Содержательная интерпретация

Отсюда всё началось

Ребенок в жизни семьи может быть долгожданным чудом, даже если его зачали исключительно из нарциссических побуждений или излишне конформной позиции родители. Максимилиан, он же Макс, появился на свет в небольшом городке посреди холодной Сибири. С тех самых пор леденящие ветра и хвойный бор начали ковать его характер.

Пренебрегающие слова и действия матери быстро выдали ее мотивацию завести ребенка: она хотела лишь отыграться за свое детство, проведенное без любви, на ком-то, кто еще слишком мал и слаб, поэтому не сможет сопротивляться.

Отец Максимилиана никогда не демонстрировал привязанность к жене. Со стороны легко могло показаться, что он никогда ее не любил, и они вместе просто потому, что это было выгодно им обоим. Зажатый, холодный и вечно злой отец прикрылся маской чудовища из детской сказки, лишь бы никто никогда не заметил, каков он на самом деле: маленький запуганный ребенок, в чьи когда-то любопытные горящие глаза подселили ужас собственные родители. Дед Макса по отцовской линии никогда не позволял себе пройти мимо стопки водки на ужин, обед и иногда на завтрак. Этот цикл ужаса и ненависти существует с незапамятных времен, и мы могли бы долго опускаться в пучину детско-родительских конфликтов.

С малых лет Максим был любознательным. Очень повезло, что его отец не стал полностью копировать модель воспитания, которая сделала его самого таким ничтожеством. Так что, благодаря отцу и матери, которая всеми силами хотела показать свои важность и значимость окружающим, Макс достаточно быстро закрепился в рядах школьников, получавших хорошие оценки. Он не был гением, но удачное стечение обстоятельств (родители не успели испортить ребенку природной страсти к познанию) привело к тому, что знания усваивались быстро и легко, без потребности во внешней мотивации.

Друзья появлялись легко, несмотря на большую любовь Макса к ацетилхолину. Компания хороших товарищей позволила ему раскрыться и проявить свои лидерские качества. Крепкая дружба, первая юношеская любовь, прогулки по вечерам и успехи в учебе – все это стало прочным фундаментом для формирования у Максима гуманизма, а также большой привязанности к окружающим людям.

Нельзя сказать, что родители были так уж плохи. Это обычные люди со своими демонами, просто теперь мы знаем некоторых из них в лицо, поэтому идеализация растворяется, как сахар в чашке чая. Нарциссические наклонности матери не мешали ей готовить еду для всей семьи, подбирать одежду на сезон, работать и иметь каких-никаких друзей, на которых можно выплеснуть негативные эмоции, а не срываться каждый раз на ребенке за малейший проступок. Да, неглект был страшным грехом матери, и все же сложно назвать ее плохим человеком. Отец же со временем научился сублимировать агрессию из страха в положительное русло – защиту семьи. Это был такой человек, от которого не дождешься и слова внутри дома, но стоит кому-то извне задеть его или члена семьи, начинается долгая ругань с использованием, как оказалось, довольно богатого лексикона. Так, не познав своих демонов, но научившись жить с их следствиями, родители Максима смогли не испортить жизнь ребенку, что в тех реалиях уже большой успех.

Отец был человеком с глубокой убежденностью в том, что жертвенность – единственный выход из эмоциональной травмы, причиненной ему в детстве. Разбиться в лепешку ради своей семьи – смысл жизни. Однако, никто не спешил его за это благодарить. И все потому, что на уровне инстинктов и его сын, и его жена чувствовали, что амплуа мученика в оболочке из жесткого неполированного камня диктуется внутренней потребностью в любви, которой у него в детстве не было. И вряд ли уже будет, поскольку отец не понимал, как нужно общаться и о чем следует говорить, и не собирался исправлять ситуацию. Выход виделся только в жертвенности и изображении великого мученика, который, пусть и черствый сухарь, но, по крайней мере, имеет добрые намерения. Очень жаль, что об этих намерениях не знал никто, даже он сам. Детство, проведенное в страхе, отнимает у человека способность чувствовать безопасность вокруг себя и создавать такую обстановку для других, даже для любимых людей.

Двадцать лет спустя

Большой город. Маленькая темная квартира. Он плачет, изо всех сил обнимая очень дорогого человека. Девушка, к которой Макс испытывал что-то вроде любви, лежала на полу в приступе панической атаки на фоне прихода. Она трясется и плачет, кричит и вырывается, потому что думает, что швабра на самом деле змея, а весь потолок покрыт свисающими вниз огромными пауками. Галлюцинации были вызваны теми неадекватными объемами наркотика и алкоголя, которые смешались внутри. Они были знакомы на тот момент не больше полугода. Макс боялся, что она умрет прямо сейчас у него на руках. Девушка сквозь бред и крики умоляла его не вызывать скорую, потому что тогда они заберут ее в психушку, наркодиспансер или, что гораздо хуже, в полицию. Макс не был готов выбирать между смертью и тюрьмой, но жизнь поставила его перед этим выбором в ту ночь. Пугающие мысли пролетали через голову, как пули, и оставляли сквозные отверстия когнитивной задолженности. Страх сгущался в его разуме. Он постарался переключиться на девушку и, попробовав представить, как себя сейчас чувствует она, заплакал снова, ощущая весь этот ужас от пребывания в двух параллельных мирах одновременно.

Примерно через час, когда ситуация стала возвращаться в норму, его руки все еще не могли отпустить ее плечи. Девушка посмотрела на Макса, который все еще плакал.

– Ты чего? – спросила она с легким налетом сочувствия и переживания, но в то же время так, будто бы ничего не произошло. Макс держал в уме, что она вполне может не помнить того, что происходило последние пару часов, и лишь помотал головой в ответ.

– Зря я тебя позвала, – продолжила она, чем сильно зацепила болезненные воспоминания о пренебрегающей матери, – ты можешь уходить.

Такой обесценивающий подход к их отношениям вызвал у Максима злость и недоумение. Желание как-то компенсировать материнский неглект наткнулось на новых, еще незнакомых демонов другого человека. К сожалению или к счастью, каждому из нас предстоит пройти множество конфликтов с близкими людьми на пути к взаимопониманию и любви. Разрешение противоречий требует много сил и терпения, и не всегда мы готовы найти в себе ресурсы для этого. Иногда внутренний конфликт становится настолько болезненным, что одновременно решать еще и внешние становится непосильной ношей даже для самого сильного человека.

Осознав это в тот же миг, как он увидел ее благодарный взгляд, который будто просит его остаться на ночь, Макс понял, что ее слова – не обязательно то, что она на самом деле хочет сказать. Зачастую наши стратегии и шаблоны поведения, навязанные травмирующими событиями детства, не позволяют адекватно донести до другого человека мысль. Иногда об этом говорят, например, "гордость не позволяет", "такое воспитание" или "у него скверный характер". В сущности все это не что иное, как страх оказаться уязвимым.

Интерпретация неизвестной

Она была уверена в том, что ее подавленная агрессия находит самый безопасный выход в повышенной сексуальности. Занимаясь сексом только ради ощущения хоть чего-нибудь, но не реальной близости, она постепенно уничтожала в себе способность любить и отдавать от чистого сердца. Люди для нее стали лишь ресурсом, с помощью которого можно утолять потребности. Это ощущалось, как боль где-то глубоко внутри, но вместе с тем и как пустота. Такое амбивалентное сочетание не давало покоя уставшему от страха разуму, а в конце концов просто вытеснилось. Сила, чтобы справляться с такими сильными регрессиями, не может появиться из ниоткуда. Ее нужно воспитать, взрастить в себе, как дерево, а не как цветок, то есть на протяжении многих лет. Повезло тем, кто родился и рос среди достаточно хороших родителей и сверстников. Немного проще тем, кто имел достойные примеры и научился саморегуляции, рефлексии и эмоциональному интеллекту. Хорошо тем, кто может помочь себе сам, пусть ресурсы для этого и ограничены. У кого-то их вовсе нет. Невинные для стандартного взрослого человека релаксанты, вроде алкоголя и сигарет, уже не спасали от беззвучной дроби надвигающейся депрессии. В поисках гормона счастья, она обратилась к наркотикам, и после уже не стала сворачивать с этого пути, пока и вовсе не утратила способность чувствовать эмоции.

Часть про поиск архетипа

Со временем Макс приобрел новую аддикцию, напоминавшую ему о прекрасном времени, проведенном с ней в одной комнате. Он курил, чтобы приблизиться в памяти к образам из прошлого. Со временем до него дошел смысл никотиновой интоксикации:все тело мягкое, начинается легкий тремор, становится жарко. Это придавало мыслям теплый тон, будто бы, все психологические трудности уже не казались страшными, когда организм находится в таком физиологическом стрессе. Сейчас нужно думать лишь о том, как бы справиться с отравлением никотином, а не о том, что у тебя есть проблемы с деньгами, едой, работой, женщинами и так далее. Вместе с этим выделяется адреналин, появляются если не силы, то хотя бы уверенность, что силы есть. Примерно так же работает селфхарм. Логика простая: я сделаю себе больно физически, чтобы не чувствовать боль в том месте, до которого никак нельзя добраться. Если ты решил не брать на себя ответственность. Куда делись те трагичные образы девочек и мальчиков с шрамами на руках и ногах, причем поперечных? Они стали курить. Или чего пожестче. Цепочка мыслей спустя несколько месяцев привела Макса к отказу от этой вредной привычки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.