Взгляд кошки

4

Лёша взялся открывать шампанское.

- Шампанское - это ведь понижение? - спросила жена.

- Да, - кивнул я. - Не хочешь?

- Я лучше выпью ещё мартини. Мне можно?

- Тебе можно всё! - я придвинулся к ней, и мы слились в долгом поцелуе.

- Чёрт! Как она открывается? - устал биться с бутылкой Лёша. На помощь поспешил Ваня. Официант заботливо принёс узкие бокалы для шампанского и начал расставлять их возле каждого из нас. Когда он поставил два бокала возле нас, я сделал отрицательный жест, показал на жену и сказал:

- Ещё один мартини.

- Вас тут сфотографируют, - сообщил официант. - Стеклянный стакан будет странно смотреться. Давайте я принесу мартини, а во время тоста я налью даме немного мартини в бокал для шампанского?

- Да, отличная идея! - согласился я.

- Я мигом! - улыбнулся он и исчез. Он не соврал. К тому моменту, как Лёша, Ваня и Саша откупорили бутылку, в бокале жены уже был мартини. Напиток был почти не заметен, поэтому я не удивился, когда услышал вопрос Ани к жене:

- А ты не будешь?

- Она не хочет понижать градус, - ответил я. - У неё налито!

Аня понимающе кивнула, повернулась к Саше и стала что-то говорить ему в ухо. Он кивал, но было заметно, что ему всё равно. Он хотел выпить. И у него не было особых пожеланий. Он готов был мешать ром, который пил до этого, с шампанским, которое сейчас налили в его бокал.

- Ну? - радостно поднялся Лёша, вытягивая вперёд руку и поднимаясь с явным намерением сказать речь. Сначала поднялся Ваня, а потом и все остальные. Не поднялась моя жена. Она развалилась на диване, но я наклонился, обнял её, всучил бокал для шампанского с мартини и фотограф всё-таки запечатлел нас всех с бокалами, празднующими эту победу. Только после этого от нас отстали, и мы сели смаковать победные моменты.

- Ты нас здорово выручил! - радостно воскликнула Аня. - Откуда ты всё это знаешь?

- Не знаю! - рассмеялся я. - И здесь такие вопросы были...

Когда я говорил это, то имел в виду вопросы о современных артистах. Например, пару музыкальных вопросов. Я эти мелодии слышал впервые в жизни, у меня не было никаких шансов отгадать исполнителей, но вот все остальные очень даже угадывали. Вопрос о том, кто из звёзд не захотел петь на Эйфелевой башне тоже поставил меня в ступор. Но ответ на него знал Саша. Я же его ответ не смог бы даже воспроизвести. Я эту звезду слышал первый и, не исключено, в последний раз в своей жизни.

- Да, вопросы были непростые! - вмешался Лёша. - И тебе невероятно везло!

Я пожал плечами, не зная, как на это реагировать.

- Новичкам везёт! - отозвался Ваня и стал хохотать. Никто кроме него не нашёл в этом ничего смешного, но Ваню это не смутило. Саша подозвал официанта и стал что-то выяснять.

- Зовите ещё! - отозвалась жена. - Нам понравилось!

Я думал, что она не примет участия в беседе, уже вырубится, но она даже стала как-то бодрее и осмысленнее, хотя никакой логики в том, как она себя чувствовала, я не видел.

- И мы рады, что вы пришли! - радостно отозвалась Аня.

- Обязательно позовём! - пообещала Майя, задержав взгляд на мне. Тут я заметил, что Лёша внимательно следил за ней и на его лице мелькнула тень раздражения.

- Как ты свинг угадал? - бурно восхитился Ваня. - Я думал, что это мёртвый вопрос!

- Я тоже так думал, когда сначала сказали что-то там о вязании, - улыбнулся я. - Но потом возникла тема джаза, затем что-то сказали о боксе, и я сообразил!

- Любишь джаз и бокс? - спросил Лёша.

- Джаз люблю, - кивнул я. - А по боксу у меня первый юношеский. Так что чуть-чуть что-то знаю...

- С тобой надо быть аккуратнее! - рассмеялся Ваня. Я наклонился и протянул ему ладонь. Он радостно отбил пять.

- Я думала, что в вопросе о писателях из Парижа у нас вообще нет шансов! - радостно включилась Аня.

- Мой ответ, кстати, вполне был неплохим! - вступил Лёша. - Всё было очень похоже! Не понимаю, где там что-то у них не сошлось...

- Нет-нет-нет! - возразил я. - Хемингуэй там никак не подходил!

Жена притянулась ко мне и звучно чмокнула в щёку.

- Я не помню точных дат, - продолжил я, - но после тридцатого года Хемингуэй в Париже уже не жил, это точно! У него есть книга «Праздник всегда с тобой», вот она рассказывает об этом, я читал! И потом, Хемингуэй не увлекался джазом, так что вряд ли...

- Ты так говоришь, как будто ты там был! - почти обвинил меня Лёша.

- Нет, я там не был, но «Праздник...» читал! И читал «Преследователя» Кортасара.

- Чего? - встрял Ваня.

- «Преследователь», - чуть ли не по слогам объявил я. - Это повесть Хулио Кортасара о джазовом музыканте, Чарли Паркере. Он там выведен под именем Джонни.

- Ты словно готовился, - сказал Лёша и сделал большой глоток шампанского.

- То есть ты знаешь какого-то там Чарли, но не знаешь, кто такой Глеб Викторов? - усмехнулся Ваня. Я завис, а Лёша, заметив моё замешательство, начал аплодировать.

- Получается, что так, - согласился я. - А кто такой Глеб Викторов?

- На! - вместо ответа протянул мне наушник Саша. - Ты же в текстах шаришь?

- Да! - радостно отозвалась жена. - Самый лучший способ дать ему запомнить группу - это поставить песню! Текст он сейчас сразу разберёт!

Я смущённо улыбнулся.

- Что ты ему поставишь? - спросил Лёша.

- «Привет», - ответил Саша, не поднимая глаз от экрана смартфона.

- Там хрень какая-то, а не текст! Он там просто что-то повторяет и всё! Надо что-нибудь другое!

Лёша продолжал что-то говорить, называл какие-то песни и что-то о них рассказывал, но Саша уже включил песню, и я уже не услышал какие-то его замечания. Не то, чтобы не мог, просто шума со всех сторон хватало, хотелось сосредоточиться. Всё-таки жена заявила, что я что-то понимаю в текстах, мне хотелось соответствовать её словам.

- «Три дня дождя» - это группа? - спросил я.

- Да, ответил Саша. - Глеб Викторов - её солист.

Я кивнул. Песня «Привет» идеально подходила под то, чтобы сидеть в баре с друзьями, болтать о чём-то умном и пить разные алкогольные напитки.

- Удалось что-нибудь понять? - криво усмехнулся Лёша.

- Да, - ответил я. - Текст очень сильный. Исполнение мне не нравится, но текст очень даже...

- О чём там? - перебила Майя.

- Мотив двойничества, - начал я. Сразу почувствовал, как меня обвивает руками жена, прижимается к моей спине. - Он не может понять, кого любит девушка: его или тем, кем он является в группе «Три дня дождя». В начале песни это его так расстраивает, что он уходит в бар, бухает, и бухает довольно сильно, до определённого состояния. А потом он видит её в дверях этого бара и не может понять, действительно ли она там есть или он напился до такого состояния, что он её там видит, потому что очень хочет увидеть, а на самом деле её там нет.

- Ого! - восхитился Ваня. - Я думал, он там просто один и тот же куплет на разные голоса повторяет!

Он стал смеяться, поскольку считал, что это будет для всех шуткой, но его никто не поддержал. Аня и Саша слушали с серьёзным видом, Майя задумчиво улыбалась, Лёша скривился, хотел что-то сказать, но бессильно провёл рукой в воздухе и ничего не сказал.

- Там есть куплет, - продолжил я. - Про лёд в стакане. Вот там он уже пьян, поэтому меняется интонация, с которой он пропевает те же самые слова...

Аня кивала, видимо, понимая, о чём я говорю. Саша и Майя вставили себе наушники и убеждались в справедливости моего толкования, прослушивая песню.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.