- -
- 100%
- +
В мангале горел огонь и уютно потрескивали берёзовые дрова. Павел смотрел на поленья, которые облизывали языки пламени и курил. Он вспоминал тот день, когда обидевшись и разозлившись на отца, он покинул родной дом. Тогда он только вернулся из армии. Полный радости и надежд на будущее. Армия ему далась не так уж и сложно. Физическая подготовка у парня была отличная. С людьми он сходился легко. Деды почти не напрягали. Единственное, он очень скучал по отцу. Павел понимал, что папа остался совсем один. Мама умерла, отец любил её тогда, и как парню казалось, продолжал любить и после смерти. В их доме не появлялись женщины, и им было хорошо в их холостятском логове. Отец не редко повторял, что в его жизни была и будет только одна женщина, его жена и больше он не сможет полюбить. В тот день Павел случайно стал свидетелем того, как молодая и в общем красивая женщина с красными, длинными волосами обнимала отца. Павел был в ярости. Он выскочил на крыльцо, где стоял его отец с молоденькой девушкой, которая была наверное ровесница самого Паши. Он крикнул, чтобы девушка убиралась вон из их дома и двора. Девушка на удивление совершенно спокойно развернулась и ушла. Павел повернулся к отцу, его кулаки сжаты, от злости даже голова закружилась и прошипел отцу, что он старый дурак, который привёл в дом молодую деваху. Что он предал память о матери. Что он обманул его, своего сына и он не желает знать обманщика и лжеца. Отец тогда только сказал, что Павел ещё молод и не может понять того, что происходит. Что придёт время и он ему всё объяснит и всё расскажет. Павел не желал слушать оправданий. Он собрал необходимые вещи. Взял деньги, которые ему дал отец в подарок на дембель и уехал. Все эти годы, он продолжал хранить обиду на отца. Иногда он думал о том, что наверное тогда он вспылил, что был не прав в том, что не дал отцу объяснить, правда отец и не особо пытался. Но обида, она пересиливала. Павел действительно считал, что папа, предал его и самое страшное предал мать, которую, как он утверждал, продолжал любить и после смерти. А вот сейчас, глядя в огонь, он понимал, какую глупость он тогда совершил. Цена этой глупости в том, что он не простился с отцом и возможно, если бы он остался тогда, или приехал к отцу позже, то и с сердцем у него проблем бы таких не было. Возможно, он даже в какой-то степени виновен в скоропостижной кончине отца. От этих мыслей, ему становилось страшновато. Что, если он и правда, пусть и косвенно, но виноват в смерти отца. Оторвавшись от мрачных мыслей, он сходил в дом, взял приготовленную курицу и взглянув на часы, которые показывали без пятнадцати шесть, вышел на двор. Поставив курицу на большой пень, он взял кочергу, сделанную из куска арматуры, и поворошил угли в мангале. В этот момент из-за угла дома, появился Степаныч. На нём была всё та же потертая кожаная куртка и кепка. Мужик улыбался и в руке у него был пакет. Павел шагнул на встречу мужчине и протянув руку, сказал:
– Ты уж прости меня. Я совсем неадекватно повёл себя в прошлый раз.
Степаныч пожал протянутую руку парня:
– Паш, характер у тебя отцовский. Я не сержусь на тебя и искренне был рад твоему звонку. Я тут кое-чего принёс. – Мужик приподнял пакет. – Тут бутылка, ну чтобы два раза не бегать и свежие овощи к мясу.
Павел улыбнулся:
– Степаныч, только это, ну короче шашлык из курицы. Свинины у меня в холодильнике не нашлось.
Мужчина рассмеялся и сказал:
– Не беда. Главное, что шашлык не из баранины, я её терпеть не могу. А курица это тоже не плохо. Давай уже на решётку птичку выкладывать, а то я голодный как волк.
Они стояли у мангала, Степаныч рассказывал какие-то смешные и интересные случаи из жизни его и отца Паши. Как они браконьеров выискивали. Как однажды на дереве сидели целый час, спасаясь от здоровенного кабана. Павел немного рассказал о том, как он жил в городе. Рассказал о бывшей девушке и о том, как скучал по дому. Когда курица была приготовлена и уже выпито немного виски, они отправились в дом, чтобы сесть за стол на кухне потому, что на улице начал накрапывать мелкий сентябрьский дождик.
Глава 6.
Когда они сели за стол, разложили курицу по тарелкам и разлили в стаканы виски, Павел наконец спросил:
– Расскажи мне о том, чем отец жил?
Степаныч взял стакан и осушил его залпом, не смотря на то, что крепкого напитка в нём было не меньше ста пятидесяти грамм. Мужик отщипнул от куриной ноги немного мяса и закусив, наконец ответил:
– Первое, что я хочу тебе сказать, так это то, что ты не всё знал о жизни отца, даже когда жил с ним, даже в те времена, когда твоя мама была жива. Он был необыкновенным человеком, но именно человеком. Миша очень многое знал о мире, который нас окружает. Гораздо больше, чем основная часть человечества. А мир наш, он очень не прост. Ты читал рассказы своего отца?
– Пока начал читать только один. Он писал о разных мистических штуках. Интересные у него были фантазии. За гранью возможного.
Степаныч почесал небритый подбородок и кивнул на стакан Павла. Парень взял виски и тоже выпил, но только половину, больше не смог. Степаныч покачал головой и продолжил:
– А что, если всё это, скажем так не совсем фантазии? Что, если оборотни, упыри, ведьмы и прочее, всё это есть в нашем мире? Только это всё скрыто от обычных людей.
Павел посмотрел на остатки виски в стакане и подняв стакан допил. Закусил долькой свежего помидора и чуть улыбаясь , сказал:
– Ты мне голову морочишь, или Ночного Дозора перечитал?
Степаныч задумался буквально на несколько секунд, а потом улыбнулся:
– Вспомнил. Эти книги, про Дозоры написал Лукьяненко. Интересные книги. Но я не про Ночной, или Дневной Дозоры. Хотя кое-что, там и не так уж далеко от правды. Понимаешь, твой отец тут жил не просто так, хотя он мог позволить себе жить и в городе, и вообще хоть на тропическом острове. Просто этот лес и вся округа, зона его ответственности. Я с ним так и познакомился.
Павел чуть прищурился и спросил:
– А ты оборотень, или упырь?
Степаныч взял со стола бутылку и налил ещё в стакан парню, потом плеснул и себе. Мужчина взял в руку стакан и поднял, дожидаясь, пока и Павел возьмёт свой стакан. Парень так и сделал, они выпили и Степаныч ответил;
– Не оборотень и не упырь. Я вообще кое-что особенное. Я полукровка.
– А это как?
– Ну понимаешь. Тех, кого принято называть нечестью, колдунами и ведьмами, они были всегда, с самого начала истории человечества. И конечно были и люди, которые знали о таких созданиях. За всю историю людей и скажем так нелюдей, происходило разное, в том числе и любовь. Моя бабушка, согрешила с Лешим. Она утверждала, что он явился ей в виде очень красивого парня, ухаживал за ней и даже жениться обещал. Мой отец, сын бабки не перенял не каких особенностей лесного обитателя. А вот мне передалось. Бабушка говорила, что как только мои глаза увидела, сразу всё поняла. Вообще в среде нелюдей, такое порицается, но кто его знает, может и правда Леший влюбился в молодую и красивую девку. Когда я был молодой, то любил в этих лесах оттачивать своё мастерство и часто кругами водил грибников по лесу. Однажды увлёкся и мужика завёл в чащу, а там стая волков промышляла. Обычных волков, не оборотней. Короче загрызли они мужика. Я честное слово, этого не хотел. Твой отец понял, что твориться что-то не то и смог меня вычислить и поймать. По идее, за смерть человека, мне как полукровке, могли вообще впаять заключение в дерево лет на сорок, но я поговорил с твоим отцом, он меня выслушал и пожалел. Ну уж а потом мы с ним и подружились и вместе начали патрулировать эти места. Кстати надо сказать места эти всегда были спокойные.
Павел смотрел на Степаныча, который нёс откровенный бред с серьёзным видом и не мог поверить во все эти сказки. Он много смотрел фильмов о вампирах, об оборотнях и даже про борьбу с ними, но не когда не верил в это. А сейчас, перед ним сидит взрослый человек, хоть и уже слегка пьяный на полном серьёзе говорит, что он потомок Лешего. Парень взял куриную ногу с тарелки и откусил мяса. Прожевал и наконец сказал:
– Степаныч, вот я же вижу, что ты мужик умный и приятный в общении. Что ты несёшь? Зачем из меня дурака делаешь.
– Так и думал, что ты мне не поверишь. Давай так, я предоставлю тебе доказательство, но только при одном условии. Ты спокойно отреагируешь на человека, которого, я сейчас приглашу. Ну, готов сделать шаг за грань возможможного?
Павел улыбнулся и кивнул. Степаныч достал из кармана старенький кнопочный телефон, набрал номер по памяти и попросил невидимого собеседника зайти. Буквально через пару минут кто-то постучал в дверь и мужик отправился открывать дверь. Павел сидел к входу спиной и когда он повернулся, то у него буквально пропал дар речи и начала накатывать злость. Рядом с мужиком, стояла молодая и красивая девушка с длинными, красными волосами. Именно красными, а не рыжими. Это была та самая девушка, которая обнималась с его отцом, и из-за которой они поругались и он уехал в город. Она совершенно не изменилась, стояла, смотрела на него и улыбалась. Павел хотел встать и выгнать наглую девку. Но Степаныч, сказал:
– Успокойся и смотри.
Девушка сбросила на пол мокрую от дождя куртку, оставшись в широкой толстовке и джинсах. Она потянулась к пуговице на джинсах, расстегнула её и вдруг выгнулась, зашипела, как от боли, упала на четвереньки. У Павла махом вылетел весь хмель из головы, он видел, как у девушки вытягивается лицо, сквозь кожу пробивается красная и белая шерсть. Её пальцы на руках стали становиться короче, а уши заострятся и тоже обрастать шерстью. Через десять секунд из джинс, которые остались лежать на полу, выскочила большая лиса. Она была настолько огромная, что пожалуй если бы она встала на задние лапы, то была бы ростом с девушку из которой и превратилась. Павел не мог проронить не слова. А лиса тем временем выбралась из толстовки и сев, смотрела на парня. Степаныч подобрал одежду девушки и спокойно сказал:
– Надеюсь тебе достаточно? – Павел часто закивал, Степаныч улыбнулся. – Тогда посиди тут, а Лиса пока обратно человеком обернётся и оденется.
Красная лиса легко прыгнула в сторону комнаты, и мужик с одеждой прошёл вслед за ней. Вернулся он сразу и без женских джинс и толстовки. Он налил виски себе и парню и сказал:
– Давай выпьем и ты пока перевари всё это. Сейчас Лиса к нам присоединится и ты заодно у неё спросишь про то происшествие, из-за которого ты и сбежал из дома.
Павел взял стакан с тёмной жидкостью и выпил. Его руки немного подрагивали, но не от страха из-за того, что он только что увидел, а из-за осознания, что он не только об отце не чего не знал, но и вообще о мире вокруг.
Глава 7.
Павел сидел за столом и смотрел на своих собутыльников. Первым делом, когда Лиса вошла на кухню, она взяла тарелку и стакан из настенного шкафчика. Девушка села за стол, положила себе курицы, Степаныч налил ей грамм пятьдесят вискаря. Она выпила и начала с аппетитом есть. Павел молчал, молчал и Степаныч. Видимо мужчина давал время парню, чтобы осознать то, что только что произошло. Лиса, быстро расправившись с курицей, сказала:
– Я извиняюсь, но я очень проголодалась. Сначала стояла и ждала приглашения, под дождём между прочем, а потом ещё и оборачиваться пришлось, а после этого всегда есть хочется. Значит так, Паш, тогда, ты был совершенно не прав. Твой отец мне всегда был, ну скажем так, как второй папа. Он меня ещё маленьким лисёнком помнит. Тогда, я его обнимала в благодарность за то, что он разрешил мне выехать с мамой на Алтай. Мама очень болела и хотела перед смертью увидеть этот невероятно красивый край. К сожалению она там и умерла. А нам, как хищникам, без разрешения надзорного органа, выезжать за пределы угодий нельзя, и твой отец не обязан был идти мне на встречу. И тогда я посчитала, что встревать в вашу ссору мне не стоит, тем более, я знала, что Миша жалел тебя и не смотря на твой возраст, так и не посвятил тебя в тонкости нашего мироздания. Так что тогда, ты уж прости, но поступил ты, как законченный идиот.
Голос у Лисы был приятный. Павел опустил глаза. Он действительно чувствовал себя полным идиотом. Парень молчал, тогда в разговор вступил Степаныч, он обратился к девушке:
– Лиса, не нагнетай и не дави на парня, дай ему в себя прийти. Паш, может тебе ещё налить?
Парень кивнул и мужик плеснул ему в стакан буквально на один глоток. Павел выпил и занюхал курицей. Положив куриную ногу, обратно в тарелку, он выдавил из себя:
– Значит, все сказки про оборотней, вампиров, гоблинов и прочее, всё это правда?
Степаныч, достал пачку сигарет и прикурив, ответил:
– На счёт гоблинов не скажу точно. Сам их не встречал, но вроде говорили, что они давно перебрались в горы. А вот вампиры, мы их называем упырями, они существуют, я лично с десяток упырей знаю. Ну про оборотней и говорить не приходится, перед тобой одна сидит. В общих чертах скажу так. Ты видел много фильмов, возможно многое читал о всякой нечисти, но всё гораздо сложнее. Например упыри совсем не похожи на киношных красавцев в дорогущих костюмах, которые пьют кровь молодых красоток. А оборотни, они совсем не кровожадные убийцы, которые при превращении теряют разум.
Лиса улыбнулась и сказала:
– Кстати не все и ты Степаныч не хуже меня это знаешь. Есть конченные отморозки.
Мужик кивнул, затянулся и продолжил:
– Это точно. Если кратко, то мир гораздо шире и сложнее, чем ты мог себе представить.
Павел тоже закурил:
– А скажи Степаныч, много людей знают о том, что есть такие как вы?
– Нет. На самом деле очень мало. Не открываемся мы обычным людям, только в особенных случаях. Нельзя допустить, чтобы люди о нас узнали. Понимаешь, нам одной инквизиции за глаза хватило. А сегодня при условии современных технологий и оружия, я даже представить себе боюсь во что может выйти современная охота на ведьм. Твой отец, как и твой дед и ты сам, вы принадлежите к особой касте. Ваш род всегда знал о существовании таких как я, или Лиса. Твои предки стояли на страже закона больше тысячи лет. Но вы люди. Просто с особыми врождёнными талантами. Вы умеете замечать не людей, умеете вычислять и главное, умеете бороться с такими как мы.
Павел замер, не донеся сигарету до рта:
– А зачем с вами бороться?
Девушка засмеялась и сказала:
– А ты реально считаешь, что среди нас, все законопослушные? Нет мой хороший. Такие как мы, нелюди, многое умеют, многое знают, многое могут. Самое страшное преступление, убийство человека. Но есть и другие преступления. Грабёж, воровство, обман и много чего ещё. А уж чем промышляют ведьмы, там такой набор, что ахнешь от приворота, до разных извращений. Помню одна ведьма молодая, наказала соседа за то, что он задолбал её перфоратором по воскресениям утром. Ну её тоже понять можно, дело молодое, она по клубам всю ночь протусит, а утром сосед со своим ремонтом покоя не даёт. Ну короче, она его приворожила к старой бабке, бомжихе. Там такое шоу было. Но ей правда немного прилетело по шапке от Совета ведьм, в который на неё докладную написал куратор. Но смеялись все от души.
Павел затушил окурок в блюдце, которое достал Степаныч и обведя пьяным взглядом кухню, опустил глаза и тихо спросил:
– Скажите, а смерти моих родителей? Это естественные смерти, или к ним причастны ваши?
Лиса посмотрела на Степаныча, который ответил:
– Твоя мама действительно болела. Мы все пытались помочь. Даже одна ведьма из соседней области приезжала, но помочь не смогла. Онкология не лечится народными, или магическими способами. Эта проклятая болезнь убивает изнутри. Онкология и лучевая болезнь, не поддаются не каким формам лечения. А вот с твоим отцом, не всё гладко. Кое-что для меня непонятно, а если есть что-то непонятное, значит это надо проверять. И я очень надеюсь, что я ошибаюсь. Ты с нами? Готов продолжить дело отца? – Павел задумался на секунду и кивнул. – Вот и замечательно. Только сегодня, я предлагаю не обсуждать смерть Миши, а лучше продолжим пить.
Павел был с этим согласен. В голове уже шумело от выпитого. Парень посмотрел на опустевшую бутылку из-под Виски и сказал:
– А выпить больше не чего.
Степаныч засмеялся. Встал, подошёл к холодильнику и открыв его, извлёк ещё одну бутылку виски, объёмом ноль семь. Он поставил её на стол и сказал:
– Я ведь тебе говорил, что я принёс с собой, чтобы два раза не бегать.
Глава 8.
Павел с трудом разлепил глаза. Вчера они уговорили и вторую бутылку, хорошо хоть не было третьей, а то могли бы и её начать. Вчера был крайне неоднозначный вечер и возможно парень предпочёл бы, чтобы всё это ему приснилось. И Лиса, которая не только красивая, интересная и весёлая девушка, но ещё и оборотень. И Степаныч, предком которого был Леший. А ещё истории о его отце. Вчера Степаныч рассказал, что местные угодья довольно спокойные. Последнее серьёзное происшествие было ещё когда сам Паша был маленьким и учился в первом классе. Тогда местный упырь, который поехал крышей от крови одичавших собак, которые были заражены бешенством, напал на человека. Прямо в соседней деревне, он убил мужчину, который рубил вечером дрова. Отец Павла довольно быстро провёл расследование, нашёл упыря и задержав его, благополучно отправил преступника на специальное заседание общины упырей. Оказывается оборотни, упыри, ведьмы и прочая нечисть сами заинтересованы в том, чтобы люди не знали, а лучше даже не догадывались про существования других форм разумной жизни и потому они нещадно сами карали своих преступников. Нечисти мало и весь мир поделён на определённые зоны, или как они их сами называли угодья, на территории которых было строго ограниченное количество упырей, ведьм, оборотней и других персонажей. Самые неспокойные угодья всегда считались большие города. А вот тут, последние лет сто, было тихо и спокойно. Хотя например Степаныч знал о том, что ещё до революции, тут творились реально страшные вещи. Например на берегу реки, был хутор в три дома. Там жили семьи рыбаков и пчеловодов. Однажды утром к ним пришли покупатели мёда и рыбы, хутор встретил полной тишиной. Не одной живой души в домах не было, но не было там и трупов, хотя кровью было залито всё вокруг. Тогда расследование зашло в тупик. Всё сходилось, что убиты люди были крупным зверем. Оборотней проверили вдоль и поперёк, но виновных так и не нашли. Как оказалась округа посёлка, всегда была заселена особыми людьми и не только. Тут много мистических происшествий было, но было это всё очень давно.
Павел наконец встал, одел шорты и вышел из отцовского кабинета, где он спал на диванчике. Лису отправили спать в спальню, а Степаныч лёг в большой комнате. С кухни приятно пахло жареными яйцами. Павел прошёл в кухню и сел на табурет к столу. Завтрак приготовил Степаныч, который посмотрев на парня с улыбкой, сказал:
– Судя по твоему помятому лицу, утро у тебя не очень доброе.
Павел кивнул и сморщился от боли. В голове будто взорвалась маленькая граната. Степаныч поставил на стол перед парнем стакан с жидкостью чайного цвета, своеобразный запах из стакана абсолютно точно указывал на то, что это не чай. Степаныч продолжая улыбаться, спокойно проговорил:
– Пей. С похмелья штука просто необходимая. Как новый будешь. А вообще, скажу тебе честно, пить ты не очень умеешь.
Павел взял стакан и залпом выпил холодную и приятную на вкус жидкость. В голове практически сразу прояснилось и ушла боль. Парень посмотрел на стакан и сказал:
– Я очень редко употреблял алкоголь, а ту прямо как сорвался. А что это за волшебный эликсир и где Лиса?
– Эликсир говоришь? Ну пусть так и будет. Травки это определённые. А Лиса рано ушла, я ещё спал. Не любит девчонка людей. Старается подальше от них держаться. Живёт она в деревне, которая недалеко от реки, в трёх километрах от сюда. Там в основном только на лето люди приезжают, а осенью и зимой, там вообще хорошо и спокойно. Она кстати нас завтра в гости ждёт.
После завтрака, Павел окончательно пришёл в себя и они отправились на прогулку и заодно Степаныч решил показать место, где он нашёл отца Паши. Они зашли в лес. Пожелтевшие листья, гонимые лёгким ветерком падали на землю. Паша услышал какой-то звук и поднял глаза. По стволу высокой сосны пробежала белка. Пушистый зверёк взобрался на толстую ветку и усевшись на неё, наблюдала за людьми. Степаныч посмотрел на белку и чуть улыбнувшись, сказал:
– Меня местные звери знают и хорошо ко мне относятся. Ну и я стараюсь им помогать. Правда бывает и по-другому. Помнишь вчера рассказывал тебе про кабана от которого мы с твоим отцом на дереве прятались? Так эта скотина, умудрился налакаться где-то в деревни браги, ну кто-то самогон гнал, вот и вылил остатки браги с зерном на огороде, а этот дурак залез туда. И человек то пьяный, бывает дурной становиться, а чего уж про кабана говорить.
Осенний лес завораживал своей красотой и звуками. Павел шёл постоянно оглядываясь по сторонам. Они дошли до развилки. Основная наезженная дорога шла дальше к реке, а вот небольшая, но довольно хоженая тропа шла вправо. Степаныч остановился и сказал:
– Вот тут я твоего отца нашёл. Основная дорога ты и так знаешь, куда идёт, а вот это тропа, ведёт к болоту, а через трясину старица. Вот одно мне до сих пор не понятно. Твой отец шёл к реке, или к болоту, а может и из болота. Тогда дождь прошёл и след было взять не реально. Если к реке, то возможно просто прогуляться хотел, а вот если к болоту, то всё гораздо сложнее. Понимаешь, даже я не люблю это болото. Запахи там не приятные, трясина, в которую если попадёшь, то без посторонней помощи точно утонишь. Места заболотились там очень давно, ещё когда наша река русло сменила. Ну сам знаешь, что реки со временем меняют свою дорогу по разным причинам. В общем вроде и не чего там твоему отцу делать, на этом самом болоте. Но за несколько недель до трагедии, он мне в разговоре упомянул, что есть обрывочная информация про интересные вещи на болоте и вроде русло река тоже поменяла не совсем естественным путём. Но толком рассказать не могу, потому что просто не знаю.
Павел осмотрелся, глубоко вдохнул и шумно выдохнул. У него к горлу подкатил ком, и глаза наполнились слезами. Вот оно, место, где умер его отец. Возможно, если бы он не был таким упрямым и приехал к отцу, то сейчас они бы стояли тут с ним, а не с его другом. Парень сжал кулаки, чувство вины давило на него. За спиной раздался хруст ветки и Павел резко развернулся. Из-за дерева вышел огромный лось. Степаныч усмехнулся и громко сказал:
– Ну и чего ты припёрся? Иди давай, соль я тебе принёс и сено тоже. Бери давай своё потомство и иди покушай. Не мешай нам.
Лось развернулся и пошёл своей дорогой. Павел сделал шаг вперёд, остановился на развилке и втянул воздух носом. Пахло прелой листвой, сосновыми иголками и еловой смолой, но вплетался и ещё один, сладковатый и от этого неприятный запах. Павел закрыл глаза, выдохнул через рот и вновь сделал вдох через нос. Повернувшись в сторону болота, он прошёл несколько шагов, с закрытыми глазами, остановился, открыл глаза и зашагал в сторону высокой берёзы, прошёл метров двадцать, посмотрел по сторонам и громко сказал:
– Степаныч иди сюда.
Мужик подошёл к парню, который показал небольшую прямоугольную яму в которой уже скопилось немного воды. В этой мутной воде лежал мёртвый волк. Его живот был разорван и в воде плавали внутренности животного. Глаза волка были открыты. Степаныч присел рядом с ямой и проговорил:
– Волк погиб не больше недели назад. Интересно, кто мог убить его? Не порядок в моих угодьях и я этого не люблю. А ты молодец, видимо особенности, которые передались тебе от отца, начинают проявляться.
– А могли животные какие-то убить волка?
– Могли конечно. У меня тут даже семья медведей живёт, правда далеко в чаще.
Павел закурил и посмотрев на мёртвого волка, спросил:
– А это не оборотень?
Степаныч усмехнулся и ответил:
– Паш, оборотней мало. В наших угодьях зарегистрировано только три. Лиса, её старый отец, который два года назад обернулся и человеческий облик больше не принимает, старый он и доживать свой век в человеческом обличии не хочет. Я его последний раз видел примерно год назад,. Ну и я. – Павел удивлённо вскинул брови. – Ну да. Я умею оборачиваться в волка, в рысь, правда в кота оборачивался всего пару раз, поэтому я регистрировался как оборотень, я ведь не совсем Леший, я же говорил тебе об этом. Кстати Лешие сейчас большая редкость. Так что не нужно видеть в каждом звере оборотня, или в каждом бледном человеке, который не любит солнце, пытаться разглядеть упыря. Ладно, подумаем, кто мог волка убить. Пойдём к реке. Там сейчас очень красиво.
Глава 9.
Они стояли на берегу реки. Местная река была не широкая, но в некоторых местах глубокая, до шести, а иногда и до восьми метров в глубину. Берег, на котором стояли Степаныч и Павел был пологим с песочным пляжем. Тут часто летом собираются люди для того чтобы поплавать и позагорать. Противоположный берег был высоким и крутым, там росли высокие сосны и ели. Вода была тёмная, по ней пробегала рябь от не сильного ветерка, и иногда можно было услышать всплески. Отец Павла говорил, что это рыба «гуляет». Парень курил и посмотрев на Степаныча, спросил: