- -
- 100%
- +
Эпиграф
Вы даже себе представить не можете, сколько раз вы копировались в Стикс.
Скучно живете? Вас угнетает обыденность и все надоело? Кругом серая тоска и ничего не радует? Хандра и чувство постоянной усталости? Тогда можете быть уверены, что ваши двойники-иммунные проживают, в лучшем случае, сутки, а потом или погибают в лапах монстров, или сами накладывают на себя руки. Да и те, кому довелось обратиться в монстра, вряд ли дотянут до уровня «лотерейщика». «Ползун», «медляк», максимум – «прыгун», вот ваш уровень в том мире.
Удачливый рейдер с рядом полезных даров и не знающая преград «суперэлита», в прошлой жизни не могли быть серыми и скучными личностями.
Глава № 1.
Ночь большого города
Настойчивый стук в дверь вывел из сна. «Твари. Какие же вы все твари», – не в силах открыть глаза, думал Иван, с трудом переходя из состояния сна в бодрствование. Глаза, с трудом, но открылись, и он уставился в бежевый натяжной потолок, в глянцевом отражении которого, отражалась огромная кровать, где он разглядел себя и Машу. Подружка спала, закинув на него свою ногу. Этот «трахадром», как собственно и эту квартиру, и всю мебель в ней, он приобрел для своей любовницы. Кровать привезли и установили только вчера утром и Маша, в ультимативной форме, потребовала сразу же провести ее «ходовые испытания». Пришлось срочно придумывать «командировку» в соседнюю область на конференцию с инвесторами.
К Машке Иван Гутченко, работавший заместителем мэра города последние шесть лет, прикипел сразу, как только увидел ее на совещании в администрации области, когда она, молодой специалист отдела культуры, докладывала результаты работы за квартал, вместо своего, внезапно заболевшего, начальника. Они встречались уже более полугода. Вначале на квартире, которую она снимала на окраине города, а последние два месяца, на этой, купленной им в «новострое», но оформленной на Машу, двухкомнатной квартире. Если об отношениях с Машей знали либо догадывались многие, то о квартире знал только его водитель Сергей, который регулярно привозил шефа на адрес и помогал заносить пакеты с покупками.
Стук в двери не прекращался. Надо было вставать, иначе непрошенный визитер грозил разбудить весь дом. За ближайших соседей он не переживал. Их не было, так как на лестничной площадке остальные квартиры находились на стадии внутренней отделки.
Осторожно, чтобы не разбудить, он убрал ногу подруги с себя и выбрался из-под одеяла. Набросив на голое тело халат, направился к двери. Тело сопротивлялось такому насилию над еще пьяным и уставшим от секса организмом, а глаза вообще отказывались работать, поэтому свой путь Иван осматривал одним полуоткрытым глазом.
А вот увиденное в дверной глазок мгновенно мобилизовало внутреннюю энергию организма. За дверью стоял лично начальник областного управления ФСБ Житенев Андрей Михайлович, который славился как властный, принципиальный и жесткий человек. «Вот это засада. Следили, раз о квартире знают. И пришли «брать» когда я совсем на расслабоне оказался. Что же они «накопали» на меня?» – рой тревожных мыслей пронесся в голове. Сразу вспомнились последние «мутные» схемы по бюджетным средствам на ремонте двух школ в дальнем мухосранском районе области, с «его» фирмами-подрядчиками, телефонные разговоры с начальником областной налоговой с просьбой «по-штормить» пару несговорчивых предпринимателей и наоборот не трогать одного хорошего знакомого. Но медлить с открыванием двери нельзя и рука, путаясь в длинном рукаве халата, потянулась к дверному замку.
– Добрый вечер, Андрей Михайлович, – голос звучал сухо, так как горло, как и все остальные органы, слушалось плохо.
– Скорее ночь и совсем недобрая. Я в машине жду. Думаю, что пары минут достаточно, чтобы собрать вещи и спуститься вниз.
Он не спрашивал о двух минутах, а просто констатировал то, что должно было произойти.
– Я в машине. В ней на ходу переоденетесь, Иван Иванович, – Житенев развернулся и начал спускаться по лестнице, унося с собой мощный светодиодный фонарь, который и заливал лестничную площадку ярким светом. Только оставшись в темноте, Иван понял, что электричества в доме нет.
«По крайней мере, на арест это как-то не похоже. Уже хорошо», – думал Иван. Он сбросил на пол халат и начал собирать разбросанные по полу вещи. Дольше всего искал носки. Ему не очень хотелось расстраивать фсбешника, выбиваясь из установленного тем временного режима. Вскочив в трусы и брюки, держа под мышкой остальную одежду, он направился на выход. Промелькнула мысль, чтобы разбудить и попрощаться с Машей, но он ее тут же отбросил, так как это заберет у него драгоценные секунды. Закрыв двери, он, перепрыгивая через две-три ступеньки, рванул вниз по лестнице.
Возле подъезда стояла личная «Шкода» Житенева, но с водителем. Сам Житенев сидел на пассажирском сиденье. Задняя дверь салона предупредительно была открыта, а может и непредупредительно, а показывая срочность мероприятия.
В трех метрах позади «Шкоды» стоял серый микроавтобус «Хундай», возле которого в полной экипировке стояли два бойца фсбешного спецназа. В открытой боковой двери в салоне виднелись еще несколько вооруженных бойцов.
Забросив в салон «Шкоды» свои вещи, он влетел на заднее сиденье. Машина рванула с места, не дожидаясь пока он закроет двери.
– Прежде, чем начнете одеваться дальше, посмотрите в окно на небо со своей стороны, – не оборачиваясь к Гутченко, произнес Житенев. – А потом я просвещу вас о сложившейся обстановке в городе.
Две разно размерных луны смотрели в удивленные глаза Ивана. Вначале ему это показалось наваждением, вызванным бессонной ночью и остатками хмеля в крови, но проморгавшись, он убедился, что две луны не являются плодом его галлюцинации, а реально находятся в ночном небе. Одна луна была немного меньше, но она была лишняя! Кроме лун там еще виднелись несколько крупных звезд, а также спиралевидная туманность, очень напоминающая антураж из фильмов о звёздных эпопеях и войнах.
– Впечатлило, надеюсь?
– Да, – еле выдавил из себя Гутченко.
Житенев передал ему бутылку с водой. – Освежитесь и слушайте. Сегодня, в два часа ночи, то есть два часа назад, город накрыло очень плотным туманом с кислым запахом. Полностью исчезли электричество и мобильная связь. Наши каналы и каналы связи МВД со столицей и соседними регионами, также не работают. Сейчас в мэрии соберется штаб по чрезвычайной ситуации. В состав войдут, кроме меня и вас, начальники областного МВД, МЧС, облздрава, командир учебного центра национальной гвардии. Вам придётся возглавить работу штаба.
– Почему мне? А мэр?
– Нет мэра. Он вечером уехал в загородный дом. Дома нет. И всего поселка этого нет. Кроме того, нет ни одного дома с той стороны реки, то есть третьей части города.
– Бред какой-то. А где же это все делось?
– Разбираемся. Уже выслали патрули из наличных на этот момент сил райотделов полиции и Нацгвардии. Ждем от них информации. Вы оделись? Подъезжаем.
Возле здания мэрии редкой цепочкой стояло оцепление из трех десятков бойцов с автоматами и полном боевом снаряжении. Возле входа и с обоих торцов здания из мешков с песком были оборудованы огневые точки с пулеметными расчетами. Возле входа, заехав задними колесами под ели, стоял БРДМ, на броне которого сидели два бойца.
– Не плохо обустроились, – прокомментировал увиденное Гутченко. – А танк, что же не поставили?
Ему показалось, что эта реплика должна как-то раскрепостить выглядевшего напряженным полковника.
– Танк, Иван Иванович, а вернее, два танка, стоят во дворе мэрии. Там же находятся БМП и два бронетранспортера. Пока что сюда стянута рота Нацгвардии. Еще одна рота и взвод спецов ФСБ находятся на территории пожарной части. Два взвода – в городском управлении полиции. Периметр площади тут моим решением будет усилен спиральным проволочным заграждением. Спираль уже привезли, а ежи, на которой она будет крепиться, готовят на железнодорожной станции из рельсов магистрали.
– Они что же, пути разбирают?
– Для начала используют запасные рельсы. В последствии будут разбирать саму дорогу. Все равно в ближайшей перспективе использоваться не будет.
– Почему это?
– Рельсы обрываются на мосту через реку. Вернее, мост обрывается. Он обрушен возле противоположного берега. Что там дальше еще не установлено.
Они поднялись к центральному входу. ФСБешник оглянулся на площадь.
– Интересный персонаж, – он кивнул в сторону пожилого мужчины, который подметал тротуар вдоль жилой пятиэтажки, расположенной рядом с мэрией. – В городе непонятная хрень творится, а человек занят своим обычным делом в такую ночь.
В большом зале совещаний уже собрались члены сформированного штаба. – Здравствуйте, коллеги. Язык не поворачивается сказать: «Доброй ночи». Давайте сразу к делу. Прошу всех к карте.
Когда все собравшиеся переместились к большой карте областного центра, Житенев, взяв в руку длинную указку, стал перед ними. – Начну обрисовывать обстановку на данный момент. В начале констатирую только факты, которые мне известны. Первое. Ночью, после плотного тумана со специфическим запахом, город, вернее его часть, оказались на неизвестной территории. Отсутствует вся часть города, которая была на противоположном берегу реки. Второе. Полностью отсутствует электроснабжение и телефонная связь. Попытки связаться с другими населенными пунктами при помощи радиостанций оказались бесплодными. Эфир просто стерилен. Третье. Виденный всеми вами ночной небосвод совершенно не похож на привычный нам. Таким образом, можно сделать вывод, что часть города, где мы находимся, каким-то образом перемещена в какую-то другую реальность, мир, вселенную. Звучит это бредово или фантастично, но факты показывают именно на это. В массовую галлюцинацию или поголовную шизофрению не верю.
– Есть ли информация о настроениях у населения? – задал вопрос Гутченко, обращаясь ко всем сразу.
– А откуда сейчас будет такая информация? Туман рассеялся только пару часов назад. Связь отсутствует, поэтому распространения слухов пока нет. Еще никто толком о случившемся и не знает и большинство еще спит. Разве что таксисты задалбывают наших гаишников на улицах, – не вставая, откинувшись на высокую спинку кресла, начальник городской полиции Полтев, у которого с заместителем мэра были давние личные «терки».
– А какими силами мы располагаем? Я имею в виду военные и полицейские силы. Возможны волнения ввиду неясности обстановки. Кроме того, возможна активизация как криминального контингента, так и мародерство жителями продуктов питания и прочих товаров, – продолжил Гутченко, не обращая внимания на сарказм полицейского.
– На данный момент мы уже располагаем курсантами учебного центра Национальной гвардии, – Житенев обратился к подполковнику, – уточните, какое количество личного состава уже собрано и задействовано.
Встав и одернув китель, подполковник первым делом представился: – Гольдин Виталий Васильевич, подполковник, начальник учебного центра национальной гвардии по подготовке младшего начсостава. В данный момент в наличии четыреста сорок курсантов центра, а также, прибыли по тревоге сорок офицеров и прапорщиков, проживающих в имеющейся части города. В распоряжении нашего центра имеется три танка Т-72, четыре БМП-1, десять БТР-80, два БРДМ и два многоцелевых бронеавтомобиля «Тигр».
Сто сорок человек личного состава находится на территории центра и патрулирует его окрестности. Еще три группы по сто человек: в управлении полиции, в мэрии и в маневренных группах, которые высланы с полицией в окрестности города.
– Благодарю, Виталий Васильевич. Есть ли запас стрелкового вооружения, кроме того, что закреплен за личным составом?
– Небольшой. Точно ответить сейчас не готов, но думаю, что не более ста единиц.
– Это я уточнил на случай необходимости вооружения дополнительных сил. Сотрудников МВД, МЧС, военкоматов, мобилизованных.
Житенев в это время смотрел на дворника, все также убиравшего улицу, переваливая в большой мешок содержимое уличных урн.
Глава № 2.
Юля
Юле было больно. Очень больно. Дышать было очень тяжело из-за пыли, забившей нос и наполнившей рот. Из-за этой же пыли, плотно засыпавшей глаза, невозможно было рассмотреть ничего вокруг себя. Тело занемело, прижатое к дивану чем-то холодным.
Накануне Юля приехала в гости к своей тете и осталась ночевать у нее, чтобы утром вернуться домой на первом автобусе. Тетя ушла на ночную смену, а Юля, слегка поужинав и посмотрев телевизор, легла спать в зале на диване. Больше в квартире никого не было. Что произошло ночью с домом она не понимала. Сон прервался на какое-то мгновенье грохотом и последовавшей за ним болью, а потом наступило беспамятство. Сколько она пробыла без сознания, Юля тоже не понимала.
Звать на помощь не получалось все из-за той же пыли или штукатурки, которая заполняла рот. Дышать получалось небольшими вдохами – тело было плотно прижато к дивану, а проклятая пыль, раздражая гортань и легкие, вызывали кашель. Однако и хорошо прокашляться у нее не выходило.
Пальцы рук и ног она чувствовала и могла ими шевелить, так что переломов она скорее всего избежала.
В конце концов, ей удалось проморгать глаза и хоть что-то рассмотреть вокруг себя. Много увидеть не удалось – практически полный мрак. К дивану ее прижимала бетонная плита, которая не раздавила девушку, то ли по стечению обстоятельств, то ли из-за хлипкой преграды, в виде быльцев старого дивана, на которые упиралась. По крайней мере, верхнее быльце, которое Юля могла видеть, не дало плите раздавить ее голову.
Слабый лучик света, даже не лучик, а его отблеск, еле-еле пробивался откуда-то со стороны ее ног, а если есть свет, то и приток воздуха будет.
Паника уже прошла и из каменного мешка она решила пробовать выбираться в сторону ног. Можно, конечно, ждать прихода спасателей, но под плитой оставаться было страшно, она хоть и держится, но сколько это продлиться неизвестно. В кромешной тьме она постоянно слышала, что где-то что-то скрипит и осыпается.
Цепляясь пальцами за обшивку дивана начала пытаться сдвинуть тело. С пятой попытки ей удалось сдвинуться сразу на пару сантиметров, и эта маленькая победа ее воодушевила. Усилив движения Юля сдвинулась еще немного. Сейчас она напоминала змею, которая двигается хвостом вперед.
Быльца, находившаяся в ее ногах, была оторвана и это позволило сместить часть тела с дивана. Отдышавшись и немного восстановив силы, потраченные на необычный способ перемещения, ей удалось сползти в нишу, образовавшуюся среди нагромождения плит и обломков мебели, где она смогла, согнувшись сесть и размять затекшее тело. Немного развернувшись, Юля увидела проем, из которого до нее доставал уличный свет, но судя по его размеру и количеству препятствий, быстро выбраться из каменной ловушки ей не светит.
Первую пару метров она проползла довольно быстро, всего пару раз ударившись головой и немного порезав колено. Дальше лаз расширялся, но был перепутан кусками арматурных прутьев, торчащих с разных сторон как в квест-комнате или фильме об искателях сокровищ. И вновь девушке пришлось становиться змеёй, чтобы пробраться через лабиринт железных прутьев. Еще два метра и на ее теле добавилось десяток мелких и не очень порезов, шишка на голове, стертые ссадины на локтях и коленях.
Протиснувшись через последнее скопление арматуры, за куском плиты она наконец-то увидела небольшой участок неба. Правда до него было метра четыре и выбираться надо будет вверх, но лаз был шире и без острых предметов. Растянувшись на спине и расслабив тело, девушка решила отдохнуть и снова восстановить силы перед последним броском на волю. Закрыв глаза, постаралась вслушиваться в доносившиеся с улицы звуки. Никаких признаков того, что развалины дома разбирают спасатели, не было. Неслышно голосов людей и звуков работающей техники. Только обоняние улавливало запах дыма. И чем ближе она продвигалась к виднеющемуся небу, тем сильнее и насыщенней становился этот запах.
Немного восстановив силы, Юля начала подъем наверх, цепляясь за различные выступы.
Для взрослого мужчины такой подъем был бы труден, но преодолим. А вот для хрупкой девушки, которая четыре месяца назад только окончила школу и работала продавцом кофе в подземном переходе метро, а самой большой физической нагрузкой в жизни, которую она испытала, был сбор хвороста для костра во время похода в лес с классом, это стало задачей на пределе сил и возможностей. Не имея ни сил, ни навыков, она смогла подняться наверх и перевалившись через край провала, обессиленно растянуться на куске плиты.
У нее не осталось ни силы, ни желания шевелиться, звать на помощь и даже просто осмотреться вокруг. Она хотела просто лежать, вдыхая свежий воздух и смотреть в небо. И пить. Пить хотелось просто до умопомрачения. Язык, казалось, ссохся в маленький комочек, а на зубах скрипел песок. И жутко болела голова. Боль разрывала, то виски, то затылок, то лобную часть. Но несмотря на жуткую головную боль и страшную жажду, шевелиться Юля не могла и не хотела. Силы оставили ее, и она, с полным безразличием ко всему, что происходит вокруг нее, лежала, не шевелясь на спине. «Хорошо, что не зима сейчас. С такими спасателями я бы уже околела в морозную погоду».
Так она могла бы лежать неизвестно сколько времени, но в реальность ее вернули выстрелы, которые раздались совсем недалеко. Приподнявшись на локтях, она наконец осмотрелась.
Весь первый подъезд теткиного дома обрушился и представлял собой громадную кучу обломков из конструкций дома, мебели и бытовой техники, а остальная часть дома возвышалась над ней своей изуродованной громадиной. Такое Юля видела только по телевизору, когда показывали хронику происшествий о взрывах бытового газа в квартирах.
Перевернувшись на живот, она хотела встать на колени, но они были изодраны до крови, и она уселась боком, согнув ноги в коленях. С высоты завала, на котором она находилась, открылась жуткая картина. В нескольких местах к небу поднимались дымы пожаров, на дороге в одну большую кучу, собрались десятки изуродованных при столкновении машин, часть из которых уже успели полностью выгореть и теперь продолжали дымить тлеющими покрышками. Большой продуктовый магазин, куда она зашла, приехав город, чтобы купить тетке вкусный тортик, зиял своими разбитыми витринами, а рядом с центральным входом, перевернувшись на бок, лежал автомобиль «Скорой помощи». И никаких признаков проведения спасательной операции она не увидела. На значительном расстоянии виднелись несколько человек, в одиночку и небольшими группами неспешно идущих куда-то по своим делам.
А вот картина, открывшаяся ей с противоположной стороны дома ее, сразу же испугала. На игровой площадке детского сада лежало несколько тел. По их положению и позам было понятно, что люди уже не живые. Над одним из тел склонилось два человека, вероятно оказывавших помощь пострадавшему.
Со стороны детсада спуститься по развалинам было для нее невозможно и Юля, еще раз осмотрев руины, решила попробовать слезть со стороны магазина. Ее немного смущало, что одета она была только в сильно изорванную и перепачканную кровью и пылью ночную рубашку. «Бред все это. Главное, что жива осталась. А сколько народа осталось там внизу, под развалинами!». Отбросив чувство стыда, она, цепляясь за обломки, начала спуск.
Уже в конце спуска с развалин ее внимание привлек шум приближающегося транспорта. Уцепившись за обломок стены, она привстала и осмотрелась. В ее сторону направлялась небольшая колонна техники, в которой было три больших грузовых машины военной раскраски, один красный микроавтобус и две легковых машины, на крыше одной из них был большой знак такси. Машины неторопливо втягивались в городскую застройку. Со всех сторон к ним стали стягиваться люди от всех ближайших домов. Их было очень много. Несколько сотен бегущих, медленно передвигавшихся и даже ползущих людей, двигались к подъезжавшим машинам.
Решив, что эта колонна – военные, которые пришли на помощь после случившейся катастрофы и прибыли для вывоза людей, Юля стала быстрее спускаться, что стоило ей новых ушибов и ссадин.
То, что произошло, когда она спустилась с развалин, повергло ее в шок и вызвало ступор всего тела. Со стороны машин раздались множество выстрелов, слившихся в сплошную канонаду из автоматных очередей. Стреляли из машин по идущим за помощью людям, которые не обращая внимание на падающих со всех сторон убитых и раненых, продолжали идти и бежать к машинам.
Юля укрылась за большим куском обломка стены, боясь высунуться из-за него.
Постепенно стрельба стала стихать. Раздавались короткие очереди и одиночные выстрелы. «Наверно, они всех перестреляли», – подумала она и опасливо выглянула из укрытия.
Увиденная ею картина еще сильнее напугала. Огромное количество людей буквально облепило машины. Из кузовов грузовиков еще пытались отстреливаться или отбивались от лезущих к ним людей прикладами. Одна из легковых машин, на которой повисло с десяток людей, объехав грузовик и сбив несколько человек, попыталась прорваться, но водитель не справился с управлением и врезался в опору линии электропередач. Автомобиль заглох, а разъяренная толпа продолжала бить руками по стеклам и корпусу.
В этот момент в толпе появилось несколько более крупных чудовищ, которые превышали ростом многих людей примерно на голову. Расшвыряв в стороны людей, которые к удивлению девушки, не стали убегать, а немного отойдя в стороны, наблюдали со стороны, чудовища разбили стекла машины и начали вытаскивать водителя и пассажиров наружу. Два чудовища, вытащив водителя, тут же свалили его на землю и начали рвать зубами. Крики водителя и пассажиров резанул Юлию по ушам и она, зажав уши ладонями, спряталась за стеной. Она понимала, что надо бежать куда-то далеко, но ноги налились тяжестью, а страх вновь сковал все тело.
Когда Юля все-таки раскрыла глаза, то увидела молодого на вид парня, который стоял в десяти шагах от нее, и вертя головой, осматривал округу.
– Эй! Парень! Прячься быстрее сюда, – негромко окрикнула его девушка.
Молодой человек резко обернулся на ее голос и уставился на нее черными и совсем нечеловеческими глазами. Склонив голову на бок, он буквально несколько мгновений рассматривал ее, а за тем довольно громко заурчав, бросился к ней.
Вскрикнув, Юля упала на четвереньки и полезла в щель под большим куском панельной плиты, которая разломившись на несколько частей при обрушении здания, переломилась. Не обращая внимания на новые царапины и ссадины, она смогла протиснуться под плиту, где пространства было достаточно, чтобы стоять согнувшись. Преследователь, упав на живот, пытался пролезть следом за ней, все также продолжая урчать и протягивал к ней свои руки. Его тело было крупнее Юлиного и сразу пролезть у него не получалось. Кроме того, острый край арматурного прута впился ему в спину и мешал пролезть.
Осмотревшись под ногами, она нашла кусок какой-то палки с острым, немного излохмаченным краем и вооружившись им, стала колоть нападавшего в лицо.
Снаружи добавилось урчащих звуков. Когда Юля выглянула сквозь щель в месте перелома плиты, то увидела, что к месту ее укрытия подошло еще несколько человек. Но самым плохим из увиденного было то, что среди них было одно крупное чудовище. Ей удалось рассмотреть, что это когда-то была женщина, так как на теле была длинная красная юбка, удерживаемая на талии резинкой. Из остальной одежды сохранились грядные обрывки блузки, теперь уже непонятно какого цвета, которые частично висели на плечах. Вся морда чудища, груди и лохмотья, были перепачканы кровью.
Чудовище прошло через толпу, как ледокол через скопление льдинок, просто раздвинув их своим телом, ни на секунду не притормаживая. Взгляд был направлен именно вместо, откуда Юля выглянула наружу. Чудовище исчезло из обзора и тут же тело пытавшегося добраться до нее парня пропало. Его выдернули наружу под издаваемое им урчание, которое изменило свой тон, как показалось девушке, на недовольный.
В разломе плиты появилось несколько рук, которые тянулись к ней растопыренными пальцами.
А на месте парня уже появилась рука с мощной мускулатурой, которая никак не могла принадлежать нормальной женщине. Рука тут же начала шарить по завалу, пытаясь ухватить девушку цепкими пальцами. Попытка ткнуть в руку острием палки никакого результата не дала. Рука резко дернулась и выбила палку из рук, при этом несколько крупных заноз впились в ладони девушки, а сама она упала на спину и отталкиваясь ногами поползла назад, пока не уперлась головой в завал, а ягодицы попали на что-то мягкое, но упругое. Мельком взглянув, Юля вскрикнула от неожиданности, чем вызвала всплеск урчащих за преградой голосов.
Рядом с ней, присыпанный пылью от штукатурки, на спине лежал труп мужчины, на котором были только синие трусы. Головы у трупа не было, так как она была раздавлена бетонным перекрытием.