Отель Эль-Магриб или клуб шпионов

ОТЕЛЬ ЭЛЬ-МАГРИБ

или КЛУБ ШПИОНОВ

Я посвящаю этот роман, как посвятил саму жизнь,

своей любимой, которая была всегда рядом

в нелегкой суете последних лет.

Автор

Пролог

Удивительные события происходят почти с каждым из нас, вот и я расскажу Вам о тех, которые приключились с моим героем. Этот роман – приглашение организовать свою жизнь интересней. Будьте смелее, пока Вы молоды! А молодость, заметьте, от возраста не зависит.

И не надо сомневаться, будьте решительней, если что-то задумали. Так и жизнь пройдет, а мы все выбираем: надо – не надо, сказать – не сказать. Только подумал сделать удобную лавочку для матери – сделай! Понравилась девушка – так не надо ни себя, ни ее мучить своим стеснением и сомнениями – подойди и скажи. Так, мол, и так: люблю и хочу, чтобы мы были вместе в этой жизни. И так во всем. Вы же не сомневаетесь, что я прошел через все это и знаю, что говорю, так как говорю я о себе.

Конечно, если цель определена – это стратегическое решение на жизнь. Но, к сожалению, реализовать по максимуму свои возможности невозможно. И вообще, как на это посмотреть. Добившись чего-то, что казалось тебе когда-то сложным, ты преодолел первую или очередную ступень к самосовершенствованию, но, оказывается, ровно настолько поднялся и потолок твоих возможностей.

Здоровье – вот определяющий фактор! Я не беру в расчет несчастные случаи или вирусные заболевания – это форс-мажор. На повестке – генетическом здоровье. Это только о нем можно сказать «столько нам отпущено». Так живите той жизнью, которой можно гордиться, и чтобы было потом, о чем поведать своим детям или, к примеру, рассказать о ней, как я расскажу о ней сейчас вам. Для одних из вас будет приключение, для других – шпионский роман.

Часть первая

Отель Эль-Магриб

Глава 1. Русские идут …

Все началось с обычной инициативы русского бизнесмена средней руки, который в поиске посткризисной работы для своего строительного холдинга буквально наткнулся на предложение о проведении тендера правительственными структурами Алжира, а зарегистрировавшись, получил конкретное предложение – построить одиннадцать отелей под заказ Министерства обороны.

Этого бизнесмена звали Арсений Теплов. В прошлом полковник, он только разменял «полтинник». После увольнения в запас без особого труда поступив на третий курс госуниверситета, Арсений за два года стал дипломированным строителем. Дальше больше, эксплуатируя свой опыт общения с людьми и личную харизму, он преуспевал в строительном девелопменте, привлекая деньги инвесторов и реализуя жилищные проекты «под ключ».

Но летело время, менялись условия ведения бизнеса. Пережив два кризиса и один инфаркт, расписавшись в своем бессилии справиться с коррупционной схемой выделения земли и распределения подрядов в «Лужковской» Москве, он обратил свой взор на возможности строительства за пределами России.

У Теплова был характер бойца и креативный ум бизнесмена. В таком сочетании – это ударная волна, которая по своей настойчивости и доказательной базе не имела себе равных. Но в цивилизованном бизнесе – да, а в московских коррупционных схемах он был «белой вороной». Ну, во-первых, Арсений был не в том возрасте, чтобы работать «под кем-то», да и куда ему было девать полковничьи амбиции; а во-вторых – денег на «откаты» за выделение земли под строительство всё равно уже не было.

Поначалу первая поездка в Алжир оказалась безрезультатной, так как ему пришлось разговаривать с посредником, а это все равно что с глухим. Арсений раскрыл перед ним привезенный проект отеля, чертил бизнес-схемы, и все что-то объяснял и доказывал, а тот все слушал, кивал головой, со всем соглашался, и … ждал денег за посредничество.

Во второе посещение ему с большим трудом все-таки удалось выйти на встречу с представителем Минобороны Алжира, который предложил построить два отеля, продиктовал конкретные технические параметры и показал землю, недалеко от международного аэропорта имени Хуари Бумедьена.

Теплов ликовал! Что можно было ожидать лучше? Так нет, же! Как потом оказалось – это были пустые хлопоты. Но всё по порядку.

Вернувшись в Москву, Арсений объявил общий сбор всем своим архитекторам и проектировщикам и таки сделал за кратчайшее время эскизный проект, но не двух – участок оказался мал, – а одного большого двухсекционного отеля. Красавец-отель был спроектирован в неомавританском стиле или, как его ещё именуют, – в стиле «мореско». Этот стиль появился в Европе в период Наполеоновских войн, как результат увлечения дворянства и коронованных особ экзотикой Египта. Дело в том, что Наполеон, кроме своих наступательных армий, взял в поход еще одну армию – армию художников, архитекторов, историков и археологов. Именно в тот период Лувр пополнился новыми собраниями произведений искусства и артефактами из Египта. Во дворцах и частных особняках этого периода истории появились пристроенные галереи – «лемонарии» и залы приемов, оформленные в восточных традициях.

Оформленный в таком экзотическом стиле, отель «Эль-Магриб» сразу можно было отнести к категории пятизвездочных. Посудите сами. Двенадцать этажей с партером и подземным этажом, он мог одновременно поселить гостей в семистах шестидесяти номерах на любой вкус и кошелек. Четыре ресторана на первом и втором этажах были отделаны в традициях стран североафриканского Магриба. На первом этаже кроме рецепшен и холлов были спроектированы бассейн, спортзал, биллиардная, а также салон красоты и молельные комнаты. Второй этаж был оборудован под конференц-залы и переговорные. Здесь же размещались бары и магазины. Входную группу украшала композиция из зеркального шара в чаше из полураскрытых ракушек, помещенных в фонтан, подсвеченный желтым светом прожекторов.

И вот, наконец, когда, проект отеля «Эль-Магриб» был готов, и Арсений об этом сообщил заказчику по телефону, – тот повел себя очень странно, будто ни о чем таком не было договорено, и больше на повторные телефонные звонки заказчик не отвечал.

Вообще-то, у Теплова в этот момент должны были опуститься руки, но он, следуя русской традиции, сказал себе: «Да пошел он…», и пошел собственным путём. Бизнес-фактор оказался важнее эмоций. Всё дело в том, что, находясь в Алжире, столице одноимённого североафриканского государства, Арсений наметанным глазом увидел, или скорее почувствовал, что здесь идеальная площадка для бизнеса. Более того, переговорив с людьми, близкими к его горе-переговорщику, он неожиданно для себя узнал, что посреднику нужны были клиенты с деньгами, чтобы они могли сразу «отстегнуть» ему назначенный процент, а что будет потом со сделкой его абсолютно не волновало. То есть, землю Арсений может быть и выкупил бы, но никаких гарантий насчет её использования не предвиделось. Как в таких случаях говорят – «Бог отвел», подразумевая, наверное, нашего героя от такого переговорщика, и того посредника. Только бизнес «лежал» на поверхности и не отпускал Теплова.

– «Мало того, что много денег было потрачено впустую, а тут ещё и проектировщикам задолжал» – досадовал Арсений.

Надо было искать выход, и он замыслил сложную бизнес-комбинацию, но теперь это была его игра.

Постфактум заявляю, что всё уже случилось, и последующее увлекательное повествование будет представлено от первого лица.

Глава 2. Давайте знакомиться…

Алжир – это самая загадочная и непредсказуемая страна Северной Африки. Было пролито много крови, прежде чем сегодняшний этап в её истории стал мирным, и «цветные революции» отступили от ее границ. Экономика стала превалировать над политикой, а политика лишь её обслуживать и оберегать от внешних воздействий. Условия для бизнеса, которые были созданы в этой стране, позволили президенту и правительству регулярно наполнять казну и успешно проводить социальные программы ни от кого не завися. Однако, надо признать, власть сделала ставку на военную хунту, так как переход государства к реальной, а не декларируемой демократии сегодня был невозможен. Сначала нужно провести социальные реформы, реформу образования и медицины, а уже потом гражданам будет предоставлена возможность сделать осознанный выбор за тот или иной государственный строй. Сочетание абсолютной монархии и демократии тоже возможен, как в Великобритании, но примеров перехода от президентского правления к монархии еще не было, а это значит, что единственно возможный путь развития государственности для Алжира – это парламентская республика.

На этом политическом и экономическом фоне в страну устремились все ведущие компании мирового бизнеса, а вместе с ними и иностранные разведки неприменении разместить здесь свои резидентуры. Они чувствовать себя в этой стране комфортно, не в пример, соседних с Алжиром стран, где находиться иностранцам было, по меньшей мере, не безопасно. Главное, господа шпионы, чтобы вы не расшатывали государственный строй, а так, алжирским спецслужбам, до вас нет никакого дела. Сегодня Алжир воспринимался как Иран и Швейцария в период Второй мировой войны. Под видом офисов иностранных фирм и совместных предприятий здесь, на пересечении торговых путей Восток-Запад, прекрасно себя чувствовали резиденты всех разведок мира. Поставщики интересующей их информации, а очень часто и технологий, сами приезжали на нейтральную, с их точки зрения, территорию, и резидентам не нужно было ехать в токсичные, по части безопасности, страны. Находиться в Египте, Тунисе, Ливии – это просто опасно, и мы знаем, чем закончилось для американского посла в Ливии обычное народное возмущение против показа фильма «Невинность мусульман». Он и несколько сотрудников посольства были убиты и растерзаны толпой, несмотря на их дипломатический иммунитет. Ни в каком сравнении – Алжир, со своими фешенебельными отелями и экономическим «клондайком» для мировых компаний. Американцам тоже выгодно иметь такой паритет сил в этой стране. Еще бы, каждые пятнадцать минут от здешних терминалов отходили в Америку танкеры с нефтью и сжиженным газом.

Естественным образом, недавно построенный русскими на деньги банка «Джей-пи-Морган» отель «Эль-Магриб», стал оплотом всех мировых разведок. Сеть продолжала развиваться, и скоро отели под этим брендом планировали построить и в других городах и государствах Северной Африки – туда и переедут местные резидентуры. Не нужно будет звонить по мобильным телефонам, а просто, используя внутреннюю связь отеля, всегда можно легко и безопасно связаться с Тунисом, Ливией, Марокко и другими североафриканскими офисами тайных служб. А как Вы думаете, русские, когда строили отели, или алжирская контрразведка, не учли эти возможности? Наверное, думаете Вы, что они «прошляпили» открывающиеся возможности. Может и так, может только сделали вид, но, скорее всего, совсем нет. Давайте теперь все по порядку, а уже потом Вы сами сделаете из этого выводы на сей счёт.

Сначала я открыл со своим алжирским партнером совместное предприятие и получил право участвовать в тендерах. Следующим шагом была договоренность с американским банком «Джей-пи-Морган» о предоставлении кредита на строительство под гарантию Банка Алжира, что следовало из условий государственного контракта на строительство отелей для Минобороны. С такими данными о компании и ее возможностях мы уже без посредника стали участвовать в тендере на строительство сети из одиннадцати отелей для Министерства обороны и выиграли его. Затем, благодаря связям партнера, да собственно таких предложений было много, арендовали землю под строительство, сначала в столице, а следом и в Константине, и в Оране. Для меня это была победа, но предсказуемая, так как все конкуренты хотели получить от заказчика деньги на строительство, а для «Джей-пи …» была достаточна лишь гарантия его банка.

То, что Минобороны замыслило построить эту сеть отелей с целью создания условий для международного бизнеса, – это было понятно. А то, что это далеко идущие цели, обеспечивающие Миноборону и Госбезопасность информацией о планах разведок разных стран в Северной Африке, а также, представителей оппозиции и «Аль-Каеды», – это мне, бизнесмену Теплову из России, было неизвестно. Я думал, что рисковал своей репутацией и деньгами, а оказывается, что уже попал в поле зрения российской службы внешней разведки и был у них «на крючке». Они со мной пока не входили в контакт, – строит, мол, и пусть строит, – и выжидали, когда дело дойдет до монтажа линий связи. Также думали и французы, и англичане, и американцы, и израильтяне.

Тогда мало кто планировал завербовать меня лично, напротив, все делали ставку на вербовку подрядчиков, тем более, что тех я привлекал из разных стран.

Алжирская служба безопасности и разведки планировала действовать через моего партнера по совместному предприятию, алжирца по национальности. За ним оставалось право утверждать привлечение подрядчиков, а ими должны были оказаться «свои» люди. Как вариант, алжирские спецслужбы могли договориться с российской СВР и действовать совместно. Это было возможно, так как дружеские связи между государствами сложились еще со времен СССР. Многие нынешние руководители алжирского государства учились в России, и кто кого завербовал первыми – еще надо было бы посмотреть в архивах.

Одним словом, контракт с заказчиком был подписан, и сроки строительства были обозначены. В том, что проект будет реализован, никто уже не сомневался – интерес к нему уже был у всех сторон изначально, а это значит – отель будет построен при любом раскладе сил и средств.

Прошло два года, а мы уже сидели в своем офисе, в построенном в столице Алжира отеле «El-Magrib». Наши соседи – американская фирма «United States Leasing International LLC», которая нам помогала в лизинговых поставках строительного оборудования, со временем тоже открыла офис в Алжире и, конечно, поближе к нам. Они еще при первом знакомстве сразу нам предложили возвратный лизинг, на что мы «купились», так как это было выгодно по многим показателям, и в первую очередь с точки зрения защиты приобретенного по лизингу оборудования от изъятия и щадящего налогообложения. Просто ко мне зашел однажды в офис региональный менеджер этой компании и сказал на русском с английским акцентом:

– Давайте знакомиться, Майкл Даневер или для Вас просто Миша.

Так мы и стали с ними работать, а теперь, когда стали соседями, – отношения переросли и в дружбу. Миша быстро превратился в Мишеля. Ему, такому галантному с женщинами и всегда открытому для дружбы с мужчинами, собственное имя на французский манер очень шло.

Мы управляли строительством сети отелей из своего офиса в собственнос отеле, который местные таксисты сразу прозвали «papillon», что в переводе означало «бабочка». Почему не «журавль», не знаю, у нашей «бабочки» размах крыльев был 70 метров. Двухсекционная архитектура отеля с центральной лифтовой колонной, да еще с создающей тень сеткой больше напоминала птеродактиля.

А отель действительно был хорош. К тому же, была продумана сейсмическая защита от землетрясений до 8 баллов.

Сначала он функционировал как обычный отель, но постепенно двухкомнатные и трехкомнатные номера стали арендовать на длительный срок под офисы представительств иностранных компаний, так как им это было очень удобно. Практически помещения таких номеров использовали для проживания и внутренней корпоративной работы одновременно, а встречи проводились в переговорных отеля, специально оборудованных для этих целей.

Со временем на нашем этаже «люкс» заняла номер под офис и французская компания, которая занималась высотными работами, и использовала для этих целей свой вертолет. Даже для него нашлось место на парковке. На обеде ко мне подошел их административный директор и представился.

– От нашего стола вашему столу! – и поставил на наш столик в качестве презента бутылку французского вина.

– Месье Помпиду или просто Жан. По-русски это, кажется, Иван.

– Не удивляйтесь, – как-то сказал он, – мой дед Жорж Жан Раймо́н Помпиду́ – 19-й президент Франции, но, к моему большому сожалению, уже бывший.

Мы познакомились. Все приехали в Алжир работать с женами, и только я был один. Когда мы собирались по вечерам на коктейль, то мне постоянно приходилось быть в центре внимания их женщин. Поначалу чувствовалась неловкость перед их мужьями, и даже хотелось извиниться и уйти. Но только потом мне объяснили, что в компаниях на Западе так принято. Женщины делают визиты или просто собираются выпить в баре, чтобы пофлиртовать с чужими мужчинами.

– Будьте спокойны. Если бы вы были с дамой, то совершенно точно наши мужчины не обделили бы ее своим вниманием.

Это мне сказала Жули, жена дипломата французского посольства, которая как-то с мужем пришла на традиционный пятничный коктейль. Их пригласил месье Жан. Пятница в Алжире – нерабочий день, и мы могли расслабиться и хорошо выпить.

Я тогда живо интересовался тем, как жила в этой стране миллионная диаспора французов до 1954 года. И в тонкости политики меня всегда посвящал месье Жан.

– Алжир тогда во Франции рассматривали уже не колонией, а полноценным департаментом в составе Франции, наравне с парижским или марсельским. Расстрел в ноябре 1954 года школьного автобуса с французскими детьми в городе Бон стал лишь прелюдией большой войны за независимость.

Ему всегда вторил месье Андре, дипломат из французского посольства.

– В Алжире тогда насчитывалось три заморских французских департамента: Оран – Западный, Алжир – Центральный и Константин – Восточный. В шестьдесят втором все для французов закончилось и пришлось – как это у вас, у русских, говорят – «уносить ноги». Нас тогда так и называло местное население – «черноногие».

Обычно, когда эти вечера подходили к завершению, мадам Жули, не обращая внимания на присутствие мужа, все пыталась со мной уединиться для затяжного поцелуя. Но назначить ей тайное свидание я так и не решался, хотя был не прочь, и она это заметила.

Как-то в конце месяца я читал отчеты сотрудников, осуществляющих на стройках технический надзор. На первый взгляд все шло по плану. Однако что-то было не так. Не было в этих отчетах оптимизма и смелости в критике, как за предыдущие месяцы. Можно было сделать только два вывода: либо на сотрудников оказывалось давление, либо им доплачивали, чтобы отчеты были «причесанными». Тогда я и спланировал облет объектов.

В колониальное время французы построили в Алжире двенадцать международных аэропортов и еще тридцать семь аэродромов местных авиалиний. Для сравнения количество аэропортов в Московском регионе всего три и еще Чкаловский и Быково – военного и хозяйственного назначения. А в Санкт-Петербурге – всего один. Так что в Алжире не любят ездить на поезде или на машине на дальние расстояния. Обычно все предпочитают летать.

Когда я сам в Константине, а мой алжирский партнер – в Оране посетили наши объекты, то не нашли ни одного строителя. Охрана на объектах, которая подчинялась не подрядчику, а нашей компании, сообщила, что строителей нет уже неделю, и причины они не знают.

Согласно оформленным актам выполненных работ получалось, что подрядчики должны были получить зарплату и премиальные, но как оказалось – за несуществующие объемы.

По возвращению я поделился этой проблемой с Жаном. Он ухмыльнулся и как-то обыденно сказал, что все дело в профсоюзе строительных рабочих. Причем сменить подрядчика одного на другого невозможно – профсоюз не разрешит, а за невыплату заработной платы за закрытые моим представителем объемы, хоть реально они были просто припиской, – подрядчик подаст в суд и стройку арестуют в обеспечение иска, а разбирательство может продлиться не один год.

– Но ведь у меня сроки. Ты же знаешь! Я тебе говорил, что если к маю будущего года мы не сдадим объект, то заказчик расторгнет с нами договор, а «J.P. Morgan» предъявит счет нам, и в лучшем случае заберет почти достроенные два отеля себе, а может, и выставит иск на столичный отель.

Жан поморщился и сказал:

– Не паникуй, Арсений. Деньги в любом случае подрядчикам придется выплатить, а инспекторов технического надзора уволить. С подрядчиком договор расторгнуть придется тоже. Брать придется иностранных рабочих, которые и должны форсировать объект. Но тут тоже вот какая тонкость. Профсоюз может инициировать в Министерстве строительства проверку качества выполненных работ, а это чревато отзывом у Вас, как застройщика, разрешения на строительство.

– Что же мне тогда в этом случае делать? – не переставал отчаиваться я.

– Понимаешь, друг, когда ты только начинал строить – ты был никому неинтересен. Сейчас ты уже втянулся, и у тебя много обязательств. Самое время тебя начать «доить». Профсоюз хочет денег. Министерство – тоже. А банк будет на тебя оказывать давление, и тебе ничего не остается, как согласиться.

Молчание затянулось, и я уже хотел уйти, чтобы побыть с собой наедине и подумать, но Жан предложил свою помощь как переговорщик, и мы расстались до вечера.

Глава 3. События разворачиваются…

Кто никогда не был связан со строительным бизнесом, тот может пожать плечами и ничего не сказать, так как для него легче найти выход из дремучего леса, чем из сложившейся ситуации. А у меня еще и время на принятие решения было ограничено. После «мозгового штурма» я на удивление легко нашел массу выходов из создавшегося положения и поделился ими с друзьями. Первый – так разобраться с лидером профсоюза строителей, чтобы он нам еще останется должен. Надо только понять, кого или чего он боится. Второй – заиметь своего человека в Минобороны, чтобы не приостановили разрешение на строительство. Третий – заплатить за телевизионное расследование, в результате обличающее руководство профсоюза в корыстных мотивах остановки строительства с шантажом работодателя и с оказанием давления на руководство подрядчика. Четвертый – продать незавершенное строительство и при этом сразу зафиксировать свою прибыль.

Начнем с поиска лиц, принявших несуществующие объемы, и заведения на них уголовных дел за приписки. Напишем заявление в полицию, а следом и в прокуратуру. Кроме того, закажем местному частному детективу найти этих двух негодяев, хоть из-под земли. Скорее всего, они сами жертвы, но нам они нужны как свидетели, а посему запугать уголовным делом их все равно стоило.

Жан, слушавший меня очень внимательно, предложил силовой вариант. Он был готов устранить главу профсоюза строителей, а с новым провести соответствующую беседу. Детали операции он объяснил так. Его высотники, они же бывшие парашютисты французского иностранного легиона, с использованием вертолета проникают в дом профсоюзного лидера и принуждают его подать в отставку, а в случае отказа – устранить его физически.

– Думаю до этого не дойдёт, и он должен написать заявление об уходе со своего поста по состоянию здоровья. В последующем пригласить в дом нотариуса, и заверить документ – убеждал меня Жан.

Кроме того, он брал на себя переговоры с заместителем главы этого профсоюза, который не должен отказаться. В качестве гарантий он намеревался ему объяснить, что если к 15 мая следующего года два строящихся отеля не будут готовы к передаче заказчику, то его будет ждать такая же судьба, как и бывшего председателя.

Я Жану дал свое добро на его вариант и объявил ему еще двести пятьдесят тысяч призовых, однако при этом оставил за собой право заявить о пропаже двух специалистов в полицию, и нанять для их поиска частного детектива.

Мы обсуждали ситуацию за коктейлем, и Майкл слушал нас молча, а когда Жан ушел, просто сказал, что он готов у меня купить незавершенное строительство этих двух отелей и рекомендовал не «прессовать» председателя. Тогда я сразу подумал: «Вот, оказывается, кто инициировал весь этот конфликт», но гнал от себя эту мысль, посчитав, что к Мишелю несправедлив.

И еще он тогда добавил:

– Прости, ничего личного, это просто моя работа.

Вообще-то он ничего такого сверхъестественного не предложил – да я и сам не исключал этот вариант. Нужно было только на мгновение представить Жана со своими парашютистами, десантирующихся на дом председателя профсоюза строительных рабочих в чужой стране, и сравнить этот вариант с вариантом Мишеля, чтобы оправдать мой дальнейший поступок.

Запросив у Майкла пятнадцать процентов комиссионных от суммы контракта (как, собственно, у меня и было заложено первоначально) и получив согласие на десять, я немедленно позвонил Жану и отказался от его помощи. Не стал я искать и сбежавших специалистов, и не стал подавать в полицию.

Как только на следующий день я подписал переуступку прав на контракт с Министерством обороны в пользу американской фирмы – служба охраны позвонила в офис и доложила, что приехали строительные рабочие. Однако эта стройка уже была не моя, и только тут я понял окончательно, что всю эту кашу заварил наш дорогой и всеми любимый Мишель. Мне сразу вспомнился наш разговор и его слова, в которых я тогда не уловил заложенный в них смысл: