Пап, а расскажи сказку про троллей

Глава 1

Сквозь сон в сознание девочки пробивался голос мамы: «Слава, вставай… Слава, хватит уже спать, пора браться за работу… Слава, если ты сейчас же не встанешь, тебя ждёт наказание – ты всю неделю не будешь гулять с друзьями…»

Слава нехотя открыла один глаз и осмотрела свою небольшую комнату. Ничего нового здесь за ночь не произошло, так же как и в другие дни. Единственное, что поменялось – это у паука, который свил паутину в углу комнаты: в паутине трепыхалась новая муха. Мама давно порывалась убрать паутину с пауком из комнаты дочери, но та заявила, что это паук Игнат, он её друг, и друзей обижать нельзя.

«Так тебе и надо, гадина ты такая. Не будешь мне ночами мешать спать», – глядя на муху, сказала Слава и открыла второй глаз.

Лежа на кровати, она мечтала, что сегодня, однозначно, должно произойти что-то очень интересное, что потом можно будет обсуждать с подругами на улице. Хотя, подумала она спустя минуту, что интересного может произойти с ней в этом маленьком городе, разве что коровы опять разбегутся, и придётся их долго ловить по полю.

После очередного призыва мамы с кухни Слава резким рывком встала с кровати и стала искать глазами, куда вечером бросила своё платье.

Вообще, надо признать, аккуратность явно не была главным достоинством Славы. Она искренне верила, что это всё из-за её имени – ведь так, как правило, называли мальчиков.

Папа, глядя на то, что дочка всё вечно разбрасывает, махнул на это рукой и частенько называл её раздолбаем. А Слава, в свою очередь, на все сто процентов такую характеристику подтверждала и даже почему-то немного гордилась этим. Мама же изо всех сил пыталась привить дочке хоть небольшое стремление к порядку и аккуратности, но… получалось не особо.

Хождение в поисках одежды осложнялось тем, что, хоть комната и была небольшой, взгляд девочки постоянно останавливался то на кукле с пятном на платье, которое Слава уже полгода планировала постирать, то на других не менее интересных вещах. Но тут мама сказала, что если дочь не окажется за столом, пока она не досчитает до двадцати, Слава точно будет наказана. И потерянное платье тут же нашлось в дальнем углу комнаты за тумбочкой.

Обратный отсчёт, запущенный мамой, неумолимо приближался к своему финалу, когда Слава с традиционным криком «Сейчас, мам!» прибежала на кухню, где уже вкусно пахло завтраком, папа традиционно пил чай, а мама раскладывала еду по тарелкам.

Свежей выпечкой и яичницей пахло так аппетитно, что Слава с разбегу запрыгнула на свой стул и уже, было, протянула руки к тарелке, но папа строгим голосом сказал: «Встань и посмотри на себя в зеркало». Пришлось идти и смотреть.

Из зеркала на неё слегка растерянно смотрела девочка девяти лет в изрядно помятом ситцевом платье и коричневых туфельках. Волосы были взлохмачены и явно требовали применения расчёски.

«Непонятно, что может в моём виде не понравиться папе», – подумала Слава, но на всякий случай пригладила вольно развевающуюся во все стороны шевелюру рукой. Сильно лучше на голове от таких манипуляций не стало, но вызывающе торчащих прядей оказалось чуть меньше, что, по мнению хозяйки непослушных волос, было вполне достаточно для того, чтобы бежать назад на кухню.

В дополнение к обновленной причёске, Слава накрасила губы маминой помадой, думая про себя: «Ну, разве я не красотка?» Она примчалась на кухню и снова уселась за стол.

Папа посмотрел на вновь появившуюся дочь, сказал свое привычное «Пу-пу-пу» и вернулся к своей яичнице. А мама, уже привыкнув, что такой утренний внешний вид её чада стал традицией, покачала головой и продолжила пить кофе.

– Лето создано для того, чтобы люди чувствовали себя комфортно, – философски произнесла Слава, прервав тишину во время завтрака. – Вот начнется школа – тогда и буду причёсываться, а сейчас смысла нет, всё равно ветер прическу испортит.

– Сильно сомневаюсь, что с наступлением первого сентября что-то кардинально в твоём виде изменится, – недовольно произнес папа.

– Ещё как изменится! – подмигнула Слава отцу и добавила: – По крайней мере, я вырасту.

– Ну, от этого никуда не уйти, дети всегда растут, – вздохнула мама.

Позавтракав, родители сложили грязную посуду в раковину и начали собираться на работу. Отец Славы работал в за́мке короля плотником. Ему приходилось то ремонтировать полы, то чинить вечно протекающую крышу за́мка. Мама же была швеёй в швейной мастерской в городе и периодически приносила домой отрезы ткани. Из них она шила Славе одежду, а если кусок материи был совсем маленький, из него легко получался наряд для единственной куклы девочки.

– Слава, ты помнишь, что сегодня идёшь на луг у горы пасти коров? – напомнила мама перед уходом.

– Разве это забудешь… – под нос пробурчала девочка и начала собираться на луг.

Сборы у девочки, на удивление даже для неё самой, были недолгими: ей лишь надо было взять длинную палку из орешника, чтобы подгонять ею коров, и сумку для еды, в которую она положила небольшой кусок хлеба и две морковки.

Глава 2

Выйдя на порог своего дома, Слава зажмурилась от лучей солнца. Погода стояла безветренная и очень теплая.

На улице было многолюдно: сновали торговцы со своими тележками с едой, повсеместно стояли группами обсуждающие городские новости зеваки и ходила одетая в доспехи городская стража. При виде стражи люди расступались и притихали, так как король этого маленького королевства не любил ничего шумного. Если стража слышала громкие разговоры или, не дай бог, смех, то она могла арестовать горожанина и посадить его в темницу на несколько дней. Это, как считал король, было необходимо для сохранения порядка.

Город был небольшой – всего несколько улиц, которые лучами расходились от находящегося в центре города за́мка короля. Под его стенами располагалась небольшая площадь, которая могла вместить всех жителей города. Прямо над ней, на стене за́мка, был балкон, с которого периодически выступал король или его приближённые.

Обычно на площади народа почти не было, так как торговать здесь король запретил, а уличным артистам появляться там было запрещено под страхом заключения в темницу. Все, кто попадал на площадь, старались быстро пройти мимо за́мка и не попадать на глаза стражникам.

Слава быстро прошла по своей улице, здороваясь со знакомыми торговцами, почти бегом проскочила городскую площадь и поспешила пройти через городские ворота в сторону горы, которая нависала над городом. Жители города эту гору не очень любили, так как из-за неё довольно быстро темнело вне зависимости от времени года. Да и склоны горы были пустынными – на них ничего не росло кроме мха и редких деревьев.

Выйдя из городских ворот, Слава увидела вдалеке стадо коров, которые мирно паслись между подножьем горы и стекающей с неё горной речкой. Решив, что по дороге идти до стада будет дольше, девочка вприпрыжку побежала по траве, но быстро поняла, что по дороге добраться до пастбища было бы гораздо проще. Однако возвращаться назад, к воротам, у неё не было никакого желания, и она продолжила двигаться вперёд, зачастую не видя конечной цели, так как трава местами была выше её роста. Мычание коров становилось всё ближе, и вскоре послышался лай собак пастуха – они услышали, что кто-то идёт по траве. Наконец, выйдя из травы на огромную поляну, Слава увидела стадо коров и пастуха. Он подошёл к ней и поздоровался.

– Здравствуй, Слава! Что-то ты сегодня опоздала, – сказал пастух с улыбкой.

– Произошла небольшая неприятность, – ответила девочка, хитро прищурившись. – Я решила пойти прямиком через луг, а кузнечики в траве хватали меня за платье, и мне пришлось с ними бороться.

– Ну, и кто победил в этой битве? – улыбка пастуха стала ещё шире.

– Конечно, я! Я же сильнее кузнечиков, – рассмеявшись, сказала Слава и показала свои мышцы на руках.

– Ты всё лето приходишь мне днём помогать и ни разу не пришла вовремя. Надо что-то делать с этими жителями луга, иначе я в один день останусь без помощницы, если червяки решат тебя закопать, – сказал пастух, и они оба рассмеялись.

– Я пошёл в город, отдохну, а все коровы остаются на тебе. Гарик и Цент тебе помогут, –пастух указал на своих овчарок.

У одной из них смешно висело ухо, а вторая странно подворачивала задние ноги при ходьбе и всё время пыталась облизать Славе руки.

– Хорошо, я покараулю коров, – ответила девочка, глядя, как пастух медленно уходит в сторону города.

Слава помогала ему пасти коров каждое лето, за исключением тех редких дней, когда шёл сильный дождь. Пастух же каждый вечер давал ей за работу кувшин молока и кусок масла, который девочка относила домой.

Пасти коров было не самым интересным занятием для маленькой девочки. Но стадо было спокойным, а волков вокруг города не видели уже очень давно. Коровы весь день мирно щипали траву под присмотром собак, а Слава придумывала себе новые занятия, чтобы скоротать время.

«Чтобы такого сегодня поделать, – подумала девочка. – Вчера я гонялась за стрекозами и бабочками, позавчера я кидала камни с обрыва в речку, а до этого плела венки из цветов и вешала их коровам на рога».

Никаких новых занятий она пока не могла придумать, а делать что-то из уже придуманного ранее не хотелось.

После недолгих раздумий Слава решила взять реванш у стрекоз и сегодня, наконец-то, поймать одну их них. Побежав за первой попавшейся стрекозой, девочка поняла, что сумка с едой ей мешает и что без неё бегать по лугу будет гораздо удобнее.

Слава положила сою поклажу на камень и хотела, было, бежать за новой стрекозой, но овчарки стали тыкаться носами в сумку, учуяв еду. «Так дело не пойдёт», – решила Слава.

– Цент, Гарик, фу! – громко крикнула она. – Идите к коровам.

Собаки нехотя пошли в сторону пасущихся на поле коров. Они то и дело оглядывались на юную пастушку с надеждой, что их позовут и чем-нибудь угостят. Слава же долго оглядывалась вокруг, размышляя, куда спрятать от них еду.

Деревьев и кустов на лугу не было, поэтому она не придумала ничего лучше, чем вынуть еду из сумки и положить её под камень, на котором она обычно сидела и смотрела за коровами. Довольная своей задумкой, Слава с криком «Берегитесь, противные стрекозы!» побежала за ними по лугу.

Глава 3

– Тихо, он нас услышит! – чуть слышно сказал Дурачочек другому троллю.

Два тролля сидели под старой деревянной дверью в тёмном коридоре. Света в коридоре практически не было, единственное, что освещало стены – это редкие светящиеся грибы и плесень на стенах и потолке, которые светились зеленоватым светом. Обычный человек ничего бы разглядеть в такой темноте не смог, но тролли жили в пещерах всю жизнь, и для них такое освещение было привычным.

За дверью кто-то недовольно кряхтел и что-то бормотал себе под нос. Дурачочек напрягал слух, пытаясь расслышать, что именно говорят в комнате. Звук падающих с потолка капель воды гулко раздавался в коридоре, и понять, что именно происходит за деревянной дверью, ему было очень сложно. Да и спутник Дурачочка, Рагнар, постоянно издавал всякие звуки, поэтому вся затея услышать заклинания, произносимые за дверью, уже казалось троллям провальной.

– По-моему, он собирается выходить! – резко выпалил Дурачочек. – Бежим за угол!

Оба тролля убежали вглубь коридора и спрятались за кусок скалы, отколовшийся от потолка.

Деревянная дверь со скрипом открылась, и в коридор хлынул поток яркого света, который отразился от постоянно мокрых стен. Из двери вышел высокий худой старый тролль с длинной, редкой седой бородой.

Старик был одет в плащ из мешковины с множеством небрежно пришитых заплаток, а на голове красовалась шляпа с огромными полями и большим острым верхом, свешивающимся набок. По широким полям шляпы бегали пауки, которые по сравнению с самим троллем выглядели огромными. Здесь же росла небольшая поганка.

Прислушиваясь к тишине коридора, старик посмотрел в сторону камня, за которым прятались молодые тролли. Кроме звуков падающих капель воды он ничего не услышал и, громко шаркая ногами по каменному полу, при этом ворча что-то себе под нос, стал удаляться по коридору.

– Пендальф пошёл в туалет, – шёпотом сказал своему другу Дурачочек. – У меня есть примерно пять минут, пока он не вернется. Я быстро забегу к нему в комнату, а ты, когда он будет возвращаться – кинь в коридор камень. Я услышу и успею сбежать.

Судя по виду Рагнара, он явно не одобрял эту затею. Но всё же молча кивнул, и Дурачочек быстро побежал в комнату.

Попав внутрь, он сначала не мог ничего разглядеть, так ярко, по сравнению с коридором, было в комнате из-за стоящей на столе лампы. Через несколько мгновений его глаза привыкли к непривычно яркому свету. Дурачочек удивился количеству разных интересных предметов, заполняющих всё пространство комнаты. Она показалась непрошеному гостю огромной, хотя обычный человек назвал бы её просто крохотной – ведь сам тролль ростом был всего около десяти сантиметров от пяток до макушки.

Понимая, что времени до возвращения Пендальфа совсем немного, Дурачочек быстро осмотрел комнату и схватил с дальнего угла полки маленькую книжку в кожаном переплёте. Повертев в руках, тролль сунул её за пазуху и быстро выбежал из комнаты – очень вовремя, его приятель как раз собирался бросить камень вглубь коридора.

– Ну, что? Получилось? – спросил Рагнар запыхавшегося друга.

– Да! Смотри, что я взял у Пендальфа! – Дурачочек поднял над головой книгу.

– Не взял, а украл, – недовольно пробормотал Рагнар. – И зачем она тебе?

– Ну, как зачем, прочитаю. Может, в ней есть что-то интересное, – возразил Дурачочек. – Книгу мы позже обязательно вернём на место. Точно так же – дождёмся, когда Пендальф опять пойдёт в туалет.

На минуту задумавшись, он подмигнул:

– И возьмём новую.

– Ох, и влетит нам от Пендальфа, если он об этом узнает, – со вздохом произнёс Рагнар.

– Ничего страшного, – хмыкнул Дурачочек. – Может быть, Пендальф нас и не поймает: память у него плохая, а книг у него сотни, так что всё будет хорошо.

Два друга зашагали вглубь горы в свою комнату, вслух рассуждая о том, что же может быть в только что, как они считали, взятой взаймы книге…

Внутри пещеры жило около сотни троллей, и Дурачочек был одним из самых молодых. Каждый из троллей занимался каким-то делом: кто-то варил пиво из грибов, другие готовили еду. Занятие находилось для каждого, и единственным, у кого в пещере не было постоянной работы, был Дурачочек.

Пендальф не раз пытался придумать ему какое-нибудь дело, но все его инициативы завершались печально. Попытка дать Дурачочку задание следить за драконами, жившими в пещере, чуть не закончилась плачевно: они разозлились, что тролль прыгал по их крыльям и чуть не разнесли свою часть пещеры.

Последним заданием, порученным Дурачочку, стала варка пива из грибов, в результате почти все тролли неделю валялись по своим комнатам с отравлением.

В итоге от него отстали, понимая, что лучше пусть этот непутёвый тролль носится где угодно, чем мешает всем заниматься обычными делами.

***

Довольный Дурачочек и Рагнар шли по длинным извилистым коридорам пещеры и вполголоса обсуждали, где можно, наконец, спокойно прочитать только что украденную у Пендальфа книгу.

– В пещере читать нельзя, – вслух рассуждал Дурачочек. – Книги в пещере есть только у Пендальфа, и если меня кто-то увидит с ней, то сразу догадается, где я её взял. Поэтому… – с умным видом и поднятым вверх указательным пальцем он закончил: – Идём наружу.

Рагнар попытался, было, возразить другу, что днём троллям выходить из пещеры наружу без особой надобности нельзя, но тот заявил, что если новая книга – это не надобность, то что тогда, вообще, это такое?

В этих спорах друзья подошли к месту, где вход в сеть коридоров пещеры с наружной стороны прикрывал камень. Осталось повернуть за угол, отодвинуть камень и выйти на столь желанную поляну, на которой можно будет, наконец, попробовать прочитать то, что написано в книге.

Рагнар шёл чуть впереди. Повернув за угол, он неожиданно воскликнул:

– Тут что-то лежит и мешает подойти к камню.

Дурачочек, догнав товарища, увидел, что между камнем и ними лежит какой-то непонятный предмет. Света от еле светящихся грибов на стенах было мало, поэтому практически невозможно было определить, что это такое. Потрогав это нечто, друзья поняли, что оно сделано из ткани и сделано явно не троллями, так как они изготавливать такие большие куски ткани не могли.

– Давай попробуем это подвинуть, – предложил Рагнар. – Может, у нас получится протиснуться и сдвинуть камень.

Дурачочек молча кивнул и, положив книгу за пазуху, стал вместе с Рагнаром тянуть мешающий предмет вглубь прохода. Порядком устав, тролли поняли, что находка слишком много весит и сдвинуть её не получится. Это жутко разозлило Дурачочка – тот начал терять надежду прочитать украденную книгу при ярком свете.

– Дурацкая ерунда, как тебя отсюда убрать-то, – ворчал любитель книг.

– Может, сверху попробовать пролезть? – предложил Рагнар и полез по ткани наверх. – Смотри, похоже, получится.

Но тут же раздался его испуганный вскрик: Рагнар свалился куда-то вниз. Оказавшись внутри непонятного предмета практически в полной темноте, он сначала ругался, не понимая, как теперь выбраться оттуда, но потом неожиданно замолк. Дурачочек позвал друга, и тот через какое-то время откликнулся, глубокомысленно заявив:

– Я знаю, куда я провалился… Это сумка и в ней, похоже, лежит еда.

– День становится всё интереснее и интереснее, – произнёс Дурачочек и, недолго думая, тоже полез внутрь.

Света грибов внутри сумки не было, и друзьям пришлось в полной темноте пытаться определить, что здесь лежит и, самое главное, понять, что со всем этим им теперь делать.

– Надо сказать Пендальфу, – робко предложил Рагнар.

Но Дурачочек решительно перебил его:

– Сначала давай сами разберёмся, что к чему, а потом уже сообщим остальным. Если всё расскажем сразу, то придется нам на всё происходящее смотреть со стороны. А так… Мы ж первооткрыватели…

Рагнар, вздохнув, молча согласился с другом, и они стали ощупывать предметы внутри сумки.

Рагнар был одного возраста с Дурачочком, ему было около семидесяти лет, по меркам троллей это означало, что он ещё ребенок. У него уже выросла небольшая, но пока ещё не седая борода, ростом он был, как и его друг, около десяти сантиметров и одет был в рваную рубашку синего цвета и холщовые штаны, у которых одна штанина была по колено оторвана. Рагнар был более образцовым троллем, но ему посчастливилось стать лучшим другом Дурачочка, и тот его постоянно втягивал во всякие передряги. Несмотря на то, что инициатором всех общих приключений Рагнар не был, подзатыльников от Пендальфа он получал не меньше, чем Дурачочек.

– Мы с тобой балбесы, Рагнар, – копошась наощупь в сумке, сказал Дурачочек.

– Это ты за себя говори, я себя балбесом никогда не считал, иначе меня бы так и звали в пещере – Балбесом, а не Рагнаром, – возразил тролль.

– То есть ты считаешь, что это я дурачок? – недовольно спросил уже порядком уставший Дурачочек. – Если б я был по-настоящему дурачком, разве б мы нашли такую огромную сумку?

– Нашли, не нашли, я не знаю, но книги у главного тролля пещеры точно б не воровали. – ответил Рагнар. – Продолжай раз начал: почему это мы балбесы?

Вместо ответа Дурачочек быстро вылез наружу и, судя по звукам, долго бегал по коридору около сумки туда-сюда. Потом сверху в сумку стали падать грибы, которые светились привычным для троллей зеленоватым светом. Следом за ними внутрь сначала просунулась голова Дурачочка, а потом с грохотом свалился и он сам.

Стало заметно светлее, и тролли продолжили изучение содержимого странной сумки. Среди пуговиц, красивых камушков и прочих предметов Рагнара заинтересовал свёрток, из которого исходил неизвестный для него, но очень приятный запах.

– Может, посмотрим, что это такое? – спросил Рагнар у друга, который в это время изучал своё отражение в оказавшемся в сумке маленьком зеркальце.

– Давай. Остальное я уже посмотрел и ничего особо интересного не нашел, – ответил Дурачочек.

Друзья развернули свёрток и обнаружили внутри непонятный, мягкий на ощупь серый кусок, от которого безумно приятно пахло. Тролли не знали, что такое хлеб, так как в пещере его никто никогда не выпекал и, тем более, не пробовал.

– Пахнет вкусно… Эх, была – не была, попробую! – Дурачочек, отщипнул от хлеба малюсенький кусочек и, зажмурившись, положил его в рот.

Глаза тролля вдруг стали огромными, и он заорал что есть мочи:

– Рагнар, это безумно вкусно! Попробуй!

Рагнар, глядя на друга, который ел уже третий кусок, тоже отщипнул себе немного и начал осторожно жевать. Лицо тролля расплылось в широкой улыбке, и он подумал, что сегодня не такой уж и плохой день, несмотря на то, что за украденную книгу, скорее всего, придётся получить по шапке от Пендальфа. Оба друга молча поедали новое для себя лакомство, каждый размышляя о своём. Дурачочек – о том, как им выбраться наружу и как сдвинуть сумку, а Рагнар думал о хозяине сумке и о том, что тому явно не понравится, что они съели его еду.

– Вообще-то, нехорошо получается, – проговорил Рагнар. – Мы за день умудрились украсть книгу и своровать чью-то еду.

Глядя на доедающего последний кусок хлеба Дурачочка, он задумчиво продолжал:

– Если книгу мы ещё можем вернуть на место, то с едой это теперь уже точно не получится, и её владелец явно расстроится.

– Ничего страшного, еды-то было не так уж и много, – возразил Дурачочек и тут же, подумав, добавил: – Совсем немнооооогооо…

Они с минуту сидели молча внутри сумки, потом Рагнар встал и сказал:

– Надо что-то оставить взамен еды, но вот что?

– Может, грибы? – предложил Дурачочек.

– Нет, грибы мы должны убрать. И так намусорили тут, – возразил Рагнар, внимательно оглядев результаты их трапезы.

На дне сумки валялись остатки свёртка в который был завернут хлеб, уже помятые их ногами еле светящиеся грибы и огромное количество хлебных крошек.

– Рагнар, я думаю, что это человеческая сумка, – задумчиво предположил Дурачочек.

– Почему ты так решил?

– Ну, сам подумай: тролли, даже если бы и могли сделать такую сумку, дотащить её сюда, уж точно, не сумели бы. Значит, она появилась здесь снаружи, то есть её явно кто-то положил под камень.

Рагнар посмотрел на друга и подумал, что тот, и вправду, не такой уж бестолковый, как думают о нём другие тролли.

– Если это положил человек, то взамен еды давай положим то, что люди больше всего любят, – предложил он.

– Пендальф…– Дурачочек на минуту задумался, потом продолжил: – Пендальф в каминном зале недавно за обедом говорил, что люди больше всего любят золото и поэтому постоянно пытаются ломать нашу гору. Давай оставим в сумке кусок золота, у нас в пещере его всё равно много, и никто не заметит пропажу одного кусочка.

– Предлагаешь в третий раз за день украсть? Мало тебе книги и еды, – Рагнар с укоризной посмотрел на друга.

Дурачочек, подмигнул Рагнару и сказал:

– У тебя есть другая идея? Нет, мы, конечно, можем положить в сумку и камни – судя по содержимому сумки, её владелец камешки любит. Вот рад-то он будет! Откроет сумку, чтобы достать еду, а там камни…

– Ладно, уговорил, погнали в пещеру за золотом, – сказал Рагнар, выкидывая остатки грибов и крошки из сумки.

Понимая, что книгу внутри горы прочитать всё равно не получится, Дурачочек засунул её в расщелину и, что-то бормоча себе под нос, пошёл вглубь горы за золотом. Рагнар последовал за ним.

Через некоторое время тролли вернулись к сумке и бросили внутрь кусочек золота. Вслух рассуждая, что пора идти поужинать, а есть-то и не хочется, оба воришки нехотя поплелись в главный зал горы, где все тролли собирались на ужин и обсуждали произошедшее за день.

Глава 4

Набегавшись за стрекозами и порядком устав, Слава поймала себя на мысли, что, судя по стоящему высоко в небе солнцу, пора было бы и пообедать. Она пошла в сторону горы, где у неё была спрятана от собак сумка с едой.

Коровы лежали в центре луга и пережёвывали жвачку из нащипанной утром травы. Солнце стоит уже очень высоко, подумала девочка, а значит, до конца её смены оставалась ещё несколько часов, и потом её сменит пастух.

– Цент, Гарик! – позвала Слава, разглядывая луг, на котором собак не было видно.

Но вот трава вдалеке начала расходиться волнами, и из неё стали появляться уши овчарок, они прыжками приближались к девочке.

Подбежав, собаки случайно сбили хозяйку с ног, и она, рассмеявшись, упала в густую траву. Цент отпрыгнул, ожидая, что девочка его отругает, а Гарик стал лизать лицо пытавшейся увернуться от него Славе.