Нора или Гималайская Сакура

Нора.

Глава 1

Очень хороший день. В принципе, как и вчера, как и позавчера, как и сто сорок лет назад. – Все слишком стабильно, черт побери. Я, гималайская сакура, имею право на приключения. Да. Слышите? Кто-нибудь? Вы меня слышите? Я требую развлечений. Уже сто сорок гребаных лет подряд я стою посреди гималайского леса и смотрю на сосны, окружающие меня. Уже сто сорок лет пью одни и те же соки. Каждый день на протяжении этих ста сорока лет мимо меня проползают муравьи, что-нибудь тащат в свой муравейник. Агрх! Да сколько можно?!

Гималайская сакура настолько громко возмущалась, что у неё отпала ветка. Может, вселенная услышала отчаянную мольбу сакуры, перешедшую в брань. Может, ей покровительствовал дух леса, а может, это просто совпадение. Вдалеке послышался странный шум.

Звук муравьиных ножек? Нет. Звук карканья гималайской вороны? Нет. Журчание воды? Тоже нет. А может, пение какой-нибудь птицы! Да нет, не похоже. Что бы это могло быть?

Пока сакура напрягалась и перебирала всевозможные варианты, на поляну вышло двуногое существо, которое называли человеком. Точь-в-точь, как описывала ей знакомая кукушка.

Не знаю, что и думать. Сто сорок лет тишина да покой, а тут на тебе! Человек, да ещё и живой! С кем это он говорит? Сам с собой? Да. Зачем? Боюсь, я не узнаю ответа. Жаль, что я всего лишь стосорокалетняя гималайская сакура и не могу вступить в диалог.

Тем временем на поляну вышел ещё один человек, на этот раз девушка. Сакура была в полнейшем недоумении. В один день столько потрясений она ещё не переживала. Сразу подметила, что этим двум людям очень трудно придется в этом лесу. Они слишком сильно выделяются на фоне вечнозелёных сосен и сухих иголок. Мужчина одет в ярко-синий походный костюм, а у девушки очень длинные, невероятно красивые огненно-рыжие волосы. Это непрактично, но красиво.

– А она ничего – невольно подумала сакура, забыв про необходимую надменность в мыслях.

Мужчина, только что заметивший подругу по несчастью, тоже подметил красоту девушки, однако постарался не подавать виду.

–П-привет. – немного взволновано пролепетала девушка.

–Здравствуй. – Пытаясь показаться как можно более мужественным, ответил мужчина.

– Великолепно! Ага. Поздоровались и стоим. Молчим. Да. Молодцы! Скоро темнеть начнет. ЭЭЭэй! Скоро звери на охоту выйдут, а вы тут стесняетесь, волнуетесь. Живо за работу! – подумала сакура, очень опечалившись, что не может сказать это вслух.

–Не знаю, что это было. Ну вот не знаю. Может, любовь с первого взгляда, а может, они просто не верили своим глазам. Человек, вечером, в гималайском лесу – большая редкость.

Очень неловкую тишину прервала ещё одна отвалившаяся ветка сакуры.

– Ну что? Может, познакомимся?

– Ну, слава всемогущему духу леса, заговорили!

– Я – Маша.

– Я – Альберт, для тебя – Алик.

– Что делать будем?

– Ну скоро стемнеет, сегодня дороги из леса мы точно не найдем, придется ночевать в лесу.

– Бррр. Нужно согреться. Слишком холодно.

– Ночью ещё холоднее. Слушай, я понимаю, мы совсем друг друга не знаем и все такое, и надо бы познакомится поближе, получше узнать друг друга, но, блин, какого черта в Гималаях растет сакура?

– Ты уверен, что это сакура?

– Ну уж сакуру я ни с чем не спутаю. Меня дядя учил в лесу ночлег обустраивать и всегда говорил, что шалаши из веток – это чушь для сопливых скаутов. Порыв ветра – и ты опять под открытым небом. Про зверей вообще не говорю. Есть одна хитрость – нора под деревом. Дерево должно быть достаточно зрелым, не очень высоким, и сакура нам подходит, тем более, что первую свою землянку я тоже рыл под сакурой. Дед просто в Китае жил с 40 лет. Направили в командировку, а ему понравилось, ну он там и осел.

– Ты тогда копай, а я пойду соберу веточек. Ты же подумаешь об отоплении?

– Разберусь.

– Великолепно! Жила себе. Тихо, мирно. Но нет, приключений захотелось. Подкопают сейчас, и все, пиши пропало.

Не вижу проблемы в том, чтобы пропустить причитания сакуры и обратиться к героям этого дня, но, пожалуй, сделаем это в следующей главе.

Глава 2

Пока сакура активно завывала, Альберт уже заканчивал копать под ней нору.

Конечно, не Биг Энд Бэггинса, но получилось достаточно просторно. Многие из вас позавидовали бы героям, если бы видели, насколько ровными были стены в этой норе. Даже в городской квартире стены из “идеально ровного” гипсокартона не рискнули бы состязаться со стенами этой норы. Альберт устроил в одной из стенок норы печку и сделал трубу. Благо он всегда носил с собой небольшой вентилятор на батарейках, который послужил отличной вытяжкой. Альберт уже было направился искать Машу, а она как будто у входа ждала. Как только он высунулся из норы, вывалила у ее входа большую охапку сухих сосновых веток.

– Есть спички?

– Есть зажигалка.

Без лишних слов друзья по несчастью занялись обустройством норы. Под пламенем швейцарской зажигалки хворост в печи быстро захрустел и наполнил нору тусклым светом. Маша затащила в нору небольшое бревно и пристроила его к стене вместо скамейки. Теперь настало время подумать о пище.

– Чем будем ужинать?

Маша залезла в сумку и начала выкладывать все её содержимое прямо на бревно. Все было упаковано, поэтому она даже позволяла себе небрежно откидывать некоторые продукты.

– Так. Ну, у меня есть хлебцы, пророщенные ростки пшеницы, финики, орешки, две мандаринки, банан. Есть чай, кофе, 3 диетических батончика к чаю и яблочко.

– Да, не густо. Ну а я консервы захватил и макарон. Самое простое блюдо, зато сытно. В лесу не пропадешь, – полез в сумку за заветными баночками Альберт.

– Тут такое дело…

– Какое? – Все ещё копошась в сумке, спросил Алик.

– Я не взяла ни кастрюли, ни чайника. Как же теперь готовить-то?..

Альберт высунулся из сумки с большой по походным меркам кастрюлей и тремя банками рыбных консервов.

Маша расплылась в улыбке.

– Ах, как печет. Ай! Ай! Ой! – восклицала гималайская сакура. Огонь в печи начал прогревать землю и корни, привыкшие к холоду.

– Ааааа. Спасите! Помогите! Садисты! – взвыла бедная сакура.

– Но приключения не бывают легкими, – шептала ей подруга-кукушка.

– Но не так же сразу. Это же опасно! Я не хочу умирать так рано.

– Так жила бы тихо-мирно, но ведь нет! Развлечений тебе подавай, лягушка. Какого царя дали, с таким и живи, дурёха.

Пока Сакура выслушивала нотации подруги и визжала, наши герои уже занялись приготовлением ужина. Альберт нашёл где-то воду. Маша нарыла в кармане куртки банку с солью. Ну, кашу из топора без топора сварить можно. Вода закипела быстро, макароны сварились ещё быстрее. В суете пролетели несколько минут.

–Ух. Готово. Можно поесть, – Альберт вытер пот со лба.

–Да, можно, только я не буду. Слишком жирно. Уже поздно такое есть.

–Вот ещё. Я, значит, буду нормально, как человек, а ты свои эти хлебцы? Или как их там ещё? Неет, так не пойдет. Ты вон какая худенькая, если что, потом пройдём лишний километр, зато сейчас сытой будешь.

–Ну я не знаю. Никогда так поздно не ела.

–Ешь давай, не хочу, чтобы ты потом от голода в обмороки падала, нам завтра предстоит долгий путь.

Закрыв глаза. Нет, не так. Зажмурившись, Маша положила первую ложку не такого уж и лесного ужина в рот. Не так страшен черт… Как говорится.

Сакура в ночной мгле невообразимо сияла, подсвечиваемая снизу ярким пламенем от сухих сосновых веток. Журчание ручейка, шелест хвои, обдуваемой ветром и потрескивание костра. Встреча удалась.

Глава 3

Поужинав, герои быстро справились с мытьем посуды, благо это можно сделать где угодно, везде же лес, куда не ткни, везде сгниет, и пригодится жирная водичка. В чистую кастрюлю снова налили воды и поставили на огонь.

–Каков чайничек, а?

–Хорош чайничек! Большой, да ещё и блестит. Красота!

–Я чай с собой не брал, не планировал баловать себя напитками городскими.

–Ну выбирай. На любой вкус и цвет.

Маша села в позу лотоса. Очень у неё красиво это выходило. И разложила все напитки, которые у неё были перед собой. Некоторые чайные лавки могли позавидовать ассортименту чая у Маши, а кофе… И молотый, и в зернах, и растворимый, и разной обжарки. Глаза разбегались. Альберт, как истинный джентльмен, (это он попросил так написать) выдал такую фразу: «А можно выбрать “Потанцуем”»?

Маша оторопела. Нарыв в своей сумке маленький плеер с самодельной колонкой, Альберт схватил её в охапку и выволок из норы. Включил.

–Признаюсь честно, я никогда не танцевал вальс, но всегда мечтал научиться. Не откажи мне в этом порыве.

Маша недолго думая взяла инициативу в свои руки.

– Командовать парадом буду я!

Маша включила запись с самого начала и обняла Альберта.

–Так. Эту руку на талию, эту сюда. Молодец, быстро учишься, а теперь пошли!

Этот первый танец с рыжеволосой красавицей на фоне подсвеченной сакуры остался в памяти на всю жизнь, как что-то необъяснимое, сверхъестественное, как часы истинного счастья на грани сознания. Каждую секунду казалось, что это сон или бредни угасающего воображения. Но это было, и было это только между ними.

–Ах, какая прелесть. Это же просто прекрасно, – сказала сама себе сакура и проронила капельку смолы в огонь.

Счастье не может длиться вечно, начался дождь. Сменной одежды не было, поэтому герои быстро забрались в нору и начали мастерить козырек для вытяжки, чтобы костер не залило и дверь, чтобы их самих не затопило, из подручных средств.

Это заняло достаточно много времени. Я прошу прощения, но описывать мне это совершенно не хочется, поэтому пройдемте дальше.

Уставшие и вспотевшие, герои плюхнулись на бревно и вовремя сняли с огня раскалившуюся кастрюлю, в которой воды едва хватило на две кружки.

– Ну вот, потанцевали, и хватит, а вот чайку попить после работы в самый раз. Держи ромашковый. Люблю ромашковый, а ты свой выбор уже израсходовал, поэтому пьём один пакетик на двоих.

– А я очень люблю ромашковый. В детстве очень много воды пил, вот мама моя услышала от знакомых, мол, завари ромашку и вместо воды налей в бутылку. Ну она и налила. Так я ещё больше пить не стал. Вот, считай, с детства приучили к ромашке.

– Ну вот и чудненько! Тебе сколько сахара?

– Две с горкой.

– А может, три?

– Не, две.

– Ну как хочешь, – Маша положила две чайные ложки сахара с огромной горкой, настолько огромной, что мне до сих пор непонятно, как ей удавалось не просыпать ни одной крупинки на землю.

– Что дальше? О чем говорить?

– Даже не знаю.

– Какими судьбами в лесу?

– Это достаточно необычная история, даже не знаю с чего начать. Начну, пожалуй, так. В один прекрасный вечер я выиграла восхождение на Эльбрус.

– Уже необычно.

– А я о чем. Так вот. Я заранее готовилась к этому походу, ходила там каждый день по несколько километров и все такое. Но это не так интересно, как то, что в аэропорту мой билет неправильно считали из-за приклеившейся к номеру билета крошки от хлебцев. Вместо шести компьютер прочитал пять, и меня отправили немного не туда. Но все это мелочи. Самое интересное начиналось дальше. Когда я прилетела не туда, меня радушно принял туроператор, у которого я выиграла поездку. Как оказалось, у них и там был филиал. По моему, все ещё заклеенному крошкой, билету меня отправили на экскурсию в Гималаи. Ну, само собой я уже знала, что я не там, где надо. Гималаи – это как-никак другая страна, и на границе с меня уже спросили все документы. Каким-то чудом все необходимое у меня оказалось с собой. Ну, я не сильно расстроилась. Не пропадать же билету, а в Гималаях я оторвусь не меньше. Череда случайных обстоятельств привела нашу экскурсию на сплав по горной речке. Это экстремальное развлечение заинтересовало десять человек, все из России, что неудивительно. И ещё раз повторюсь, череда случайных обстоятельств привела к тому, что моя лодочка отбилась от компании, и в итоге я заблудилась. Лодка разбилась о камни, а группа скрылась вдали. И вот я здесь.

Альберт смотрел Маше прямо в глаза.

– Знаешь, я вот смотрю на тебя и думаю: «Неужели в жизни может быть столько совпадений?» Я тоже собирался на Эльбрус, только путёвку я не выиграл, а купил. Так же приехал в аэропорт, так же билет считался неправильно, только цифра шесть превратилась в цифру пять из-за ошибки принтера. Я билеты дома заказывал и печатал тоже дома, а проверить не судьба. На границе я тоже решил, что и в Гималаях я отдохну не хуже и направился на экскурсию. Там мне предложили полетать на параплане, ну а дальше как у тебя. Эх, выглядит, как будто все подстроили, но отбились от группы мы сами. Черт побери, как это могло произойти?!

–Ума не приложу. Кстати, а зачем ты вообще направился в горы? Я-то понятно, я на халяву, а ты? Зачем?

– Да проблемы у меня есть. Я занимаюсь разработкой систем виртуальной реальности на базе квантовых компьютеров. Но помимо того, чтобы заниматься отладкой оборудования, я частенько пропадаю в машине, развлекаясь и оттягиваясь по полной. Это весело, интересно, но достаточно вредно, если сидеть неделями без перерывов, это очень сильно влияет на здоровье. И с каждым днем я все меньше хотел возвращаться в реальность. Здоровье ухудшалось, ну а дальше доктор мне запретил входить в машину. Казалось бы, запретили и ладно, но помимо развлечения, в машине я ещё и работал, и вот теперь я не мог ни развлекаться, ни работать. Доктор сказал, что активный отдых не повредит, ну я и рванул куда подальше.

– Во даёшь.

– Знаешь, я теперь сомневаюсь, что вернусь в машину.

– Почему? Думаешь, доктор больше не разрешит?

– Да нет, разрешит. Может, я продолжу работать над багами, но развлекаться я там уж точно больше не буду. Кстати, дождь, кажется, кончился.

Альберт приоткрыл дверь, в нору ворвался запах мокрой хвои и листьев. Вдали зарождался рассвет.

– Тебе когда-нибудь стихи читали?

– Нет.

– А под гитару?

– Нет.

Альберт достал свой плеер с самодельными колонками, включил запись. По лесу потекли звуки гитары, они отзывались в деревьях, сакура закачалась в такт музыке, а ветер разнес на далекие километры звук гитары.

Через пару секунд Альберт слился своим голосом со струнами.

Заметался пожар, голубой,

Позабылись родимые дали.

В первый раз я запел, про любовь,

В первый раз отрекаюсь скандалить.

Был я весь – как запущенный сад,

Был на женщин и зелие падкий.

Разонравилось пить и плясать

И терять свою жизнь без оглядки.

Мне бы только смотреть, на тебя,

Видеть глаз злато-карий, омут,

И чтоб, прошлое не любя,

Ты уйти не смогла к другому.

Поступь нежная, легкий стан,

Если б знала ты сердцем упорным,

Как умеет любить, хулиган,

Как умеет он быть покорным.

Я б навеки забыл, кабаки

И стихи бы писать, забросил.

Только б тонко касаться руки

И волос твоих цветом, в осень.

Я б навеки пошел за тобой

Хоть в свои, хоть в чужие дали…

В первый раз я запел, про любовь,

В первый раз отрекаюсь скандалить.

Ещё долго отдавался эхом по лесу и в горах его голос. На секунду Маше даже показалось, что Есенин украл эти слова у Альберта.

Альберт не отрываясь смотрел в небо и о чем-то думал. Маша прост обняла его и повалила на землю.

– Спать надо, нам ещё выбираться отсюда.

Огонь под сакурой уже погас, а мы уже закончили.

От автора

Я хотел рассказать вам о первой встрече Маши и Альберта. Многое не получилось, многое осталось за ширмой моего сознания, ведь я не всесилен, я лишь учусь. Спасибо, что потратили пару минут своей жизни на нас. На нас с Машей и Альбертом.