Диггерские рассказы, тайны московских подземелий

… Диггеры Леший и Мясник наконец – то снова у долгожданного залаза. Ночь блестит огнями светофоров и фонарей. Даже звезды дают о себе знать своим тихим, приглушенным светом. А залаз скрыт от любых лучей кустами, и только фары проезжающих мимо машин, могут внезапно выдать готовящуюся заброску.

– Время, двинули – и Леший первым устремился к залазу, сжимая в руке фомку.

Вот они уже оба у люка и готовы приступить к вскрытию. Леший «фомкой» начал дергать люк с разных сторон.

– Стой, машина. – Мясник схватил Лешего за плечо, и оба диггера на секунды замерли как ни в чем не бывало.

– Гражданские. – тихо произнес Леший, и диггеры выдохнули, продолжив открывать люк. Еще через какое – то время, крышка слегка подалась, и Леший уже ударами ноги по «фомке» начал расшатывать конструкцию. Еще мгновения, и крышка с лязгом подалась и пошла наверх.

– Интересный лючок.

– Да, старенький. Нам остается надеяться, что и система такая – же. – Мясник проверил налобник, включил его и полез осторожно в открывшийся проем.

– Аккуратней, когда полезешь, лестница ржавая и старая, особо на ней не скачи. – передал Мясник и уже пропал в темном проеме, освещая собой открывшееся внизу кирпичное пространство. Как только он коснулся ногами пола и на мгновение осмотрелся вокруг, то в следующее мгновенье уже махнул рукой Лешему – то же на спуск. Тот спустившись на несколько ступенек проржавевшей и где – то уже крошащейся лестницы, задвинул люк над обоими диггерами. И вот они оба уже здесь – в подземелье, наедине со тьмой.

      Но при наличии хороших фонарей «фениксов», тьма – тема легко решаемая. Вот и сейчас, врубив фонари на мощность, диггеры застыли от изумления – они в куполообразной кирпичной камере, несущей, даже по одному своему внешнему виду, следы серьезной древности. Какой? Точно этого никто не знал, но камера явно дореволюционная.

В освещенном куполе видна была скопившаяся внизу жижа с элементами воды.

Не попасть бы под газ – единственная мысль сейчас занимала головы залезших.

Проверив глубину жижи, а ее было от выше подошвы до щиколоток, Леший махнул рукой на черневший в стене купола проход.

– Дышится вроде нормально.

– Да я и люк не до конца закрыл. – отвечал Мясник – Если кто наступит не провалится, он здоровый и тяжеленный зараза.

– Точняк. Ну что погнали?

И диггеры еще раз осветив куполообразную камеру отправились к темному проему.

– Узкий, – Мясник сплюнул и просунул голову и часть туловища в проход.

– Но проходимый,– ответил Леший. – Давай полезли.

Вскоре оба диггера в полусогнутом состоянии протискивались по низкому и узкому проходу, чавкая ботинками по грязи внизу и пыхтя от духоты. Еще через минуту продираний, диггеры вышли в некий прямоугольный зал с двумя круглыми колоннами – подпорками из белого камня. Осветив фонарями пространство вокруг себя, они округлили глаза. По пыльным стенам зала проступали в лучах фонарей странные узоры непонятного предназначения. Точнее не узоры, а некие символы. Осмотревшись и приглядевшись внимательнее, диггеры заметили, что замысловатая символика имеет четко выраженную ориентацию друг против друга; выделанные символы находились на одних и тех же местах по высоте и явно соотносились друг с другом.

– Святилище какое – то,– Мясник, прикурив, продолжал всматриваться в тайнопись. – Как думаешь, что за символика?

– Символы или масонские или иллюминатов, а может и не то, и не другое. – отвечал все еще изумленный Леший. – Надо бы их зафоткать.

Два диггера закурили и на минуту замолчали, находясь одни посреди помещения, испещренного тайными знаками и освещаемого через десятилетия фонарями начала второго тысячелетия от Рождества Христова…

От автора: диггерство

Что стоит за этим англоязычным словом? Введенное в обиход известным Вадимом Михайловым еще в прошлом столетии оно привязалось к российской части исследователей –подземщиков и мы также будем следовать устоявшейся традиции. Ведь диггеры действительно своего рода копатели. Копатели правды скрытой за толщей асфальта, железобетона и древних кирпичей. Кому нужна эта правда? Да им самим – диггерам. А разве в мире вообще, на планете Земля правда кого – то интересует? Навряд ли. Ну кроме самих ее искателей. Их не остановить. Не запугать. Стремление к истине это и есть развитие человечества, его путь от твари к высшей своей сути, а пути эти разные. На взгляд автора диггерство одна из таких неосознанных попыток, как бы не громко это звучало… А, в прочем, это просто хобби. Кто – то собирает монеты, кто – то автомобили, а кто – то объедки на мусорках. Кому, что дано… Кто-то ныряет в глубь морей и океанов, идет в неизведанные лесные пущи, карабкается в горы или живет биороботом от работы к дому…, а кто-то, вскрыв доступ, погружается в потайной мир наизнанку. И никому не дано справедливо судить тех, кто это делает. Познав и поняв подземелья единожды, ты навсегда остаешься привязанным к ним… Конечно если ты – диггер.

Теперь о данной книге. Как видно из самого ее названия, мы не ставим целью описать все в точности, как это на самом деле было. Это не мемуары. Книга – художественная, точнее, скорее художественная. Но и сказки мы не пишем. Байка это сродни бывальщине. Рассказы старых подвыпивших мужиков, вспоминающих приключения, произошедшие с ними, и увлекшись смешивающих реальность с чистым вымыслом. Хотя даже чистого вымысла здесь не найти – все имеет определенную причинно-следственную связь, и как знать, может все так и есть? А может все так и было? А вот это – автор оставит за кадром. Пусть те, кто в теме, поймут, где описание действительности, а где предположения и близость к правде. В конце-концов, даже на земле, на поверхности не всегда все очевидно, и человек подчас не может разобраться в повседневной суете; а что уж говорить про подземлю…

Данная книга предназначена для всех, кого интересует тематика подземелий и вообще тайн и всевозможных непонятностей. Автор пишет простым, понятным языком, не привлекая научно – технических терминов, и постарается, насколько это возможно , объяснить специфику подземных инфильтраций. Так же автор подчеркивает – что самостоятельное проникновение под землю связано с повышенными рисками, и, если вы не диггер, не лезьте под землю – это может очень плохо для вас закончится. Просто зайдите на диггерский форум, или полазайте по интернету – сейчас информации и фото предостаточно. Займитесь делами поверхности, а для подземелий есть свои дети и свои стражи. И если ты человек поверхности не познал подземку и не проникся ей, она не примет тебя. Достаточного того, что она просто существует. И пусть каждый останется при своем.

В этой книге не будет четких привязок к местам, кроме одиознейших и всем известных. Более того их не будет вообще по определенным, веским причинам. Кто – то легко узнает эти места, а кому – то их знать и не надо. Но это не означает что этих мест нет. Они вполне себе существуют: некоторые десятилетия, а некоторые уже и столетия, и только диггер оценит их прелесть и познает их суть.

Когда-то, в году этак 1998, я спросил у соратника первых полазок Михайлова:

– А что там самое интересное – под землей? На мой наивный вопрос он ответил

– Да ничего.

–В смысле?

– Да ничего там интересного нет – ответил он, прямо глядя мне в глаза. Так вот только по прошествии лет я прекрасно понял его ответ, и отвечу так же.

– Ну а байки?… Так они и есть байки.

Хотя, за байками подчас скрывается целый подземный мир, познать который можно только побывав в нем непосредственно. Книга как раз об этом…

Как это бывает

Студенты истфака МГУ сидели тусой в районе ГЗ (Главное здание МГУ им. Ломоносова, высотка) и пили пивас. Отучившись уже 3 курса и познав все радости и превратности студенческой жизни 90 х, они просто пили пивас и думали об обыденных вещах, курсовых, деньгах, студентках; кто – то вообще не думал… Весна, тепло, студентки, наплевательское отношение на всех и вся, пиво… фонтаны и прочие достопримечательности. Вот рядом бухтят химики, и уже приглашают историков на день химфака, предлагая побить физиков. Просто так! Принято, оказывается, было у химиков бить физиков и наоборот- студенческая традиция, так сказать. Эх, молодость – молодость. Юность, можно, сказать. Отличное было время. И вот кое- кто пошел отливать. И этому кое – кому пришло в голову вскарабкаться на фонтан. Его затея понравилась еще одному пившему пивас, и вот они уже вдвоем на фонтане, вот и третий, четвертый… А что это там за проход? -сказал кто то. Ух ты, в фонтане-то проход. Если проход – значит он куда – то ведет. И зачем он в фонтане? Решетка была поломана, уже тогда в 90е. И вот уже 3 историка и один химик внутри фонтана. Еще одна решетка, но вот прутья разогнуты, кто не толстун – пролезет. Пролезли. Смотрите – ка парни, а как круто фонтан выглядит изнутри. А дальше темный коридор. Врубим зажигалку. Видно хреново, но пройти можно, опять же недалеко. Нет, все – таки темно. Но интересно. Возвращаются. Вылезают из фонтана. Вы че там делали? Да там проход какой – то. – В фонтане? – Ну да. – Хм., круто. – – Ну че. Еще за пивасом? – Да пошли, главное не нажратся и водяру не брать. Туса в человек 8-10 поперла за пивом, и среди нее только двое думали о фонтане и о проходе в нем. Более того, они о нем и говорили. Один из них сказал – слушай, а давай фонари возьмем и посмотрим завтра. Давай – ответил второй. Услышав о задуманном, желание залезть высказали еще четверо или пятеро студентусов… На завтра тема была забыта и на послезавтра, как и на последующие дни также.

Эти двое случайно столкнулись как-то, и в разговоре ни о чем, вдруг, не сговариваясь, снова вспомнили о фонтане. А давай в реале слазаем- то. – Да давай, у тебя фонарь есть? Ага, валяется где – то. – Ну все – точно завтра…

И, правда, на следующий день эти двое пришли с фонарями, и … сказано -сделано. Пройдя фойе и врубив свои советские фары, эти двое поняли, что с фонарями совсем другое дело. И они пошли в темноту, освещая пространство, не понимая тогда, что открывают для себя другую жизнь и новые горизонты, о которых до этого они не имели ни малейшего представления…

– Слушай чувак, да здесь целый мир -сказал один.

– Я охреневаю, не хрена себе, коммуникации -ответил другой.

Заваренных дверей тогда не было. Все было открыто. И эти двое погрузились в подземный мир МГУ , тогда еще не отдавая отчета ни в чем, не понимая, зачем они это делают и никак себя не обозначая. Пространства андеграунда пораз      или их и поглотили. Их нельзя было не исследовать, а точнее, не обходить. Они влекли неостановимо, как некое психическое заболевание. Был открыт целый мир под ногами, о котором мало кто знает, и он огромен. Это был МГУ начала 90х. – открытый и приветливый к первым подземным инфильтраторам, которые просто гуляли там. Гуляли часами, находили новые коммуникации, пили пиво и дурачились, а как – то затащили пару любопытных студенток с веселым времяпрепровождением, которое стало на какое – то время регулярным в стенах подземного МГУ. Родные места. Начало начал. Тогда они уже знали о группе Вадима Михайлова, слышали о диггерах. Но в те годы не было современного коммуникативного общения. Ни то что интернета, даже мобильников не было. Эти двое не называли себя диггерами, они просто инфильтровывались по возможности и с ни с чем несравнимым интересом. Только намного позже, в новом наступившем тысячелетии, они узнали, что были и другие инфильтраторы из МГУ, в том числе преподаватели, были другие автономные группы в Москве, действовавшие параллельно Михайлову и ходившие по его следам, никак себя не обозначая. Эти двое были – просто лазальщиками. И они там были не одни.

Все шло своим чередом. Университет был закончен, пошла работа и весь круговорот обыденной жизни. Пути двоих разошлись, так как один женился, а потом и вообще уехал из страны. Второй жил жизнью россиянина 90 х. Но этот второй никогда не забывал о подземном Университете. Нет – нет, да иногда, но уже в одиночку, он заглядывал в старые, а иногда и в абсолютно новые места, в том числе прилегающие к университетскому комплексу. Но это было спонтанно и уже редко, а затем как – то само собой прекратилось. Но интерес к московской подземке будоражил воображение. Случайный показ Михайлова по телевизору, неизменно привлекал внимание. Этот инфильтратор осознавал, что МГУ, это только малая часть гигантского подземного мира. И он понимал, что ждет большего… намного большего. Как бы выйти на В. Михайлова? -думал он. И пошел простым, банальным путем.

Голос телефонистки – МЧС России слушает, или что – то вроде того. – Скажите, а как можно связаться с Вадимом Михайловым, диггером? Как ни странно, девушка на секунды что – то спросила, после чего дала телефон штаба диггеров планеты андеграунд. Дальше -звонок, встреча, и пошло…поехало. Диггеры штаба московских диггеров тогда еще активно лазали, и инфильтратору удалось приобщиться к другим подземельям Москвы…

Разности

Подземный мир огромен. И под Москвой, в том числе, масса всевозможных коммуникаций. Кабельные коллекторы всевозможных сетей и организаций. Теплотрассы и кабельники. Бомбоубежища и бункеры. Мир метро. Подземный гидромир. Замороженные и заброшенные объекты. Еще всякая всячина. Мир, который не может быть полностью контролируемым – не хватит никаких ресурсов. Правда, в 21-ом тысячелетии стало намного проще контролировать – сигналки, датчики и прочие системы безопасности делают свое дело. Пропорционально числу увлекающихся псевдо-диггеров начала расти       и совершенствоваться и система безопасности от проникновений. Закономерный процесс. А тогда в 90е ничего этого не было, да и на всю Москву было всего с десяток диггеров, ну, может быть, чуть больше. Никаких интернетов, никаких массовок и школоты. Все на диком энтузиазме и реальной любви к своему делу. Исследования и погружения в такие места, о которых на сегодня только вспоминать! И хорошо, что они давно пройдены, и в них никто не остался навсегда. Иногда любимое дело пресыщает, на какое – то время становится неинтересным, тебя от него просто отвращает. Так и здесь. Но в молодости легче. Меньше ответственности, меньше дум и заморочек, а если нет семьи, то ты, вообще, свободен как ветер в поле. После определенного взросления уже начинается осознание. Осознание всего. Вопрос Зачем? неотъемлемо повисает над тобой. И относится ко всему, ты начинаешь мыслить несколько по – другому, начинаешь проникать в суть вещей. С диггерством так же. От беззаботных рискованных выходок, к спокойному осознанному погружению в коммуникации, где вопрос "зачем?" равен вопросу "а зачем, вообще, жить?" Ответ прост – надо!

Интерес к подземному миру разный. Вначале он просто оглушает тебя самим своим наличием. Ты ходишь как контуженный, а потом, если создан из определенной закваски, начинаешь в этот мир вписываться. У кого – то интерес к тому, что мало посещается или, вообще, не посещается. Это природная человеческая склонность к исследованию вообще. Данная человеческая парадигма уже существовала в период палеолитических кроманьонцев Евразии. Они исследовали мир. Новые территории. Вся история и развитие человеческой цивилизации – это исследование, открытие нового. И человека всегда влекло тайное, закрытое, находящееся под спудом. Скажем так, ни каждого человека, а человека прогрессивного, творческого. Весь этот импульс сохранен и в отдельных представителях современного человечества. Вот и все объяснение диггерства. Здесь следует добавить и исторический интерес, и проффесиональный и даже инженерно -архитектурный. Но основа диггерства – это само желание инфильтрироваться, невидимый дух зовущий на инфильтрацию, то что может понять только сам диггер, но не обыватель. Хотя диггеры и есть по сути те же обыватели, ничем в жизни не примечательные люди, но этот дух инфильтрации делает их несколько особенными. А некоторых и попросту поглощает – начинается фанатизм.

Наивны те, кто считает, что вскрыл канализационный люк и ты уже в диггерском мире. Не так все просто. Да и канализация в плане проникновения мало кому интересна, кроме откровенно сумасшедших личностей с психическими отклонениями. Поколения диггеров залезали отнюдь не в канализации, а в несколько иные места, где канализацией и не пахнет. Но даже канализация может привлечь внимание – например старыми дореволюционными камерами с кирпичной кладкой еще первой и второй очередей. Да-да, даже она -каналюга. Что уж говорить о прочих объектах. Удивительные многокилометровые коллекторы подземных рек, заброшенные громадные бункеры, скользящие кабельники и запах шпальной пропитки метро…, древние ходы, внезапно открывающие свои тайны особо дерзким и умелым исследователям. Наконец даже новые суперобъекты и строящиеся бизнес центры – все это часть подземного мира Москвы. И не только Москвы. Но дабы не разрываться, именно подземная Москва предстанет во всей своей красе, и суровой реальности. Про разности московской подземки можно говорить до бесконечности. Но главное, что нужно понять, эти разности – целый мир.

Знакомство с Неглинной

Жаркое лето. Кафешка у пруда. Негромкая музыка. Сидящие за столиками влюбленные парочки и одинокие дамы неспешно попивают вино и мечтательно поглядывают на гладь водоема. Дети забегают в кафе, подбегают к бортикам, смотрят на воду и бегут прочь догонять своих мамочек. Спокойная, ленивая, летняя идиллия.

Внезапно на пороге кафе появляются люди в костюмах химической защиты и спасательных шлемах. Их четверо, и все они под удивленными взглядами ресторанной публики берутся за тяжелые железные створки в полу веранды и открывают их. После чего один за другим проникают в проход и исчезают в нем.

      Полез в этот проход и Виталик. У него был приличный опыт лазания по бункерами и бомбоубежищам. Он побывал в метрострое и в самом метро. Был он и в очень интересных местах, о которых не любил рассказывать, и поделился сведениями о них только с В. М. главой отряда московских диггеров. Виталик, действительно разбирался во всех вышеуказанных вещах, но вот о подземных реках не имел никакого понятия. Он, конечно же, слышал о легендарной подземной реке Неглинке, но все не находил времени попасть туда, и вот теперь, наконец-то, с группой В. М. он на пути к ней. Проход низкий кирпичный – нужно пригибаться. Вот и проход в стене, а за ним журчит вода. На улице почти 30-ти градусная жара, а здесь прохлада, в нос бьет запах подземной реки, мало с чем сравнимый и вот она речка в кирпичном коллекторе. Виталик стоит пораженный, он не представлял, что все именно вот так. Просто, красиво и ужасно заманчиво. Это не Неглинная а ее приток Напрудная, но она уже влюбила в себя бесповоротно. Группа пошла к Неглинной по течению и Виталик погрузился в акустику коллектора. Он был поражен. Различные ответвления и проходы, дренажки и грохот с улицы – все поражало при первой встрече с подземной рекой. Вот шум воды и четверка выходит к Неглинной несущей свои воды от старых северных, когда – то окраин Москвы, через весь центр, в Москву реку. Легендарная Неглинка, в которую залезал еще В. Гиляровский и описавший всю ужасность сего места. Неглинка 90- х была уже другой. Нечистоты в массовом порядке туда уже не сливали, большая часть коллектора была перестроена и модернизирована. Диггеры пошли по течению, а Виталик наивно поинтересовался, если в коллекторе глубокие места, на что ему было сказано, что здесь нет, но стоит опасаться слива с олимпийского. Эта информация напрягла Виталика, он не знал, что это полу шутка – диггерская байка, для тех, кто попал сюда в первый раз. Вот и поворот, а за ним… У Виталика перехватило дыхание – водопад вниз, на еще большую глубину. Изобразив спасателей, а никаких веревок там тогда не было, диггеры вступили в современный коллектор и двинулись в долгий путь по тротуарам. Виталик был и подавлен, и счастлив одновременно, он поражался масштабам коллектора, приличному водотоку и понимал, что обязательно вернется сюда. Проходя ответвление в «монтерятник» и ствол, Виталик не знал что там, и просто с ума сходил от любопытства. Выйдя в кирпичный участок у шибера, он лишился дара речи… Первое посещение подземной реки всегда поражает, производит неизгладимое впечатление – запоминается на всю жизнь. Группа не пошла к Москве реке, отложив поход на следующий раз, а поднялась на балкон, где Вадим М. с очень серьезным лицом поведал Виталику об опасностях, связанных с посещением подземных рек.

– Главная опасность, это газы и внезапный ливень. Поэтому в период возможных дождей ходить неопытным людям очень опасно. Даже опытным нужно быть настороже и знать к какому открывающемуся колодцу нужно бежать в случае повышения уровня течения, появившемуся мусору и сквозняку в коллекторе. Стремя голову нужно оттуда выскакивать, если из дренажек полилась вода. Счет может идти на минуты, в худшем случае на секунды. И не дай бог пойдет Волна…

– Волна? – недоуменно переспросил Виталик.

В. М. посмотрел с жесткой ухмылкой на Гриху, старого диггера, лазавшего чуть ли не с конца 80х. Гриха понял намек, но не улыбнулся.

– Вот же, блин. Как я тогда вообще жив остался – задумался Гриха

– Я после этого год в реки не ходил.

– Есть такая штука – колекторной волной называется – продолжил В. М.

– Во время внезапного сильного ливня образуется поток воды, заполняющий практически всю высоту коллектора, который несется на определенном большом участке, сметая все на своем пути. Волна своего рода. Попадешь под нее – ты на 110% трупешник. Мы ведь, когда поначалу в реки лазали, ничего про нее, эту волну не знали. Даже в дождь дураки ходили. Проносило. Ну и как – то раз шли в Неглу, во второе русло, ты его видел. Перед самым спуском долбанул ливень. Мы конечно знали, что поток повышается и с ним сила течения, но тогда мы экспериментировали, изучали нюансы. Ливень закончился пошел мелкий дождичек. В, общем, мы спустились. Крышку закрыли, чтоб никто не упал. Пошли. Благо не далеко. Как мы потом поняли, дождь усилился, и пошел ливень больше чем в начале. По течению стало идти невозможно. Ты учти, когда течение сильное, оно тебя с ног сбивает при потоке чуть выше щиколоток, а по колено – снесет. Подошли мы к лесенке, к скобам. Стали ставить эксперимент, насколько человек может удерживаться в потоке. Карабинами, поясами прицепились. Гриху снесло, но он на карабине, мы его подтянули. В, общем, стоим, обсуждаем. Течение еще больше усилилось, и вода стала какой – то совсем грязной, листву понесло, пачки сигарет, даже женские прокладки, в общем, всякий мусор. И пошел какой – то ощутимый ветер сильный по коллектору. А затем мы услышали нарастающий гул. Гул был тяжелый. Описать его сложно. Он был нарастающий. Мы пятыми точками почуяли, что по коллектору что – то надвигается, а точнее несется. Несется на нас. Секунды… Один за другим мы втроем выскакиваем на поверхность. Люк помню пробкой вылетел и прохожий отскочил, ему чуть по ноге не опустился. Мы втроем выскочили. А ты…

В. М. с укором посмотрел на Гриху – Ты чё там стоял- то … еще бы секунды. Давай рассказывай…

Гриха был краток:

– Да меня снесло потоком, хорошо же что карабином бы закреплен. Ну я встаю на скобы, когда вы уже наверх рванули, карабин отцепляю. Гул этот мощнейший, я наверх. Но тормознул. Захотел увидеть, что там. Прожектор свой на всю мощь. И вижу, епт… , несется стена воды черной от грязи, с грохотом, высотой почти в потолок коллектора. Несется на меня. Я стою, как зачарованный, на доли секунды, и всем телом чую – что это гибель. И… срываюсь вверх. Как я вылетел не помню.

– Да ты пробкой из шампанского вылетел, карабин и пояс просрал. Ты, когда вылетал из колодца, поток как раз внизу промчался. Какая – то секунда, полторы. Кстати, когда деньги за карабин отдашь?