Пап, а расскажи сказку про троллей
- -
- 100%
- +
– Вот кому там неймётся посреди ночи припереться, – сонным голосом пробормотал Дурачочек.
– Хорош валяться! – лежа на кровати, сквозь сон услышал он голос друга. – Ты собираешься идти сегодня за книжкой или нет?
– Конечно, собираюсь, заходи – прозвучал в ответ ворчливый голос.
В комнату вошёл Рагнар и сел на стул.
– Ты, вообще, спал? – спросил раннего гостя тролль.
– В отличие от тебя я уже успел набрать грибов для варки пива и потом уже пришёл к тебе, а ты всё дрыхнешь, – смеясь, сказал Рагнар и добавил: – Ну, если ты собрался идти за книгой один – я не против, я пошёл.
И собрался было вставать.
– Встаю я, встаю… Что сразу начал-то… – с этими словами тролль вскочил с кровати и вышел из комнаты.
За ним последовал и Рагнар.
Завтракать Дурачочек не стал по причине того, что пора уже было обедать. Но и на обед он не пошёл, так как тратить столь драгоценное время на какую-то еду ему не хотелось. Рагнар спорить с ним не стал, поскольку, пока друг спал, успел и позавтракать, и пообедать за него. И они пошли доставать из расщелины книгу.
Путь до камня должен был занять около получаса. Дурачочек всю дорогу громко рассказывал другу про то, как он хочет изучить хоть одно заклинание из книги Пендальфа, и как они интересно заживут после этого. Рагнар постоянно пытался успокоить потенциального волшебника: «Тише, нас могут услышать», но надолго этого не хватало, и голос его собеседника опять становился громким.
По дороге, к счастью, им никто не встретился, что неудивительно – вся гора была изрыта тоннелями, и тролли ежедневно занимались строительством новых. Почему надо было копать новые тоннели – при условии, что и старыми-то никто особо не пользовался – никто из троллей не знал. Но другой жизни они себе не представляли, а значит, действовал принцип: «Надо копать». Вот они и копали.
– Смотри-ка, сумка лежит по-другому, – Рагнар разглядывал вчерашнюю находку, которая, действительно, лежала иначе и теперь прикрывала расщелину, в которую вчера они спрятали книгу.
– Ну, как так-то… Бесит меня эта сумка, – Дурачочек со злостью бросил в сумку камень. – Может, попробуем её сдвинуть, а?
Он начал обдумывать, как всё-таки можно сдвинуть сумку, но в животе предательски заурчало.
– Рагнар, а ты ничего поесть с собой не взял?
– Не-а. На обед не было ничего такого, что можно взять с собой. Спать надо меньше – и живот урчать не будет.
– А может, вовнутрь залезем? – предложил Дурачочек. – Может, там опять что-нибудь вкусное есть? С учётом того, что сумка лежит по-другому, человек её либо просто передвинул, либо вчера забрал домой, а сегодня принёс обратно.
Оба посмотрели друг на друга и, не сговариваясь, начали карабкаться по сумке к отверстию, через которое можно было влезть. Рагнар оказался проворнее и спустился внутрь первым, ему самому было безумно любопытно, что там на этот раз может лежать.
– Рагнар, ты балбес, – раздался недовольный голос в полной темноте. – Теперь твоя очередь идти за грибами. Здесь вообще ничего не видно. Хотя…
Тролль принюхивался к новым непонятным запахам, долетающим из сумки.
– Пахнет тут неплохо.
Ждать, пока Рагнар сбегает за грибами, пришлось несколько минут, и Дурачочек пытался в темноте что-нибудь нащупать и определить источник приятного для его носа запаха, но без света это сделать было невозможно. Наконец, Рагнар принёс светящиеся грибы, и они увидели три свертка. От двух из них пахло одинаково, это отдаленно напоминало запах вчерашней находки. А вот от третьего свёртка пахло резко и очень заманчиво.
– С чего начнём? – потирая руки и предвкушая застолье, произнес Дурачочек.
– С того, что сначала положим сюда что-нибудь, что любят люди, – ответил Рагнар. – Золото мы с тобой ведь не взяли? Верно?
– Не-а, не взяли. Откуда мы могли знать, что тут опять будет что-то вкусненькое, – Дурачочек уже распаковывал свёрток с самым приятным запахом.
– Давай поступим так. Я сейчас останусь тут, из каждого свертка возьму немного еды и спрячу её в глубине пещеры, а ты в это время сбегаешь и притащишь из пещеры что-нибудь ценное.
«Давай»… – хотел было ответить Дурачочек, зная, что бегает он быстрее товарища, но его живот опять предательски заурчал.
– Рагнар, будь другом, сбегай ты, а то я помру по дороге с голоду. Ты-то и позавтракал, и пообедал, а я только попил воды и всё. Я тебе обещаю, что много без тебя тут есть не буду – прям пару кусочков и всё.
– Ладно, – нехотя согласился Рагнар и побежал по коридору внутрь горы.
Золото для троллей никакой ценности не представляло. Они не носили никаких украшений и единственное, чем хвастались друг перед другом, так это шляпами. Самыми красивыми считались те, на полях которых росли светящиеся грибы. Такие головные уборы позволяли хозяину уверенно передвигаться внутри горы и не заботиться о наличии на стенах и потолке грибов и плесени. Света от гриба на шляпе хозяину вполне хватало. Вырастить такой гриб было очень сложно, и ускорить процесс золото никак не могло, поэтому, когда его находили при прокладке туннелей, просто складывали в самой глубокой части горы. Там оно и лежало тысячи лет.
Подойдя к огромной куче золота, Рагнар подумал, что вполне вероятно сюда придётся идти еще раз. Поэтому он предусмотрительно рассовал кусочки блестящего металла по всем карманам и побежал обратно.
Пока Рагнара не было, Дурачочек успел распаковать все три свертка. Он сначала всё попробовал – в двух кусках еда оказалась одинаковой и была похожа на вчерашнюю, только более приятной. Понятия сладости тролли не знали, так как их еда была далека от привычной еды обычного человека. Но больше всего ему понравилось то, что лежало в третьем свертке. «Я думал, что вчера ел самую вкусную еду за всю свою жизнь, а оказывается, есть ещё вкуснее», – удивлялся Дурачочек.
Держа на вытянутой руке кусочек сыра размером с фасолину, тролль подумал: «Интересно, люди эту еду тоже из грибов и плесени делают?» Закинув кусок себе в рот, он протяжно сказал вслух:
– Фкуфнатифа!..
Кусок сыра занял весь рот и быстро жевать его не хотелось.
Прибежавший Рагнар застал друга с полным ртом сыра и недовольно произнёс:
– Надеюсь, ты не всё съел, пока я тут бегал.
В ответ он услышал:
– Тут офромная куся иды, нам нанного фватит.
Дурачочек никак не мог дожевать сыр, который у него предательски прилипал то к нёбу, то к зубам.
– Дожуй и расскажи нормально, – с явным недовольством в голосе произнес Рагнар. – Я тут ношусь как угорелый по всей горе, а он сидит и ест в одиночестве. Ты же хотел только немного попробовать!
Наконец, дожевав сыр, тролль произнес:
– А я и попробовал всего немного. Зато теперь не урчит живот, и ты смело можешь считать себя моим спасителем.
Чувство сытости расползалось тёплой волной по телу Дурачочка, и ему не хотелось ничего, кроме как полежать прямо тут и расслабиться.
– Надеюсь, ты отщипнул еды из свёртков и утащил всё вглубь горы? – с недоверием спросил уже распластавшегося на полу друга Рагнар. – Или тебя хватило только на поесть?
– Без паники, мой друг. Я самый ответственный тролль в горе, ты же знаешь, – и Дурачочек подмигнул другу. – Я помню про свои обещания и выполняю их.
Он произнёс это с улыбкой на лице, чеканя каждое слово.
– Всё лежит вон там, – он небрежно указал рукой на ответвление от туннеля, по которому они пришли к сумке.
– Ну, я бы поспорил по поводу того, что ты выполняешь обещания. Не воровать у Пендальфа ты тоже не раз обещал.
– Я не ворую, я беру взаймы, – лежащий на полу тролль уже практически засыпал.
– Да-да, конечно, – проворчал Рагнар и кинул в сумку две маленьких крупинки золота. – Интересно, что это за человек за та…
Договорить Рагнар не успел. Земля под ногами стала подрагивать, и это дрожание становилось всё сильнее и сильнее. Со стен туннеля начали падать маленькие мамушки и со свода стал осыпаться песок.
Дурачочек вскочил на ноги – сонливость у него сразу пропала. Два тролля посмотрели друг на друга и, не сговариваясь, хором заорали:
– Бежи-и-и-им!
Рагнар рванул первым, а Дурачочек, прежде чем бежать за другом, успел-таки достать из расщелины книгу и сунул её за пазуху.
Спустя несколько секунд место, где только что стояли любители чужой еды, осветилось ярким солнечным светом, и в туннеле показались два собачьих носа.
Глава 7
– У Марты родился теленок, – проговорила про себя Слава и посмотрела, где находится её любимая корова.
Стадо, как всегда во время её прихода, лежало в центре поляны, и животные мирно жевали траву. Марту с телёнком издалека не было видно.
«Скорее всего, малыш лежит в траве, и я его так не увижу. Надо бежать туда», – мысли стремительно неслись в голове девочки. Она никогда раньше не видела телят, и всё, что знала о них – это то, что телята – маленькие коровки без рогов.
Оглядевшись по сторонам, юная пастушка увидела свой камень, быстро приподняла и сунула под него сумку.
– Цент, Гарик, бежим! – скомандовала она собаками, и те рванули в сторону стада вперёд девочки.
Слава же бежала так быстро, как никогда, наверное, не бегала, уж очень ей хотелось увидеть, наконец, детёныша коровы.
Подбежав к стаду, Слава глазами нашла Марту и сразу рванула к ней. Корова лежала на траве и спокойно жевала свою травяную жвачку. Рядом с ней девочка увидела телёнка коричневого цвета и с белой отметиной на лбу. Она села между ним и коровой и со словами «Привет, Марта» погладила её тугой бок, а потом переключила внимание на маленького.
– Та-а-ак, – гладя телёнка, произнесла Слава. – Кто ты у нас – мальчик или девочка?
Не ожидая ответа, девочка стала его внимательно разглядывать.
– Будь ты девочкой, у тебя было бы вымя, как у Марты. А раз вымени нет – значит, ты мальчик, – с умным видом произнесла она. – Хотя какая разница-то? Пока буду звать тебя просто Телёнок. А там дядя Аскольд придёт, и мы разберёмся.
Телёнок поднялся на ноги и, пошатываясь на своих ещё некрепких ножках, подошёл к матери. Он неумело стал тыкать носом в её живот, и Слава никак не могла понять, почему он не даёт матери спокойно полежать. Через некоторое время корова встала, новорождённый припал к её вымени, смешно расставил передние ноги и стал пить молоко. Он то и дело пихал своим носом вымя матери, и девочке сначала показалось, что Марте от этого больно. Она пыталась отпихнуть телёнка, но оторвать его от матери было невозможно.
– Марта, какая ты молодец! – Слава подошла и обняла корову за морду.
Та не отстранялась от девочки и продолжала жевать.
– Стой, сейчас я тебя угощу самым вкусным пирогом, который мне дала мама. У тебя ж сегодня праздник! – с этими словами она побежала в сторону камня.
Собаки подбежали к камню первыми, стали вертеться вокруг него и нюхать землю. Гарик при этом смешно фыркал, а Цент своими огромными волосатыми лапами пытался выкопать яму под камнем и рычал.
– Я понимаю, что вам хочется вкусненького, но совесть-то надо иметь, – отгоняя овчарок, крикнула Слава. – Ну-ка, фу!
Собаки нехотя отошли на метр, но их вид показывал, что они готовы броситься к камню, как только представится возможность.
Девочка не успела сдвинуть камень, как псы сорвались с места и засунули в углубление под ним свои любопытные носы. Оба рычали и пытались расширить углубление мощными лапами.
– Так, друзья, давайте, я заберу свою сумку, а вы можете копать тут сколько угодно.
Достав из углубления свою сумку, Слава накинула её на плечо и пошла в сторону стада.
«Сейчас угощу Марту и заодно поем сама», – подумала она.
Собаки еще немного повертелись около углубления в земле, а потом, поняв вдруг, что остались у камня одни, побежали за девочкой.
Стадо было на том же месте, Марта лежала на траве рядом с теленком. Слава подошла к корове и села рядом с ней на траву. Она облокотилась спиной на тёплый урчащий живот коровы, вытянула ноги и стала разбирать содержимое сумки.
– Сейчас я тебе дам вкусняшку, – глядя на повернутую к ней морду коровы, произнесла девочка.
Корова продолжала жевать.
Внутри сумки, на первый взгляд, всё было на месте, но бумага, в которую мама тщательно упаковала еду, оказалась надорванной.
– Странно это. Кто мог так разорвать её?
Мысли о том, кто бы это мог быть, крутились в голове, но чёткого ответа на вопрос у неё не было. Глядя на лежащих неподалёку собак и вспомнив, как они вели себя около камня, Слава подумала, что это скорее всего были мыши.
– Ну, крупное животное под камень точно не залезет. А если бы и залезло, то наверняка съело бы всё. А тут, – она развернула свёрток с сыром и увидела на нём следы чьих-то, как ей показалось, маленьких зубов, – тут, однозначно, были или мыши или крыса.
Внутри свёртков с кусками пирога тоже были крошки, и части пирога не хватало, как словно кто-то отщипнул кусочек.
– Не везет мне с этим камнем. То совсем хлеб пропадёт, то ещё что.
Слава даже ненадолго расстроилась. Родители ей говорили, что грызуны разносят всякую заразу, и если что-то погрызли мыши или крысы, то людям это есть нельзя.
– Что же получается, я ещё и голодная осталась? – девочке стало чертовски обидно и хотелось плакать.
– Стоямба! – через минуту громко произнесла она так же, как говорил дома папа, когда искал выход из сложной ситуации. – Погрызли же не всё, значит, часть можно отдать Марте и собакам, а часть всё же съесть.
Вскочив на ноги и оторвав от хлеба надломанные куски, она отдала их корове. Марта одним движением шершавого языка смахнула угощение в рот. Губы у неё были холодными, скользкими и немного неприятными на ощупь. Глядя на свои руки, блестящие от слюны с языка коровы, Слава с улыбкой проговорила:
– Да тебе тут надо не кусочки, а три пирога за раз приносить с таким-то ртищем.
Корова в ответ мотнула головой сверху вниз, как будто соглашаясь.
Глаза искали, чем можно вытереть руки, и взгляд девочки упал на сумку, в которую мама ежедневно клала носовой платок.
– А вот и выход из ситуации! Сейчас вытру руки и пойду гладить теленка. Он такой классный.
Собираясь достать столь нужный сейчас платок, Слава заметила внутри сумки знакомый блеск золота. Однако сегодня здесь лежал не один кусочек золота, а два. Каждый из них был чуть поменьше вчерашнего кусочка, но зато их было два!
Девочка зажмурилась на минуту, потом задумчиво произнесла:
– Что-то мне стало всякое мерещиться, то мыши то золото…
Но когда она открыла глаза, стало понятно, что это ей вовсе не мерещится, и перед ней в самом деле лежит настоящее золото.
Слишком быстро развивающиеся за последние два дня события создали в голове маленькой девочки целый ворох мыслей, они кружились суматошным хороводом, и одна наскакивала на другую. Но главная из мыслей была такая: кто-то два дня подряд кидает ей в сумку золото, и этот кто-то явно не человек, иначе собаки бы его увидели и облаяли. Не успела она подумать о владельце золота, как тут же стала размышлять о том, что скажут родители об этой её сегодняшней находке.
– Ну, папа ничего плохого точно не скажет. Надо обсудить дома, что это за ерунда за такая, – думала Слава, понимая, что сама она разобраться тут не сможет.
– Я так понимаю, что у нас ещё одна коровка тут лежит, – глядя на Славу, сказал незаметно подошедший пастух.
Услышавшая его Марта решила встать, и девочке тоже пришлось подниматься, хотя сидеть рядом с коровой было очень комфортно: своим телом она закрывала от пронизывающего ветра, дующего со стороны горы.
– Ну, я мало похожа на корову, рогов-то у меня не, – с улыбкой возразила девочка.
– У теленка, смотри, тоже их нет. Может, ты теленок?
– Не-е-е… Я траву не ем и мычу плохо. Показать, как я мычу?
Девочка попробовала помычать. Дядя Аскольд рассмеялся, а собаки посмотрели на неё с недоумением.
– Да, точно, мычишь ты не очень, – сказал пастух. – Значит, решили: ты – не корова.
Слава в ответ улыбнулась.
– Как тебе теленок Марты?
– Он очень милый. Но я не поняла, девочка это или мальчик – вымени-то нет.
– Девочка, – прозвучал ответ. – Ничего плохого, надеюсь, за время моего отсутствия не произошло?
Слава отрицательно покачала головой.
– А хорошее что-нибудь было? – спросил Аскольд, и девочка хотела было выпалить про свою находку, но, тут же вспомнив предупреждение отца про золото и короля, опять отрицательно качнула головой.
– Ладно. Что-то ты сегодня немногословная. Заболела, может?
– Нет, всё нормально, просто домой хочется, – честно призналась Слава.
Ей безумно хотелось всё рассказать родителям.
– Тогда беги. Ласточки летают очень низко, скоро пойдёт дождь, – сказал пастух, и сразу после его слов где-то за горой раздались раскаты грома.
Попрощавшись с пастухом и обняв корову с телёнком, Слава побежала в сторону дома. Промокнуть под дождём ей очень не хотелось. Собаки проводили её до дороги и после того, как она приказала им возвращаться, нехотя поплелись в сторону стада. На дороге она нашла спрятанную ещё утром подкову и, сунув её в сумку, поспешила домой.
Не дойдя всего чуть-чуть до входной двери, она всё же попала под ливень, и ей пришлось перейти с бега на шаг, так как каменная мостовая на улице была во время дождя безумно скользкой. Домой Слава вошла насквозь промокшей и замёрзшей.
– Ну-ка, бегом наверх переодеваться во всё сухое! – голос мамы из гостиной раздался, как только хлопнула дверь, и за секунду до того, как прозвучало традиционное:
– Мам, я пришла!
Быстро скинув с себя сырую одежду и переодевшись, Слава из своей комнаты спустилась вниз.
– Чай на столе – его надо выпить обязательно прямо сейчас, а не ждать, как обычно, чтобы он остыл.
Спорить с мамой было бесполезно. Пришлось пить горячий травяной напиток, который сильно обжигал язык и губы. Чай был не очень вкусный, но он возымел своё действие, и стало гораздо теплее.
Хотелось прямо сейчас поделиться своими приключениями, но Слава подумала, что скоро придёт папа, и она всё расскажет за столом. Через несколько минут хлопнула входная дверь, и появился промокший папа.
– Дорогая, сделай мне, пожалуйста, чая, но не зеленого, как пьёте вы со Славой, а чёрного, – из коридора раздавалось кряхтение отца, снимающего промокшие кожаные сапоги, которые никак не хотели слезать с ног.
– Мог бы и с нами травяного попить, – возразила мать.
– Да, – поддакнула дочь.
Отец вошёл на кухню и дал Славе шуточный щелбан со словами:
– Будешь тут ещё умничать.
Она пыталась увернуться от руки отца, но чуть не упала со стула и, пытаясь сохранить равновесие, расплескала чай.
– Сейчас оба у меня получите! – мать сурово посмотрела на отца, протягивая ему тряпку.
Тот начал вытирать пролитый чай, глянул на дочку, и они оба, улыбаясь, пожали плечами.
– Пап, мы, похоже дурачками растём, – сказала, глядя на отца, Слава.
– Я уже точно вырос, а у тебя всё впереди, – смеясь, ответил он.
После очередного напоминания младший член семьи отправился мыть руки. Чтобы не бегать два раза, Слава сразу взяла из комнаты свою сумку и, усевшись за стол, положила её себе на колени.
– А это зачем? – мать недоумённо посмотрела на сумку.
– Потом объясню. Когда я ем, я глух и нем, – дочь стала накладывать в тарелку еду.
В этот раз на столе была запечённая курица и вкуснейшая картошка. Слава не стала уточнять, откуда это, она помнила слова родителей, что у них благодаря её находке пока есть деньги.
– Вот бы каждый день есть такую вкусную еду-у-у, – дочь отхлебнула из стакана воды, глядя на родителей.
– Ну, ещё на пару дней на такую роскошь нам денег хватит, а дальше будем есть ту вкусную еду, которую нам раньше готовила мама, – слыша такие слова от отца, мать заметно погрустнела.
– Ну, почему только на пару дней, – взяв в руки сумку, заявила Слава. – Смотрите, что я сегодня нашла.
Она начала выкладывать содержимое. Первой на стол легла подкова.
– Подкова нам точно пригодится. Удача никогда не бывает лишней. Дождь закончится – повешу её над две… – договорить отец не успел, так как сразу за подковой на пустой тарелке посреди стола оказались две крупицы золота.
Слава в этот момент сияла, она улыбалась во весь рот. Лица родителей застыли от изумления.
Отец повертел крупицы в руках и положил обратно на тарелку.
– Давай, рассказывай, что было сегодня. И, самое главное, не забудь ни одной детали, – он проговорил это медленно, тщательно подбирая каждое слово.
Девочка начала рассказ, стараясь вспомнить всё, что произошло за день. Про корову и телёнка родителям было явно не интересно – отец просил пропускать эти моменты, что жутко расстраивало рассказчицу. По её мнению, как раз самым интересным моментом за день был именно телёнок Марты.
Особый интерес у отца вызвал момент, когда собаки пытались копать под камнем, и тот факт, что свёртки кто-то развернул.
– Если бы золото появилось один раз, это можно было бы считать случайностью, но два раза подряд – это уже не случайность, – сказал отец, обращаясь не к семье, а к невидимому собеседнику.
– Ты точно уверена, что за время, пока ты знакомилась с телёнком, никого из людей рядом не было?
– Уверена, пап. Собаки бы точно увидели непрошеного гостя и залаяли бы, – ответила Слава.
– Нужно всё еще раз обдумать, – задумчиво продолжил отец. – О том, что случилось, никому не слова.
– Хорошо, – буднично произнесла дочка, как будто с такой просьбой к ней обращались ежедневно.
– Иди, почисти зубы, умойся и ложись спать, – мать тихонько подтолкнула в спину вставшую из-за стола Славу.
Гулять сегодня всё равно не получится: на улице хлещет ливень.
Слава пошла в свою комнату, а родители ещё долго что-то обсуждали на кухне при тусклом свете свечей.
***
Слава открыла глаза и удивилась, что она проснулась сама до того, как снизу её крикнут родители. «Наверное, я проснулась рано, и скоро меня позовут вниз», – подумала она, но даже спустя десять минут её никто не позвал.
«Странно», – было подумала девочка. Прислушавшись, она поняла, что начавшийся вчера вечером дождь всё ещё не прекратился.
Слава выглянула в окно на узкую улочку, на которой располагался их небольшой дом. По улицам нёсся поток воды, и те редкие пешеходы, которые осмелились выйти на улицу, старались идти быстрее, чтобы меньше промочить ноги. Пекарня, расположенная прямо напротив их входной двери, хоть была и открыта, но на уличной витрине хлеба не было. Городская жизнь практически замерла в ожидании окончания дождя.
– Эххх… Похоже, придётся сегодня сидеть дома. А ведь на поле мокнут Марта и телёнок, – сказала Слава и, немного подумав, добавила: – И дядя Аскольд с собаками тоже мокнут.
С куклой играть не хотелось, и было решено спускаться вниз на завтрак.
– Мам, а когда мы будем завтракать? – заданный ещё с лестницы вопрос остался без ответа, и спустившись вниз, Слава оглядела гостиную. Дома она была одна.
Гостиная комната была небольшой, но их семье из трёх человек её вполне хватало. Одно окно гостиной смотрело на улицу, и через него было видно пекарню, а другое выходило в глухой внутренний двор дома, в котором ничего не было, кроме натянутых отцом верёвок для сушки белья. Посреди комнаты стоял стол с четырьмя стульями, в углу был большой деревянный шкаф, в котором стояла посуда и прочая кухонная утварь. Между лестницей на второй этаж и окном располагались кухонный стол и большая печь, она обогревала весь дом и на ней готовилась еда.
Пока Слава гремела кастрюлями в поисках, чего бы съесть, хлопнула входная дверь, и вошла мама. В руках у неё была большая корзина, прикрытая белой тканью.
– Мам, доброе утро! – крикнула дочь.
Подбежав к матери, одной рукой она обняла её, а второй подняла ткань с корзины в поисках вкусного. В корзине лежал свежий багет белого хлеба, кусок копчёного мяса и огромный рыбий хвост.
– Ну, правильнее сказать, уже обед, я просто не стала тебя будить. На улице жутко противный ливень, и на лугу тебе делать сегодня нечего.
– А что вкусного ты принесла?
– Сегодня на ужин будет запечённая рыба, а на обед мы поедим суп с копчёным мясом.
Мать отстранила от себя дочь, скинула сырую одежду и, взяв корзину, пошла к печи.
– Садись, буду тебя кормить.
Слава ловко запрыгнула на стул и спросила:
– Это ведь всё куплено на деньги с золота?
Мать молча кивнула.
Пообедав, девочка убежала играть в свою комнату и там провела весь день до прихода отца. Он пришёл с работы поздно, когда ужин был уже на столе. Обсуждать новости дня никто из них не стал, так как их не было. Все просто ели и общались друг с другом относительно планов на завтра.
Но тихий семейный вечер продлился недолго.
Всё громче и громче становился звон доспехов королевской стражи, которая поднималась вверх по улочке. Никого из семьи Славы эти звуки не пугали, так как добропорядочные горожане знали, что стража охраняет порядок в городе. Но в этот раз звон доспехов затих прямо напротив дверей их дома, и в эту дверь громко постучали.