Концепция институционально-организационных циклов – ключ к пониманию смысла и логики истории России

Понятие локальной цивилизации, а точнее тождественное во многом ему понятие культурно-исторический тип появилось в научной литературе XIX века. В это время получает распространение идея о культурно-исторических типах или локальных цивилизациях, переживающих схожие фазы в своем развитии. Такой подход был характерен для русского мыслителя XIX века Н Я. Данилевского.

Николай Яковлевич Данилевский (1822–1885) родился в селе Оберец Ливенского уезда, Орловской губернии, биолог по образованию, был известен в научном мире как ботаник и ихтиолог. Н.Я. Данилевский – яркий представитель славянофильского направления русской научно-философской мысли XIX века, стоит у истоков нового философско-исторического направления, одной из задач которого явилось преодоление одностороннего европоцентризма. В своей концепции он отказывается от идеи всемирной истории и создает первую теорию культурно-исторических типов.

Важным этапов в развитии русской историософии и, вместе с тем, в развитии культурно-исторической концепции (и одновременно новым этапом в развитии славянофильства) явилась книга Н.Я. Данилевского «Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения Славянского мира к Германо-Романскому». Сначала она вышла в свет как ряд статей в журнале «Заря» в 1869 году, позже в 1871 году была опубликована как отдельное издание, в 1889 году появилось уже четвертое издание книги.

В этом труде Н.Я. Данилевский отмечал: «главное … должно состоять в отличении культурно-исторических типов, так сказать, самостоятельных, своеобразных планов религиозного, социального, бытового, промышленного, политического, научного, художественного, одним словом, исторического развития[9].

Конечно, можно усомниться в оригинальности идей Н.Я. Данилевского, и это делает ни кто иной, как В.С. Соловьев, который указал на большое сходство между мыслями русского автора и мыслями немецкого историка Г. Рюккерта, чью книгу «Учебник всемирной истории в органичном изображении» (Лейпциг, 1857) Н.Я. Данилевский не упомянул. Однако нужно отметить, что В.С. Соловьев, несмотря на остроту своих замечаний, указывает на различия между работами этих авторов и эти различия признает существенными.

Н.Я. Данилевский предлагает новую модель «построения истории», в которой история человечества предстает не как прогресс некоего общего разума, некой общей цивилизации, а как развитие отдельных замкнутых культурно-исторических типов, носителями которых являются естественные, т. е. исторически сложившиеся, группы людей. Культурно-исторические типы не имеют общей судьбы, а их самобытность и своеобразие определяются природными, этнографическими и иными факторами.

Н.Я. Данилевский обращается к методологии естественных наук, прежде всего биологии и зоологии. Естественнонаучный характер исследования был столь очевиден, что именно с ним современники были склонны связывать вклад Н.Я. Данилевского в развитие исторической, историософской мысли. Методологическим принципом его исторического исследования выступают типы организации, понятие, которое характеризует аналогичные по своей сути явления в различных сферах жизни (растений, животных и людей). Н.Я. Данилевский следующим образом характеризует это понятие: «Эти типы не суть ступени развития в лестнице постепенного совершенствования существ (ступени, так сказать, иерархически подчиненные одна другой), а совершенно различные планы, в которых своеобразными путями достигается доступное для этих существ разнообразие и совершенство форм, – планы, собственно говоря, не имеющие общего знаменателя, через подведение под который можно бы было проводить, между существами различных типов, сравнения для определения степени их совершенства. Это, собственно говоря. Величины несоизмеримые»[10].

На основе различения ступеней развития от типов развития Н.Я. Данилевский основывает естественную группировку исторических явлений. Деление истории на древнюю, среднюю и новую, хотя бы и с прибавлением древнейшей и новейшей, или вообще, деление по ступеням развития – не исчерпывает всего ее богатого содержания. В связи с этим Н.Я. Данилевский писал: «Формы исторической жизни человечества, как формы растительного и животного мира, как формы человеческого искусства (стили архитектуры, школы живописи), как формы языков (односложные, приставочные, сгибающиеся), как проявления самого духа, стремящегося осуществить типы добра, истины и красоты (которые вполне самостоятельны и не могут же почитаться один разумнее другого), не только изменяются и совершенствуются повозрастно, но еще и разнообразятся по культурно-историческим типам. Поэтому, собственно говоря, только внутри одного и того же типа или, как говориться цивилизации – и можно отличать те формы исторического движения, которые обозначаются словами: древняя, средняя и новая история. Это деление есть только подчиненное, главное же должно состоять в отличении культурно-исторических типов, так сказать самостоятельных, своеобразных планов религиозного, социального, бытового, промышленного, политического, научного, художественного, одним словом, исторического развития»[11].

Мы видим, что Н.Я. Данилевский, по сути дела, отрицал единый всемирно-исторический процесс, в рамках которого конкретно-исторические цивилизации, или культурно-исторические типы – это ступени данного процесса.

Н.Я. Данилевский указывает четыре основных критерия, на базе которых конституируется культурно-исторический тип. В качестве таких критериев он принимает следующие основы общественной жизни: религиозную, культурную (научная, эстетически-художественная, технически – промышленная), политическую и общественно-экономическую. В своей работе Н.Я. Данилевский указывает на 11 культурно-исторических типов или самобытные цивилизации, проходящих схожие стадии в своем развитии. Эти культурно-исторические типы, расположенные в хронологическом порядке следующие: 1) египетский, 2) китайский, 3) ассирийско-вавилоно-финикийский, халдейский или древне семитский, 4) индийский, 5) иранский, 6) еврейский, 7) греческий, 8) римский, 9) ново-семитский или аравийский, 10) германо-романский или европейский, 11) славянский.

Н.Я. Данилевский сформулировал некоторые законы движения и развития культурно-исторических типов, причем под цивилизацией он понимает сравнительно короткий период расцвета духовной деятельности каждого культурно-исторического типа, что истощает его силы. При этом понятие общечеловеческой цивилизации отвергается: «Общечеловеческой цивилизации не существует и не может существовать. Потому что это была бы только невозможная и вовсе нежелательная неполнота. Всечеловеческой цивилизации, к которой можно было бы примкнуть, также не существует и не может существовать, потому что это недостижимый идеал, или лучше сказать, идеал достижимый последовательным или совместным развитием всех культурно-исторических типов, своеобразною деятельностью которых проявляется историческая жизнь человечества в прошлом, настоящем и будущем»[12].

С учетом своего видения истории Н.Я. Данилевский трактует понятие прогресса, по его словам: «Прогресс состоит не в том, чтобы идти всем в одном направлении (в таком случае он скоро прекратится), а в том, чтобы исходить все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях»[13].

Питирим Сорокин по праву оценил Н.Я. Данилевского как выдающегося мыслителя, выдвинувшего содержательную концепцию «культурно-исторических типов», положившую начало одному из наиболее перспективных направлений в современной социологии. П. Сорокин высоко оценил также политические и геополитические оценки и предвидения Н.Я. Данилевского.

Владимир Сергеевич Соловьев (1853–1900), русский религиозный философ, поэт, публицист. Родился в семье знаменитого русского историка, профессора Московского университета С.М. Соловьева. Сначала В.С. Соловьев учился на физико-математическом факультете Московского университета. Пробыв на нем почти четыре года, он оставил университет, но уже через несколько месяцев в 1873 году сдал кандидатский экзамен за полный курс историко-филологического факультета. Одновременно с подготовкой к экзамену В.С. Соловьев посещал лекции в Московской духовной академии по богословским и философским предметам.

Основные произведения его обширного творческого наследия: «Чтения о Богочеловечестве» (1877–1878), «Философское начало цельного знания» (1877), «Критика отвлеченных начал» (1880), «История и будущность теократии» (1887), «Жизненная драма Платона» (1888), «Россия и вселенская церковь» (1889), «Смысл любви» (1892), «Оправдание добра» (1897–1899), «Три разговора» (1900).

Преодолев религиозный кризис юношеских лет, В.С. Соловьев приходит к убеждению, что человечество может духовно возродиться лишь благодаря истине во Христе. Основным делом жизни В.С. Соловьева, стало создание христианской православной философии, предназначение которой заключалось в том, чтобы раскрыть жизненную силу и богатство христианства. Стремление к познанию глубин действительности, познание Истины является характерной чертой русской философской мысли. Эта черта, безусловно, характерна и для философии В.С. Соловьева.

Философская система В.С. Соловьева – философия цельного знания – представляет синтез идей западноевропейской и восточной мысли. В своей системе он пытался найти гармонию между космической и социальными темами. Философия цельного знания, которую стремился создать В.С. Соловьев, исходит из признания необходимости взаимосвязанного развития науки, философии и теологии. Он доказывает, что при правильном взгляде они не противоречат друг другу, а взаимодополняют, давая необходимую основу знанию, сообщая ему идеальную форму, получая абсолютное содержание и верховную цель. Великой заслугой В.С. Соловьева является то, что он разработал христианскую метафизику, т. е. учение о преображенной телесности, как необходимом условии достижения нравственного идеала и концепцию об эволюции и сущности исторического процесса.

Основы теории социальной эволюции (становления и развития цивилизованного общества) В.С. Соловьев изложил в работе «Философское начало цельного знания» (1877). В ней он раскрывает существо механизма социального развития. Предложенная им формула развития, с одной стороны, выступает основой для исследования всемирно исторического процесса развития человеческого сообщества. С другой стороны, на ее основе В.С. Соловьев дает характеристику процесса цивилизационной динамики – становления и развития цивилизованного Запада.

Прежде всего, развитие предполагает наличие определенного субъекта (подлежащее), о котором говорится, что оно развивается. Как отмечал В.С. Соловьев подлежащим развитию не может быть, ни безусловно простая субстанция, ни механически внешнее соединение элементов, им может быть «…только единое существо, содержащее в себе множественность элементов, внутренне между собой связанных, то есть живой организм. Действительно, развиваться в собственном смысле этого слова могут только организмы, что составляет их существенное отличие от остальной природы»[14].

Смысл развития В. Соловьев усматривает в том, что развитие должно состоять собственно в выделении или обособлении образующих форм и элементов организма ввиду их нового, уже вполне органического соединения. Если, в самом деле, в процесс развития не должны привходить извне новые составные формы и элементы, то оно, очевидно, может состоять только в изменении состояния или расположения уже существующих элементов[15].

«Ряд изменений без известной исходной точки и продолжающийся без конца, не имея никакой определенной цели, не есть развитие; ибо каждый член такого ряда, за отсутствием общего начала, определяющего его относительное значение, не мог бы быть определенным моментом развития, а остался бы только безразличным изменением. … Следовательно, развитие есть такой ряд имманентных изменений органического существа, который идет от известного начала и направляется к известной определенной цели: таково развитие всякого организма; бесконечное же развитие есть просто бессмыслица contradictio in adjecto»[16].

Содержание закона развития раскрывается в следующей формуле, которая отражает единство и взаимосвязь трех необходимых моментов всякого развития, а именно: первичное состояние, от которого оно начинается; другое состояние есть его цель, и ряд промежуточных состояний, как переход или посредство; ибо если бы не было последовательного и постепенного перехода от первого к последнему, то они сливались бы в одно, и мы не имели бы никакого развития, а только одно безразличное состояние[17].

Общий закон развития формулируется В.С. Соловьевым следующим образом. В первом моменте развития доминирует принцип единства, ему принадлежит «исключительная актуальность» все образующие организм элементы находятся в подавленном состоянии. Во втором моменте, напротив эта актуальность переходит на сторону отдельных членов. И сам прежний элемент единства является лишь как один из многих членов. Связующее же единство всех частей во втором моменте является лишь как отвлеченная сила или общий закон, который получает живую действительность и становится конкретной целостностью в третьем моменте[18].

Первоначальное состояние организма, или его зародыш, по своим составляющим есть потенциально уже целый организм. Первое состояние есть нерасчлененное генетическое единство, здесь связи членов организма, их взаимообусловленное положение еще не выявлены, актуально не утверждены. Первое состояние есть смешение, или внешнее единство; здесь члены организма связаны между собой чисто внешним образом. В третьем, совершенном состоянии, все элементы и части связаны между собой внутренне и свободно по особенности своего собственного назначения, поддерживают и восполняют друг друга в силу своей внутренней солидарности. Если в первоначальном, или зародышевом, состоянии составные формы и элементы организма еще не имеют своего строго определенного места и назначения, другими словами, они смешаны, индифферентны; их различие представляется не выразившимся, скрытым, существующими только потенциально, они не выделились, не проявили своей особенности, не обособились. В противоположность этому в развитом организме составные элементы и формы расположены таким образом, что каждый из них имеет свое определенное место и назначение. Но это предполагает их предшествовавшее выделение или обособление, ибо они не могли бы войти во внутреннее свободное единство как самостоятельные члены организма, если бы прежде не получили эту самостоятельность через обособление при выделении, что составляет второй главный момент развития. Таким образом, развитие должно состоять собственно в выделении или обособлении образующих форм и элементов организма ввиду их нового, уже вполне органического соединения[19].

В.С. Соловьев говорит о трех основных формах общества, общественного союза. Первая степень – общество экономическое – имеет значение материальное по преимуществу, вторая – общество политическое – представляет преимущественно формальный характер и, наконец, третья – общество духовное – должно иметь значение всеобщее, или абсолютное. Первое общество есть внешняя основа, второе – посредство, только третье есть цель[20].

Общественный союз, имеющей целью получение средств для существования его членов, основанный на трудовой деятельности, направленной на внешнюю природу, на взаимодействие с ней, есть экономическое общество, его первичной элементарной формой является семья. Вторая основная форма общественного бытия и сознания определяет отношения людей не к внешней природе, а друг к другу непосредственно, и имеет своим прямым предметом не труд людей, обращенный на внешнюю природу, а самих людей в их взаимодействии как членов одного собирательного целого. Это есть общество политическое, или государство. Задача экономического общества есть организация труда, задача общества политического есть организация трудящихся; разумеется, что государство имеет сторону экономическую, так же как экономическое общество имеет сторону политическую. Так как существует много политических обществ или государств, то, наряду с задачей определять взаимоотношения между членами государства, является еще другая задача – определять отношения между различными государствами, т. е. международные отношения[21].

Третья форма общества определяется религиозным характером человека. Человек хочет не только материального существования, которое обеспечивается обществом экономическим, и не только правомерного существования, которое дается обществом политическим, он хочет еще абсолютного существования – полного и вечного. Только это последнее есть для него истинное верховное благо, summum bonum, по отношению к которому материальные блага, доставляемые трудом экономическим, и формальные блага, доставляемые деятельностью политическою, служат только средствами. Так как достижение абсолютного существования, или вечной и блаженной жизни, есть, высшая цель для всех одинаково, то она и становится необходимым принципом общественного союза, который может быть назван духовным, или священным обществом (церковь)[22].

Рассматривая процесс социальной эволюции, В.С. Соловьев говорит о том, что по закону развития общечеловеческий организм должен пройти три состояния (три фазы, три момента своего развития). В первом эти степени (три типа общества – А.С.) находятся в безразличии или смешении, так что каждая из них не имеет действительного отдельного бытия как самостоятельная, а существует лишь потенциально. Во втором моменте низшие степени выделяются из-под власти высшей и стремятся к безусловной свободе; сначала они все вместе безразлично восстают против высшего начала, отрицают его, но для того, чтобы каждая из них получила полное развитие, она должна утверждать себя исключительно не только по отношению к высшей, но и ко всем другим, должна также отрицать и их, так что за общею борьбой низших элементов против высшего следует необходимо междоусобная борьба в среде самих низших[23]. А между тем сама верховная степень вследствие этого процесса выделяется, определяется как таковая получает свободу и обусловливает, таким образом, возможность нового единства.

Таким образом, измененное состояние степеней вследствие процесса их обособления приводит в коне концов к новому, вполне органическому соединению, основанному на свободном сознательном подчинении низших степеней высшим как необходимому центру их свободной жизни. Осуществление этого нового единства образует третий момент общего развития[24].

Сначала, по закону развития, две низшие степени отделяются вместе от высшей, точнее говоря, вторая степень, еще включая в себя третью, отделяется от первой: государство, еще слитое с экономическим обществом, отделяется от церкви. Это отделение свершилось необходимо по натуре вещей, по логике фактов независимо от сознательной воли людей[25]. Церковь явилась связанной с государством, но не могла внутренне проникнуть его, ассимилировать себе и сделать своим органом. Далее происходит разделение общества политического и экономического, – государства и земства.

В третьем окончательном фазисе исторического развития все эти степени общечеловеческого развития должны будут – говорит В.С. Соловьев – «образовать органическое целое, единое в своей основе и цели, множественно-тройственное в своих органах и членах. Нормальная соотносительная деятельность всех органов образует новую общую сферу – цельной жизни». На этой стадии «духовное общество, или церковь в свободном внутреннем союзе с обществами политическим и экономическим, образует один цельный организм – свободную теократию, или цельное общество. Церковь как таковая не вмешивается в государственные и экономические дела, но дает государству и земству высшую цель и безусловную норму их деятельности. Другими словами, государство и земство совершенно свободны в распоряжении всеми своими собственными средствами и силами, если только они имеют при этом в виду те высшие потребности, которыми определяется духовное общество, которое таким, образом, подобно божеству, должно все двигать, оставаясь само неподвижным»[26].

В работе «Русская идея» (1888) В.С. Соловьев стремился ответить на вопрос: каков смысл существования России во всемирной истории? Он рассматривал человечество как «великое собирательное существо», «социальный организм», живые члены которого представляют собой различные нации. Специфическая функция России в этом организме, по мнению В.С. Соловьева, заключается в том, чтобы способствовать осуществлению в мировом масштабе идеи теократии – некоего «вселенского христианства», свободного от односторонности и религиозного догматизма, как Востока, так и Запада. Личность Владимир Сергеевича Соловьева – большая, глубокая, даже величественная, хотя в тоже время до чрезвычайности запутанная и порой кажется противоречивой. В.С. Соловьев обладал небывалой силой философской мысли, глубоким осмыслением мировой философии и напряженной духовной жизнью. Среди идеалистов и философов вообще едва ли был мыслитель, который с такой же убежденностью, как и он, считал христианство Истиной.

Питирим Александрович Сорокин (21 января 1889, село Турья, Яренский уезд, Вологодская губерния – 11 февраля 1968, Винчестер, штат Массачусетс). Русский ученый-социолог, политический деятель; лидер правых эсеров; с 1920 года профессор Петроградского университета. С 1922 года в эмиграции. С 1930 года профессор Гарвардского университета. Учился в Петербурге, в Психоневрологическом институте, открытом в 1908 году по инициативе В.М. Бехтерева, окончил Петербургский университет, где получил степень магистра права.

Творческое наследие П. Сорокина составляет ряд фундаментальных работ, среди которых: «Социология революции» (1925), «Социальная мобильность» (1927), «Современные социологические теории» (1928), «Основания городской и сельской социологии» (в соавторстве с К. Циммерманом, 1929), трехтомная «Систематическая антология сельской социологии (1930–1932). Эти труды принесли П. Сорокину мировую известность.

Фундаментальное исследование циклической динамики общества более чем за два тысячелетия представлено в главном труде Питирима Сорокина четырехтомной работе «Социальная и культурная динамика» (1937–1941). Этой проблеме посвящена также монография «Социальная и культурная мобильность» (1954) и другие работы.

В научном труде «Социальная и культурная динамика» П. Сорокин сконцентрировал свое внимание на исследовании закономерностей социокультурной динамики во всем богатстве и разнообразии ее проявлений за тысячелетия человеческой истории. Одним из ключевых направлений исследования П. Сорокина был анализ социально-культурных циклов. Причем сферу этих циклов он понимал широко, включая в нее не только искусство, науку, этику, право и религию, но и экономику, и политику, охватывая по сути дела всю совокупность общественных отношений. Исторический процесс П. Сорокин рассматривал как циклическую смену исторических типов культуры, каждый из которых характеризуется своеобразной интегрированной системой ценностей и символов. Утверждая, что современная культура переживает общий кризис, связывал его с развитием материализма и науки. Выход из сложившейся ситуации видел в развитии религиозной «идеалистической» культуры.

Основой концепции является рассмотрение общества и культуры как единого социокультурного феномена – суперсистемы. На базе изучения огромного эмпирико-статистического материала, отражающего развитие искусства, науки, религии и права П. Сорокин делает вывод о существовании трех основных суперсистем, периодически сменяющих друг друга в истории: идеациональной, идеалистической и чувственной. Для идеационального типа культуры характерна всесторонняя ориентация на трансцендентные (потусторонние, или сверхчувственные) ценности. В культуре чувственного типа преобладают ценности материальные. В идеалистическом типе культуры синтезированы ценности обоих типов. Существует также и четвертый тип культуры, характерный для эпохи упадка, где ценности трех основных типов эклектически сосуществуют, не образуя органической интеграции.