив работу, занялись «челночным бизнесом» – это когда в одном месте страны или за рубежом что-то купить, потом привезти к себе, продать дороже, а разница и есть «навар». Везде возникали стихийные барахолки, где в толчее люди продавали и покупали, назвали эти базары рынком, а переход от созидательного труда к спекулятивной торговле был торжественно именован переходом к рыночным отношениям. Но занятие спекулятивной торговлей чуждо духу русского народа и требует специфических, наследственных качеств, которыми обладают, например, арабы, евреи и некоторые другие «торговые» нации.
Русские способны к созидательному, творческому труду, но не к торговле. Недаром около половины всех значительных мировых открытий в науке и технике сделано русскими или имеющими русские корни людьми. Да и прежде, русские купцы, как правило, не только торговали, но и создавали производство, а уж потом, продукцией своего производства и торговали.
В Советское время приоритет был полностью отдан созидательному труду, которым занималось две трети трудоспособного населения страны СССР, теперь всё стало наоборот. Заводы и фабрики, колхозы и совхозы продолжали работать по инерции, но зарплату платить было уже нечем – средств на поддержку производства, в условиях инфляции, стало не хватать. Предприятия в расчётах между собой и людьми перешли на бартер – натуральный обмен продукцией: я тебе утюги, ты мне самовары, а этими самоварами завод расплатится с рабочими, которые продав эти самовары (если смогут!) на базаре, купят себе еду и вещи.
Торговая стихия захлестнула страну, как прорвавшаяся канализация заливает улицу нечистотами. Характерно, что первыми эта волна накрыла интеллигентствующую публику, требовавшую перемен, свободы и демонтажа Советской власти. И все эти «творческие» работники, научные сотрудники и инженеры неопределённых занятий, стали за кусок хлеба соглашаться на любую работу или прислуживать режиму по принципу лакеев: «Чего изволите?».
Переход к рынку в январе 1992 года Иван Петрович встретил в больнице. Уже через неделю кончились средства больницы, отпущенные государством на питание, и пациентов кормить стало не на что. Хорошо, что стал помогать «Аэрофлот», тогда ещё единственная и государственная авиакомпания, за счёт выручки от перевозок авиапассажиров. Но всё равно, питание в больнице резко ухудшилось и родственникам приходилось передачами поддерживать больных. Сейчас, конечно, это стало нормой, а тогда вызывало недоумение: как же так, в больнице и нет средств на питание больных? Впрочем, скоро стали заканчиваться и запасы лекарств, которые также стали предлагать больным покупать самим. Как говорится: «За что боролись, на то и напоролись».
И что интересно, всё это не вызывало активного сопротивления людей, а только недоумение, тем более, что власти во главе с Ельциным постоянно талдычили о временных трудностях и призывали немного потерпеть: скоро станет лучше, а потом будет совсем хорошо. Эти призывы слышатся и сейчас, через много лет после перехода к рынку, а фактически к капитализму. Страна в разрухе, а призывы и обещания остались прежними.
В конце января Иван Петрович выписался из больницы, так и не определив причину своего попадания туда и с рекомендацией соблюдать диету, что было совсем не трудно, поскольку зарплата научного сотрудника превратилась в фикцию. Впрочем, скоро стали образовываться новые авиакомпании, которые нуждались в специалистах по организации своей деятельности, в том числе по эксплуатации воздушных судов и Ивана Петровича стали привлекать к решению этих текущих задач с прямой оплатой выполненных работ помимо института. Так и удалось сохраниться, как инженеру, без перехода в торговлю или ещё куда-то, но это была уже не научная и творческая работа, а решение сиюминутных задач, что продолжается и по настоящее время.
Научная работа его и большинства, оставшихся в стране учёных отраслевой науки, свелась к торговле своими научными разработками прежних лет, консультированию предприятий и решению их текущих производственных задач. И здесь возникает вопрос о собственности на результаты своего труда. Кто хозяин? В СССР всё было объявлено общенародной, колхозной или кооперативной собственностью, кроме личного имущества граждан. Как же стали решать вопросы собственности новые власти? А вот как.
После Беловежского заговора страна СССР была насильственно разделена на самостоятельные государства по национальному признаку. Была советская республика Украина – стало независимое государство: Украинская республика и т.д. – всего на обломках СССР образовалось 15 независимых государств, при этом, некоторые народы, будучи автономными образованиями в составе этих государств-республик не захотели в них оставаться, за что «демократические» власти этих новых государств, стали огнём и мечом принуждать эти народы к демократии и начались войны. Как говорил Ельцин: «Такая вот, панимашь, загогулина», а за этой загогулиной сотни тысяч убитых и миллионы изгнанных со своей земли людей.
Все эти новые (осколочные от СССР) государства сразу же объявили своей собственностью всё, что находится на их территории и первой это сделала Россия, во главе с Ельциным: всё что находится в России это государственная собственность России. Но сразу же, вся эта спекулятивная околоельцинская свора стала вбивать в головы обывателей, что государственная собственность это общая собственность, а общая значит ничья, поэтому нужно чтобы у заводов и фабрик, земли и прочее были настоящие собственники и тогда от этой собственности будет эффект и польза.
Новыми собственниками были объявлены трудовые коллективы этих предприятий и колхозов – всё ваше, вот и распоряжайтесь. Фактически, всем бесконтрольно распоряжались руководители, которых эти коллективы себе и выбрали из активных «обещалкиных» и которые сразу же стали набивать свои карманы. Те, кто был честным и мешал проходимцам обогащаться – тех изживали, вплоть до убийства. Сейчас, даже трудно представить, сколько было в те годы уничтожено и оболгано порядочных людей.
Потом прошло немного времени и молодые реформаторы во главе с Гайдаром, прошедшие стажировку в зарубежных центрах по уничтожению экономики России, стали вещать со всех экранов и газет, что распределение собственности по коллективам это несправедливо: рабочий стал якобы хозяином завода, а учитель стал хозяином учительского стола и указки. Тут же объявился, похожий на рыжего чёрта Чубайс – лицо экономической национальности, из той же своры младореформаторов, со своим девизом: «Больше наглости!» Если делить людей по способностям на категории: «способен – очень способен – способен на всё», то эти реформаторы и их кукловоды как раз из категории «способен на всё».
Чубайс со своими зарубежными хозяевами стали делить достояние России на всех поровну. В ценах 1990 года, якобы на каждого жителя России приходилось государственной собственности на 10 000 рублей. Вот на эту сумму была составлена бумажка под названием «ваучер» и каждый стал владельцем такой бумажки, но куда её деть? Вмиг образовались по всей стране ваучерные фонды, которые, под гарантии государства, собирали эти бумажки с обещанием купить на них заводы и фабрики и каждому выдать акции на эту сумму, но уже конкретного предприятия.