- -
- 100%
- +
© Владимир Мухин, 2017
ISBN 978-5-4485-7820-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Вам когда-нибудь доводилось гулять по кладбищу? Днем, ночью или ранним утром. Возможно, вы пришли туда помянуть свою прабабку или заглянули просто так, чтобы насладиться странной тишиной могил.
Каждого из нас в той или иной степени притягивают эти мрачные места. Эти скопления разлагающихся на двухметровой глубине тел.
Но кроме самих телесных оболочек, свой приют находят здесь и многие души. Большинство из них уходят восвояси. Но некоторые, не могут или не желают этого делать.
И тогда все вокруг наполняется ужасным ожиданием. Ожиданием тех, кого с нами нет. Ожиданием того, что хоть что-то живое прикоснется к ним, и даст то, чего им так не хватает.
Но не все погосты являются местами для паломничества живых людей. Многие из них бесследно исчезают с тела земной поверхности.
А некоторые кладбища просто порастают тенью забвения. Подъездные дороги к ним покрываются травой. Железные ворота становятся добычей охотников за металлом.
И стоят такие кладбища одиноко, гладя в небо своими крестами. Они смотрят и ждут. Ждут своего часа. Как открытые глаза покойника, которому некому опустить затекшие веки.
Глава 1
Машина марки «Ауди» ехала довольно быстро и легко, по относительно ровной дороге, преодолевая километр за километром.
Ее владелец Алексей Сергеев был вполне доволен своим транспортом. Он чувствовал мощь своей техники и радовался тому, как лихо она (по инициативе хозяина) обгоняет различного рода легковушки, не давая им шансов на ответный маневр.
К своим почти тридцати годам парень добился ученой степени «доцент», большого опыта и уважения среди коллег.
Не зря он закончил с отличием институт и пошел в аспирантуру. Теперь он мог не только преподавать и вести дополнительные занятия, но и оказывать услуги по частному репетиторству.
Все это позволило ему накопить деньги на эту просторную и мощную машину, которая давно являлась к нему во снах.
Ну и что, что ей было уже двенадцать лет. Зато неплохая цена. И отличное техническое состояние.
Она давала фору многим новым авто. Ведь это был шедевр немецкого автопрома, а не какая-нибудь китайская пародия.
Вообще, Алексей был на самом пике, как ему казалось. В финансовом плане его все вполне устраивало. Вот если бы так и в плане личном, то было бы вообще неплохо.
Ведь он сам давно проживал в Москве. А его новая подруга была из его родного города. И теперь ему вечно приходилось мотаться туда-сюда, разрываясь между чувствами и работой.
А может, стоило просто бросить Галю и найти себе Москвичку, которая живет с ним по соседству?
Но нет! Галя была идеальной девушкой, которая всегда была готова предоставить полезный совет, понимание, сочувствие, спокойствие, вагину и все прочее. Поэтому расставаться с ней – это явно не вариант.
Тогда может взять ее с собой в Москву? Но ведь у нее здесь дом, родственники, работа, кот и малая родина.
Настоять! Просто настоять на ее переезде и дело с концами!
Опять нет. Он ведь такой занятой человек. Холостяк. Пожизненный раб науки. Неужели он сможет найти время для того, чтобы стать еще и мужем? Неужели он позволит себе так кардинально поменять свою жизнь? Да и вообще, получится ли это у него сделать…
Пытаясь решить в голове далеко не математическую задачу, Алексей взял небольшую бутылку воды и открыл ее одним пальцем, приподняв специальную крышку вверх. Держа руль одной рукой, он сделал пару глотков, а затем вернул бутылку на прежнее место.
– Да. С этим надо что-то делать. Вот тебе и теорема. Вечно я чем-то загружен, не то, что этот тюлень, – подумал он, глядя на пассажирское сидение.
Справа от водителя дремал, припав к окну, его давний друг Эдуард Статский, который в кои-то веки решил отправиться в свой родной город.
Возможно, у него там были дела, о которых он не говорил. А возможно это просто ностальгия. Хотя нет… Дела. Конечно дела.
Ведь этот человек вряд ли был склонен к ностальгии. Он давно изменил себя и стал жить новой жизнью.
Тот старый Эд, который учился с Алексеем в институте, был гораздо умнее и интереснее. Он думал о многом и мечтал о великом.
Но после окончания учебы, паренек отправился в Москву. Правда, не заниматься научной деятельностью, как его друг, а строить бизнес.
Теперь он был довольно успешным предпринимателем, продающим мелкий и не самый качественный ширпотреб.
Он не ценил ничего, кроме денег, и опробовал на себе все вредные привычки, которые только мог опробовать человек его возраста.
Это серьезно осложнило отношения двух друзей, которые неожиданно стали чуждыми и разными друг для друга. Но, несмотря на такую разность, они все же общались. Скупо, напряжено, иногда. Но все же общались.
Наверное, привычка и старая память не давали разорваться этому союзу окончательно. Вот и сейчас они ехали домой вместе, как в старые, добрые времена, когда их отношения можно было считать настоящей, ламповой дружбой.
Эдуард спал, привязанный к креслу ремнем безопасности. Его куртка с эмблемой «Найк» была помята и растрепана. А волосы развивал ветер, который прорывался сквозь приоткрытое окно автомобиля.
В очередной раз, посмотрев на своего друга, Алексей хотел обратиться к нему. Но в последний момент, он не стал этого делать.
– Спи, удав. Я и сам без тебя знаю, – подумал водитель, решив не прерывать отдых своего пассажира.
Он медленно сбавил скорость, перестраиваясь на крайнюю левую полосу. После чего, Алексей нацепил очки, которые он частенько «нацеплял», когда надо было увидеть что-нибудь важное.
Вскоре, перед его глазами появился поворот без каких-либо опознавательных знаков.
– Ага. На вроде так… Других здесь нет, – заявил сам себе он, и вывернул руль, чтобы совершить маневр.
Машина съехала с большой, широкой дороги. Она в тот же миг оказалась на потрепанной асфальтовой трассе, которую не ремонтировали со времен СССР.
Несмотря на это, дорога оказалась добротной. И ехать по ней было вполне себе комфортно. Алесей улыбнулся, такому сюрпризу, и отправил свой взгляд далеко вдаль.
Сочная зелень полей простиралась кругом. Изредка виднелись какие-то заброшенные домики.
Август вступил в свои права больше двух недель назад. На улице было достаточно прохладно, несмотря на работающее в поте лица солнце. Зато воздух был необычно чистым и легким.
В такую погоду хотелось не просто ехать, а лететь на машине. И желательно на другую планету. Такой сильной тягой к приключениям наделяла эта предосенняя благодать каждого, кто в нее погружался.
Она словно вестник перемен заявляла, городским и сельским жителям о том, что время не стоит на одном месте. И что желательно использовать его так, чтобы можно было получить хоть какую-то толику удовлетворения от происходящей вокруг вакханалии.
– Красота… – Вздохнул Алексей, предвкушая скорое появление дома.
– Ого. Что это? Это где вообще… – проснулся Эдуард, который неожиданно забыл, что он находится в машине.
– Оооо наконец-то. Четвертый час уже дрыхнешь, Эд. Смотри, а то гей-парад приснится!
– Ой… Капец. А что мне делать по-твоему еще… – Эд потянулся и принялся тереть лицо. – Петросян ты местный.… Дай попить лучше. Сушняк долбит.
Усмехаясь от вида своего друга, Леха протянул Эду небольшую бутылку воды. Последний, вместо того, чтобы открыть на ней крышку, принялся откручивать всю пробку целиком, что почему-то рассмешило водителя еще больше.
Через некоторое время Эд закончил борьбу со своей жаждой, не оставив в бутылке практически ничего. Он еще немного смотрел в окно, на мелькающие желто-зеленые поля, после чего заявил:
– Что-то ты в какие-то кушеря заехал. Или это согласно «вновъ установленному плану»?
– Плану-плану. А как же еще? Мне тут ребята дорогу подсказали. Говорят, много наших здесь ездят. Трасса вполне себе ничего. И мало кто ей пользуется. Если повезет, то километров пятьдесят сэкономим, так еще и без пробок, камер и постов в черте города вынырнем…
– Аааа. Решил без мусоров и встречек, по легкому ветру проскочить. Ништяк. Это по-нашему, – Эд улыбнулся, явно не ожидая такого хода от своего не в меру правильного друга. – Только главное, чтобы в жопу потом какую-то не заехать. – Скептически добавил он.
– Слушай. Ну, я трех разных людей спрашивал. Какой смысл им врать? И вообще, безвыходных жоп не бывает по определению. Чистая наука.
На эти слова Эд кивнул головой, как бы оценивая шутку товарища.
Черная и на вид презентабельная машина рассекала просторы полей, как нож свежее масло. Молодые мужчины смотрели на дорогу, изредка перекидываясь фразами различной направленности.
Разговор явно не клеился, вечно забираясь в тупик. Разность интересов, недомолвки и тайные взаимные обиды служили палками в колесах для их отношений.
Но, несмотря на это, никто не пытался расставить все точки над «и». Поэтому все шло именно так, как шло, и никак более.
Вскоре перед автомобилем появился заржавевший знак, на котором было четко написано «Чижово»
Эд вышел «из транса», в котором он пребывал до этого несколько минут, и громко воскликнул:
– Ух ты. Моя родина!
– С какого перепуга! Это село уже лет тридцать пустует. Сюда даже подростки за цветметом не ездят, – усмехнулся Леха.
– Ну, ты и дундук, чувак. Раньше то оно пустым не было. Здесь мои прадеды всякие жили. Мне бабка рассказывала. Помню, много историй разных интересных говорила. Жаль умерла рано. А то бы я еще послушал.
– Да уж. Не знал, что ты такой романтик.
– Да ты вообще многое обо мне не знаешь…
После этих слов Эд отвернулся в окно, как бы ни желая продолжать беседу. Леха хотел спросить у него что-то про это старое, давно заброшенное село. Но, чувствуя ситуацию, решил оставить все вопросы при себе.
Знаете, любая провинциальная дорога, особенно если это дорога вблизи заброшенных сел, показывает нам, насколько мы слабы и беспомощны.
Проезжая по таким дорогам, ты понимаешь, что все проблемы с продовольствием, жильем и все прочим можно решить одним махом. Для этого надо освоить хотя бы одну сотую тех земель, которые сейчас бесхозны.
Ведь гигантские участки плодородных полей давно поросли травой, бурьяном и клёном. Они не приносят выгоду никому, и никому практически не принадлежат. А мы вечно жалуемся и ноем, не замечая такого богатства.
Мы только загрязняем, уродуем такие участки земли. А больше нам ничего не надо. Быть может, мы достойны такой жизни, которая у нас есть. Достойны, за нашу глупость и грехи.
Примерно в таком ключе думал Леха, держа руки на прилично надоевшем руле.
Ему казалось, что этому пустынному полю не будет конца. И что не только Чижово и ближайшие деревни теперь заброшены, но и вся наша планета. А куда бы ты ни поехал, везде будет такой же точно зеленый, августовский пейзаж. Картина без стекла, бетона, асфальта и цивилизации.
Но раздумывать водителю предстояло не долго. Пронзительный голос Эда вырвал его из потусторонней реальности.
– Э! Э! Леха, смотри! Вон там! Гляди? Ты видишь это? Да туда смотри, а не на меня, ты!
– Что случилось! Эд, ты что охренел? Зачем так орать! Я не глухой, – не на шутку возмутился Леха.
– Да ты не глухой, ты слепой! Смотри туда, говорю, и скорость сбавь! Что так гонишь?
Леха машинально бросил педаль газа, сбавляя обороты двигателя. Он посмотрел туда, куда указывал его товарищ.
Где-то в небольшом отдалении от дороги виднелось некое скопление чего-то. Небольшие домики или пасека с ульями, или множество собачьих будок.
Леха напряг свое не самое острое (несмотря на очки) зрение, как мог. Он настолько отвлёкся, что зацепил обочину, от чего машину нервно дернуло.
– Кладбище… – Произнес он вслух. – Ты что тыкаешь мне в морду кладбище?
– Это не просто кладбище, чувак! – Возмутился Эд. – Это Чижовское кладбище. Давай к нему подрули.… Пожалуйста.
– Зачем? На кой черт нам кладбище?! Мы вообще-то домой собирались!
– Да объясню я все! Давай-давай! Леха не томи. Блин, я вообще в шоке…
Видя невнятную возбужденность своего товарища, Леха нехотя принялся искать подъездной путь к этому «арт объекту».
Такой путь к счастью был. Некая пародия на грунтовую дорогу вполне себе присутствовала. И машина легко въехала на такое покрытие.
Сейчас стояла сухая погода. И это сыграло решающую роль. Ведь если бы небо расщедрилось на августовские ливни, то вряд ли бы можно было так легко исполнить просьбу Эдуарда.
Но погода была солнечной, как и сама дорожка. В скором времени «Ауди» неспешно подобралась довольно близко к заросшему, мрачному погосту. Леха остановился и заглушил мотор.
– Ну вот. Вот тебе твое кладбище. Чижовское или какое оно там…. Может, теперь ты расскажешь мне, почему ты решил потратить наше общее время на осмотр этого «памятника архитектуры»? – Не скрывая раздражительности, заявил водитель.
– Обалдеть… – Глаза Эда были расширены. Он смотрел на разбитые, кованые ворота кладбища, которые поросли травой и ветками, как завороженный.
– Чувак. Да это не просто кладбище.… Это моя семейная легенда типа… Бабушка мне сто раз рассказывала, как здесь моих прапрадедов хоронили. Я всю жизнь мечтал сюда зайти. Посмотреть хотя бы.… Помянуть.… И теперь вот оно. Я прям в шоке.
– Аааа, – Леха понимающе кивнул. – С учетом того, что ты прожил здесь лет двадцать и уже лет десять мотаешься сюда, можно было выбрать более удобный момент для поминовения усопших.
– Момент-то можно. Но вот кладбища этого нет. Точнее, я думал, что нет. Мне бабка говорила, что его ещё давно под асфальт раскатали. Не нравилось оно «советам». Там купцов много похоронено или народных врагов. На его месте здесь комплекс какой-то сделать хотели. Свиной или коровий. Но что-то не срослось потом.
– Да. Судя по тому, что мы наблюдаем, погост не особо-то под асфальт раскатали…
– Ну не знаю, я вроде газету видел. Да и бабка врать не будет, – Эд на секунду задумался. – Или получается, что будет…
Мужчины на какое-то время замерли, вглядываясь в заросшую мглу того места, где когда-то было захоронено много сотен людей, и целыми днями шныряли родственники усопших, чтобы приводить старые могилы в порядок.
Даже Леха со своим скептическим мышлением и то испытал какой-то трепет перед этим старым кладбищем. Но вскоре он вспомнил, зачем и куда ему надо ехать. Ведь стоять здесь, смотря на эту кучу могил с развалившимися воротами, было явно не в его планах.
– Ну что, посмотрел на свое кладбищЕ? Погнали дальше? – Спросил он, толкнув Эда в бок.
– Нет. Не погнали, – отозвался Эд, не отрывая взгляда от мрачных ворот. – Я, наверное, зайду, гляну…. Дедов помяну.
– Куда ты там пойдешь? Тебе что заняться больше нечем? – Рассмеялся Леха, думая, что все это лишь глупая шутка.
Но Эд даже и не планировал хохмить. Он спокойно открыл дверь машины и вылез наружу.
Его примеру последовал Леха, которому очень не хотелось задерживаться здесь даже на лишнюю секунду.
– Да ты что творишь!? Эд! Я к тебе обращаюсь! Ты куда рванул?
Парень обернулся, услышав эти слова. Его взгляд был серьезным и решительным.
– Успокойся. Все нормально. Гляну на могилы предков и поедем дальше. Тебе, что пять минут, что ли жалко?
– Да в другой раз поедешь сюда! Что тебя так приспичило!? То месяцами про дом забываешь! А то вдруг такой весь правильный! – Леха чувствовал, что выходит из себя. Эта ситуация не по-детски его тревожила.
– Да у меня вечно другой раз, Леха! У меня постоянно так! Да я правильный и что?! Правильный! Потому что в другое время я не хрена не правильный, ясно! Я бабке своей обещал…. А она мне как мать была. И вообще, это мое личное дело. Ты мне не отец родной. Либо сиди в машине молча, либо отвали.
– Отвалю! Я лучше уж отвалю, тогда! – Закричал Леха и ударил кулаком по крыше авто. – И если ты сейчас не сядешь в тачку, то я отвалю без тебя! А ты будешь здесь кукарекать один, на этом чёртовом чижовом кладбище!!!
– Пошел в жопу! – С этими словами Эд решительно направился в сторону ограды.
– Да что взбрело в голову этому придурку? Он там вообще обкурился? Нормальным же пацаном раньше был…
Сказав это, Леха плюнул на землю. Затем он открыл дверь, и, погрузившись в свою «Ауди», вытащил оттуда легкую, деловую ветровку с воротником, как у пиджака.
Бабушка была единственным человеком, которого по-настоящему любил Эдуард. Он не знал своего отца. А мать была вечно злой, занятой женщиной. И лишь с бабушкой он имел возможность более-менее по-человечески пообщаться в детстве.
Он помнил, как она скорбела по тому, что могилы ее отцов и дедов сравняли с землей. Она бы отдала все, чтобы как в старое время прийти и помянуть тех, кого с ней больше нет.
Но она совершила большую ошибку. Она поверила на слово в непроверенную информацию. Ведь Чижовское кладбище никуда не делось. Вот оно здесь стоит посреди поля, около села, которого уже практически нет.
И сейчас он, Эдуард, исполнит последнее желание любимой бабули. Возможно, что он сделает единственный в своей жизни поступок, который не несет с собой денег или выгоды.
Чувствуя чрезмерный прилив духовных сил, Эд приближался к воротам. Вот он уже видел перед собой ряды могил с огромными каменными памятниками различной формы, которые поросли многочисленными деревьями.
Из недр кладбища пахло сыростью и веяло холодом. Это заставило мужчину на секунду остановиться.
Он встал перед самым входом. И ему вдруг показалось, что сзади кто-то шевелится. Это шевеление не было страшным само по себе. Но на мрачном фоне погоста оно вызывало явное беспокойство.
Эд резко обернулся, вздрогнув всем телом.
Источником шевеления был его друг Леха, который нацепив свою до боли строгую куртку, преследовал его быстрыми шагами, тяжело при этом дыша.
– Фух… Ты? Я думал, ты уезжать собрался…
– Да ладно. Может я и козел, но не на все сто процентов. Не бросать же тебя одного с твоими порывами страсти.
– Да ладно. Можешь и бросить. Я на две минуты заскочу. Мне бабка говорила, где их могилы находятся. Там у входа почти, слева. Так что я скоро.… Посиди в машине и не парься.
Леха обернулся, бросив взгляд на свою «металлическую карету». Она блестела на солнце, как бы подчеркивая свою высокую цену и статус.
Ничего не говоря, он сделал шаг к автомобилю, но затем замер как вкопанный.
– Блин, да что мне стоит.… В принципе можно и твоих предков навестить.… Пошли вместе! – С бодрой улыбкой заявил он, повернувшись к Эдуарду.
– Ну, как знаешь.
– Тогда давай. Вперед.
– Блин, мрачно тут.
– Как в погребе, сука…
Глава 2
Со стороны это заросшее место казалось полностью захламленным и непроходимым. Но внутри все оказалось иначе.
Многочисленные деревца и кустарники были на достаточном расстоянии друг от друга. Да и старые дорожки, по которым когда-то ходили поминающие, не были такими плохими, какими казались.
Поэтому перемещаться по всей территории кладбища было можно без особых препятствий.
Кроме того, здесь было огромное множество различных надгробий, которым судя по внешнему виду, стукнуло лет двести. Огромные, угрюмые плиты и памятники смотрели отовсюду. Они выглядывали из-за кустов и деревьев, из травы, и просто пялились с открытых мест.
Такое чувство, что они были живыми, ведя свою тайную жизнь в этой сырой мгле.
Мужчины сделали несколько шагов вперед. Они оглядывались по сторонам, чувствуя холод, который был не только вокруг, но и где-то внутри.
– Черт, здесь как в музее.… Смотри, какие обелиски стоят. Это реально древнее место, – произнес Леха, шаря глазами вокруг себя.
– Я же тебе говорил. Моя бабка врать не будет.
– Ну да. Точно.… Только здесь все как-то слишком культурно для заброшенного погоста…
– Да может, сохранилось как-то… Такое бывает, – с этими словами Эд взглянул наверх, наблюдая за тем, как солнечные лучи с трудом пробиваются сквозь толщу веток.
– И куда нам теперь? Здесь твоих бабок два часа искать будем.
– Не парься. Вроде, вон в ту дырку надо…
С этими словами Эд резко направился вперёд. Леха, не желая отставать от него далеко, кинулся следом.
Они прошли порядка десяти метров и свернули по тропинке в проулок, который, как и центральная дорога, не был заросшим, как будто за ним кто-то тщательно присматривал.
– Так, так.… Подожди…. Она говорила, что должно быть дерево такое с обрубленными ветками. А там за ним потом уже… – Твердил Эдуард, тщательно осматривая все вокруг.
Леха машинально принялся кутаться в куртку. Внутри него вдруг появилось сожаление о том, что он не остался в машине. Но он быстро прогнал это странное чувство, как можно спокойнее, спросив своего друга:
– А ты не думаешь, что твое дерево сгнило теперь давно?
– Ага? Сгниет оно.… Это памятник. Дерево с обрубленными ветками – символ, что род покойника прервался.
– Откуда ты это взял?
– По вечерам некромантом подрабатываю… – Эд криво улыбнулся и продолжил. – Да бабка говорила. Всё рОывно.
Следующие пять минут не принесли особого результата. Желанного ориентира вокруг так и не было.
При этом, чем дальше друзья заходили в ряды могил, тем гуще становилась мгла. И тем сильнее ощущалась оторванность от внешнего мира. Создавалось впечатление, что это уже совсем другое государство, чуждое и странное по своей сути.
– Слушай. Походу здесь не хрена нет? Давай назад. Потом сам спокойно поищешь, – заявил Леха, немного напрягаясь.
– Вот, сука… – процедил сквозь зубы Эд.
После этого, он еще раз окинул глазами ближайший радиус и медленно направился в обратном направлении. Леха последовал его примеру, отметив для себя благоразумие своего друга.
Ведь действительно, Эду гораздо лучше самому во всем разобраться. Приехать сюда как-нибудь в выходные, например на Пасху, и отыскать то, что ему так необходимо. Тем более что в весенние дни здесь могут быть другие люди, которые обязательно помогут советом.
Но так просто уйти к воротам парням было не суждено. Эд вскрикнул и замер на месте.
– Ты что! – Воскликнул Леха, зачем-то отпрыгивая назад.
– Дерево! Вот оно дерево!!! Как я его сразу не заметил!?
Справа от мужчин находилось некое возвышение, поросшее липкой, плетущейся травой. И если присмотреться повнимательнее, то это и правда было полуразрушенное бетонное дерево, около которого располагалась обширная ограда с массивными каменными надгробиями, некоторые из которых были раздолбаны чем-то или кем-то.
Не медля ни секунды, Эд подскочил к этому скоплению плит. Он присел около одной из них, и, натянув на руку рукав куртки, принялся его протирать.
– Фу, на хрена? Ты что так каждую что ли будешь? – Не скрывая отвращения, заявил Леха.
– Не каждую.… Надо точно понять…
Вскоре, на почерневшем бетоне выступила надпись «Кузнецов». Эд улыбнулся и встал в полный рост.
– Ну, походу, мы ошиблись с тобой. Ты же вроде как Статский?
– Это я недавно стал Статским. А так все правильно, Кузнецовы мы. Если бабке моей верить.
– Вот как, тогда поздравляю. Извини, что в тебя не верил. Ты прям, воссоединился со своими корнями.
Леха протянул Эду руку, которую тот крепко поджал. Затем мужчина полез в свою спортивную, фирменную куртку и вытащил оттуда небольшую фляжку.
– Да… Царство вам небесное всем. Простите, что раньше не пришел. Не помянул. Дурак я. Все бегаю, как чертов заяц вокруг. А ни денег нормальных, ни черта. Хоть к вам раз заехал.… И то как? Проездом. Как обормот последний, – начал говорить Эд, обращаясь к могилам.
– Ну, ты философ. Еще и бухло с собой успел захватить. Как ты его вечно с собой таскаешь так незаметно? – Завил Леха, подозревая, что для Эда скорбь заключается исключительно в пьянке.
Но последний не спешил вступать с ним в спор. Он смотрел на могилы и что-то говорил, по его мнению, глубокое и важное.
– Ладно, ладно. Не буду мешать. Раз уж такое дело.
Леха сделал пару шагов в сторону и принялся рассматривать причудливые памятники, которые здесь находились. Его взгляд сразу же привлекла статуя ангела, сохранившаяся во всей своей красе.
Он подошел к ней поближе надевая очки, которые до этого находились в кармане.
– Простите меня, в общем. Такой уж я вам попался. Даже про вас толком ничего не узнал. А ведь обещал узнать, в свое время. Короче, покойтесь с миром, еще заскочу, как говорится, – закончил свою речь Эд, отпил из фляжки и поморщился от терпкого вкуса алкоголя.
Он оглянулся, увидев, что Леха находится где-то вдалеке и явно чем-то там заинтересован.