Кавран. Неизвестная планета

Девушка поднялась с лавки и сняла оливковый балахон. Под ним у нее была черная обтягивающая майка, а на левой руке красовалась черная татуировка, красивый орнамент. На Земле такой стиль татуировки, называют «трайбл». Она прошла к углублению в стене, достала из него металлический чемоданчик, положила его на стол и коснувшись шрама на лице, сказала:

– Сейчас проверим, кто и откуда упал.

Она открыла чемоданчик, достала из него тонкие иглы и разноцветные, плотные прямоугольные карточки. Она посмотрела на меня и сказала:

– Витязь значит, ну иди сюда.

Голос у девушки был приятный, даже не смотря на то, что говорила она жёстко, стараясь вложить угрозу в слова. Я подошёл, девушка посмотрела на Страуса и обратилась к нему:

– А ты чего сидишь? Давай сюда, следующим будешь.

Девушка ловко ткнула иглой мне в средний палец. Выдавила несколько капель крови и вытерла её о зелёный прямоугольник. Потом она проделала тоже самое с пальцем Страуса. Девушка достала железную бутылочку из чемоданчика и открыв его капнула прозрачной жидкостью на зелёные прямоугольники с нашей кровью. Жидкость смешавшись с нашей кровью почернела, а прямоугольники стали бордовые. Девушка улыбнулась и сказала:

– А кровь у этих упавших с небес, не местная и точно врагам не принадлежит.

Я посмотрел на девушку и спросил:

– Как тебя зовут?

– Дара.

– А что ты за анализ делала?

Дара посмотрела на Дюка и тот кивнул:

– Наша планета называется Кавран. В нашей крови большое содержание железа, больше чем в вашей. А анализ, мне нужно удостовериться, что в вашей крови нет меди.

Я провёл рукой по волосам и спросил:

– Меди? Медь в крови содержится у рептилий, я видел такое. В созвездии Дракона, есть планеты, они практически не жилые, там предположительно случились техногенные катастрофы, или разрушительные воины. На этих планетах, мы находили останки древних обитателей, благодаря нашей науке, мы тогда обнаружили, что их кровь могла быть голубой и в ней и содержалась медь. Эти планеты не пригодны для жизни.

Дюк встал, прошёлся по бункеру и сказал:

– Да ребята. Интересные вы персонажи. Но это не значит, что я вам доверяю. Пойдёте с нами, а там посмотрим. А пока спать. У нас есть две доли времени, а потом пойдём пешком, пока звезда не встала из-за океана.

Известия о побеге

Караскис сидел в своём кабинете, за столом спиной к входной двери. Он смотрел на знамя с гербом. Огонь великих знаний полыхал на пирамиде. Древний змей по имени Наг, взбирался по ступеням. Он охраняет эти знания, ведь они не должны быть доступны обычным людям. Этим больным и убогим, что ходят в тряпках и живут в трущобах на окраине Змарина, знания не к чему. Людям, которые живут в респектабельных районах и даже его заместителям, доступны только нижайшие ступени пирамиды. А проклятые мизантропы, вообще знаний не достойны. Они, поганцы достойны только смерти и лучше мучительной. В дверь раздался торопливый стук, Караскис крикнул через плечо:

– Кто ещё там? Входите.

Дверь открылась и буквально влетел посыльный в чёрной форме:

– Господин старший бригадир. Броневик, который вёз мизантропов и этих двоих с пустошей, попал в засаду. Пленников освободили, охрана убита.

Караскис медленно встал, повернулся к посыльному, который под взглядом начальника лабораторного комплекса съёжился и опустил глаза. Старший бригадир сжал кулаки и заорал:

– Быстро снарядить два, нет три экипажа на поиски беглых. Брать их живыми. Только живыми. Ты понял меня?

Посыльный вытянулся по стойке смирно и ответил:

– Будет исполнено.

Караскис упёрся кулаками в столешницу и заорал:

– Так исполняй.

Посыльный развернулся и выбежал за дверь. Караскис сел на стул и потер виски пальцами. О побеге надо доложить бригадному генералу. Саракс ждёт пленных для допроса в своей резиденции и он будет крайне недоволен происходящим. Уровень допуска к знаниям у Саракса выше, чем у начальника лабораторного комплекса и полномочий, в разы больше. Но доложить надо. Караскис открыл ящик стола и достал аппарат прямой связи с бригадным генералом. Он вздохнул и нажал на кнопку вызова. Саракс ответил почти сразу:

– Приветствую тебя Караскис. Что-то твои люди не торопятся привезти мне пленных?

– Саракс, я без предисловий. Броневик попал в засаду мизантропов. Пленные отбиты, охранники мертвы. Ну я не мог предположить, что эти твари нападут на дороге к твоей резиденции.

– Мне плевать, что ты мог предположить, а чего не мог. Ты понимаешь, на сколько важны эти пленные?

Караскис поднял глаза к потолку и ответил:

– Конечно понимаю. Дюк, один из бригадиров преступных команд мизантропов.

Саракс не дослушал и заорал в переговорное устройство:

– Идиот. Этот Дюк и вся его шайка просто преступники, опасные, но преступники. Эту банду террористов мы всё равно найдём. Для меня важны эти, Витязь и Страус. Меня не интересует как и что, но вечером, край утром. Они должны быть у меня.

Караскис почесал затылок и подумал о том, что они банду Дюка, ловят уже семь сезонов. Найдёт он, конечно. Сидя в своей резиденции под охраной целой бригады. Генерал хренов. Управленец недоделанный. Если бы не его отец, хрен бы он стал бригадным генералом. Но ответил Караскис другое:

– Саракс, я объявил поиск и привлёк три экипажа. Не уйдут.

– Вот и хорошо. Докладывай мне каждые две доли времени и не забывай, кому ты обязан подъёмом по ступеням пирамиды.

После этих слов Саракс отключил связь. Караскис встал и подошёл к дверям. Выглянув в коридор, он позвал охранника. Рослый парень с автоматом вошёл в кабинет и замер. Караскис посмотрел на него и грозно сказал:

– Найди мне агента Прайма. И помни, я ждать не люблю.

Охранник выскочил в коридор и Караскис даже слышал топот бегущего по коридору охранника. Старший бригадир сел за стол и в этот момент в кабинет без стука вошла молодая женщина. Её длинные волосы черного цвета были заплетены в косу. Губы накрашены ярко- синей помадой, веки красными тенями, а толстые черные стрелки возле глаз, нарисованы почти до середины висков. Старший лаборант Вернара, всегда ярко красилась, предпочитая макияжем подтверждать свой высокий статус. Косметика в Змарине стоила бешеного количества единиц обмена. На Вернаре было длинное платье с глубоким декольте, открытой спиной и высоким разрезом, который полностью открывал её ноги при ходьбе. Стиль в одежде продиктован современной модой. Женщины в Змарине вообще старались демонстрировать своё тело. Даже толстухи одевали короткие шорты и платья, выставляя на показ ноги с огромным количеством жира. Змаринские богачи любили проводить время с полу голыми красотками. Современное телевидение диктует моду и манеры поведения. Жирухи тоже следовали моде. Сейчас вообще появилось движение среди женщин, которые признаются, что любят себя и своё тело такими, какие они есть. Только Караскис считал, что эти женщины «телолюбительницы», просто пытаются спрятать за своей любовью и принятием своего жирного тела, свою лень и нежелание следить за собой. А ещё женщины которые считают себя ущемлёнными в правах. Это просто смех. Они решили, что если не будут убирать волосы с ног, с подмышек, ходить с голой грудью, то они станут равными в правах с мужчинами. Так пусть ходят по малой нужде стоя, вкалывают на шахтах по добыче железа и грузят кирпичи на фабриках. Ну что за маразм? Они женщины и должны быть женщинами. Такие и рожать не хотят. Да и кто с ними жить будет? Караскис посмотрел на Вернару. Хотя вот на неё, вообще приятно смотреть, пробуждает её вид определённые желания, особенно, если умыть. Женщина открыла папку, которую держала в руках и сказала:

– Господин старший бригадир, наш отдел проанализировал данные, которые вы предоставили с допроса пришельцев с Земли. По всему выходит, что они не врали вам. Их показатели волновых структур не совпадают не с одним из живущих в нашем мире. Их нужно обследовать в полной мере. Переводите их в наш отдел.

Караскис даже засмеялся и привстав опираясь на стол сказал:

– Ваш отдел пока подождёт.

В этот момент в дверь постучали и в кабинет вошёл мужчина в кофте с глубоким капюшоном, который был надвинут так, что лица было не рассмотреть. Черные свободные штаны с карманами на боках и высокие ботинки с железными носами. Караскис сразу обратился к Вернаре:

– Доктор, вы пока идите к себе. Я к вам зайду вечером.

Женщина вышла из кабинета и посетитель снял капюшон. Он подошёл к столу и встал в готовности слушать. Караскис посмотрел в глаза посетителя. Они были яркого синего цвета. Тонкие губы были плотно сжаты, а на подбородке белел шрам. Начальник лабораторного комплекса сел обратно на стул и сказал:

– Приятно, что ты явился так быстро. Прайм, дело деликатное и требует твоего срочного вмешательства.

Агент Прайм чуть склонил голову на бок:

– Караскис, ты не просишь прийти меня просто так. Я готов слушать.

– Ты в курсе, что охрана на броневике, которые сопровождали пленных в резиденцию управленца, убита, а пленные скрылись?

– Да знаю. Три экипажа, уже выдвинулись на поиски.

– Именно. Твоя задача собрать группу и выдвигаться на параллельные поиски. Мизантропы, мне в общем и не нужны. Мне важны двое с ними. Их имена Витязь и Страус. Они нужны мне живыми. Вознаграждение за этих двух, будет особым.

Караскис достал из нагрудного кармана, своего кителя кулон на цепочке в виде змея и протянул его Прайму. Агент взял кулон и одев на шею вышел.

Начальник лабораторного комплекса, оставшись в кабинете один, достал из ящика стола железную коробку, открыв её, он достал красный кристал и сунув его в рот, раскусил. Караскис откинулся на спинку стула. Его взгляд затуманился и он улыбнулся. Саракс считает себя самым умным? Его отец и его происхождение позволили ему стать управленцем, но он далеко не самый умный. Его ступень посвящения в ордене великого Нага выше, но и это благодаря отцу, но ума это не прибавит. Караскис знает, кто стоит выше и он, старший бригадир знаком с ним лично. И вот когда, он предоставит пришельцев магистру ордена, Саракс будет свергнут, а он получит бригадного генерала и займёт место управленца.

Ночь

Я проснулся от толчка в плечо. Возле меня стоял Варин. У него было не довольное лицо и я его понимал. Всё-таки двух часов сна маловато. Я поднялся с лавки. Страус о чем-то тихо говорил с Дарой, девушка кивнула и мне показалось слегка улыбнулась. Она открыла один из ящиков и подала Страусу какой-то свёрток. Дюк всех поторапливал. Я спросил у Варина имя бойца, который всё время молчал. Он сказал, что его зовут Свен, но поговорить с ним не получится. При пытках в резиденции управленца Саракса, Свен молчал. Терпел боль и унижения, но молчал. Тогда ему отрезали язык, а рану во рту прижгли раскалённый металлом. Его вышвырнули из резиденции в надежде, что они проследят за ним и Свен выведет на нашу базу. Только они не учли, что Свен доберётся до пустошей и там исчезнет для них, благодаря системам ходов, которые знаем только мы. Страус подошёл ко мне и протянул куртку оливкового цвета. Значит Дара дала ему куртки. Похоже Страус нашёл общий язык с симпатичной девушкой. Когда мы вышли на улицу, я понял голову и посмотрел а небо. Ночное светило, которое на земле мы называем Луной, тут выглядело больше, но интересно было то, что её опоясывали кольца, как например у Сатурна. Я показал на небо и спросил у Дюка:

–Вокруг вашего спутника кольца? Они состоят из пыли и льда?

Дюк поднял глаза к небу и ответил:

– Когда-то давно, у нашей планеты было два спутника. Их называли Фантон и Тантор. Тантор мы видим и сейчас, а вот Фантон был разрушен. Большая часть его осколков рухнули на Кавран. В них было много замерзшей солёной воды. Когда крупные осколки падали, вода растаяла и дожди шли сто восемьдесят световых долей. Тогда солёная вода поглотила большую часть суши и образовала огромный океан. Тысячи и миллионы людей тогда погибло, а те, что выжили, начали строить новый мир. Из-за того, что на планете огромное количество воды, которая испаряется дожди иногда идут по десять световых долей и тогда леса пустошей, больше похожи на болота. Ну что, двигаемся дальше?

Мы двинулись в лес. Я шёл за Дюком, за мной Дара и Страус, за ними Варин, Карнак и замыкал шествие Свен. Страус спросил у Дары:

– А почему патруль, который нас взял на дороге, называли нас блаженными?

– На территории пустошей, есть старые заброшенные деревни. В некоторых из них странные аномалии. Люди в них часто сходят с ума и поэтому их называют блаженными. Природа аномалий разнообразна и только я знаю не меньше восьми разных странностей. Например в одной деревне видят и слышат мертвецов, в другою заходят огромные, тупорылые звери с огромными клыками.

Дюк повернулся и бросил через плечо:

– Рты захлопните. Спустимся в шахты, там болтайте.

Идти по ночному лесу было сложно. Я честно боялся сломать себе ноги. Дюк шёл по маршруту так, будто светило солнце и он прекрасно всё видел. Иногда он останавливался и вглядывался в темноту, похоже даже принюхивался. Из оружия у него был только пистолет и нож. Дара шла с винтовкой, у остальных автоматы. Мне и Страусу оружие вообще не дали. Но идя в темноте леса, каждый сжимал в руке только нож, огнестрельное оружие висело за спинами. Видимо даже если на нас нападут дикие звери, стрелять не кто не станет. И это естественно, я уверен, что нас ищут люди из города. Хорошо, что Страус смог каким-то образом выпросить у Дары куртки. В лесу было влажно и прохладно. Сколько мы шли по лесу, сказать точно не могу. Дюк остановился возле высокого и толстого хвойного дерева, он пару раз топнул и опустившись на колени открыл люк. Ход вёл под землю. Мы спустились по ступеням и оказались в абсолютной темноте. Яркая вспышка и в руках Дюка оказался фонарь, потом ещё один фонарь зажёг Карнак. Мы были в подземной галерее. Тоннель в высоту не меньше двух с половиной метров. Я повернулся к Варину и спросил: