- -
- 100%
- +
Лондон. Май 2008 года.
Было в нем что-то странное, в моем клиенте. Он сидел напротив меня – на вид этакий выходец из последнего десятилетия прошлого века. Причем, мой бывший соотечественник, из России. Я хорошо помню подобных персонажей. Предприниматель, лихо оседлавший мутные волны девяностых и взлетевший по их гребням на изрядную высоту. По мне, так на слишком большую для ему подобных. Таких в свое время принято было называть новыми русскими. Нет, сейчас он уже приобрел некоторый лоск, избавился от классических аксессуаров, вроде малинового пиджака и массивной золотой цепи на шее, но типаж, типаж-то куда денешь? В чем-то он словно законсервировался, этот бывший браток. Бритая макушка, бычья шея, цепкий взгляд, нарочито вальяжная поза – все было при нем. И внешность эта настолько не соответствовала тому, что я о нем знал, что это противоречие могло вогнать в ступор. Павел Андреевич Ромашов, олигарх, находящийся далеко не на последних ролях в списке «Фобрс», обладатель недвижимости в нескольких странах мира. К списку его владений относилось и поместье в графстве Беркшир. Собственно, как раз оно и было предметом нашего разговора.
– Вы считаете меня сумасшедшим?
Ромашов задал этот вопрос тоном, полным скрытой агрессии, чуть запнувшись на «вы». Весь разговор этот «хозяин жизни», похоже, с трудом удерживался, чтобы не «тыкать». Ничего, меня подобным не проймешь. Мне и более неприятные клиенты попадались.
Сумасшедшим? Нет, это не совсем то слово – ведь мне хорошо известно: все, во что верит этот ходячий банковский счет, – отнюдь не бред. Вот только Ромашов, живущий в материальном мире и не имеющий даже малейшего опыта контактов со сверхъестественным… он просто с жиру бесится. Впрочем, подобные типы – моя кормовая база, а потому свое нелестное мнение о собеседнике я предпочел оставить при себе.
Вопрос, однако, нуждался в ответе.
– Нет, не считаю. Кто угодно, только не я. Сверхъестественное – такая же часть моей жизни, как вашей – воскресный гольф. Вполне понимаю ваше желание расцветить скучноватую жизнь в Бэнкрофт-холле подобной, гм… экзотикой и могу помочь вам в этом.
– В моем поместье должно быть все самое лучшее! И привидение тоже. Я знаю, как вы проворачивали подобные дела для других. Никто не жаловался. Поэтому я и обратился к вам. Деньги для меня – не проблема. Понимаю, что призрак на блошином рынке за гроши не приобретешь. Короче, цена вопроса?
Ромашов был не первым моим клиентом, обращавшимся с подобной просьбой, так что я знал диапазон сумм, которые можно смело называть, не опасаясь увидеть в ответ палец, крутящийся у виска.
– Это зависит от категории призрака, конечно. Но стоимость от шестисот тысяч фунтов, – хладнокровно заявил я.
Ноль эмоций! Такое впечатление, что скажи я «миллион», реакция была бы такая же.
– Нормально, – ответил он без всяких колебаний. – Когда я смогу увидеть товар лицом и выбрать?
– Определяться с конкретикой лучше на месте. Завтра утром в Бэнкрофт-холле, устроит?
* * * *
Неведомо где, неведомо когда
– Высокий трибунал Легионов Света пришел к единому решению по делу Александра Нестерова, обвиняемого по статьям «Незаконное применение способностей темного порядка, ведущих свое происхождения из мира Нави», «Взаимодействие с неупокоенными духами высокой и наивысшей категории опасности», «Соучастие в убийствах, совершенных выходцами из мира Нави», «Создание опасной обстановки в регионе посредством призыва на его территорию большого количества неупокоенных духов», «Противодействие законным операциям легионеров, направленным на обеспечение безопасности мирных граждан и пресечение преступной деятельности неупокоенных духов». Совокупность вышеуказанных обвинений предполагает высшую меру наказания, однако Высокий трибунал принял во внимание и смягчающие обстоятельства, как то участие подсудимого в боевых действиях против всеобщих врагов – порождений Ямы и ряд его попыток сократить ущерб, наносимый в Яви неупокоенными духами. Данные действия позволяют заключить, что подсудимый не безнадежен и сохранил потенциал к перевоспитанию. На основании вышеизложенного Высокий трибунал принял следующее решение. Заменить высшую меру наказания высылкой подсудимого на территорию особого статуса «Великобритания» на неопределенный срок до специального распоряжения Высокого трибунала и с категорическим запретом покидать ее. Также подсудимому на время пребывания на указанной территории вменяются следующие обязанности.
Первое: осужденный Нестеров обязуется исполнять функции Призывателя на территории особого статуса, согласно положениям конвенции 1867 года – то есть минимизировать урон, наносимый населению выходцами из мира Нави и в меру сил и возможностей защищать жителей вышеозначенной территории от произвола этих духов.
Второе: осужденный Нестеров обязуется не призывать новых сущностей из-за границы смерти или границ территории особого статуса и, если неупокоенные сущности потребуются ему для исполнения своих обязанностей по первому пункту, использовать тех, кто уже находится на этой территории, с их принудительной социализацией и контролем агрессивных инстинктов. По этому же пункту осужденному предоставляются для его личной безопасности на территории особого статуса два его личных телохранителя – умертвия, известные под именем Незримых.
Третье: осужденный Нестеров обязуется подпитку неупокоенных сущностей необходимой для их псевдожизни энергией производить, насколько возможно, за счет других выходцев из мира Нави. А в случае необходимости иного решения вопроса – получать соответствующую санкцию у представителей совета Наблюдателей на территории особого статуса.
Четвертое: осужденному Нестерову устанавливается лимит благосостояния на территории особого статуса. Все средства на жизнь, а также на исполнение своих обязанностей по предыдущим пунктам, осужденный должен зарабатывать сам, не выходя за рамки законов данного государства и не нарушая положений конвенции 1867 года. По своим расходам на выполнение общественных обязанностей осужденный обязан ежемесячно отчитываться перед советом Наблюдателей, а все заработанные средства, превышающие установленный лимит благосостояния – переводить в фонд Легионов через его представительство на территории особого статуса.
Пятое: осужденному Нестерову категорически запрещаются все контакты (как личные, так и виртуальные) с людьми из его нынешнего окружения и вообще с кем бы то ни было за пределами территории особого статуса.
Шестое: соблюдение всех предыдущих пунктов будет ежемесячно контролироваться представителем совета Наблюдателей, во власти которого, в случае выявления нарушений, применить карательные санкции, вплоть до ужесточения меры пресечения или применения высшей меры наказания. Также во власти представителя совета Наблюдателей, в случае полного выполнения предыдущих пунктов, дать рекомендации Высокому трибуналу на смягчение меры пресечения, вплоть до освобождения подсудимого. Представитель совета Наблюдателей для осужденного является властью, и подчинение его приказам для осужденного строго обязательно.
Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Исполнение приговора начинается с текущего момента.
* * * *
Лондон, 2008 год.
Проснувшись, я тупо уставился в потолок. Эти сны всякий раз оставляют тоску и злость. Они мне напоминают не только о моем бесправном положении, но и кое о чем еще. Застарелая ненависть к моим тюремщикам никуда не делась. Просто со временем она несколько утратила остроту. При этом, если честно, так называемая территория особого статуса была не самой худшей тюрьмой.
К Британским островам вообще и к Англии в частности у меня было сложное отношение. С одной стороны меня напрягала напыщенность бывшей метрополии половины мира, которая еще пыжилась и надувала щеки, но уже не имела силы, достаточной для поддержания своих непомерных амбиций. С другой, для моего бизнеса тут были самые благоприятные условия – настоящий заповедник нави (неупокоенных духов, именуемых здесь, впрочем, иначе) и место заключения для таких, как я.
К тому же, когда я удалялся от мест скопления людей, мне открывалось нечто иное, более глубокий слой старой Британии, скрытый за не слишком привлекательной современной ширмой. Древняя магия, старые замки, тайны и мистика мест силы… Все это привлекало меня и как специалиста, и как человека, стоящего несколько особняком от остальных, благодаря своим способностям. Вот эта Англия мне нравилась, и она позволяла мириться с тоской по родине, которая нет-нет да накатывала.
Ну и бизнес мой здесь вышел на принципиально новый уровень. Правда, большинство дел были чисто по профилю медиума – пообщаться с безвременно почившим дядюшкой, выяснить у него, где он спрятал семейные бриллианты или завещание, или еще что-нибудь из той же оперы. Что характерно, большая часть вопросов была связана с деньгами, но это меня уже не удивляло – я давно утратил все иллюзии по поводу людей. Впрочем, сам теперь вел себя так же, делая деньги на всем, до чего мог дотянуться. Человеческие желания, страсти и страстишки, как выяснилось, – практически неисчерпаемый источник дохода для такого, как я. Хотя, какой там доход, когда восемьдесят процентов заработанного приходится отдавать тюремщикам?
К счастью, время от времени рутину скрашивали и небанальные дела, вроде сегодняшнего. Не деньги, так интерес – хоть развеюсь немного и отвлекусь.
Небольшие апартаменты, которые снимал на Оксфорд-стрит, служили мне одновременно и офисом, и домом. Это было все, на что хватало средств «прожиточного минимума» и «для исполнения своих обязанностей». Я встал и оделся, не забыв и последний (по порядку, но не по важности) аксессуар – темные очки, которые носил независимо от наличия или отсутствия солнца. Они маскировали глаза, светящиеся призрачно-зеленоватым светом, словно у живого мертвеца, как их любят рисовать в фэнтезийных книжках. Не самое приятное зрелище, что и говорить. Нервного человека может и кондратий приобнять. Для того и очки. Я пробовал темные линзы, но от них у меня болели и чесались веки, так что пришлось остановиться на классическом варианте. А люди пусть думают что хотят. В конце концов, в Лондоне фриков хватает, и я со своим имиджем а ля «люди в черном» – далеко не самый странный из них.
Я вздохнул и отошел от зеркала. Который день просыпаюсь с ощущением усталости. Лондон меня и так утомляет, а сегодня еще послевкусие мерзкого сна… Надо почаще выбираться из этого давящего паука-мегаполиса. Дело в Беркшире будет весьма кстати.
– Кхм, босс?
Я обернулся к зеркалу и увидел, что в нем отражается красивая молодая блондинка с пронзительными зелеными глазами, облаченная во что-то, вроде приталенного савана. Шейла. Главбух и секретарь на моей фирме, а по природе своей – баньши.
– Войти можно?
– Входи, чего уж там, – недовольным тоном отозвался я. – Опять оболочку оставила? Смотри, испортится!
– Ну бооосс! – протянула она тоном капризной маленькой девочки, хотя, по моим подсчетам, годков ей было побольше ста. – Мне в ней неудобно!
– Неудобно ей! – проворчал я. – Давно пора привыкнуть. Так бы и сказала, что в зеркале себе не нравишься!
– Она некрасивая!
– Думаешь, сиротки коматозницы в больницах пачками валяются? Выбирай на вкус? А магазинов «тела для неупокоенных душ» даже в Англии пока что нет. Поэтому носи, что дают, раз уж интегрирована в человеческий мир. И вообще – хватит капризничать – депремирую!
Шейла сделала виноватое выражение лица, в которое можно было бы даже поверить, если б эта сцена у нас повторялась в первый раз. Я отвернулся. Женщины… Всегда с ними трудно, хоть с живыми, хоть с мертвыми.
– Босс? – напомнила о себе Шейла.
– Говори, зачем пришла, и возвращайся в оболочку. Больше повторять не буду, – холодно произнес я. Настроения либеральничать сегодня не было.
– По поводу нового дела. Этот Ромашов…
– Подглядывала? – Я даже глаза закатил. – До тебя когда-нибудь дойдет смысл слова «нельзя»?
– Я недолго. Несколько минут и все. Больше не буду, правда!
Ага. Свежо предание…
– Вы его Печать видели?
– Разумеется. Односторонняя, нечеткая, смазанная. Такие здесь на половине населения. «Резервация» же.
– У меня предчувствие нехорошее, босс.
– Какого рода?
– По моей специальности.
– Вестника смерти? – Я приподнял брови.
– Да.
– Занятно, – я даже улыбнулся. – Похоже, дело будет еще более интересным, чем я предполагал.
* * * *
Графство Беркшир
Бэнкрофт-холл оказался не просто поместьем, а самым настоящим замком с увитой плющом зубчатой стеной, островерхой башней с геральдическим львом в качестве флюгера и даже горгульями. Впрочем, чего еще можно было ожидать от такого, как Ромашов? В подобных людях навсегда остается одна неистребимая черта, именуемая понтами. Она проявляется почти во всем, что они делают. Разумеется, была в этом поместье и открытая терраса, обращенная на запад, с отличным видом на частично покрытую лесом холмистую равнину.
На террасе мы, естественно, и расположились, попивая чай элитного сорта из фарфоровых чашек.
– Итак, что вы можете мне предложить? – с нетерпением осведомился хозяин дома.
Он вообще сидел как на иголках и, похоже, несмотря на ранний час, предпочел бы налить себе чего-то намного более крепкого, чем чай, но пока еще держался выбранного имиджа вальяжного аристократа, который, если честно, шел ему, как корове седло. Нервное напряжение Ромашова ощущалось четко, и хотел бы я знать, вызвано ли оно исключительно предвкушением экзотической покупки или чем-то другим.
– Для начала, мне нужно задать вам пару вопросов. Вы женаты? Дети есть?
– А какое это имеет отношение к нашему делу? – вскинулся Ромашов.
– Самое прямое. Я должен определить, что можно вам предлагать. Видите ли, некоторые виды духов несовместимы с молодыми женщинами, особенно беременными, а некоторые – с маленькими детьми. Так что вы скажете?
Конечно, ответ на эти вопросы я и сам хорошо знал, но мне нужно было немного потянуть время, изучая его Печать. Я умел это делать, не пялясь, просто скользящим взором сканируя этот аурный знак, свидетельствующий о внимании потусторонних сил. Странная это была Печать. Старая и с какими-то дефектами. Такое ощущение, будто ее стереть пытались и частично преуспели. Но в таких делах «частично» не работает. Либо полностью, либо никак. Похоже, когда-то этого олигарха преследовал призрак. Сильный и недружелюбный. А он пытался избавиться от преследования, сбить духа со следа. Видимо, с помощью какого-то не слишком умелого колдуна или ведьмы. Возможно, это помогло на время, а теперь Печать стала проявляться снова. Не с этим ли связаны шалящие нервы моего клиента? А если все так, зачем ему еще один призрак? По логике нормального человека, если тебя преследовал неупокоенный дух, и тебе удалось удрать, ты до конца жизни будешь шарахаться от всего сверхъестественного. А тут все наоборот. Интересно, интересно…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.