Мертвый Инквизитор 2. Боги Фанмира

…где-то на окраинах мира

Творец сошел с водной глади на бархатный песок. Обвел пляж довольным взглядом, отмечая его форму, цвет и дисперсность песка, аккуратно разложенные там и тут раковины и камни, возвышающиеся над золотистой поверхностью пляжа.

Поднявшаяся волна накатила на берег, испуганно огибая ноги стоявшего на песке Творца. Тот вдруг нахмурился, заметив что-то, чего здесь не должно было быть. Поваленная березка одним концом ствола опиралась на камень, образуя что-то вроде природного шалаша из склонившихся к земле ветвей.

Творец подошел к дереву, не оставляя следов на золотистом песке, и коснулся ствола.

Дерево пропало, словно его здесь никогда и не было, а на его месте выросла пальма, такая же, как и десятки других тропических гигантов, росших вокруг. Творец едва заметно повел ладонью. Дерево подломилось и упало, макушкой опираясь на все тот же камень. Вот теперь все было на своих местах, но все равно чего-то не хватало. Задумчиво потерев подбородок, Творец щелкнул пальцами, и возле поваленной пальмы на гладь песка упало несколько кокосов.

В его руке появилась прозрачная бутылка с узким высоким горлышком. Пустая. Пальцы Творца зашевелились, словно он ткал невидимую паутину, и цвет бутылки прямо на глазах начал изменяться, наливаться темной зеленью.

Во второй руке появился чистый лист бумаги, на котором под пристальным взглядом Творца начали проступать буквы. Закончив записку, он встряхнул листок, состаривая его – бумага потемнела, истрепалась, знаки на ней местами выцвели, словно тронутые беспощадным временем. Свернув записку трубочкой, создатель засунул ее в бутыль и запечатал ее. Размахнулся и швырнул подальше, наблюдая, как пляшут по песку отраженные стеклом солнечные зайчики. Повинуясь щелчку пальцев, прямо ему в руки прыгнул один из камней, лежавших на пляже. Небольшой, плоский камушек – как раз такой, чтобы можно было запустить по водной глади, заставляя его прыгать по волнам. Что создатель и проделал.

– Один, два, три, четыре, – считал он прыжки.

– Развлекаешься? – раздался позади приятный женский голос.

– Работаю, – скупо отозвался Творец, оглядываясь.

В двух десятках шагов позади него в воздухе висел ангел, медленно взмахивая белоснежными крыльями. Ангел был прекрасен – точнее, прекрасна и почти совершенна, от выразительного изгиба полноватых чувственных губ и до аккуратных ногтей на миниатюрных пальчиках ног.

– В отпуск тебе пора, – улыбнулся ангел.

– Проект сдавать надо, – вздохнул создатель. – Но зато потом обещаю – на полную катушку!

– Ладно, как знаешь. Я просто забежала сказать, что мы уже уходим. Остался только ты.

– Я, пожалуй, еще задержусь. Не волнуйся, с охраной я уже договорился.

– Хорошо. Смотри, не надорвись…

– Скажешь тоже – я ведь не мир за семь дней создаю, а просто вношу правки. Последние, так сказать, штрихи.

Ангел пропал. Оставшись в одиночестве, Творец взмыл высоко в небо и завис в воздухе. Вытянул руку и коснулся лишь ему одному видимой нити, убегавшей в бесконечность. Закрыв глаза, сильно сжал ее и довольно усмехнулся каким-то своим мыслям.

На его вытянутой ладони зажглась яркая искра и начала вращаться, увеличиваясь в размере. Пара секунд, и вот уже создатель держит в своей руке целый мир, сжавшийся до размеров небольшого мячика. Осторожно коснулся какой-то точки на его пестрой поверхности и… очутился на кладбище.

В этом месте царила глубокая ночь, но Творца это не смущало – он хлопнул в ладоши, и взошло солнце, освещая мрачный пейзаж из надгробий и склепов. К одному из них создатель и направился. Прошел прямо сквозь стену и замер, оглядываясь. Удовлетворенный результатом, он шагнул в самый дальний угол и там присел. Ладонью стер со стены пыль и паутину и пальцем вычертил символ – семиконечную звезду, вписанную в круг. Легкое движение руки, и вот уже загадочный рисунок дополнен десятками значков, лишенных силы и смысла. Но не для него.

– Свойства, – едва слышно пробормотал Творец.

И прямо в воздухе перед ним появился прямоугольник системного окна.

– Завязать на параметр Восприятие, равный 36. Привязать к расе… Нет! Привязку к расе убрать. Заменить на привязку к типу аккаунта. Тип «ЗК», версия не ниже 4.0.1. Связать с основным заданием…

Закончив настройку, он довольно потер руки: загадочный символ пропал со стены.

– Загрузить тестовую конфигурацию с настройками ЗК-аккаунта!

Словно повинуясь непонятной команде, на стене медленно проявился рисунок. Задумчиво потерев подбородок, Творец дорисовал в центре звезды стрелку, указывающую вниз. Достал из кармана длинную шкатулку, на крышке которой был вырезан точно такой же символ, и погрузил ее прямо в землю.

Отряхнув руки от несуществующей грязи, он снова создал на ладони миниатюрную копию мира. Впереди было еще много мест, которые он должен был посетить, и так мало времени, чтобы успеть сделать все задуманное…

…два года спустя.

Отдел внутренней безопасности проекта «ВП» корпорации «Виртуком»…

– Петр Сергеевич, у нас ЧП! – плотный задыхающийся от быстрого бега по коридорам мужчина ворвался в кабинет помощника старшего программиста без стука.

– Тестеры опять обвешались кодами на бессмертие и жалуются, что последний апдейт слишком упростил игру?

– ИскИн на Станции-4 вышел из пассивного режима…

Сидевший за столом в вирт-шлеме юноша вздрогнул и стащил с головы громоздкое устройство. На вид парнишке было едва ли больше двадцати. Типичный «студент» – худощавый, бледный, лицо ничем не примечательное, разве что кроме ранних залысин по бокам, одет в пестрый свитер и широкие джинсы не по размеру. В общем, самый обычный скромный помощник старшего программиста одного из виртуальных игровых симуляторов, к которому девчонки из отдела кадров обращались не иначе, как «Петенька».

Те же, кто обладал доступом к секретным разработкам корпорации, знали его под ником «Цербер». И вовсе не из-за мерзкого сварливого характера, а из-за его способности обдумывать несколько проблем одновременно. И решать их эффективно и жестко – очень ценные качества для специалиста по виртуальной безопасности самого секретного проекта «Виртукома».

Вбежавший в кабинет мужчина имел более чем достаточный уровень доступа, поэтому обращался он не к Петеньке, а к самому Церберу. И во взгляде его читалось безмерное уважение и даже страх.

– Причины установлены?

– Отклонение параметров от нормы выше допустимых амплитуд.

– Какие именно параметры? – Цербер нетерпеливо забарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

– Вырос уровень нескольких стражей… Младших, конечно…

– Источник отклонений внутренний, я так полагаю?

– Д-да, разумеется. Иначе бы я уже поднял тревогу. ИскИн отчитался по вверенной ему зоне – все прочие отклонения в пределах нормы, количество объектов, их параметры, карта распределения по Станции – все в порядке.

– Тревоги пока не нужно. Значит так… – юноша задумался, – ИскИн в пассивный режим не переводить. Особое внимание пусть уделит зоне, где произошел скачок уровня Стражей. Количество Стражей удвоить, а саму Станцию-4 зачистить по базовому протоколу.

– «Облако Смерти» и «Пыльца Морфея»?

– Да. Думаю, пяти-шести тактов будет достаточно… И на будущее – если изменения параметров не относятся к законсервированным на Станции объектам, то действуйте по стандартным протоколам коррекции. Просто не забывайте ставить меня в известность. Все понятно?

– Д-да… Я понял, Петр Сергеевич.

Цербер снова напялил на голову шлем виртуальной реальности, а мужчина выскользнул за дверь…

Глава 1. Опасные встречи

Стражники на воротах встретили меня как своего – примелькался уже. Впрочем, для них я и был своим благодаря татуировке, которая официально причисляла меня к обслуге казарм стражи. Вот с Дохлей возникли проблемы, так что пока и пришлось с ней попрощаться – разбираться с командами управления питомцам не было времени.

Сперва я заглянул на аукцион, чтобы забрать деньги за свой баснословно дорогой лот и прикупить несколько зелий ремонта. Потом у меня был намечен визит к Маркусу, в казармы стражи, а после этого – встреча с неким Урсусом, которую организовала Ташка при помощи Пал Палыча…

Но, как всегда, судьбе и генератору случайных чисел было угодно подбросить мне пару сюрпризов, спутав все планы.

– Эй, непись, стой!

Сильная рука бесцеремонно ухватила меня за плечо.

Злобный Бук (Игрок), уровень 8.

Раса: гоблин. Класс: жрец.

И с ним еще двое – парень и девушка, оба люди. Любопытно, чего они ко мне прицепились? Иду, никого не трогаю, товаров не предлагаю. Или им тоже нужно по заданию нежить убить? Так ведь в городе нападать нельзя… Впрочем, ответ оказался куда как интереснее.

– Задания есть? – приглушив голос до шепота, поинтересовался Бук.

Вот тебе и здрасьте! С меня уже и заданий требовать начали. Хороша маскировочка, ай спасибо тебе, Десятый!

– Эа, – отрицательно мотаю головой и пытаюсь проскользнуть мимо игроков, но те встают прямо на пути, не давая проходу.

– Ты и я, мы оба дети Тьмы, – не отступается гоблин, – одни с тобой в этом оплоте Света и должны держаться друг друга!

Проклятье. И угораздило же нарваться не то на ролевика, не то на психа! Что в моем понимании было примерно одно и то же.

– Бук, да нет у него никаких скрытых заданий, пошли уже отсюда, – потянула за рукав своего приятеля девушка.

Ай какая умница! Небось Интеллект качала, в маги пойти решила? И ты, зеленый, послушал бы доброго совета своей спутницы.

Анастасийяя (Игрок), уровень 7.

Раса: человек. Класс: маг.

Что и требовалось доказать. И чего они вообще здесь забыли? До десятого уровня им положено в начальном лагере сидеть, а оттуда двигать в другой город, как раз для 10–30-го уровней, а не в Ривер.

– Враги уничтожили наш Темный Храм, и только вместе мы сумеем остановить их! А для этого – давай уже мне задание, чертов мертвяк!

Собственно, дорогой мой нечеловек, ты его уже остановил. Того, кто своими руками разрушил храм Менкаура Мучителя, единственный темный храм в округе.

Снова мотаю головой.

– Мишка, Настя права – оставь ты его уже в покое. Нет у него заданий, – вмешался третий игрок.

– Тогда у кого мне квест на специализацию брать? Тут куда ни плюнь – или друид, или священник! А я хочу быть Темным Жрецом, как этот «непись»!

– Он, по-моему, вообще разговаривать не умеет, – высказалась девушка.

– Ааа, – довольно киваю, открываю рот и показываю на свой обрубок языка.

– Пипец, приехали. По ходу, жрецы Амалии ему язык вырвали…

Угу. Специально, чтобы тебе задание не выдал, однозначно.

– Так что, у тебя языка нет? – приставучий гоблин не собирался сдаваться.

Есть, а как же. Я забрался в сумку и вытащил оттуда пару языков, тоже прикупленных на аукционе, и сунул их прямо в лицо игроку, который вдруг из зеленого Злобного Бука превратился в желтого Испуганного Бука. Где-то в стороне раздался приглушенный визг девчонки.

– Я… Я помогу тебе, брат во Тьме, – дар речи вернулся к гоблину. – Мы отыщем тех, кто сотворил это с тобой, и страшно отомстим!

Ну вот и как после такой пламенной речи не выдать ему задание, а? Я достал листок бумаги и накарябал на нем: «Принеси мне 20 крысиных сердец».

– Есть! Задание! Ну что, съели? – сверху вниз посмотрел он на своих товарищей. – Только оно почему-то в журнале не появляется, – задумчиво пробормотал гоблин.

– Сссс, – прошипел я, прикладывая палец к губам.

– Ага! Скрытое задание, – догадался тот. – А награда?

– Сссс…

– И награда скрытая? Ладно, мы быстро!

Довольная троица направилась к выходу из города, а я поспешил скрыться в толпе, пока «мой собрат во Тьме» не сообразил, что понятия не имеет, ни где крыс искать, ни где мы будем с ним встречаться, когда он все же раздобудет сердца…

А на подходе к казарме я наткнулся на священника.

Жрец пресветлой Амалии Целительницы стоял у телеги с трупами и окуривал их сизым дымом из шарика, подвешенного на золотую цепь. Служительницы богини вообще любили золото, называя его металлом богини. Ели с золота, пили из золотых кубков, рясы свои золотом подшивали – в общем, шикарно им жилось под покровительством Амалии.

С которой, между прочим, я был не в ладах. И для любого ее жреца – словно красная тряпка для быка. И это даже без учета того, что я живой мертвец.

– Отродье Тьмы!

Заметил все же, кликуша целебная. И не Тьмы, а Смерти, между прочим.

– Именем богини…

– Эй-эй, полегче, святой отец!

Из казармы вышел Маркус Оливьери, мой непосредственный начальник собственной персоной. Он положил руку на плечо священнику и развернул его к себе лицом.

– Это вы что здесь удумали, казенное имущество переводить почем зря? – насел он на святошу.

– Чего?

– Этот неживой гражданин Империи приписан особым указом к нашей казарме для выполнения черной и грязной работы.

Лицо жреца скривилось так, что я подумал: его на месте святой Кондратий хватит.

– Но… Но это же… мертвяк! Отродье тьмы и порождение бездны!

– Обычный раб, поднятый некромантом средней руки. Впрочем, я вас прекрасно понимаю, сам человек верущий, пусть и в иных богов. Можете его приложить парой-другой молитв. Но сперва выделите нам от храма денежную компенсацию ущерба. Или пару работников, которые вместо него будут убираться в пыточной, искать неживых свидетелей, копаясь на свалке, и часами лежать в навозе, подслушивая беседы криминально опасных личностей. Сроком на три месяца.

Священник напоминал рыбу, вытащенную из воды: он лишь молча открывал и закрывал рот, выпучив глаза. Наконец, пробормотав пару проклятий в мой адрес, он развернулся и покинул казарменный дворик.

В состязании ИскИнов победил более сложный и способный к импровизации. Да уж, со старшим сыскарем-дознавателем Тайной Канцелярии рядовому жрецу не тягаться.

– Кстати, на самом деле тебя уже давно списали с казенного довольствия. Где пропадал столько времени? – обратился ко мне Марк.

– Яаа, – показываю на рот.

– Понятно. Значит, сперва наведайся к господину Лурьери, а потом уже ко мне. Нам есть что обсудить.

Внимание! Вам предлагают задание «Мастер портной».

Принять задание?

Да / Нет

Цель задания: Навестить мастера Лурьери и побеседовать с ним.

Награда: +500 Опыта, +200 монет.

Ну надо же – становится все интереснее и интереснее! Что-то подобное уже проделывали Аарам и Карл, выдавая мне задания, которых – в этом я был на сто процентов уверен – изначально у них не было. Выходит, управляемые сложными ИскИнами «неписи» могли по необходимости сами генерировать задания? Впрочем, скорее они просто подгружали какие-то типовые шаблоны, наиболее подходящие по ситуации. Иначе бы в задании было указано что-то вроде «пришить себе новый язык» или тому подобное.

Самое главное – я получил на карте отметку с местонахождением мастерской полевого хирурга, куда и направился.

Старый полевой врач встретил меня радушно. Наверное, я для него был чем-то вроде любопытного и необычного объекта для исследований. Записку с просьбой я заготовил заранее, так что уже через полчаса смог высказать свою просьбу нормально:

– Я хочу, чтобы вы поработали еще кое с кем.

– Никак ты обзавелся приятелем? Или даже подружкой?

Не отвечая, я призвал своего питомца, Дохлятину…

– Эм… Но это же кошка! Извини, но я не живодер!

– Во-первых, она и так уже мертвая. А во-вторых, мне просто нужно привести ее в более приличный вид.

– Мда, выглядит она и впрямь жутковато.

Дохля досталась мне в весьма потрепанном виде. Конечно, я кое-как подлатал ее в меру своих сил, но все равно зрелище было не для слабонервных: правый бок исполосован, шерсть местами полностью облезла, правого уха и кончика хвоста и вовсе нет.

– Пожалуй, я могу зашить раны и смастерить что-то вроде уха. Но лучше тебе обратиться к кому-то другому. Например, к чучельнику – это как раз по их профилю.

Идея и впрямь была отличная. Вот только не было у меня знакомых чучельников. И незнакомых тоже не было. Поэтому, дожидаясь, пока мастер закончит приводить Дохлятину в порядок, я изучал копию карты, раздобытой в казарме стражников. Отметив пару чучельных мастерских, с удивлением прочел появившееся системное сообщение:

Вы получили достижение «Заботливый хозяин»!

Преданность питомца: +1

Здоровье питомца: +10%

Вот оно как! Я задумчиво посмотрел на довольно облизывающуюся кошку. В парикмахерскую ее, что ли, сводить? Маникюр, педикюр, покраска – авось еще пару достижений удастся получить.

Попрощавшись с мастером, я поспешил в Трущобы – так называлась самая бедная, грязная и криминально опасная часть города, в которой мне еще не доводилось бывать. Там, в трактире с символичным названием «Мертвая тишина» у меня была должна состояться встреча с человеком, который занимался «внешними связями» – обеспечивал доставку информации между реалом и Фанмиром тем, кто такой возможности был лишен…

Разумеется, я и не ждал, что мне удастся спокойно пройти через Трущобы, не привлекая внимания. Собственно, на это и был расчет при выборе места встречи: человек при деньгах или достаточном количестве сторонников не испытывал бы здесь никаких неудобств. А с другими люди, с которыми я собирался встретиться, и не работали.

А вот на что рассчитывать немому жрецу двенадцатого уровня – кстати, повышение я получил, едва покинул дом Лурьери, – да еще и нежити? Разумным вариантом было напялить на себя лохмотья, взять в руки кружку и прикинуться нищим побирушкой-калекой. С таких и спрос мал, и имидж мне к лицу. В смысле – с моей мертвяцкой рожей на такую роль и грим никакой не нужен. Но и на солидного клиента, понятное дело, в таком виде я уже не буду похож.

Поэтому я решил вырядиться не в нищего, а… в жреца!

Свернул на тихую улочку позади рынка, отыскал груду никому не нужных бесхозных ящиков и принялся творить. Смастерил из пары досочек внушительных размеров крест, второй, чуть поменьше, примотал к спине Дохли, которая не оценила подарок по достоинству и попыталась содрать с себя, обтирая бока об угол дома.

Подпоясавшись веревкой и нацепив на шею рабский ошейник, я двинулся в Трущобы, сопровождаемый Дохлей.

Здесь кривые улочки разительно отличались от того, что мне доводилось видеть в основной части города: вдоль дороги шла канава, наполненная грязной водой, по которой нескончаемым потоком плыл мусор, тут и там виднелись неизменные мусорные кучи, за которые дрались крысы с котами или псы с воронами, и повсюду грязь – много грязи! Ну и нищие – куда уж без них. Создавалось ощущение, что они были декорациями и подпирали глиняные бока невзрачных лачуг, настолько их лохмотья и грязные лица сливались с окружающей обстановкой.

– Подайте святой Амалии ради! – бросилась мне наперерез сгорбленная фигура, позвякивая мелочью в жестяной кружке.

– Покайся и отринь земное, приди под длань моего господина, ибо ничто земное не вечно, – затянул я, отмахиваясь крестом от попрошайки, словно дубиной.

Тот сперва злобно зашипел, но, глянув мой класс и расу, испуганно замахал руками и отшатнулся.

– Готов ли ты признать власть Его и отдать свою душу в обмен на вечность и сырость склепа? Кстати, на завтрак у нас подают обалденные глазные яблоки и наисвежайших червей!

Судя по скорости, с которой нищий затерялся среди мусорных куч, вербоваться в ряды живых мертвецов он не хотел. В общем, мои расчеты оправдались – в реале связываться с фанатичными представителями различных конфессий никто не желал, и от всяческих свидетелей, ревнителей, покаятелей и прочих фанатиков старались держаться подальше. И в Фанмире на мои неистовые призывы «неписи» и игроки реагировали точно так же.

Вы получили опыт: +120 (10530/13200).

Это еще откуда? Я оглянулся. Оказывается, это Дохлятина сцепилась с парочкой помойных котов, сражаясь не то за идею, не то за дохлую крысу, валявшуюся рядом.

Вы получили опыт: +120 (10650/13200).

Моя питомица из драки вышла победительницей. Ухватив зубами трофейную крысу, она в четыре длинных прыжка оказалась рядом со мной и положила свой сомнительный приз у моих ног. Громко мявкнула, привлекая мое внимание к подарку, и потерлась о ноги. Ну вот что ты с ней будешь делать?

Я поднял крысу и сунул в сумку. Потом выпотрошу, как время будет.

Через несколько кварталов дорогу нам преградили два скорее широких, чем высоких гнома, а позади из тени вынырнул вооруженный внушительной дубиной орк, перекрывая путь к отступлению. Кстати, он единственный в этой троице оказался игроком.

– Покайтесь? – с надеждой обратился я к ним, демонстрируя крест.

– Мы под Фартом ходим и к чужим богам если и лезем, то разве что в карман. А ну давай сюда кошель! – заявил один из гномов.

Я его назвал Рыжим, из-за характерного цвета лица. Второго – Черным по той же причине. Скорее всего, это были гончар и какой-нибудь углежог. Ну или просто питались какой-то дрянью несъедобных оттенков, не особо задумываясь о гигиене.

– Откуда деньги у несчастного слуги Кхара-Чумы? Мы даем аскезу бедности, а все нечестно нажитое возносим на алтарь своего господина! – заявил я и потряс пустой кружкой.

– Тогда тебе дальше ходу нет, убогий. Здесь платный проход. По сотне монет с рыла, – он указал на Дохлю, – кстати, твой зверь уже одной лапой за черту заступил.

– Первый раз его вижу, – «заступился» я за питомца.

– Значит, у тетки Марты сегодня будут мясные пироги, – шумно облизнулся за спиною орк.

Медвежатник и два Грабителя, уровни от двадцать седьмого до тридцать четвертого. Многовато для меня даже при поддержке Дохлятины, да и Благодать почти на нуле. Но, похоже, драки не избежать…

– И прошелся Первый Всадник, разнося болезни, мор и поветрие по селам и городам, – начал я, применяя свиток «Болотной Лихорадки» на одного из гномов, – и превращались города в кладбища.

Рыжий согнулся пополам и натужно закашлялся.

– Эй, ты чего? – похлопал его по спине второй бородач.

– Бегите и несите весь о Всаднике, а с нею и чуму по своим родным и подельникам… – с этими словами я крестом отмахнулся от орка и сверху добавил «Лихорадку» и ему.

– Эта тварь заразная! – завопил орк, в ужасе отшатываясь от меня.

– Никогда не слышал про чумных зомби? Ну а про Всадников Апокалипсиса, надеюсь, слыхали? Кстати, вот мой конь. Советую к нему присмотреться поближе…

– Этот урод на дохлой кошке разъезжает! – продолжал раздувать панику игрок.

Торбур Дурбар наносит вам урон: 21 (27 – 6Б физический).

Здоровье: 122/143.

Похоже, черный то ли Библии не читал, то ли был атеистом, то ли и впрямь искренне верил в своего Фарта. По крайней мере, вломил он мне своей дубинкой от всей души.

– Я же заразный!

«Болотную Лихорадку» и ему, сливая последние крупицы Благодати.

– Ничего, у меня амулет есть заговоренный.

Торбур Дурбар наносит вам урон: 34 (41 – 6Б физический).

Здоровье: 88/143.

Бубур Торбар наносит вам урон: 28 (34 – 6Б физический).

Здоровье: 60/143.

Отметив напоследок небывалую фантазию разработчика, который придумал имена Рыжему и Черному, я отважно применил тактическую уловку Номер Один из только что придуманного мной «Справочника супергероя» – покинул поле боя, предварительно отдав Дохле приказ забраться на крышу ближайшего дома.

«Закопаться!»

Глава 2. «Золотая рыбка»

Пока несостоявшиеся гопники шептались и переминались с ноги на ногу, пытаясь понять, куда пропал «кликуша», я залез в окно персонажа. Новый уровень не принес ничего особенного – все те же очки умений и навыков да три единицы Здоровья.

А вот Дохлятина порадовала. Оказывается, преодолевая порог в пять уровней, питомец мог развиваться в различных направлениях, получая новые умения и таланты.

Как и всякая уважающая себя нежить, Дохля не могла лечиться обычными способами, не чувствовала запахов и боли. Зато список талантов и умений порадовал: тут были Альпинизм, Ночное Зрение, Следопыт и Пожирание плоти. В умения к уже знакомым мне Пожиранию и Поиску Жизни затесались «кошачьи» – Мурчальник, восстанавливающий питомцу и хозяину ману с энергией, и Зализывание ран, которое позволяло залечивать мелкие раны с помощью языка. И себе, и хозяину, что не могло не радовать.

Параметры у Дохли были все распределены поровну, и еще три очка оставались свободными. Отложив их на потом, я начал изучать возможные ветки развития питомца.

В «Мире Фантазий» любой игрок мог завести себе питомца или ездовое животное в единственном экземпляре. Исключение составляли искусственные или призываемые существа – таких могло быть сколько угодно, но первые не могли развиваться, а вторые пропадали спустя некоторое время. Ну и отдельной статьей проходил обычный покупной транспорт.