Судебное примирение в гражданском процессе США

§ 1.1. Плидирование и значение этой стадии до принятия ФПГП 1938 г.

Прежде чем переходить к заявленному вопросу, стоит внести ясность в отношении некоторых употребляемых далее терминов. Так или иначе, далее речь пойдет в том числе о плидировании. Эту процедуру применительно к периоду до принятия ФПГП 1938 г., как представляется, будет справедливо именовать стадией американского гражданского процесса. В российской правовой доктрине вопрос о понятии стадии гражданского процесса, о критериях деления на стадии, об их количестве – один из дискуссионных. По существу, мнения ученых в отношении понятия стадии расходятся в связи с определением той цели, которая должна достигаться при совершении процессуальных действий, объединенных в одну стадию. Основываясь на различном понимании этой цели мнения ученых можно условно разделить на две главные группы. Первая – более многочисленная – группа полагает, что стадия гражданского процесса есть совокупность процессуальных действий, направленных к одной близлежащей (ближайшей) цели[15]. Тогда к стадиям относят возбуждение дела, подготовку дела к судебному разбирательству, судебное разбирательство, апелляционное производство, кассационное, надзорное, по новым и вновь открывшимся обстоятельствам, исполнение судебного акта. Вторая группа настаивает на том, что стадия процесса – это его часть, объединенная совокупностью процессуальных действий, направленных на достижение самостоятельной (окончательной) цели, соответствующей этапу судопроизводства, в котором спор или жалоба должны быть рассмотрены по существу[16]. Поэтому под стадиями понимают более крупные образования: производство в суде первой инстанции (от возбуждения дела до вынесения решения); производство в апелляционной инстанции; производство в кассационной инстанции, в порядке надзора, по новым и вновь открывшимся обстоятельствам, исполнение судебного акта. Приведенные стадии некоторые ученые также предлагают называть правоприменительными циклами, в рамках которых уже выделять стадии возбуждения, подготовки и совершения правоприменительного акта[17].

Таким образом, не вдаваясь в дискуссию относительно понятия стадии, необходимо указать, что большинство российских ученых при характеристике стадии гражданского процесса так или иначе обращают внимание на ее завершенность, наличие определенной цели, которой эта стадия подчинена. Американские правоведы, как и все американцы, будучи людьми глубоко прагматичными, традиционно не придают большого значения употребляемым терминам, гражданский процесс для них есть прежде всего инструмент, служащий потребности общества в правосудии. В связи с этим в американской литературе редко можно встретить теоретические рассуждения относительно природы того или иного явления без их привязки к практической деятельности. Как писал В. К. Пучинский, «в соответствии с традициями англосаксонской юриспруденции, издавна оказывающей предпочтение комментаторскому методу, большая часть публикаций касается сугубо конкретных аспектов практики. Авторы исследований не обнаруживают склонности анализировать теоретические проблемы фундаментального характера…»[18] Так и со стадиями гражданского процесса. В литературе обходится стороной вопрос о критериях деления процесса на стадии и об их числе. Разные авторы могут включать в число стадий процесса совершенно различные процессуальные действия. Стадии процесса обычно упоминаются вскользь, характеризуются лишь приблизительно, дабы дать читателю возможность получить общее представление о ходе гражданского судопроизводства, ввести его в курс дела, с тем чтобы перейти к более подробному изложению вопросов отдельных этапов судопроизводства. Вместе с тем традиции российской правовой доктрины обязывают к более внимательному употреблению терминов. Как мы выяснили, стадия гражданского процесса есть этап судопроизводства, состоящий из совокупности процессуальных действий, имеющих единую цель. В словаре русского языка С. И. Ожегова слово «стадия» определяется как период, ступень, этап в развитии чего-нибудь. Следовательно, имея в виду стадию гражданского процесса, мы можем употреблять также слова «этап», «ступень», «период», полагая их синонимами слова «стадия». Этап плидирования в американском гражданском процессе в эпоху до принятия ФПГП 1938 г. представлял собой такую обособленную совокупность процессуальных действий сторон процесса и суда, которая имела собственную цель, процесс на ней часто заканчивался без перехода к следующему этапу – судебному разбирательству. В связи с этим плидирование в указанный период времени, на наш взгляд, по праву можно называть самостоятельной стадией процесса. С принятием ФПГП 1938 г. плидирование утратило былое значение. Правила 1938 г. сделали их лишь частью подготовительного этапа перед судебным разбирательством – наряду с раскрытием доказательств (discovery), собственно подготовкой дела к судебному разбирательству (pretrial). С этих позиций употребление термина «стадия» применительно к плидированию после принятия ФПГП 1938 г. будет не вполне корректно.

Одной из предпосылок коренного изменения гражданского судопроизводства США, случившегося после принятия ФПГП 1938 г., являлась совокупность проблем подготовительного этапа гражданского судопроизводства, который по существу сводился к стадии плидирования (pleadings). Плидирование есть процедура обмена состязательными бумагами[19]. Кроме того, этим термином могут объединяться нормы закона, которые регулируют заявление истцом иска и возражение против него ответчиком[20]. Недостаток этой стадии накануне принятия ФПГП 1938 г. состоял в том, что она не предлагала никаких способов проверки фактического основания утверждений и отрицаний сторон; система плидирования была неспособна дифференцировать действительно спорные факты, обстоятельства и бесспорные[21]. Стадия плидирования всегда занимала значительное место в американском гражданском процессе (вслед за английским).

В американской литературе[22] принята следующая периодизация плидирования. Первый период – плидирование по правилам общего права (common law pleading) – уходит своими корнями в древность английского права, продлился до середины XIX в., когда в 1848 г. в штате Нью-Йорк был принят Процессуальный кодекс (Code of Procedure of the State of New York), известный так же, как Кодекс Филда (Field Code). После этого начались изменения в других штатах. Второй – фактическое плидирование или плидирование по кодексам (code pleading или fact pleading), длился до принятия ФПГП в 1938 г., после чего большинство штатов перешли на схожие правила. Третий период – с момента введения в действие ФПГП 1938 г. по настоящий момент – уведомительное плидирование (notice pleading). Фактическое и уведомительное плидирования появились и эволюционировали как реакция на плидирование по правилам общего права и существовавшее параллельно с ним право справедливости. Американское гражданское судопроизводство всю историю своего реформирования пыталось избавиться от «родовых травм», полученных в период формирования и действия общего права. Таким образом, плидирование по правилам общего права образно есть почва, на которой выросло современное дерево американского гражданского судопроизводства – со всеми его особенностями и проблемами.

Несмотря на то что плидирование по правилам общего права в настоящий момент в США не применяется, до сих пор обнаруживаются рудименты этого института. В связи с этим стремительное перерождение роли судьи в подготовительной стадии гражданского судопроизводства США в XX в. невозможно объяснить в отрыве от истории изменения плидирования. В США он прошел долгий путь, который начался задолго до формирования американского права как такового. Чтобы подойти ближе к самому предмету исследования, стоит обратиться к истории возникновения английского права, которое стало “the birthright of Englishmen” (правом по рождению англичан) для американских переселенцев. По части права и правовых традиций Америка многое унаследовала от Англии. Невозможно понять американскую правовую систему без обращения к истории английского права. Несмотря на то что она хорошо известна и описана в том числе в русскоязычной литературе[23], считаем необходимым остановиться на некоторых наиболее важных моментах в целях проникновения в природу исследуемого явления.

Перед Нормандским завоеванием Англии 1066 г. отправление правосудия на ее территории осуществлялось множеством местных судов под началом феодалов на основе обычаев. После вторжения Вильгельм Завоеватель не стал упразднять местные суды, а увеличил их число, учредив три королевских суда: Суд Королевской скамьи, Суд Казначейства и Суд общих тяжб. В XI–XII вв. защита права за пределами ограниченной власти местных судов могла быть предоставлена только при содействии короля[24]. Для того чтобы дело было рассмотрено королевским судом, требовалось обратиться к канцлеру и просить его о выдаче предписания (приказа, writ) суду рассмотреть дело. Каждый приказ предусматривал специальный способ защиты для отдельных правонарушений. В начале своего развития королевские суды рассматривали ограниченное число дел: относительно владения землей, иски из контрактов, иски из деликтов. Однако с течением времени компетенция королевских судов постепенно расширялась. В 1227 г. был составлен первый список приказов[25]. Достаточно быстро стало ясно, что те приказы, которые имелись, не всегда отвечали потребностям истцов, поэтому большое множество деликтов оставалось без соответствующих способов защиты от них. В целях восполнения этого недостатка был принят Второй Вестминстерский статут 1288 г. (statute of Westminster 2), который уполномочивал канцлера выдавать предписания «в случае подобия», т. е. тогда, когда ситуация была схожа с основанием для выдачи writs. Это привело к созданию нескольких новых приказов[26]. Однако с расширением компетенции и признанием новых приказов, королевские суды становились все более негибкими при отправлении правосудия. Создание жесткой системы приказов сделало невозможным для многих просителей получить такой writ, который подходил бы именно им, для решения их собственных проблем. Без подходящего приказа такие лица не могли подучить защиту[27]. Многим отказывали в правосудии по формальным, зачастую незначительным причинам, несмотря на то, что правота истца подтверждалась доказательствами. Привычным было отклонение иска лишь по причине того, что истец при обращении в суд избрал неверный приказ. Кроме того, королевские суды не желали защищать истцов иначе как путем присуждения убытков. Очевидно, такой способ защиты права далеко не всегда был возможен и действительно позволял восстановить право истца.

Приведенные проблемы правосудия королевских судов, а именно необходимость строго придерживаться установленных форм обращения в суд (и связанная с этим жесткость при малейших нарушениях формальностей) и возможность защитить право только посредством взыскания убытков, привели к тому, что заявители стали обращаться к Канцлеру (королевский секретарь и хранитель печати) с просьбой вмешаться и «свершить правосудие» (do justice). Канцлер, как правило, был епископом, поэтому знаком с aequitas[28] римского права. Ко времени Ричарда Второго (1377–1399) уже оформился специальный орган, занимавшийся такими прошениями, – Суд Канцлера[29]. По сути, Суд Канцлера это проявление все той же судебной власти Короля (как и в судах общего права). Канцлер имел возможность предоставить защиту, осуществить правосудие в тех случаях, когда «закон» (для судов общего права) не позволял этого сделать.

Со временем практика суда справедливости расширялась. Канцлер даже мог освободить сторону от исполнения незаконного (нечестного) решения королевского суда. Такая практика привела к серьезным дебатам, однако в итоге вопрос был решен в пользу права справедливости, после чего Канцелярия превратилась в законченную систему судов, процедур и способов защиты[30]. В итоге в Англии существовало две судебные системы: королевские суды (или суды «закона») и Суды Канцлера (или суды «справедливости»). Королевские суды продолжали присуждать убытки, в то время как суды справедливости разработали целый набор способов защиты права. При этом истец мог взывать к юрисдикции Канцлера только в случае, если доказывал, что защита «по закону» невозможна. В каждой системе существовали свои различные процедуры, терминология. Суды закона, как правило, использовали жюри при отправлении правосудия, в то время как суды Канцлера, наоборот, разрешали дела без привлечения присяжных. Соответственно, первые использовали свидетельские показания, а вторые – письменные заявления под присягой. Различались наименования судебных актов – решения и декреты, должностных лиц: в королевских судах – судьи, в судах справедливости – канцлеры. Различались способы защиты. Так, решения королевских судов были направлены на имущество ответчика (in rem), истец получал удовлетворение за счет имущества ответчика. Соответственно, при отсутствии у ответчика имущества истец не получал ничего. Декреты канцлера были направлены на личность ответчика (in personam). Так, ответчик обязывался к совершению действий, например, возврату имущества, и если этого не происходило, то он мог быть даже лишен свободы.

«Из Англии дуализм в судопроизводстве, обусловленный противопоставлением материального права (law), положениям “справедливости” (equity), был воспринят в США»[31], большинство вновь создававшихся судов четко разделяли судопроизводство «по закону» и «по справедливости». Вместе с остальными институтами гражданского процесса американское право унаследовало и плидирование (pleadings). Несмотря на то, что общее право доминировало в Англии и Америке столь продолжительное время, сейчас оно не применяется. Вместе с тем исследование плидирования по правилам общего права и права справедливости имеет смысл как минимум по двум причинам. Первая – некоторые следы этих институтов до сих пор можно обнаружить в современном американском праве. Вторая и более важная причина состоит в том, что упомянутые последующие системы плидирования появились и развивались как реакция на плидирование в общем праве и праве справедливости. Стоит отметить, что с вступлением в силу ФПГП 1938 г. многие штаты скопировали федеральные правила и перешли на уведомительное плидирование (notice pleadings). Вместе с тем значительное меньшинство штатов до сих пор (и даже такие крупные, как Калифорния и Нью-Йорк) используют правила фактического плидирования (code pleading).

Англо-американские правоведы утверждают, что учреждение суда присяжных, «который значил так много для … предков в их стремлении обеспечить свободное и независимое правосудие»[32], несет ответственность за столь важную черту плидирования в общем праве как «развитие спорного вопроса» (issue). Речь идет о том, что спорный аспект дела должен быть выявлен сторонами самостоятельно, без участия судьи. Так, оригинальная идея плидирования в общем праве состоит в том, что каждая сторона в ответ на утверждение противоположной стороны должна либо отрицать это утверждение, либо подтверждать его, но при этом выдвигать другие утверждения, которые могут разрушить или существенно повлиять на основания требований или возражений противоположной стороны. Участие присяжных – основная характерная черта судопроизводства на момент его зарождения, которая отличала его от континентального процесса и значительно повлияла на все аспекты процесса[33].

По мнению Дж. Лангбейна (J. Langbein), разрешавший гражданские и уголовные дела местных простолюдинов суд присяжных сыграл определяющую роль в английском общем праве[34]. Отсюда и древний тезис о том, что в суде первой инстанции жюри разрешает спорные вопросы факта, судья – все вопросы права[35]. Во-первых, жюри может собраться на сессию только один раз. Следовательно, судебное разбирательство с участием присяжных означало одну непрерывную судебную сессию, в течение которой сторонами должны быть представлены все доказательства. Во-вторых, существовала необходимость выявления самих разногласий между сторонами, а именно оспариваемых фактов, которые в последующем будут поставлены перед присяжными. Необходимость спорного факта сыграла определяющую роль в формировании стадии плидирования: «…потребность в разграничении вопросов факта и вопросов права, потребность в разделении дел на те, по которым возможен был суд присяжных, а по которым нет, потребность в постановке перед присяжными или судьей спорного вопроса в доходчивой форме – эти факторы лежат в основе правил плидирования»[36]. Таким образом, перед сторонами стояла задача выявить и сформулировать существо спора. Если это был вопрос права, т. е. ответчик заявлял протест (demurrer), то необходимость в дальнейшем процессе не возникала, вопрос разрешался судьей единолично. Если же это был вопрос факта, он подлежал передаче на разрешение присяжных[37]. Однако разрешение спора простолюдинами на основе неизвестных им ранее доказательств несет серьезный риск судебной ошибки, что, как указывает Дж. Лангбейн, помогает объяснить то огромное количество ограничений в отношении судопроизводства, и в особенности требование о формулировании вопроса о факте… Это был способ сузить и упростить задачу присяжным, однако часто ценой излишнего упрощения и искажения существа дела[38]. Отсюда и деление процесса по сути на две основные стадии: плидирование и судебное разбирательство (trial), четкое их разделение. Если лицо не проявляло достаточной активности на стадии плидирования, оно теряло возможность перейти в стадию судебного разбирательства.