Он сотворил тела и души

– Да ты не понимаешь! я наконец-то нашёл их! – Роман в возбуждении ходил по комнате, сжимая-разжимая кулаки от волнения. Это был высокий мускулистый молодой мужчина, с короткой русой бородкой и сосредоточенным умным лицом.

– Ты рассказывал, что уже несколько раз так думал.

Оля лежала на диване, время от времени щёлкала пультом телевизора, перебирая каналы, и лениво посматривала на своего недавно приобретённого парня. Несмотря на свою молодость, миловидность и стройную фигуру, она не производила впечатления хрупкой беззащитной девушки. Почти по-мужски широкие плечи и сильные мышцы ног, видные из под короткой юбочки, говорили о её вполне достойной физической силе спортсменки-любителя.

– Нет! сейчас я точно уверен! Всё указывает именно на это. И так очевидно! Как же я раньше не догадался!

Немного язвительным смехом Оля сказала:

– Также уверен, как в прошлый раз, куда там, аж в Аргентину ты ездил?

Роман возмутился:

– Для этого основанием был исторический документ – дневник участника экспедиции Магеллана. Вот слушай. – Роман порылся в стопке блокнотов на рабочем столе и, выудив один из них, вслух прочитал несколько фраз: «Неожиданно мы увидели на берегу великана, почти нагого… Капитан послал туда одного из подчиненных … чтобы абориген успокоился и уверился в нашем дружелюбии. … матрос подвел великана к месту, где его ожидал капитан. Когда он нас увидел, его сковал страх и удивление. Веря, что мы спустились с неба, он то и дело показывал пальцем вверх. Это был исполин, так что даже самые представительные из нас достигали ему только до пояса, кроме того, он был ладно сложен, с очень крупным лицом…». Из этого сообщения легко сделать вывод, что команда Магеллана встретилась с человеком ростом 3,5 метра.

– Да, и со времён Магеллана так тебя и ждал твой гигант. Но ладно, забыли. А где сейчас ты нашёл?

– Тибет, священная гора Кайлас.

– И ты собираешься ещё и туда ехать?

– Разумеется. Ты со мной?

– Ром, я, конечно, не против – ты побывал и в Африке, и в Аргентине, и в Мексике, не говоря уж о Сибири. – Оля лениво потянулась за лежащей на столике печенюшкой, откусила кусочек, и продолжила:

– Так зачем тебе это нужно вообще? Ты мне так и не объяснил толком. Что-то там было про Библию, наследственность.

– Оля, всё очень просто. Ты вообще Библию читала, нет? "Всех же дней жизни Адамовой было девятьсот тридцать лет; и он умер… Всех же дней Сифовых было девятьсот двенадцать лет… Всех же дней Еноса было девятьсот пять лет… Каинана было девятьсот десять лет; и он умер… Всех же дней Малелеила было восемьсот девяносто пять лет…" И так далее.

Передохнув, он продолжил:

– Представь себе! Можно по разному относиться к Библии, но если не брать во внимание религиозную составляющую, и не доверять без разбора всем приведённым там данным – многие из них однозначно опровергаются наукой – всё-таки такой труд никак не мог быть создан на пустом месте. Должны быть какие-то обоснования, реальные факты.

– И ты считаешь, что долгожительство – один из таких правдивых фактов?

– Ну конечно! Оля, по идее, наш организм должен жить очень долго. Нет никаких предпосылок к старению. Но почему-то мы живём слишком мало! Полтора десятка лет взросления, затем не более тридцати лет, и это в лучшем случае, активного состояния, и потом всё более быстрое угасание и смерть. Моя цель – найти средство для бессмертия! Или хотя бы для кардинального увеличения срока жизни.

Оля задумчиво дожевала печенюшку, и немного снисходительно спросила у своего друга:

– Рома, ну так пусть этой проблемой занимаются доктора, биологи там, но ты ведь инженер! Тебе не кажется, не совсем твоё-то?

– Доктора! – презрительно протянул Роман. – Что они вообще знают о человеческом организме, те доктора? Только и могут, что снимать симптомы и устранять последствия. Заметь, практически ни одна болезнь, появившись, по сути никогда не излечивается. Доктора могут только приостановить её течение и уменьшить негативное влияние. А в чём причины? Никто так и не знает. Наука не дошла до такого развития, чтобы чётко могла ответить на все вопросы о деятельности человеческого организма. Но зачем тратить сотни лет на постижение, если можно просто найти того, кто его сделал, и узнать?

– Ну да, и ты думаешь, найдя своих гигантов, ты получишь ответ на свой вопрос?

Оля была совсем не глупой девушкой, образованной, эрудированной – в общем-то поэтому Роман ею и заинтересовался. Поэтому она задала вполне резонные вопросы:

– Во-первых, почему именно эти гиганты? И, во-вторых, если даже они и существуют, и ты их найдёшь, почему ты решил, что они кинутся тебе помогать?

Роман смущённо улыбнулся:

– Отвечу сначала на второй вопрос – не факт, что получим ответы. Но, не попробовав, мы точно ничего не узнаем. А что касается первого… Роман на несколько секунд задумался, и затем продолжил, уже гораздо более уверенным и твёрдым голосом:

– Как ты думаешь, откуда появился человек? сразу скажу, даже не думай мне говорить про естественный отбор Дарвина и эволюцию из рыбы, или про Адама и Еву.

– Рома, я красивая девочка, зачем мне мою головку забивать подобными мыслями? – нарочито жеманно надув губки протянула Оля. – Откуда-то появился. Ну а если серьёзно, то мне версия Бога-Творца кажется более вероятной.

Роман хмыкнул:

– В общем-то ты права, но только частично – в том смысле, что человек действительно продукт генной инженерии, выполненной расой-прародительницей. Вот моя версия – слушай внимательно, будет долго и нужно осмысленно вдумываться. Начнём со следующей предпосылки. Такая сложная механическая система, как человек, не могла быть создана случайно природой. Это, однозначно, запланированное творение.

– Почему это вдруг "однозначно"? – нахмурилась Оля. -Мне вот совсем даже не "однозначно".

– Оля, давай не будем сейчас на этом останавливаться. Есть множество литературы по данному поводу. Для моей цели важно другое – почему, если мы были сконструированы, в нас существует слишком много явных недоработок?

– Не знаю, как ты с твоими кривыми ногами, лично я – полностью доработана. – Оля легко вспорхнула с дивана, крутанулась на месте так, что юбочка задралась выше пояса. Игриво посмотрела на Романа, и присела на диван, эффектно закинув ногу за ногу.

Роман, сглотнув после этого коротенького представления, возразил:

– Ты само совершенство (тут Оля довольно улыбнулась), но разговор не об этом. Человек не приспособлен к жизни на Земле! Слушай сюда. Если мы эволюционировали здесь, то почему местное Солнце приводит к ожогам нашей кожи и глаз? Ты знаешь какое-то другое животное, какое бы облазило после загара? Далее. Только у человека есть проблемы с позвоночником – он не выдерживает имеющуюся нагрузку. И в эту же тему – конструкция наших ноги приспособлена для прыжков и бега. Но почему мы можем уж слишком низко подпрыгнуть, и так медленно бегаем? Причём, чтобы поддерживать форму, нам надо регулярно и интенсивно заниматься физическими нагрузками. И всё равно – самый выдающийся спортсмен не в состоянии превзойти какого-нибудь кота, который сутками напролёт спит на подоконнике. Вывод: сила тяжести слишком велика для нашего тела. Теперь о кислороде – ты знаешь о том, что каждый вдох ведёт к смерти? Мы вдыхаем излишнюю концентрацию кислорода, что приводит к наличию свободных радикалов, которые в прямом смысле сжигают нас изнутри. Вот ещё одно. Только у человека существует такое многообразие болезней, причин которых так никто и не знает. А причина, по моему, в следующем – наш организм находится в слишком непривычной и агрессивной для себя среде. Это касается не только микроорганизмов, а вообще всех окружающих факторов.

Роман, схватил со стола пакет сока, плеснул в стакан и залпом выпил.

– Резюме: здешнее Солнце для нас слишком яркое, сила тяжести слишком велика, концентрация кислорода слишком высока, и вообще вся окружающая среда агрессивна. Значит, нам подходит более скудное Солнце, меньшая сила тяжести, и менее кислородная атмосфера. Я не утверждаю, но в свете последних научных исследований как гипотезу предполагаю, что мы пришли с Марса.

Оля расхохоталась:

– Слышишь, марсианин, это можно послушать как сказку на ночь, но при чём тут всё-таки твои гиганты?

– Да притом. Переселившись сюда, марсиане столкнулись с совершенно другими условиями. И для того, чтобы раса выжила, думаю, им пришлось пойти на генную модификацию своего потомства. Для этого нужно было многое поменять, но, скорее всего, они старались делать изменения как можно меньшими. Поэтому и получилось так, что наш организм имеет много явных огрехов проектирования. А что, если это не огрехи, а просто следствие попытки оставить максимальную похожесть на изначальную версию? Самый актуальный для тебя пример – почему женщина рожает в таких муках? не логичнее было бы сделать выходной канал для плода шире? Очевидно, у марсиан тело было поуже или ребёнок мог находиться в лоне матери меньший срок, и рождаться гораздо меньших размеров. В условиях же Земли человек должен был стать более коренастым, и находиться внутри как можно дольше, чтобы выйти в эту агрессивную среду уже более сформировавшимся организмом.

– Рома, я хочу тебя треснуть чем-то. Когда наконец ты ответишь – почему гиганты?!

– Разве ты не поняла? Это же очевидно – при пониженной силе тяжести марсиане могли быть более высокими и стройными. При повышенной силе тяжести Земли человек должен был стать гораздо меньше ростом, чтобы быть легче. Вот я думаю, марсиане и начали создавать разные низкорослые расы людей, каждая со своими особенностями, в качестве эксперимента – какой вариант окажется более приспособленным.

– Ну ладно, пусть так и было. Они в пробирке нарожали себе детей, которые стали людьми, и потом продолжили делать себя сами естественным путём. – Тут Оля очень медленно поменяла положение ног таким образом, что намёк на «естественный путь» был очевиден. – Но почему же тогда ты думаешь, что гиганты остались до сих пор? Они же должны были умереть, нет?

– Точно не знаю, – признался Роман. – Тут два варианта: либо остались такие ортодоксы, которые отказались модифицировать своё потомство, и продолжили расу без изменений. Либо, – и тут Роман снизил голос до шёпота, – это остались ещё те изначальные прилетевшие сюда марсиане, который живут тут многие тысячи или даже сотни тысяч лет! То есть, они бессмертные!

В итоге без лишних уговоров Оля согласилась сопровождать Романа в его поездке. В конце концов, за чужой счёт прокатиться в другую страну, поучаствовать в возможном приключении – было не так уж и плохо. Да и Роман ей действительно нравился.

Через месяц подготовки пара вылетела до Пекина, затем в Лхасу. От Лхасы до Кайласа несколько дней добирались на джипах. И вот он появился – священная гора Кайлас. Верующие четырёх религий – индуисты, буддисты, джайны и приверженцы бон – считают эту необычную гору «сердцем мира», «осью земли». В религиозных текстах буддизма и индуизма о Кайласе говорится следующее: «Никто из смертных не смеет взойти на гору, где обитают боги, тот, кто увидит лики богов, должен умереть». Индуисты считают, что на вершине Кайласа находится обитель Шивы. Буддисты считают гору местом обитания Будды в инкарнации Самвара. Для последователей тибетской традиции Бон гора Кайлас является сердцем древней страны Шангшунг, где зародился Бон. Кайлас,– это душа всего Бона, средоточие жизненной силы. Здесь основатель религии небожитель Тонпа Шенраб спустился с небес на землю.

Роман надеялся найти там возможно самого Ахура Мазду, так как он считал Шенраба и Ахура Мазду непосредственно связанными друг с другом, если вообще не одним и тем же. У него были на то точные исторические сведения, указывающие на весьма вероятное местонахождения этой божественной личности. Он понимал, почему никто до него этого не узнал. Самая обширная биография Шенраба книга «Зиджи» была создана в XIV веке. Книга состоит из двенадцати тибетских томов, что в переводе на европейские языки составило бы примерно 5 000 страниц, и, вероятно, поэтому до сих пор не была переведена полностью. Местное же население, естественно, не собиралось весь мир оповещать о сокровенных знаниях. Роман несколько месяцев собирал имеющиеся переведенные отрывки на разных языках, а потом за свой счет заказывал перевод отдельных потенциально полезных фрагментов текста, и потом ещё мучительно долго расшифровывал имеющиеся там намёки. Но это того стоило, результат был налицо. Он знал, где должен жить Тонпа Шенраб – Ахура Мазда или же его наследник. Как говорилось, Ахура Мазда был старше всего, но и самый юный, он возрастает вечно, но и вечно остаётся неизменным. То есть это было именно то, что было целью поисков Романа.

Надёжнее всего были прикинуться паломниками, для совершения коры – священного обхождения вокруг горы. Так они и сделали. Прибыв в лагерь возле горы, наняли двух проводников-шерпов, которые должны были сопровождать их во время всего пути. Но Роман не собирался завершать кору – у него была задача свернуть в одном чётко определённом месте. Главной проблемой было избавиться от шерпов, иначе они бы не позволили гостям совершить святотатство. Поэтому Роман для поездки специально выбрал конец сентября. В это время уже начинал выпадать снег, и дорога вокруг горы становилась непроходимой. Прибыв в лагерь, пара выждала пару дней, осмотрелась. За этот срок достаточно много групп паломников начало возвращаться обратно, не выдержав тяжести путешествия. Они утверждали, что дальше пройти невозможно. И Роман понял – час настал.

Четыре человека вышли рано утром. Им предстоял сегодня долгий путь более чем в два десятка километров.

Во время однообразного пути Оле стало скучно и она опять прицепилась с вопросами к Роману:

– Вот найдём мы, кого ты ищешь. Допустим, они согласятся с нами поговорить. Но как это поможет лично тебе обрести бессмертие?

Роман задумчиво посмотрел на неё и с выражением процитировал по памяти: «Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал. И сказал Господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками; пусть будут дни их сто двадцать лет. В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди.» А затем продолжил обычным голосом:

– Лично мне уже никак, я так полагаю. Но вообще человечеству, последующим поколениям, это может быть полезным.

– Подожди, если я правильно поняла твой намёк, людям надо просто переспать с гигантами, и их дети будут жить дольше?

– Может, не обязательно именно переспать – физиологически это может быть и невозможным, инструменты воспроизводства могут быть слишком неподходящими друг другу по размерам. Но суть ты уловила.

Через несколько секунд обдумывания Оля с возмущением воскликнула:

– Так вот зачем ты меня потащил с собой! Ты хочешь, чтобы я отдалась твоему гиганту, и потом посмотреть, что из этого получится? На мне собираешься поставить свой эксперимент по выведению расы людей-долгожителей?

Роман ошарашенно взглянул на неё, а затем так согнулся в приступе дикого хохота, что всей группе пришлось остановиться:

– Оля, да мне это даже в голову не приходило. Ой, рассмешила, не могу! Разумеется нет. Я тобой делиться ни с кем не собираюсь. Мне нужна, первым делом, информация. А затем, возможно, и генетический материал, технология и тому подобное.

– Ну да, ну да. Кто-то из путешествий привозит магнитики, а наш Рома повезет домой баночку спермы марсиан. Очень забавно.

Роман не успел отдышаться от предыдущего приступа смеха, как после этих слов сразу же разразился следующим.

Шерпы, ничего не понимая, просто стояли и смотрели на своих нанимателей. Несмотря на свою легендарную выносливость, они были рады небольшой передышке. Дорога действительно оказалась трудной. Тропы не было видно, расщелины между валунами были засыпаны снегом, и была опасность попасть туда и переломать ноги. Давал о себе знать и недостаток кислорода на высоте. Изредка налетала небольшая пурга, била в лицо твёрдым снегом, ещё более усложняя путь. Вечером шерпы объявили Роману, что дальше не пойдут – не хотят погибать. Для отвода глаз он предложил им двойную плату. Но они не соглашались за любые деньги мира. Утром Роман расплатился с ними, и они пошли обратно, а пара искателей продолжила путь без них. Конечно, они отдавали себе отчет, что это было рискованно, но оба были прекрасно подготовленными и опытными спортсменами, поэтому были уверены в своих силах и надеялись на благополучный исход.

С утра вставать было очень трудно. Болели ноги, спина, руки. Снаружи палатки всё усыпал свежевыпавший снег, и было очень холодно. Кое-как вскипятив воду для кофе, и съев по банке консервированной перловки с мясом, путешественники двинулись дальше. Ближе к середине дня Роман всё чаще сверялся с картой и GPS. Дойдя до полузасыпанной снегом неглубокой длинной впадины – очевидно, русла пересохшего ручья, он остановился, несколько минут вглядывался в окружающую местность и сверялся со своими записями. Наконец, окончательно убедившись, он сказал:

– Ну что, с богом, – повернул вдоль впадины по направлению к горе и бодро зашагал вперёд.

Оля, до предела уставшая, безразлично потащилась следом, стараясь не сильно отставать и не задерживать своего спутника.

Пошло ещё несколько часов, пока они дошли до подножья горы. Роман с удовлетворением отметил наличие искомых признаков, убедившись в том, что древние тексты не врут. Он пришёл точно в то место, которое было описано несколько сот лет назад, а изначальная информация о нём появилась, очевидно, ещё на несколько тысяч лет ранее. На первый взгляд это было хаотичное нагромождение скал, но знающий и внимательный взгляд мог заметить чёткую систему чередования скал одинаковых размеров и форм. Эта система представляла собой некое подобие шахматной доски с расставленными фигурами. Место представлялось абсолютно непроходимым. Но, следуя выводам своей расшифровки, Роман заранее знал, на что смотреть. И вот! Также, как на голографических картинках, у него перед глазами постепенно проявился проходимый маршрут. Один раз осознав его, маршрут оставался также чётко виден, даже после того, как Роман несколько раз моргнул, дав отдых натруженным глазам. Обернувшись к Ольге, он сказал:

– Мы пришли, находимся, по сути, у входных ворот. Заночуем здесь, а завтра с утра пройдём последние шаги.

Несмотря на свою усталость, Оля обратила внимание, что Роман заметно нервничал.

– Ты боишься? Боишься, что ты не прав, и никого там нет, или боишься, того, что там реально увидишь?

Прикусив губу, Роман ответил:

– Трудно сказать. И того, и того. Знаешь, никогда ранее я не был так близко к цели. Имею в виду, никогда раньше мои прогнозы так не совпадали с тем, что я находил. Боюсь, что если и сейчас ничего не найду, я уже потеряю веру и прекращу поиски. Но боюсь и того, что там находятся те, кого я ищу, но они не захотят делиться своими знаниями и поиски всё равно окажутся безрезультатными. Не знаю.

В этой окружающей обстановке Ольга давно ощущала некую священную ауру этого места, поэтому она в гораздо большей степени прониклась такой же верой, как у Романа, в истинность его предположений:

– А не боишься возможных опасностей? Вдруг тебя… нас захотят убить? если они так долго скрывались, а мы нашли их – это может быть нежелательной для них угрозой.

Улыбнувшись, Роман успокоил Ольгу:

– Если я прав, и там те, кого я ищу, то уж убийство нам точно не грозит. Давай уже устраиваться и ложиться спать. Утро вечера мудренее, как гласит старая поговорка.

Следующее утро было удивительно тихим. Хотя вокруг всё так же лежал снег, но не было ощущения ледяной стужи. Не дул ветер, небо было ясным и чистым. Солнце приятно согревало лицо. Роман посчитал это благоприятным знаком. После завтрака и недолгих сборов он повёл свою спутницу по замеченному им вчера маршруту.

Углубившись в кажущийся хаос скал, он уверенно продвигался дальше и дальше. Пройдя это препятствие, путешественники вышли в неширокое урочище, которое тянулось на полкилометра вглубь горы. Дойдя до самого конца, они в изумлении остановились. Урочище оканчивалось входом в пещеру, чётко очерченный свод говорил о явно искусственной обработке. По обе стороны от входа возвышались невысокие каменные башни. Полукруглой формы с внешней стороны, тыльной частью они примыкали к горе. Расширяющиеся к основанию, они практически преграждали вход в пещеру, но тот оставался достаточно широким, чтобы в неё могло проехать рядом два грузовика. С наружной стороны башни не имели никакого видимого входа. Стены были украшены простым орнаментом и схожими на буддийские изображениями. Но самым удивительным было другое – на открытой площадке каждой башни стояло по человеку. Бритые непокрытые головы, из под ворота меховой куртки виднелась розовая одежда. Возможно, это были шерпы, возможно, представители какой-то другой восточной народности. Оружия у них не было, но их было видно только по грудь, поэтому Оля поёжилась, представив себе, что ниже могло находиться всё что угодно: от древних арбалетов до фантастических лучемётов. Оба монаха не поменяли своей позы, ничего не говорили, только без особой заинтересованности или удивления смотрели на прибывших.

Убедившись, что вроде никакой явной угрозы от них нет, Роман решил двинуться дальше, вглубь пещеры. Проходя между башнями, он решил поприветствовать стражников на местном языке, но в горле всё пересохло, и он смог только кивнуть им головой. Стражники никак не отреагировали на приветствие, они лишь провожали глазами медленно идущих спутников. Углубившись немного в пещеру, выйдя за пределы обзора стражников, оба, не сговариваясь, остановились и шумно выдохнули.

– Кошмар, мне так страшно не было никогда в жизни! – громким шёпотом произнесла Ольга.

Роман лишь обессиленно махнул рукой в ответ. Несмотря на то, что лишь недавно он довольно комфортно поспал ночь, из-за пережитого нервного потрясения чувствовал себя абсолютно выжатым. Осмотревшись, он двинул вперёд. Пещера после входа резко расширилась и стала выше. Более всего она походила на военный бункер, которых он навидался не счесть во время своих путешествий. Поначалу вперёд шла одна широченная галерея, но через несколько десятков метров начали появляться отходящие в стороны более узкие галереи. Они были не освещены, так что после пары попыток заглянуть туда и посмотреть, что там может быть, путешественники отказались от этой идеи, и шли далее по светлой главной галерее. Как Роман мог судить, там были источники освещения, которые находились как бы за камнями, но те казались прозрачными и пропускали свет.

Через несколько минут они дошли до того места главной галереи, где их путь обрывался полной темнотой. В сторону отходил неширокий освещённый коридор. Не колеблясь, Роман свернул туда. По пути им больше не попадалось ни людей, ни каких либо надписей, поэтому он решил, что таким образом им указывают путь. После первого поворота, световой гид ещё несколько раз петлял, впрочем, как можно было судить, выдерживая примерно одно направление, и привёл их ко входу в некое помещение. По верху входа было несколько надписей, схожие на шумерский алфавит, но технология написания была гораздо более изящной. К тому же выполнены они были из золота. Далее коридор обрывался непроглядной темнотой. Очевидно, они пришли. А вот куда – это сейчас им и предстояло выяснить.

Переглянувшись, Роман с Ольгой как по команде взялись за руки, и вошли внутрь.

Зала внутри была огромна и в ширину, и высоту. В ней мог поместиться целый авианосец. Она не была пустой – и вдоль стен, и посреди помещения в определённом порядке были расставлены огромные, с точки зрения людей, сооружения. Некоторые были высотой с десятиэтажный дом, и походили на шкафы. Другие, пониже, разнообразных форм и размеров, могли быть какими-то устройствами непонятного назначения. Но одно было явным столом: четыре ножки-колонны, сверху была широченная плоская поверхность. Рядом находилась желеобразная на вид гора, служившая креслом. Это было именно кресло, так как в момент, когда они зашли в помещение, с него встал человек. Несмотря на свободную одежду, было видно, что он очень стройный. Из под одежды выглядывали мускулистые икры и руки. С головы на плечи мягко опускались длинные шелковистые волосы. Лицо было красивым, на вид ему можно было дать едва ли больше тридцати лет. Хотя всю нижнюю часть лица покрывала густая лопатообразная борода, она была тщательно уложена, слегка курчавилась, кожа лица была очень светлой и чистой. А глаза лучились такой энергией, что очевидным было наличие огромной внутренней силы у этого человека. Если он, конечно, был человеком – так как его рост был не менее двадцати метров. Оля тихо выдохнула и села на пол, не сводя широко раскрытых глаз с приближающегося к ним гиганта. Роман же наоборот, застыл на месте, но умудрился не потерять самообладание – сказалась его давняя моральная готовность к встрече с искомым невероятным. Он облизал пересохшие губы, и, когда гигант приблизился к ним, поприветствовал его на тибетском: