М.А. Модель Абсолюта

Часть 4.

«Тиски сжимаются. Визитёры «колпака»»

В лаборатории как всегда стояла абсолютная тишина. После того как учёным удалось получить опытную модель КГФ-3, они установили его на все костюмы всех членов группы. За счёт энергетической плотности магнитного поля купола, и его абсолютной невесомости, движения были естественными. Лишь при взаимодействии с каким-либо объектом он напоминал о себе едва уловимым магнитным возмущением; при этом происходит отталкивающий эффект соразмерно массе тела объекта носителя купола. Женщина стоя наблюдала, сосредоточившись, за оптическим экраном из кварцеграфенита. На цилиндрической формы, вакуумной, камере; высотой около полутора метра, экран- иллюминатор показывал ей происходящее внутри. Небольшой прибор напоминавший внешним видом центрифугу работал уже вторые сутки. Создав «белковый кристаллит»*18, учёные группы Зотова посчитали нужным создать «белковую матрицу-(БМ)»*19 из этого кристаллита, переводя его состояние из материи в статически- энергетическое плазменное состояние, для того, чтобы быть, как можно лучше, готовыми ко всякого рода неожиданностям. Проверить белковую матрицу (БМ) в вакууме при температуре абсолютного нуля, создав там различного рода возмущения среды; включая радиацию и гравитацию. Матрица должна будет; при контакте с любой формой материи, а также при направленном импульсе; создать простейшие белковые соединение кристаллической решетки, проявив эти свои качества на органике.

*18 Белковый кристаллит: полуорганическое – химическое вещество, на базе молекулы белка, в основе которого синтетическая – симбиотическая связь: ртути, кремния, фосфора, молибдена, углерода, водорода, и азота.

*19 Белковая матрица – газообразное корпускулярное вещество, на базе белкового кристаллита, представляет собой; радикалы- кластеры (корпускулы) газообразной формы белкового кристаллита, в электромагнитном флюсе радия и ртути.

–Виктория Сергеевна, вам бы передохнуть…

–Я не устала

–Вы то нет, а вот ваше тело нуждается в отдыхе точно…

–Саша, я чувствую себя нормально…

–Ну не знаю даже что сказать… Александр Величков, был техническим звеном группы, средних лет мужчина среднего роста, блондин; с жидкими тёмно-русыми волосами на голове; на больших карих глазах нависали густые брови; узкий длинный нос; и слегка полными губами над двойным подбородком. Он был по-мужски красив, и уверенно всегда себя вёл с женщинами. Все члены группы Зотова были одеты в гермокостюмы, поверх которых; у женщин были темно-синие, а у мужчин тёмно-зелёные комбинезоны. Он стоял рядом с женщиной- учёным наблюдавшей за тем, что происходит внутри вакуумной камеры – «барокамера-1».

–Думаете получится у нас… ведь это же наше общее дело… – Величков вопросительно смотрел на женщину не скрывая своей симпатии к ней.

–Надеюсь, Александр Васильевич…очень на это надеюсь… – сказала задумчиво Виктория Сергеевна Бородина. Она была в школе самой востребованной в плане внимания со стороны парней. Они к ней по-всякому пытались подобраться, но тщетно. Кто-то дарил цветы, кто-то дрался из-за неё, но никто не удостоился её внимания. Даже будучи аспирантом в одном из ВУЗов с военной кафедрой, она оставалась недоступна никому, лишь после того как закончила аспирантуру, она познакомилась со своим будущим парнем, по переписке, в одной из соцсетей интернета. Девушки её возраста уже имеют по одному ребёнку, а кто и двоих, многие замужем, или уже были замужем. Поэтому, когда её парень узнал, что она мало того что не была замужем и не имеет детей, еще и невинна, был потрясен до глубины души, и сделал ей предложение даже не убедившись в этом. Ниже среднего роста; около тридцати лет женщина; тёмно-русого цвета густые волосы; круглое, чисто славянского типа лицо; чуть выпуклый небольшой лоб с узкими бровями дугами над полусферами зелёных глаз; маленький нос с округлым кончиком; правильно формы полные губы; и маленький круглый подбородок. На стройной фигуре, с узкой талией; чётко выделявшиеся округлости, ниже спины, и высокая грудь; делали её очень красивой и очень, как женщина, привлекательной. Она работала в одной из химических лабораторий при министерстве обороны, когда ей предложили продолжить свою работу на секретном объекте, и взяли с неё обязательство и расписку о неразглашении; под страхом жизни, как и у других членов группы Зотова.

–Это довольно странно и в тоже время невероятно интересно…всё это – она кивнула внутрь вакуумной камеры. Рядом с вакуумной камерой, метрах в двух: справа, стоял рабочий стол микробиологии. Он был заставлен всякими приборами: лазерными микроскопами, импульсаторами (в вакууме) кристаллических фотонов во флюсе электромагнитного поля, коллоидные вакуумные ванночки, преобразователи, и разного размера контейнерами с пробирками с веществом. Немного дальше, ближе к дальней от входа двери, стояла почти такая же вакуумная камера, но больше в размере. Сейчас внутри этой камеры находился андроид со всеми данными человека, и проводил испытание модифицированного БЭТЭКЛК-3 – "Броня", он же «Ангарам» , в условиях аномальной гравитации и перепадами давления; от вакуума до двадцати миллионов атмосфер. Это очень опасный эксперимент для жизни, потому как если броня не выдержит такого давления: от андроида – человека, в самом прямом смысле этого слова, останется мокрое пятно. Предыдущие опыты показывали, что броня выдерживает как аномальную гравитацию, так и мгновенные перепады давления от абсолютного нуля до миллиона бар, с человеком внутри, при этом каждый миг производился замер его биометрических данных. Интеллектаульное синтетическое волокно костюма, на механические воздействия, реагировало мультиточечной организацией эластичности. Именно с такой бронёй и отправился в "Прыжок" Мухин. Теперь же они собираются собрать целую экспедицию для отправки в пространство-времени.

Придвинувшись к какому-либо открытию, любой человек испытывает чувство неуверенности в достижении цели, и в тоже ремя страстное, до фанатизма, усердие в процессе. В жизни каждого человека наступал момент, когда заветная мечта или цель становилась настолько близка, обретая чёткие линии, и, что называется, её можно потрогать и убедиться в её реальности, что именно в этот момент, как никогда раньше, возникает чувство неуверенности в её достижении. Человек страдает, и любой незначительный неточный шаг, вызывает бурю эмоций и негодования; что в дальнейших попытках исправить ситуацию, он лишь усиливает эту бурю, превращая душевные тревоги и переживания в сущий хаос. Всё валится из рук и ничем не унять тоску и отчаянье. Лишь отпустив всё и отстранившись, приходят по истине гениальные решения. Но человек, испытав все эти муки, воспринимает (как правило) достижение мечты или цели как должное, как линейное действо причинно-следственной цепочки событий. И когда так происходит, а с великими открытиями это происходит всегда, то у стороннего наблюдателя складывается впечатление: что человек, сделавший это открытие, биомашина без эмоций и чувств. Но никто из них, сторонних наблюдателей, не знает какой путь проделал этот человек и сколько раз он бросал и начинал снова, сколько слёз и сколько сомнений пришлось ему пережить.

– Алексееич сказал что сегодня он закончит опыт… – посмотрев туда же сказал Величков. Сделав глубокий вдох, и, как-бы, пробуя на вкус дыхательную смесь, которой они дышат, благодаря КГФ, покрутил головой и вопросительно посмотрел на собеседницу. – Может напомнить ему?

–Сейчас пойдём. Ты не знаешь, будут у нас гости, или их отвадят еще до приезда в часть? – Виктория посмотрела на Величкова.

–Думаю, что наш шеф знает что делать, чтобы нам не мешали делать своё дело… Освещение в лаборатории было ярким и даже холодным, это тоже было сделано с целью: максимально сосредоточить работу. Расположение светодиодных ламп, по периметру помещения и по его вертикальным углам, создавало ощущения света вокруг; за счёт эффекта свет внутри света. Чередование импульсов фотонных потоков волны света, и накладывание волны на волну, создавало эффект полного присутствия. Посмотрев на ЖКД барокамеры-1, и убедившись, что системы фиксации работают в штатном режиме, Виктория набрала комбинацию на дисплее. Появилась трёхмерная проекция, в виде полукольца-полусферы; шириной пол метра, она уверенными движениями рук раскладывала слайды, которые накладывались и перемешивались. Выполнив все действия она дала команду квантовому трансполярному персональному компьютеру, и проекция растворилась в пространстве также мгновенно как и появилась. После обеда Зотов сделал объявление всем членам группы, о том, что хоть они и добились существенного прогресса, нужно будет ещё провести побольше экспериментальных опытов, чтобы быть максимально лучше готовыми для экспедиции. И что из группы в экспедицию отправятся лишь пять человек, остальные в случае их невозврата в заданную точку и неудачи, сохранят всю информацию и все достижения, чтобы продолжить работу несмотря ни на что.

Вечером приехала комиссия из штаба округа вместе с людьми из министерства обороны. Командир части встретил их довольно приветливо, но упомянул неоднократно, что Ангар-29, это совершенно секретный объект, и что у него есть директива никого, даже самого министра обороны не пускать туда. Но он, чтобы их успокоить, может им показать его и в случае необходимости познакомить с человеком который ответственный за этот объект. Естественно начальник комиссии полковник Кондратьев Г. К, попросил Пал Палыча показать ему эту директиву ввиду этого ЧП.

–СКФСБ*20..? – Кондратьев вопросительно с неподдельным удивлением посмотрел на командира части.

–Я же говорил Вам…всё очень серьезно…– Никитин сказал как мог сохраняя спокойствие.

–Мне самому непонятно что они там делают, и почему за ними стоит это ведомство.

*20 СКФСБ : Специальный Комитет Федеральной Службы Безопасности.

–Про это ведомство мне кое-что известно…и насколько мне известно, им подчиняется как ФСБ так и ГРУ…– Кондратьев говорил в сторону задумавшись.

–В любом случае нужно сохранять порядок, и для военных объектов важно сохранять боеготовность…

–Ну естественно – сказал Никитин и посмотрел на часы напротив, которых было пара штук в кабинете; одни висели над входной дверью; другие над его рабочим креслом. При их диалоге ни один человек из состава комиссии не произнес ни слова, только кто-то прокашлялся, кто-то громко сделал вдох/выдох, и ещё были звуки ерзанья на стуле. Кондратьев ещё поинтересовался о дисциплине среди солдат и офицеров, а также были ли перебои с электричеством за последние месяцы, и различные второстепенные вопросы. Кондратьев, взяв с собой одного из комиссии, попросил Никитина проводить их к «Ангар-29», и тот вызвал дежурную машину. Они молча проезжали склады и различные объекты инфраструктуры, и только перед самым объектом их назначения, человек из состава комиссии, до этого не произносивший не слова, заговорил, поинтересовавшись у командира части, возникали ли прежде подобные инциденты о которых им ещё неизвестно. «Патриот-33» остановился в десяти метрах от въезда на охраняемую территорию, и нажал на дисплее установленную интерактивную кнопку-код. Получив подтверждение, металлические стержни опустились под землю, а шлагбаум поднялся пропуская машину с пассажирами на охраняемую территорию «Ангар-29». В высоту пятнадцать метров и в ширину двадцать, в длину он был в сто двадцать метров. Это был целый комплекс. Внутри было два огромных помещения, разделённые на небольшие секции. Самая большая из которых была двадцать на сорок, в ней располагались экспериментальные объекты по проекту «Ветер», это новейшие разработки двигателей для космических кораблей, и системы синтезирования вещества из одной формы материи в другую. Для длительных полётов необходимость решения проблем снабжения ресурсами жизнеобеспечения самая важная из множества. Это также и решение энергетических ресурсов. Выполняя задачи по этому проекту, технический персонал, даже, был не в курсе, что это лишь прикрытие для другого проекта: суть которого разработка зондов для дальнего космоса и изучение морских глубин. Но был еще один проект, о котором знали всего несколько человек. По периметру стояли вышки с круглосуточной охраной и лазерными системами охраны. Датчики движения и биосканирования были по всему периметру. Чужой никак не мог появится незамеченным не вызвав тревогу. Поэтому о появлении дежурного «Патриота», Зотов знал ещё на подъезде машины к КПП. На территории прилегающей к «Ангар- 29», они-комиссия, снова увидели, уже знакомый им, микроавтобус синего цвета, с красно-зелёной полосой наискось; от верхней части задней стойки до нижнего угла бампера, который приметился им на стоянке.

–Думаю, что мы всё-таки вынуждены попросить у Вас подробных разъяснений товарищ подполковник – немигающим взглядом, смотря прямо в глаза Зотову, сказал человек которого взял с собой Кондратьев. На нём был легкий костюм тёмно-стального цвета. Выше среднего роста, с русыми волосами с проседью, и серыми глазами. На широком лбу глубокие морщины говорили о его натуженном ходе мыслей, над переносицей морщины подчеркивали его длинный крючком нос, и прижатые узкие губы над волевым с ямочкой подбородком были скрыты улыбкой без губ.

–В моём рапорте было чётко всё указано товарищ…прошу прощения за невежество, но Вы не представились, а я вижу человека в гражданском на территории военного сверхсекретного объекта – максимально спокойно сказал Николай Зотов. Они встретились у входа 1. На открытом пространстве ветер гулял свободно и его порывы приносили из полей, окружающих авиачасть, запах травы и обжигал, когда солнце было в зените. В это время суток оно уже припекало не так сильно, но после комфорта климат-системы Патриота, летняя жара давала о себе знать. Ветер обдувал тело, но всё-равно оно потело. И человек в костюме, расстегнув ещё одну пуговицу на своей белой рубашке, поправил воротник и сделал движение самовентиляции лацканом пиджака.

– Прошу прощения, я не представился. Полковник Сафронов Евгений Альбертович ФСБ. – протягивая руку для рукопожатия он поприветствовал Зотова. В этот момент Никитин понял кто тут первая скрипка. Т.к Кондратьев нервно и коротко улыбался, и тоже представившись: быстро пожал руку Николая; убрал за спину, и скрестив руки, стоял раскачиваясь взад вперёд. Естественно в самую святая святых Зотов их не пустил, пригласив пройтись по Ангару и зайти в канцелярию, где они смогут найти интересующую их документацию, журналы регистра, учётные ведомости и прочую. О том, что в Ангаре было ещё одно помещение, скрытое от глаз под полом, никто из гостей Зотова не знал.

–Это все помещения? – вопросительно посмотрел на Николая Кондратьев. Он всячески пытался показать свою значимость в составе комиссии.

–Вы видели всё что тут есть, ну разве что за исключением склада инвентаря… – сказал Зотов, и основательно задумался о своей просьбе заведующему складом прапорщику Филимонову.– Не думаю, что это будет вам интересно, хотя если хотите я могу вас провести туда… Сафронов посмотрел на Кондратьева, и смотря на его реакцию обратился к Зотову, не обращая никого внимания на Никитина, который в очередной раз посмотрел на наручные командирские часы. -Думаю, что для отчёта будет кстати нам туда сходить. – переводя взгляд на Зотова сказал Сафронов.

–Хорошо. – коротко ответил Николай, и нажал на кнопку радиопередатчика в кармане. «Видимо что не обойтись все-таки без пылесоса…»: додумав к сказанному. После посещения склада, который спешно покинули, ввиду того, что Филимонов получив сообщение по РПН, развернул бурную деятельность на складе, они все вместе вернулись к скучающему "Патриот-33", за рулём которого спал солдат, и распрощались. События последовавшие после этого визита двух полковников; один из которых фсбэшник; другой из главного штаба министерства обороны; имели характер цепочки случайных неприятностей.

Группа Зотова – её участники, каждый день приезжали на объект: кто на своём личном транспорте, кто на служебном. И разъезжались в конце дня, каждый к себе, со стоянки автотранспорта, находящейся недалеко от штаба – через плац. Официально, каждый из тех участников группы Зотова, кого принято называть учёными, числится за ЦНИИ РТК, и официально они каждый день проводят там. При этом у каждого из них есть особый допуск на военный объект, в котором они прибывают каждый день фактически. Садясь в свой, красного цвета, седан, Виктория Бородина, обернулась через левое плечо и буквально потеряла дар речи: она увидела боковым зрением Соколову в полном снаряжении для экспедиции. Но не одну, а сразу двух: одна Соколова сидела в своей белой машине, другая стояла напротив неё подперев голову смотрела сама на себя. Эта картина видения не вмещалась в логическую модель построения реальности, и мозг Виктории бунтовал. Она зажмурилась и несколько секунд стояла с закрытыми глазами, держась за дверную ручку своей «Авроры», и слегка покачивала головой, как-бы отрицая увиденное. Обернулась ещё раз и увидела, что Наталья уже медленно поехала в сторону своего дома. Её белая «Тойота» превращалась в точку, всё дальше отъезжая от парковки. А второй Натальи нигде не было. Виктория открыла машину и устроилась на водительском сидении своего седана. Достала из бардачка свой смартфон и бегло прочла входящие сообщения. Всего три сообщения. Два из них от Никиты – её парня, в которых он ей рассказал вкратце о своём дне, и ставит в известность о том, что на ужин будет плов с салатом из свежих овощей. Она как-то горько улыбнулась. В этот день ей стало грустно и стыдно. Ведь сегодня она добровольно вызвалась принять участие в экспедиции Зотова. Она даже не думала об этом, слишком легко она согласилась со всеми обстоятельствами, слишком быстро она решилась на этот шаг не подумав о том человеке, который в это самое время готовит для неё ужин. И сейчас её захлестнула волна эмоций; она уже стала набирать номер Зотова, чтобы сообщить ему о том, что она не может принять участие в этой опасной экспедиции. Но остановила себя и искренне разрыдалась. Немного успокоившись, она завела свою "Аврору" и посмотрела в зеркало заднего вида, для того чтобы сдавать назад. У Виктории появилось чёткое чувство дежавю: она будто бы видела уже всю эту ситуацию. В этот момент ей снова показалось, что она увидела Наталью Соколову в полной амуниции для проекта «Тотем» (Нептун-4). Бородина бросила взгляд на зеркало заднего вида на пассажирской двери, а потом медленно, додумывая возможность того, что ей показалось, Виктория снова всмотрелась в зеркало заднего вида внутри салона. Наталья была одета в костюм, о котором столько говорил Зотов, и на голове у неё был обруч купола. Это в принципе было невозможно, ввиду того, что выходить из Ангара, имея при себе хоть что-то из снаряжения этого сверхсекретного объекта, было невозможно, не говоря уже о том, чтобы щеголять в полном снаряжении; на парковке личного автотранспорта войсковой части. Виктория так чётко видела темностальной цвет костюма, и даже она видела эмоцию растерянности и сосредоточенной решительности (одновременно) на лице Соколовой, которая двигалась в направлении красной Авроры Бородиной, и казалось смотрела прямо в глаза Виктории, через зеркало заднего вида, в котором Бородина видела её. «Но как это может быть, она ведь только что выехала на своей белой «Тойоте», я чётко видела это». – Мысль стучала в виски. Это был какой-то абсурд. Виктория отмахнулась от этого видения, и посмотрела назад через заднее ветровое стекло, резко обернувшись через правое плечо. Соколовой нигде не было. Бородина выдохнула облегченно, и её «Аврора» медленно покатилась в сторону шоссе по проселочной дороге ведущей от близлежащих домов посёлка. Она медленно двигалась, на своём седане, прислушиваясь как покрышки колёс шуршат по проселочной дороге. Виктория несколько раз ещё обернулась: нет ли где-нибудь Соколовой. Сердце выбивало дробь, а ладони стали влажными от волнения. Она несколько раз вытерла, поочередно, свои ладони о край своего платья, прижимая сильно к бедру. После реформации двадцать седьмого, на отечественном автопроме случились серьезные модернизации и реформации. После выхода "Авроры", российский бренд "Лада" стал первым отечественным автомобилем затмившим по своей востребованности в РФ известные бренды: «Форд», "Шевроле" и «Хёнде», в массовом выпуске; стал абсолютным лидером по своей комфортабельной эргономичности и себестоимости, а также при высоком эстетическом и техническом уровне. На Авроре ездили абсолютно все слои общества; от самых верхов власти до обычных рядовых граждан. Синтезированный двигатель мог работать как на стандартном горючем топливе, так и на электричестве. Бесшумно работая двигателем Аврора Виктории издавала только шелест покрышками по дорожному покрытию. Некоторые важные магистрали столицы, и её сообщения с областью, имели двухуровневое широкополосное асфальтовое покрытие, в некоторых местах – поперёк, пересекающееся металлобетонными: в два метра шириной, полосами. Это датчики контроля массы автомобилей, срабатывали они в автоматическом режиме. Внизу был активатор: по обе стороны этой полосы, а также по всему её периметру, был сканеры. Делая замер массы, и регистрируя автомобиль и его массу, они также фиксировали в каком он движется направлении и с какой скоростью. Это значительно упростило работу ДПС, и сконцентрировало численность сотрудников, а также позволило контролировать поток автотранспорта, и обеспечило контроль за правильной эксплуатацией дорожного полотна. Москва проглотила уже многие близлежащие города, которые стали районами одного огромного супермегаполиса. Освещение дорожного полотна было в основном от чередующихся светодиодных ламп, которые выстроились в сплошную линию. Множество многоэтажных домов, вдоль магистрали, придавало ей дополнительное освещение. Съезжая на второстепенную, Аврора Виктории остановилась на светофоре, которых было значительно меньше после модернизации. Сзади её авто остановилась машина ДПС с включенным спецсигналами – мигалками стробоскопами, и в громкоговоритель потребовала прижаться вправо и остановиться. Посмотрев в зеркало заднего вида, женщина, не понимая по какой причине её просили об этом, выполнила требование. Из Патриот-33, окрашенного в опознавательную спец окраску ДПС, вышел человек в форме сотрудника ДПС и направился к её машине.

–Я что-то нарушила? – Виктория вопросительно смотрела на инспектора через опущенное ветровое стекло водительской двери. На неё стали попадать капли дождя, который чуть покрапывал, и она щурилась и быстро моргала.

–Простая проверка. Позвольте взглянуть на ваше водительское удостоверение.

–Вот смотрите. Она достала из сумочки портмоне и развернув его, в одной из вкладок, показала своё удостоверение. При этом она сама даже не заметила, что её удостоверение офицера было на той же вкладке.

–Пожалуйста выйдите из машины и откройте багажник. Инспектор, продолжая смотреть на портмоне, сделал шаг назад и в сторону. Виктория вышла из машины и пройдя мимо инспектора ДПС открыла багажник. Подняв голову она посмотрела на осветительные лампы магистрали пытаясь определить какой силы дождь. Ей показалось, что её уколола градинка. «Наверное показалось»: она погладила затылочную часть шеи.

–Вот пожалуйста смотрите. Она движением руки приглашала взглянуть на содержимое багажника. Инспектор подошёл, коротко взглянув внутрь, сказал что всё в порядке, и, пожелав счастливого пути, направился к машине с мигалками, которые отражались в мокром от дождя дорожном покрытии.

–Больше ничего странного? – сказал Никита, накладывая в тарелку плов. – Тебя ведь раньше не останавливали для проверки документов… Всё это как-то странно.

–Да я и сама так думаю. Она наблюдала за ним и у неё щемило сердце. Она ведь даже с ним не посоветовалась, заранее определив решение.

–Ты какая-то задумчивая Витуся. Никита поставил перед ней тарелку с едой. Он нарочно её так называл, потому как, рифмой этому склонению её имени, он еще добавлял слово "Муся". Среднего роста брюнет; с пышной шевелюрой густых волос зачесанных набок; небольшой лоб не имел ни одной ярко-выраженной морщины только линии; карие впалые глаза над которыми густые ниспадающие брови подчеркивали его взгляд; прямой нос; правильной формы губы с едва заметной несимметричностью с одной стороны верхней губы; и небольшой чуть раздвоенный подбородок. Он был можно сказать спортивного телосложения с широкими плечами.

–Приятного аппетита. Никита смотрел на Викторию пытаясь определить ход её мыслей.

–Благодарю тебя за ужин. Ты такой милый и хороший человек. Она подавляла в себе эмоции. Я благодарна тебе за всё. Она хотела сказать больше, но не сказала. По её телу прошла дрожь и она не решилась. Сказала лишь то, что ей скоро придётся уехать на некоторое время, так нужно по работе.

– Ну что тут можно сказать…тем более что ты человек военный. Никита уселся за овальный кухонный стол напротив Вики. Они в этот вечер сидели долго на кухне и говорили – много вспоминали.

Выйдя последней из служебного микроавтобуса, и направившись к своей машине, Наталья Соколова вдыхала летний воздух в котором смешались запахи. Она шла неспешно и смотрела то под ноги, то вокруг, запрокидывая голову, чтобы поправить причёску. Мысли о том, что ей предложили сегодня занимали её сознание. В конце июля – начале августа, пожелтевшие или высохшие листья некоторых деревьев уже слетали. Направляясь к своему хетчбеку белого цвета, она как-то по-другому смотрела на всё, что вокруг. Ход мыслей приобрел характер хаотичности. Они перемешивались. То она вспоминала родителей; как она с отцом ходила порыбачить на небольшую речушку; то она прокручивала в голове: «верны-ли расчёты». То она подумала о БОГе, о том, что если всё, что они определяют опытным путём как материальную форму реальности, всего лишь проекция наших органов восприятия. О том, что картина их концепции на вселенную не полная. Ведь они будут пионерами в этом совершенно революционном эксперименте, и возможно не смогут вернуться обратно в этот мир. В этот прекрасный мир. Человеческие отношения друг к другу и к окружающему миру, создаваемые ими эмоциональные всплески. Психологический фон воздействовал на всех. Для большинства людей стала первичной материя, и только потом духовная составляющая. Но не для учёных, как бы парадоксально это не выглядело. Для рядовых граждан живущих обычной жизнью, для тех кто увлечённо занят решением повседневных задач быта, поиск истины мироздания не имел никакого значения. Они как макроскопические микроорганизмы, прежде всего заняты обустройством комфорта на материальном уровне в основном по принципу удовольствия Фрейда, считая материю единственно верным проявлением реальности. Но большинство из них жили с ощущением неполноты своей жизни, считая что это связано с дефицитом материального комфорта. Люди относились друг к другу исключительно исходя из взаимовыгоды материального комфорта. Они как одержимые, в гонке за полнотой материального комфорта; бросались друг на друга, и также отвергали. Лишь когда переломав свою жизнь и жизнь других, они задумывались о духовном. Когда, кто-то стоя у порога смерти, кто-то получив сильнейшее потрясение, кто-то получив для него полноту материального комфорта, приходил к пониманию того, что они гнались всю жизнь за фантасмагорией: начинали осознавать, что истинная первооснова мироздания лежит по ту сторону материи. Многие конфессии и различные культуры лишь приоткрывали завесу, но были неполными для осознания. Причинно-следственное представление сути происходящего настолько сильно укоренилось в сознании большинства людей, что делая выводы люди исходили из поверхностного представления действительной материальной реальности. Учёным пришлось столкнуться с тем, что процессом формирования материи управляет, не присутствующая в нашей системе управления всеми процессами на квантовом уровне: Энергия. Она была вне нашей материальной вселенной, и вне измерений. Возникали различные теории объясняющие это явление вписывая в фундаментальные основы физики. Углубляясь всё дальше они столкнулись с парадоксом. В основе всего была: энергия, но управление проявлением этой энергии, её внутренним взаимодействием – самообразование вещества, была другая Энергия извне: Тёмная энергия пронизывающая всю ткань пространства, обозримую и необозримую. Большинство учёных считали: что это гравитация. Ведь гравитация не вписывается в классическую формулировку физических явлений. В теории суперструн: гравитация как бы впитывала в себя эти струны; находясь между ними вокруг, обволакивая их. Все это были физико-математические теории. И все эти мысли проносились у неё в голове. Она подошла к машине и открыла водительскую дверь. Климат-система оповестила женским неживым голосом о том, какая температура внутри салона, и какая снаружи. Наталья посмотрела, как многие из женщин водителей, на себя в зеркало заднего вида и поправила причёску. Она практически не пользовалась косметикой для лица: лишь иногда; и только те вещества, которые принято называть народными средствами. И тут её как пронзило чувство дежавю. Она растерянно осмотрелась: «Сколько времени прошло»? Возникший вопрос по сути нелепый, так как она точно знала, что прошло не больше минуты, с того момента как она оказалась внутри салона своей машины. Но чувство дежавю было предельно чётким. Ощущение времени пропало. Восприятие обострило все органы чувств: она смотрела через ветровое стекло на то, как ветер качает траву газона, за бордюром стоянки. Наталье казалось, что она видит неполноту того что есть; что-то неуловимое и абсолютное было ещё. Наталья осмотрелась по сторонам. Отмахнувшись от этой мысли, она запустила двигатель и её машина выехав со стоянки направилась в сторону ее квартиры в Одинцово. Заморосил мелкий дождик и борткомпьютер включил стеклоочистители. Проезжая мимо одного из постов ДПС, инспектор махнул жезлом светящимся изнутри, чтобы она остановилась. Свернув с дороги, Наталья остановилась метрах в двадцати от сотрудника ДПС. Инспектор неспешно подошел к её машине и представился. На нём была белая рубашка с темно-синего цвета галстуком и китель черного цвета и такого же цвета брюки, а на ступнях одеты лакированные армейские туфли, в которых ходят офицеры при генштабе. Наталья достала из отсека под панелью свою сумочку, и достав из кармана сумки водительское удостоверение, блеснувшее отражением в пластике освещения дорожного полотна, приготовилась показать инспектору. Инспектор попросил её показать удостоверение и открыть багажник для осмотра, при этом заверил, что это простая проверка. Выйдя из машины, она самопроизвольно, обратила внимание на то, что обувь у ДПСников такая же как и у старших офицеров армии, или очень похожа на неё. Капли дождя вызывали дискомфорт, и она втянула шею подняв тем самым плечи. Скрестив руки на груди, быстрым шагом пройдя вдоль своей "Астры" от японского концерна "Тойота", она открыла багажник своего хетчбека и вопросительно посмотрела на человека в форме. Инспектор бегло посмотрел внутрь багажника, сказав что всё в порядке: можно ехать. Затем пожелав счастливого пути направился назад к посту к месту дежурства. «Комары ведь не летают во время дождя?»: почему-то она об этом подумала. Её останавливали для проверки документов всего один раз до этого случая, когда она не заметив разметки, двигалась по полосе для общественного транспорта. Тогда инспектор ДПС видя её очень отчаянно-взвинченное состояние, после того как сказал ей, что она нарушила правила дорожного движения, решил смягчиться и составил ей, вместо квитанции за штраф, предупреждение. У неё тогда тряслись колени и в горле пересохло, она ведь всегда всё делала чётко не нарушая правил, а тут такая промашка. Она очень досадовала на себя в тот раз: шесть лет назад. А сейчас её не покидало чувство тревоги и волнения, она как-будто сдавала экзамен. «Но чего? По какому предмету? И это странное чувство дежавю»: Она как-будто видела уже и этого инспектора и всю эту ситуацию. Суперпозиция – Это слово появилось у неё в голове в тот момент когда она выезжала на магистраль с обочины, где её только что досмотрели. Ехать оставалось минут десять. Она свернула с главной на второстепенную и немного сбавила ход. Ей хотелось додумать все мысли вращающиеся у неё сейчас в голове. Припарковавшись Наталья решила зайти в продмаг: взять хлебцы и любимые сливки. Дождь уже перестал, но на дороге и тротуарах ещё была влага. Воздух после дождя всегда такой чистый, и она шла домой глубоко вдыхая его; обдумывая последние события.