Нежность первой луны

Нежность полной луны

Когда наступит ночь, и полная луна пошлёт земле свой мёртвый свет, из мрака придёт ужас…

…Он шел настолько тихо, что почти не слышал звука собственных шагов. Старинные катакомбы, построенные ещё во времена владычества Рима, были настоящим лабиринтом, но Берг точно знал куда идти. Коридор заканчивался огромным залом. Не большая трещина в потолке позволяла свету проникать в это царство вечного мрака, благодаря чему можно было рассмотреть остатки живописи, которая некогда украшала стены. Берг остановился в центре, ничто не нарушало тишину, ни одного звука вокруг. Он не мог ни видеть, ни слышать, как за его спиной, в темноте шевельнулось нечто огромное. Но он почувствовал это бесшумное движение. Пальцы чуть сильней сжали рукоятку пистолета и когда безмолвие древнего подземелья разлетелось на тысячу осколков от протяжного рёва, Берг молниеносно повернулся и упав на одно колено нажал на спусковой крючок. Рёв захлебнулся в грохоте выстрелов. Через мгновение снова воцарилась тишина. И тогда вместо привычной мысли «Цель уничтожена» пришла другая «Я убил». Он выронил пистолет и сжав голову руками закричал…

– Проснись, – голос Хэллен вырвал его из липкой паутины ночного кашмара. Берг открыл глаза. – тебе снова снился этот сон? Ничего не говоря он обнял девушку, уткнувшись лицом в её длинные тёмные волосы. Некоторое время они лежали молча.

– Через несколько дней взойдет полная луна, – тихо сказал он, – начнётся

Охота и возможно мне придётся убить тебя. Предчувствие преследует меня даже во сне.

– В этот раз, все обойдётся, как всегда, – она посмотрела ему в глаза и улыбнулась, – или ты мне не веришь.

– Я не спорю, просто боюсь за тебя, если что-нибудь случится …

– Всё будет хорошо, поверь мне, ты значишь для меня слишком много, потому что я тебя…

– Я тебя тоже…

В такие минуты Берг чувствовал себя самым счастливым человеком. Иногда ему казалось, что он живёт для того, чтобы Хэллен всегда была рядом. Их знакомство продолжалось уже больше года и за это время они практически никогда не расставались. Даже если он задерживался на службе, то всегда находил время позвонить Хэллен и для него не было большей радости, чем слышать её голос. Они никогда не сорились, лишь единственный раз между ними возникло непонимание. Это случилось, когда совершенно случайно Берг узнал, что его обожаемая Хэллен – одна из тех, с кем вот уже много веков люди вели настоящую войну. Существа, меняющие облик в ночи полнолунья, беспощадные убийцы – наносящие удары, жестоко и неожиданно. В остальное время их невозможно было отличить от обычных людей, поэтому время боевых действий определяла луна. Когда она заставляла проявляться нечеловеческую сущность, не большие группы охотников находили чудовищ и уничтожали их. Берг был одним из них… Война велась с переменным успехом.

Часто охотники сами становились добычей. Немало его товарищей погибло от клыков и когтей, поэтому он не знал пощады. Ему везло. За 3,5 года ни одной серьёзной раны, за то, наверное, он и сам не смог бы сосчитать сколько оборотней нашли смерть от его пуль. И вот год назад он встретил Хэллен. Она сама рассказала ему обо всём: «Я не могу лгать, поступай как знаешь, но я не мыслю свою жизнь без тебя». Узнав правду, каким бы безумием это не было, Берг принял решение и всё стало как прежде. Они всё так же встречались и лишь в ночи полной луны становились по разные стороны линии фронта. Хэллен исчезала на 2-3 дня, а за тем как ни в чём не бывало отвечала на телефонный звонок, когда он осторожно набирал её номер.

– Хэллен Старлайт у телефона.

Тяжёлый камень падал с души.

– Хэллен, привет…

Всё было хорошо, если не считать, что последнее время у Берга появилось странное предчувствие, смутное беспокойство…

– Сегодня мы целый день проведём вместе, – сказала Хэллен, наливая кофе в небольшую фарфоровую чашку, – завтра и послезавтра меня не будет, да и ты будешь занят.

– Хэлл, эти два дня пролетят незаметно, а потом я позвоню тебе, – Берг взглянул в окно, – сегодня прекрасная погода, но я предлагаю остаться дома, мне не хочется ни куда ходить.

– Как скажешь, – ответила она и после некоторого раздумья добавила, – в следующий раз я испеку пирог с яблоками, как ты любишь.

Вечером они попрощались.

Церковь Св. Престола находилась в нескольких милях от города. Мало кто знал, что в её старинных стенах располагалась одна из баз Охотников. Сюда стекались сведения о появлении оборотней, здесь разрабатывались планы и тактика боевых операций, сюда направился Берг на следующее утро. Церковный двор был полон народа, так случалось всегда накануне полнолунья.

Мужчины в возрасте от 25 до 40 лет сидели на широких скамьях и ждали Слово, которое перед началом каждой охоты произносил Аббат. Обычно он называл места, очередных нападений и именем Господа благословлял воинов, готовых вступить в бой с силами тьмы. После этого, каждый охотник получал серебряные пули и личное напутствие. Если кто-то, по какой-то причине не был готов к выполнению задания он мог сказать об этом Аббату и отправляться домой. Такое случалось редко, ведь каждый с самого начало понимал на что идёт и как правило шёл до конца.

Двери церкви отворились, и седой монах пригласил всех войти. Внутри не было ни крестных знамений, ни отбивания поклонов, все молча слушали Аббата.

Его твердый голос всегда вселял уверенность. Ему было уже за 50, но внешне он больше напоминал военного, чем священника. Аббат прошёл путь от рядового охотника до настоятеля храма, снискал почёт и уважение.

– Братья, – обращаясь к присутствующим говорил он, – нам стало известно, что сегодня ночью враг нанесёт удар в нескольких близлежащих районах, самый серьёзный участок, по нашему мнению, старые римские катакомбы…

– Старые римские катакомбы, – эхом пронеслось в голове Берга, – неужели мои сны имеют какое-то значение». Тем временем Аббат продолжал.

– Мы должны приложить все усилия, чтобы избежать жертв среди населения и постараться сохранить собственные жизни, хотя в данном случае это будет не легко. В Штернском лесу и у Крейнского шоссе действовать гораздо легче, чем под землёй, вам хорошо известно, что наши противники превосходно видят в темноте, в катакомбах у них будет преимущество, поэтому туда пойдут только самые лучшие.

– Я непременно должен быть там», – подумал Берг и поднял сжатую в кулак руку. Это означало, что он просит слова.

– Слушаем тебя, – сказал Аббат.

– Я прошу послать в катакомбы меня, я не раз принимал участие в самых сложных заданиях, это всем известно, думаю, справлюсь и в этот раз.

– По другому и быть не могло, – одобрительно кивая головой, думал Аббат, – Берг всегда идёт туда, где тяжелее всего.

Ему нравился этот парень, главным образом за то, что в обыденной жизни он был обычным человеком. Полная опасностей, риска, а часто и откровенного безумия работа охотника не наложила на его характер свой отпечаток. Он оставался добрым и отзывчивым, помогал всем, кто просил его об этом, постоянно рассказывал какие-нибудь смешные истории и весело подшучивал над товарищами, но, когда дело касалось выполнения задания действовал быстро и чётко, не оставляя врагу ни каких шансов. Последние несколько месяцев Берг как будто постоянно о чём-то думал.

Проживший долгую жизнь Аббат догадывался о причинах этой задумчивости – скорее всего он встретил девушку, которая в скором времени будет именоваться не иначе как миссис Берг. Возможно он уйдёт из рядов охотников и в соответствии со своим университетским образованием станет преподавать в школе, а может займётся ещё чем-нибудь. В любом случае воспоминания о нём останутся самые лучшие.

– Пусть будет так. Кто пойдёт с Бергом.

Вызвались несколько человек из числа наиболее опытных охотников, тут же были сформированы и другие группы.

– Пусть Господь прибудет с вами, – произнёс Аббат, – пусть каждая серебряная пуля найдёт цель, пусть каждый стоящий здесь вернётся живым, пусть ваша вера станет залогом вашей победы.

– Пусть всё обойдётся и на этот раз, – подумал Берг, – пусть мой сон ни когда не станет явью и Хэллен будет со мной.

Полная луна чуть проглядывала сквозь облака. Ночь обещала быть холодной. Пятеро охотников стояли у входа в катакомбы. Похожий на пещеру туннель уходил в темноту.

– Значит так, – тихо говорил Берг, – кроме этого есть ещё 2 выхода на поверхность вы должны перекрыть их, в то время как я спущусь по этому коридору. Мимо меня им не проскочить, а если попытаются прорваться в других местах наткнутся на вас.

– Ты собираешься идти туда один, – спросил Билл Морисон.

– Да, одного им будет заметить гораздо тяжелей, – ответил Берг, а про себя подумал: «Не нужно, чтобы они шли туда. Хэллен может пострадать, – то что она где-то там, в темноте он уже не сомневался. Вопросов больше ни у кого не был.

– С Богом, – промолвил Берг, снимая пистолет с предохранителя. Его спутники бесшумно растворились в темноте, а он сам осторожно двинулся вдоль коридора. От стен веяло сыростью и плесенью, точь-в-точь как в цитадели замка Кронберг, где состоялась его первая охота. Мощеный камнем пол, бесформенные куски окровавленного мяса, ещё полчаса назад бывшие боевой группой, сам Берг с двумя автоматическими пистолетами и четыре зверя, приближающиеся с разных сторон. Он тогда впервые увидел оборотней, но страх не затуманил его рассудка. Он выстрелил четыре раза, подпустив чудовищ на расстояние исключающее промах. Тот бой был жестокий и скоротечный, но сейчас Берг с содроганием думал, что так же хладнокровно он может выстрелить в Хэллен. Неожиданно впереди блеснул свет, очевидно коридор пересекал какое-то помещение. Пройдя ещё не много, Эд увидел, что это огромный зал, свет проникал через небольшую трещину в потолке и позволял рассмотреть остатки настенной живописи. В голове пульсировала только одна мысль: «Чтобы не случилось не открывать огонь». Тем временем за его спиной, в темноте шевельнулось нечто огромное. Берг почувствовал это бесшумное движение. « Хэллен, я знаю, что ты здесь, – не громко проговорил он. В ответ раздалось злобное рычание, сначала тихо, а затем всё громче и громче, Берг резко обернулся и направил оружие на готовящегося к прыжку, огромного зверя. Палец замер на спусковом крючке. «Хэллен, стой где стоишь, – крикнул охотник, – не знаю, понимаешь ты меня или нет, но я должен сказать тебе кое-что именно сейчас. Я устал жить с осознанием того, что мы никогда не сможем быть по-настоящему вместе, а мне хочется, чтобы, просыпаясь каждое утро, я видел рядом тебя, чтобы мы вместе ездили за город на уик-энд, ходили в кино, чтобы по вечерам мы смотрели телевизор или слушали музыку и никогда больше между нами не стояла полная луна. Я прекрасно понимаю, что это невозможно, но на меньшее я не согласен, – он отбросил в сторону пистолет, – я люблю тебя Хэллен… Больше жизни». Зверь сделал шаг вперёд. Берг закрыл глаза… Навсегда.

Через час растерзанный труп, обнаружили охотники, обеспокоенные долгим отсутствием Берга и спустившиеся вслед за ним. Тревожная весть распространилась с быстротой молнии. Никто не хотел верить, что опытный воин как погиб в схватке с всего одним противником.

– Будь их больше, они бы не ушли не замеченными, – говорил Аббат, стоя по среди подземного зала. Он лично возглавил группу дознания, которой предстояло выяснить, причину гибели одного из лучших охотников.

– Сэр, вот его оружие, – сказал один из экспертов, работающих в катакомбах, – похоже он ни разу не выстрелил, хотя вероятно видел врага с достаточно близкого расстояния.

– Эй, Крис, тут ещё следы, – крикнули из прилегающего коридора.

– Прошу прощения, Сэр.

Аббат остался в зале один. Сжимая в руке оружие, он пытался понять, почему Берг в решающий момент не нажал на курок. Размышляя он прохаживался вдоль стен, как вдруг его внимание привлекло движение в той части зала, которая была освещена хуже всего. Из темноты шагнула девушка, одетая в зелёные джинсы и серый свитер, невысокого роста с длинными тёмными волосами, как ни странно её лицо почему-то показалось Аббату знакомым.

– Прошу прощения, – сказал он, – это закрытая территория, здесь проходит специальное расследование и посторонним находится тут категорически запрещено.

– Святой отец, мне нужно поговорить с вами.

– Вы знаете, кто я?

– Да, я так же знаю, что здесь случилось этой ночью, – неожиданно её голос дрогнул и она заплакала, – он умер из-за меня.

– Я не совсем понимаю, – удивлённо промолвил Аббат.

– Он не стал, стрелять в меня, он....

– Что, и ты мерзкое отродье смеешь проливать слёзы, уж не слёзы радости ли это, ты пришла сюда, глумится над памятью нашего павшего брата. Обещаю живой тебе отсюда не уйти.

– Я знаю, но позвольте мне сказать всего несколько слов, не зовите своих людей.

Аббат кивнул.

– Говори.

– Берг не выстрелил, потому что… любил меня, мы знакомы достаточно давно, он знал обо мне всё, но никому ничего не говорил. Если бы вы знали, как хорошо нам было вместе. Ему хотелось, чтобы мы никогда не расставались, но он продолжал учувствовать в охотах, а я продолжала быть тем, кто я есть.

Что мы могли поделать? Он говорил, рано или поздно судьба столкнёт нас вовремя полнолунья. И вот это случилось. Я почти не помнила эту ночь. Всё как в тумане. Но сегодня утром, я спешила к нему, я даже успела испечь его любимый яблочныё пирог, а на дверях его дома висел чёрный венок и тут память вернулась ко мне. Я вспомнила подземелье, направленный на меня пистолет, и всё, что он говорил. Святой отец, можно ли передать словами мои чувства, я не хочу верить, что его нет, что он уже никогда не позвонит мне и не скажет: «Хэллен, привет…», что я больше не увижу его., – девушка уже не плакала, она рыдала. Аббат стоял пораженный её словами.

– Поистине неисповедимы пути Господни. Так значит это ты Хэллен Старлайт. Я видел твою фотографию у него дома. Мне тогда показалось, что он нашёл своё счастье…

– У меня есть просьба, – сквозь слёзы прошептала девушка, – в начале нашего разговора вы сказали, мне не уйти отсюда живой, за этим я и пришла сюда. Берг сказал, что любит меня больше жизни, я люблю его не меньше. Без него моя жизнь ничего не значит.

– Я убил сотни таких как ты, – тихо сказал Аббат, – и никогда бы не подумал, что однажды во мне проснётся жалость.

– Прошу вас сделайте это, вы избавите мир от чудовища и освободите мою душу. Он ждёт меня.

Выстрел гулким эхом пронёсся по древнему подземелью. Хэллен упала почти бесшумно, на сером свитере начало расплываться алое пятно, на её лице застыла улыбка.

– Покойся с миром, – промолвил Аббат. Суровый командир охотников, до этого не знавший пощады и жалости к врагу, тяжело опустился на каменный пол и заплакал…

Ветер носил по дорожкам кладбища опавшие листья. Высокий седой старик молча положил две розы на гранитный обелиск. Приходя сюда он каждый раз пытался представить, можно ли было что-то изменить в ту ночь, и каждый раз понимал, что никто и никогда не сможет ответить на этот вопрос, кроме Берга и Хэллен Старлайт, которые смогли быть вместе, вопреки самой судьбе. Размышляя об этом он снова и снова читал слова, выбитые на камне: «Любовь сильнее смерти потому, что ради нее можно отдать жизнь».