- -
- 100%
- +
Разве могло людям в СССР, даже в страшном сне, присниться, что на территории России будет идти внутренняя война с десятками и сотнями тысяч убитых и раненых людей? Конечно, нет, однако всё это случилось, а те, кто это организовал и исполнил, не понесли никакого наказания. Гитлера и его клику уничтожили, а вот Ельцин и его клика остались у власти и ельциноиды продолжают и править, и воровать. Воистину как сказал один из этой шайки проходимцев: «Россия ты одурела». При этом, гражданская война, по сути, в Чечне критикуется за якобы зверства русских солдат по отношению к чеченцам, тогда как превентивный ввод войск СССР в Афганистан, чтобы обезопасить границы и предотвратить ввоз наркотиков всячески поливается грязью.
Конечно, война в Афганистане могла быть предотвращена другими мерами, но она хотя бы имела достойную цель для всей страны, а не для своры ельциноидов, как война в Чечне. Однако, под грохот войны, Ельцину удалось остаться у власти и продолжить своё пакостное дело, а войну в Чечне закончить полной капитуляцией – нет, не врагов-чеченцев, а своей собственной власти перед горцами. И куда делись полмиллиона русских, проживавших в Чечне до войны, никого не интересует до сих пор.
После своей победы, чеченцы окончательно обнаглели, чем и дали повод наследнику Ельцина – Путину, чтобы закрепиться у власти, продолжить войну вновь. За эту, якобы победоносную новую войну в Чечне русский народ расплачивается до сих пор выплатами огромных сумм денег на восстановление Чечни и материальное обеспечение чеченцев. Что это именно так подтверждают бюджетные расходы Россиянии на содержание Чечни.
Сейчас мало кто знает, что в Великую отечественную войну многие чеченцы были за Гитлера, уничтожали русских, за что в 1944 году были всем народом, по приказу верховного главнокомандующего Сталина, высланы с Кавказа в Казахстан. Было выслано около 90 тысяч чеченцев. В 1957 году по указанию Хрущёва чеченцы смогли вернуться на Кавказ, но их стало уже около 150 тысяч. К прежней Чечне была добавлена от России ещё такая же территория, в том числе и город Грозный, и к началу ельциноидных чеченских войн число чеченцев ещё утроилось. Вот бы русскому народу такие результаты «репрессий» и войн.
Вторая половина 90-х годов так и прошла под канонаду чеченской войны и разграбление страны – России с распродажей всего и вся, что можно продать, хотя бы и за бесценок. Вот и Иван Петрович, когда успешно, но чаще за бесценок, распродавал свои опыт и знания, полученные и накопленные в прежней жизни в СССР. Каким-то чудом ему удалось удержаться от смены профессии и рода деятельности. Но поиски покупателей знаний и услуг уже не приносили никакого морального удовлетворения – это была уже добыча средств существования, никак не связанная с творческой научной деятельностью. И несколько слов о творчестве.
Ещё в царской России образованная часть общества ввела понятие «интеллигенция», под которым понимались образованные люди, занимающиеся профессионально умственным трудом, а именно: учителя, врачи, инженеры, писатели и почему-то: артисты, музыканты и художники. Интеллигенция выделялась как бы в особый класс общества в противовес сословным классам царской России, а именно: дворяне, мещане, крестьяне, духовенство и купечество. Отпрыски мещан или попов, получив образование, стали именовать себя и друг друга интеллигентами, самоутверждаясь выше своего сословия. Интеллигент в начальном значении это мыслящий, знающий, хотя если человек поёт, рисует или играет на скрипке, то почему он обязательно мыслящий?
Творчество присуще любой профессии и виду деятельности. Например, крестьянину, чтобы вырастить урожай, надо проявить никак не меньше творчества, чем музыканту играющему по нотам, или «художнику», нарисовавшему «чёрный квадрат» или «полёт раввина над Витебском». Тем не менее, именно эти представители «свободных» профессий, не требующих ежедневного обязательного труда в коллективе предприятия по распорядку, стали считать себя истинной творческой интеллигенцией, признавая всё же, сквозь зубы, и техническую интеллигенцию: инженеров, учёных и конструкторов, занимающихся созидательным трудом, которым, в конечном итоге, и создана вся современная цивилизация.
При царизме, основная часть интеллигенции занималась пустым критиканством общественного устройства в своём кругу, однако, если кого-то из них призывали во власть, они ревностно защищали и укрепляли эту власть. Как говорил Ленин: «Они считают себя мозгом нации, а на самом деле они не мозг, а говно».
Но мыслящая часть этой «интеллигенции» всё же понимала необходимость совершенствования общества и его политического устройства для сохранения себя и своего потомства и, во многом, благодаря им был разрушен царизм, ликвидированы сословные и имущественные привилегии и каждый получил возможность свободного творческого развития при поддержке и социальной защите государства. Официально в СССР было два класса: рабочие и крестьяне, а интеллигенция, в том же составе, стала именоваться прослойкой (а надо бы прокладкой!).
Отпрыски рабочих и крестьян, имея в довоенном СССР свободный и преимущественный доступ к бесплатному высшему образованию, выучившись, стали именовать себя интеллигентами в первом поколении, имея настрой на созидательный труд. Но их потомство, в основном, стало считать престижным только управленческую деятельность или свободные профессии, отрекаясь от своих рабоче – крестьянских корней, и считая, производительный труд не творческим и не престижным.
Мерой труда в обществе является его оплата, так вот, оплата труда артистов, журналистов, музыкантов и прочих подобных была в СССР такая же, как и токаря, слесаря, комбайнёра и даже ниже. Правда, мастера сцены, науки, искусства и управления имели достаточно высокую оплату своей деятельности, но должности и умение не передаются по наследству и их потомки опять вливались в основную массу интеллигенции имя которой – посредственность.
Посредственность, как плесень, занимает всё пространство – если с ней не бороться, губит всё живое и даже саму основу, на которой она паразитирует. Вот и в СССР, посредственная интеллигенция третьего поколения пронизала все поры государства, душила всё перспективное, подменяя стремление людей к творчеству и живому созидательному труду стремлением к материальному личному благополучию в ущерб и за счёт общества и государства. Под алчным напором интеллигентствующей плесени третьего поколения и образованщины, рухнуло государство СССР и все оказались в грязи и мерзости капиталистического мира наживы и индивидуализма: или всех грызи или лежи в грязи – вот современный девиз Российского потребительского общества.
С позиций потребительского общества всех людей можно разделить на три группы: творцы, посредники и потребители. Творцы – это те, кто создаёт реальную продукцию необходимую обществу. Посредник обеспечивает доставку этой продукции потребителю, который и использует её в своих целях.
Например, инженер создаёт автомобиль и организует производство, рабочий изготовляет этот автомобиль – они творцы; торговцы доставляют этот автомобиль потребителю и обеспечивают его применение – это посредники, а владелец автомобиля – это потребитель. Драматург пишет пьесу – он творец, артист в театре исполняет роль – это посредник, а зритель является потребителем. И в этом разделении нет ничего обидного или унизительного. Так, дети и старики, в силу возраста являются потребителями, но это не значит, что они нахлебники или паразиты. А вор, типа Абрамовича или квартирного грабителя, это потребитель – паразит в чистом виде.
В принципе с творцами и потребителями всё достаточно просто и ясно, а вот как с посредниками? С одной стороны они необходимы, хотя и не всегда, для связи творца с потребителем, а с другой стороны, излишнее посредничество нарушает связь творца и потребителя. Попробуйте ввести посредника между врачом и пациентом, между учителем и учеником и что же получается: получается реформа здравоохранения и образования – как она сейчас выполняется, т.е. разрушение. Деньги выступают, как средство обмена для творца и потребителя, но если они становятся главной целью этого обмена, то разрушается и производство и потребление. Изготовление и оборот денег это функция государства, а передача функции оборота денег банкам и частным лицам – это паразитическое посредничество, называемое ростовщичеством.
Маркс назвал банковскую систему кровеносной системой экономики государства. Но если кровеносную систему организма разделить на кусочки, как частные банки разделили сферы влияния, то эта система перестаёт выполнять свои функции доставки органам питание и кислород и такой организм погибает. Так и частные банки, ставя своей основной целью наживу, приводят к гибели промышленность и экономику государства, если нет жесткого регулирования их деятельности со стороны государства.
Государство должно регулировать обращение денег, их количество, доступ производителя к этим деньгам, а также обеспечивать денежными средствами органы власти, армию, медицину, образование и нетрудоспособное население страны, что и является залогом существования каждого государства. Много денег – это инфляция и инсульт экономики от высокого давления денег, а мало денег – это анемия экономики, слабость и деградация государства, что сейчас и происходит в России. Причём, в условиях нехватки денежных средств у производителей, одновременно идёт и инфляция этих средств, вызванная ростовщической деятельностью банков. Такой вот результат деятельности ельциноидов, паразитирующих на посредничестве между творцами и потребителями: в банковской системе, производстве и торговле.
Ростовщическая деятельность, а именно – ссуда денег под проценты и залог, осуждается всеми религиями, кроме иудейской. Иудеям и удалось навязать ростовщичество всему капиталистическому миру – как основное средство посредников для наживы и ограбления: и производителей, и потребителей.
IX
НИИ, где работал Иван Петрович, стал, в условиях отсутствия государственной поддержки, играть роль посредника между производителями авиационной техники и авиакомпаниями, продавая последним, знания и опыт своих сотрудников по обеспечению безопасной и эффективной эксплуатации самолётов и вертолётов гражданской авиации. Более того, в борьбе за своё существование, сотрудники НИИ стали придумывать и вводить различные ограничения на эксплуатацию авиатехники, типа техосмотров автомобилей, чтобы авиакомпании платили НИИ за снятие этих ограничений. Быть бы живу и уже не до государственных интересов, тем более что и сама государственная власть в лице чиновников показывает пример в приоритете своих личных корыстных интересов над какими-то там государственными заботами. Лозунг современных ельциноидов гласит: «Государственное – значит ничьё, взять ничьё – это не украсть, а найти, находка – это не воровство».
Деятельность Ивана Петровича в НИИ, тогда и сейчас, свелась к контрактам с авиакомпаниями по предложению своих услуг и разработок прошлых лет: за соответствующую оплату через институт или лично, по трудовому договору. Прокормиться на такой деятельности удавалось, но личные контакты требовали и неформальных отношений, которые сводились к совместным застольям с обильной выпивкой и незаметно, он превратился в бытового алкоголика с почти ежедневными возлияниями, в том числе и на работе.
Иногда, ещё по привычке, он писал какие-то научные статьи и публиковал их по материалам прежних разработок, но в целом деградация личности шла полным ходом. Хотя внешне всё выглядело вполне пристойно, но в минуты просветлений ему удавалось заставить себя задуматься: а что же дальше, тем более что примеров спившихся в эти годы знакомых инженеров и учёных было достаточно. И вот, отметив своё 55-летие, он решил прекратить доступ к алкоголю раз и навсегда. Знакомый врач говорил: «Нет вылечившихся алкоголиков, есть непьющие алкоголики. Хочешь бросить пить – никогда и нигде не позволяй себе даже одного глотка сухого вина». Так он и поступил и, к счастью, соблюдает этот режим до сих пор.
Чтобы избавится от соблазнов, надо было чем-то занять себя в свободное время. Иван Петрович решил подвести итоги своей научной деятельности в виде докторской диссертации. В авиационных научных кругах вполне доброжелательно отнеслись к этой затее, да и научный авторитет у него был. Нужно только написать саму диссертацию, да опубликовать несколько научных книг.
В наше время торжества частных интересов, над общественными, когда всё продаётся и покупается, издание научных или лженаучных трудов и книг не представляет никаких трудностей: плати деньги. Любое издательство сделает тираж любых, даже бредовых произведений эпистолярного жанра – только плати и, конечно, при условии, что в издаваемых опусах нет, как сейчас принято говорить, экстремизма, в виде нападок на частную собственность, демократию и животный эгоизм с призывами к их уничтожению.
Поскольку, деятельность Ивана Петровича в авиации была далека от критики общественного устройства, сложившегося в Россиянии, то собрав и систематизировав свои научные труды, он на свои деньги издал несколько книг, получил тиражи этих изданий на руки и бесплатно распространял эти книги среди своих знакомых на предприятиях и в ВУЗах. Потом из трёх книг он выбрал материалы, которые считал более отражающими его научную деятельность в авиации за 30 лет работы и, объединив всё это вместе, назвал докторской диссертацией.
Далее, пройдя все этапы организации и подготовки к защите, он успешно защитил докторскую диссертацию. Защита прошла как вполне обыденное событие: достаточно сказать, что его семья ничего об этом не знала, в день защиты, с утра, Иван Петрович был на работе и что-то делал, а после полудня поехал в университет и защитился.
Через полгода, получив диплом доктора технических наук, он стал дипломированным учёным. Конечно, всё, что им создано в науке, было создано до 90-х годов, в творческом возрасте от 30 до 45 лет и в годы Советской власти.
Создавать что-то новое в науке можно только до 40-50-летнего возраста, а далее идёт систематизация знаний и полученных результатов с целями их применения и популяризации, включая и учебные процессы при подготовке специалистов. А докторский диплом – это всего лишь бумажка, якобы подтверждающая квалификацию учёного. Почему якобы? Да потому, что сейчас, по данным Высшей аттестационной комиссии, которая выдаёт дипломы, до 50% диссертаций и соответствующих им учёных степеней покупаются лицами околонаучной национальности, имеющими деньги или соответствующие должности. Они нанимают учёных, те делают диссертации, как дополнительный заработок к своей, часто нищенской, зарплате, организуют защиту этих «диссертаций» теми, чья фамилия указана на первом листе и кто, потом получает соответствующий диплом учёного.
Сейчас среди чиновников, депутатов и коммерсантов сплошь учёные. Ну а какие они «учёные» на самом деле, показывает состояние дел в стране, в любой отрасли. Смотришь по телевизору: выступает доктор медицины, блондинка лет 30-ти, ей подпевает докторша экономики того же возраста, а их обеих опекает доктор политологии, но из депутатов Госдумы, и вот тогда понимаешь, что при таких «мощных» учёных будущее страны практически безнадёжно, потому что поставить предел торжествующему невежеству и алчности просто некому.
Впрочем, у Ивана Петровича, после его «докторизации» ничего почти не изменилось. Отечественная авиация медленно, но верно идёт к своему концу, сокращается парк отечественных самолётов и вертолётов и объёмы работ по новым типам самолётов – значит, сокращается и участие института в этих работах.
Впрочем, администрация института и разные юристы-экономисты плодятся как грибы, пожирая заработанные инженерами средства, которые тем всё труднее и труднее удаётся зарабатывать. Так глисты, заведясь в организме животного, изнуряют и истощают его, приводя в конечном итоге к гибели. И так же, как глисты, эти менеджеры, юристы и прочие дилеры не в состоянии понять, что гибель организма будет и гибелью этих паразитов. И не исключено, что демократия воров заставит Ивана Петровича зарабатывать на кусок хлеба и каким-то другим способом. Уже начал, как профессор, понемногу читать лекции в ВУЗе, а там глядишь недалеко и до привратника или дежурного электрика – так работают некоторые его ровесники и однокашники.
Мотивация труда свободного человека состоит из двух частей: духовной и материальной. Духовная часть – это удовлетворение от сделанного: что-то создал, придумал, построил, вырастил или просто сумел и добился. А материальная часть – это зарплата, доход, которые позволяют достойно жить человеку и, зависящим от него, членам семьи и родственникам.
Зло капитализма в том и заключается, что духовная мотивация труда ликвидируется и лишь случайно и у отдельных людей она может появляться при совпадении их наклонностей и квалификации с фактически выполняемым, по найму или добровольно, трудом. В итоге, остаётся только материальный стимул – добывание денег или дохода в любой форме и любыми средствами, а ценность личности, при этом, определяется только величиной дохода, который в свою очередь, и якобы, определяет ценность и полезность труда, выполняемого этой конкретной личностью. Поэтому ростовщик – банкир по его доходу является ценной личностью, а учитель, инженер и прочие – это ничтожные людишки, судя по их зарплатам в лилипутинской Россиянии.
Ивану Петровичу в течении этих 20-ти лет удавалось поддерживать материальное благополучие семьи на вполне достойном уровне, в отличие от большинства знакомых инженеров, да, пожалуй и профессуры ВУЗов, но вот удовлетворения от своего труда, как прежде, уже нет. Да и как гордиться сделанным, если он видел, что его дело на нём и закончится уже через несколько лет? Один из деятелей нынешнего режима (Греф) так прямо и сказал, что надо забыть про авиацию: не можем мы делать хорошие самолёты так и не надо их делать, а надо покупать за границей. Конечно это ложь и отечественные самолёты не хуже американских «Боингов» и Европейских «Аэрбасов», что Ивану Петровичу удалось, кажется, доказать в одной из своих технических книг, но эта ложь является руководством к действию для чиновников, которые за взятки от иностранцев успешно разрушают отечественную гражданскую авиацию, вплоть до полного её уничтожения. А как это делается показано выше.
Сейчас власть на всех уровнях захвачена алчными проходимцами, а то и откровенными предателями и ворами с интеллектом «на уровне мусорного ведра», которые пожирают друг друга и страну в целом ради денег и материальных благ для себя и только для себя. Достаточно включить телевизор, как сразу же появляются на экране две мартышки, изображающие из себя государственных деятелей, и из их словесного поноса становится ясно, что ни страна, ни народ им не интересны и не нужны. Их цель – власть и деньги и чтобы побольше, и подольше, а для этого: надо лгать и обещать, обещать и лгать и так – без конца.
Насмотришься на этих «вождей», а вернее «вожаков банды» с лилипутскими мозгами, внешностью и замашками лакеев, душой предателей и патологической ненавистью к народам России, сочетаемой с преклонением перед «западной цивилизацией» и конечно нет никакого настроения на творческий и производительный труд. А вот «творческая» интеллигенция пляшет и поёт осанну всему режиму и каждому такому деятелю в отдельности. И встаёт извечный русский вопрос: «Кто виноват и что делать?», на который история уже однажды дала ответ, а именно: виноваты сами, а что делать – показал русский народ в октябре 1917 года.
Хочется надеяться, что весь этот кровососущий гнус будет сдут с России и у всех россиян будет и будущее и интересная жизнь, и достойная работа по призванию.
Автобус подъехал к институту и Иван Петрович, закончив философствовать, вышел из него и направился в институт делать опостылевшую и бессмысленную работу.
X
Добравшись до НИИ, Иван Петрович выложил бумаги на стол, убрал принесённый с собой обед в холодильник и, усевшись на рабочее место, стал делать свою работу вместе с сотрудниками своего отдела, числом три человека, хотя два года назад их было пятеро, а три года назад – все семь. «Да, наши ряды пожидели», – подумал он и стал раскладывать свои бумаги. Уже несколько лет его работа заключалась в оказании практической помощи авиакомпаниям в эксплуатации отечественных самолётов некоторых типов.
Возникает какой-то вопрос, эксплуатант обращается к специалистам НИИ, а они, от имени института, дают ответ, что и как делать, чтобы и самолёт летал, и пассажиры не пострадали. Взамен каждая авиакомпания платила небольшую сумму за год вперед, чтобы Иван Петрович с сотрудниками получали зарплату и отчисляли деньги на содержание института. Но отечественных самолётов становилось всё меньше, соответственно и денег получалось меньше, отсюда и сокращение сотрудников, а к зарубежным типам самолётов, эксплуатирующимся в российских авиакомпаниях, их не подпускали: там изготовитель сам решал все вопросы с авиакомпаниями.
В общем, объём работ сокращается как шагреневая кожа, новые перспективные типы отечественных самолётов поступают поштучно в год, а при советской власти поступали сотнями в год. Да ещё аппарат управления в институте: всякие менеджеры, экономисты, юристы и прочие службы плодились как мухи, а зарплату им всем дай и хорошую – за счёт таких, как Иван Петрович и его сотрудники. Как говорится: «Один с сошкой, а семеро с ложкой». И так везде по стране. Смотришь, строится дом: 15-20 человек крутятся на всех этажах, а зайдёшь в контору, по-нынешнему офис, строителей – там сидит 30-50 всяких клерков. Недавно Иван Петрович прочитал, что на «Автовазе», в Тольятти, у генерального директора имеется 50 заместителей: какие уж тут автомобили – не до них, с замами бы разобраться.
Но основная работа института заключалась в проведении техосмотров самолётов, чтобы разрешать им летать ещё, обычно на год, причём за каждое такое разрешение владелец самолёта должен заплатить институту и разработчику самолёта довольно кругленькую сумму. Такая работа не требует глубоких специальных знаний и высокой квалификации, но доход, как и при техосмотре автомобилей, приносит хороший руководителям и исполнителям, поэтому ей занимаются проверенные и приближенные к руководству лица, умеющие прятать полученные средства и делиться ими с нужными людьми. Другие, как Иван Петрович, да ещё и со своим мнением, не допускались к этой кормушке.
Однако, отечественных самолётов становится всё меньше, новых почти не делают и кормушка пустеет: уже виднеется дно этого корыта. А вот то, чем занимался Иван Петрович раньше и на чём он стал учёным: разработка, испытания и эксплуатация новых типов самолётов – было никому уже не нужно, ввиду отсутствия новых самолётов, соответственно, такие работы не финансировались и такие специалисты как Иван Петрович стали не нужны.
Но пока, какая – то деятельность ещё теплилась, продолжал свою работу в институте и Иван Петрович, попутно читая лекции в авиационном университете, как профессор. Конечно, ощущение своей ненужности, как и ненужности своего дела, которому посвятил всю жизнь, и являлось тем угнетающим фактором, который давил на Ивана Петровича все последние годы его работы. Это бизнесменам – торгашам всё равно, что и как делать – лишь бы побольше денег поиметь любым способом, а он всё-таки какой – никакой учёный, и хочется сделать что-то новое и полезное людям да и стране в целом.
Выполнив кое-какие текущие дела и разобрав бумаги на столе, Иван Петрович обратился к мысли о поездке на родину, которая возникла у него ещё при пробуждении. Путешествие на родину всегда полезно и для здоровья и для очистки головы от гнетущих мыслей.
Сначала нужны авиабилеты. Включив свой компьютер, он вошёл в Интернет и нашёл рейсы авиакомпаний нужного направления. Рейсов было несколько каждый день, но цена билетов неприятно поразила: профессорской зарплаты едва хватало на билет туда-обратно. Был сезон отпусков, люди улетали и возвращались домой и авиакомпании взвинтили цены: благо никакого контроля и наказания за спекуляцию нет. Он посмотрел цены билетов на полёт за границу – слетать в Лондон обходилось гораздо дешевле, чем на такое же расстояние внутри страны. Конечно, в Лондон летают свои люди, а «дорогие россияне» могут и должны сидеть по домам.
Лет десять назад такая поездка на родину обходилась ему в десять раз дешевле, но инфляция и жадность «бизнесменов» постоянно поднимают цены на всё, в том числе и на авиабилеты. Помнится, что лет 40 назад, во время учёбы в институте, ему хватало стипендии, чтобы слетать домой на зимние каникулы и вернуться назад.
Решив, что лететь сейчас дороговато, он посмотрел расписание полётов на сентябрь и обнаружил, что цена билетов уменьшилась на треть – это и есть рыночная спекулятивная экономика в действии. Спрос должен рождать предложение, но в Россиянии спрос порождает только спекулятивный рост цен при том же предложении товаров и услуг.