- -
- 100%
- +
Вместо пролога
Прошло свыше десяти лет с тех пор, когда единый государственный экзамен стал обязательным для всех поступающих в ВУЗы страны.
ЕГЭ проводится не только на Земле, в ее средних школах.
Шестой год «экзамен экзаменов» держат и выпускники внеземных школ.
Школ на Луне, Венере, Марсе.
У процедуры ЕГЭ есть свои преимущества.
Но есть и недостатки.
И главный из них, как посчитал Комитет борьбы с вирусной инфекцией страны, – отсрочка выпуска специалистов центра лунной подготовки.
Всему виной – трудно-прогнозируемые вспышки на Солнце.
Венерианский Центр подготовки космонавтов был закрыт, законсервирован до поры.
Высшая школа космонавтики на Марсе продолжила работу в обычном для нее режиме.
Частота и интенсивность вспышек на Солнце внесли ряд корректив в процедуру ЕГЭ на спутнике Земли.
Получение путевки в жизнь курсантом лунного центра подготовки теперь проводилось глубоко под толстым слоем реголита.
Глава первая
Первые лучи рассвета позволяют ясно различить фигуру стройного мужчины в военной форме.
Курчавый господин стоит у монумента-обелиска Покорителям космоса.
На первый взгляд может показаться, что он – седой гость столицы, ждущий открытия Мемориального музея космонавтики.
До его открытия почти два часа.
Высокий гражданин, в темных очках, пришел, конечно, не в музей.
Об этом, кстати, может говорить и его чемодан, в котором лежит «ватрушка».
Кто же у нас ходит в музеи с чемоданом?
Да и зачем ему тогда «ватрушка»?
Впрочем, быть может, он, уподобившись московской детворе, будет сейчас кататься с горки титановых плит монумента?
Кататься он, конечно, будет.
Но не вниз, а вверх, победив земное тяготение.
Поглядывая на часы на левой руке, Веслов Тимур готовится совершить прыжок.
Ему предстоит возглавить аттестационную комиссию, после проведения ЕГЭ, в одной из закрытых школ.
Открыв свой небольшой чемодан и достав из него «ватрушку», он включает электрический насос.
Щелчки поршней компрессора насоса отбивают ритм.
Ватрушка начинает принимать нужную ему форму.
Но не бублика-баранки.
С каждым щелчком компрессора насоса она стремится стать кораблем, напоминающим ракету.
Стенки ватрушки-корабля на воздухе твердеют, покрывшись бронзовой «чешуей» неземных металлов.
Технологии космических друзей, в свое время посетивших земной спутник, позволили создать два таких корабля.
Подобно московским беспилотным автомобилям, они уже четвертый год готовы выполнять заказ транспортной услуги.
Беспилотники на колесах в Москве пока контролировались живым водителем.
Командирская же рубка космического челнока была «пуста».
Искусственный интеллект корабля осуществлял функции, как его командира, штурмана, так и любого члена экипажа.
Пассажиру, заняв место в каюте корабля, лишь оставалось в бортовой компьютер судна ввести исходные данные на полет.
Причем, ввести следовало не только координаты, но и время прибытия в нужную точку пространства.
В зависимости от времени прибытия, интеллект корабля выбирал не только его скорость, но и вид движения: мог он по земле ехать, словно «обычная» машина; мог плыть по воде (и в ней), как корабль; мог он лететь по воздуху, как самолет (аэростат или воздушный шар) и в безвоздушном пространстве, как ракета.
Для этого челнока, в принципе, не существовало границ достижимости пространства.
Впрочем, границы эти в Роскосмосе предусмотрительно были закрыты на «замок», ограничив маршрут движения беспилотного судна размерами Земли.
Лишь в крайне редких случаях этот запрет снимался.
Первый из них – доставка на орбитальную станцию «Мир» специальных капсул для дезинфекции ее отсеков, перед затоплением ее остатков в Тихом океане.
И вот сейчас – второй, когда пассажиру судна предстоит совершить космический прыжок на Луну, с промежуточной посадкой в Циолковском.
Группа обеспечения (поддержки) старта, оцепив район неподалеку от центрального входа на ВДНХ по проспекту Мира, готова к действию.
Ничто не должно помешать выпускному на Луне.
Крутые градусы изгиба монумента уже готовы к старту на Земле.
Они должны запустить Тимура Витальевича в космос.
Его ждет город Циолковский, ждет космодром «Восточный».
А на нем – космический челнок «Посвящение», с его многочисленным экипажем, на стартовом столе.
Нам бы хотелось, дорогой читатель, увидеть привычную для нас ракету-транспорт с космонавтом на борту.
Не прочь бы мы увидеть и стартовый стол для ее запуска.
Хотелось бы услышать и традиционные команды: «Ключ на старт! Зажигание!»
Нет здесь, в месте старта, ни стартовых столов, ни космических ракет.
Все гораздо проще, но и сложнее.
Итак, открыв чемодан и включив насос, Тимур активирует код доступа (инициализации) капсулы-корабля.
Причудливых форм и очертаний капсула-ватрушка у постамента монумента, ждет его небольшим трапом, распахнув входной люк.
Разгонный блок мини-ракеты начинает нагреваться, заставив вибрировать постамент Монумента покорителям космоса.
Крутой изгиб его титанового корпуса, почти стометровой высоты, ждет старта судна.
Из уст Веслова звучит фраза-сигнал интеллекту корабля: «Поборов бесправие и тьму, мы отковали пламенные крылья!»
Лишь прозвучали последние слова из стихов – посвящения Николая Грибачёва, по монументу пробежала небольшая искорка электрического разряда.
Взведенная пружина бесшумно распрямилась.
В лучах восхода солнца исчезла тьма над городом.
Растаяла в них вспышка начала полета, прыжка Тимура в капсуле-ракете почти на шесть с половиной тысяч километров.
Пройдет немногим больше часа, и след работы тормозных двигателей московского челнока растает в лучах послеполуденного солнца в Амурской области.
Небольшая группа людей в военной форме у трапа капсулы – ракеты встречать будет гостя из Москвы.
Глава вторая
Подувший робкий ветерок нежно ласкает Петьку.
Он, словно ласковый зверек, своими лапками прошелся по бронзе его тела.
Ласковым зверьком Петро называл свою Маришку.
И она, в минуты сладкого экстаза, лишь добавляла градусов вертикали его метафор.
Нежные ее ладошки, гуляя по рельефу мышц молодого мужчины, напоминали ему лапки.
Лапки его котенка, оставленного дома на Земле.
В сладкой истоме предвосхищения слиянья тел, Петька приоткрыл глаза.
Сквозь щелочку в них, его слегка удивил цвет лучей света.
Свет этот был не привычным, прозрачно-белым.
Он был небесно-голубым!
И вот, в обрамлении нимба головки юной дамы, он вдруг становится розовым, желтым.
Еще секунда, и он зальет пространство тревожным красным цветом.
А этого допустить никак нельзя.
Титан настежь распахнул глаза: «Я здесь, любимая! Я жду минуты сладостных объятий, страстных лобзаний, нег!»
Любимая не заставляет себя долго ждать.
Его Маришка, улыбаясь, наклоняется к нему: все ближе, ближе, ближе.
Он уже слышит ее сердцебиенье, захлебываясь запахом ее молодого тела.
Петька протягивает руки к вожделенному существу, нетерпеливо приоткрыв губы.
Вот-вот, еще мгновение, и два земных существа сольются в неземном поцелуе.
Петька дрожит всем телом, чувствуя прилив крови внизу живота.
Марина, вдруг, озорно прищурившись, ему громко шепчет: «Приготовиться к подъему!»
Петька, протягивая к ней руки, упирается в крышку.
В крышку постели-саркофага.
«Ну, вот! Опять на самом интересном месте!» – вздыхает он, окончательно просыпаясь.
Мысли его в голове еще пока не нашли нужной дороги, плутая в темноте сна.
Но тело, его руки, ноги, как будто «живут» без него.
Ноги его, словно взведенные пружины, велосипед «катают», разогревая кровь.
А руки, проведя небольшой массаж головы и грудных мышц тела, осторожно открывают саркофаг.
Спешить тут нельзя, нельзя прилагать больших усилий, иначе саркофаг взлетит над полом.
Всему виной – небольшая гравитация и, конечно, давление внутри него.
Из самой глубины подушки, словно жужжанье мухи, назойливо звучит голосовой сигнал: «Приготовиться к подъему!»
Весь корпус лодки-саркофага начинает прерывисто дрожать.
«Рота! Подъем! Форма одежды – номер два! Приготовиться к построению!» – звучит в воздухе громкая команда.
Краем глаза Петька видит, что сегодня, как никогда, подъем-просыпание роты прошел без эксцессов.
Не слышно возни роботов-уборщиков, собирающих осколки саркофагов.
Собственно, не слышно и громких хлопков сжатого воздуха.
Наконец, личный состав роты Петьки стал работать, как единый механизм.
«Есть у нас еще время до часа «Х» – неспешно думает Визитер -109.
Командование центра, присвоив Петьке это имя, отнюдь не считало его чуть ли не последним, по количеству побед его славной роты.
По его сноровке, деловым качествам, а, главное, по его умению к трансформации всего организма, он занимал достойное место среди бойцов Авангарда.
С его, как ему казалось, «титаническими» габаритами тела, при росте в два с лишним метра и весе в сотню килограмм, на построении «по росту» он был всего лишь сто девятым.
И это – при ста десяти человек личного состава роты.
Друзья-однокашники за его малый, действительно для них, рост дали ему смешную кличку «Малек».
Но Петька на них за то не обижался.
Он знал (как и его «отцы – командиры»), что «мал золотник, да дорог».
Петька, включив наклон саркофага набок, «выплескивает» свое тело на пол.
Его мускулистая фигура не плюхается вниз.
Она, словно в замедленной киносъемке, позволяет ему совершить в воздухе кульбит и, распрямившись, тут же встать на ноги.
Боковым зрением Петька видит кругом подобные прыжки своих сослуживцев.
Читателю, послужившему в вооруженных силах, будет удивительно то, что Петька не спешит в общественный туалет для своих нужд.
Собственно, здесь, на этом засекреченном центре подготовки, как таковых нет «ротных» туалетов-помещений.
У каждого воина есть личный туалет.
Читатель, видимо, подумает, что это – «памперсы» – подгузники, как у космонавтов.
Отнюдь, уважаемые господа и дамы.
У каждого бойца этого космического спецназа есть свой сортир (извините) и, конечно же, и умывальник.
Саркофаг, закрывшись и приняв вертикальное положение, пропал в стене здания.
На его месте, словно из воздуха, появилась туалетная кабина.
Приняв все «шлаки» организма Петьки, она с шипением воды, пропала в нише в полу.
Из пола вырос высоченный шкаф с четырьмя секциями.
В трех из них лежала (и висела) форма воинов, с первого номера – по третий.
В четвертой секции висел космический скафандр, по своим размерам точь-в-точь в своего обладателя.
Петька открыл дверцу под номером «2» и, облачившись в гравитационный костюм, слегка попрыгал над полом.
«Так, сила тяжести, подобная земной, заставит сегодня попотеть!» – думает воин.
Он поднес правую руку к контроллеру шкафа, изобразив ею знак «ОК».
Красный огонек на его дисплее сменил зеленый цвет.
Прошло не более минуты, и одинокие зеленые огоньки в гардеробах воинов роты слились в единый изумрудный поток.
Звучит команда: «Первый и третий взводы – второй основной выход! Второй и четвертый – запасный! Авангарду – первый! Второй уровень готовности! Интервал – дистанция – пять метров. Оружие – к бою! Короткими перебежками, Вперед!»
Все бойцы, распластавшись на полу, готовы совершить прыжок.
Прыжок в неизвестность.
Но каждый знает, что именно сегодня комиссия решит, кому из них через три дня суждено носить краповый берет, с серебристой молнией по кругу.
Петька, словно взведенная пружина в едином механизме Авангарда, готов распрямиться, выполнить приказ.
Но, тут, на самом интересном месте, звучит команда: «Рота! Отставить! В исходное положение – Марш!»
Еще не успело эхо команды затихнуть, все, как казалось, начинается сначала.
Опять курсанты роты, раздевшись до «нуля», лежат в личных «колыбелях».
Правда, не спят.
Свет в помещении потушен.
Его объем заливает голубоватым светом мерцание «дежурных» ламп.
Проходит две-три минуты, и саркофаги воинов заполняет газ.
Нет-нет, друзья!
Не веселящий газ.
Не газ для их погруженья в сон.
Курсанты сейчас, как то ни странно – на приеме пищи.
Звучит команда: «Регуляторы – на три четверти. Код пищи – «03». Резерв – две тысячи килокалорий. К приему пищи приступить!»
Петька, повернувшись на левый бок, правой рукой на дисплее саркофага выбирает программу «03».
Левой рукой Малек у себя под правой мышкой нащупал бугорок.
Нажав на него три раза, он активирует трансформацию своего тела для приема пищи.
Бронзовый загар его тела сменяет розы цвет, поры на коже раскрываются, жадно «глотая» газ.
Дисплей монитора саркофага транслирует изыски земных кушаний, причем ароматы запахов блюд присутствуют в самом «съедобном» газе.
Увидев на экране цыпленка табака и утку по – пекински, Петька едва удержался, чтоб не начать жевать зубами.
«А что жевать-то? Воздух? Это за меня сделают поры кожи!» – опомнился он, едва не захлебнувшись слюной.
Вторые блюда сменили напитки.
Правда, они, в отличие от блюд в «газе», успокоительной струей лились в рот воина из появившейся перед ним трубки, в виде соска.
Ему для этого оставалось лишь слегка прижать зубами сосок из силикона.
Звук метронома начинает отбивать финал приема пищи.
С ним не поспоришь: успел ты принять нужные калории, или нет, но на седьмом его щелчке-ударе, исчезнет «скатерть-самобранка», исчезнет «газ».
Прием пищи закончен, и помещенье роты заливает дневной свет.
Звучит команда: «Рота! Подъем! Форма одежды – ноль. Приготовиться к зарядке! Код – «05»!
Опять, осторожно открыв крышку саркофага и совершив в воздухе кульбит, Петька встает на ноги у "колыбели".
Вы, друзья, видимо, подумали, что команда "Приготовиться к зарядке" – приготовиться к физическим упражнениям для мышц тела.
Отнюдь, уважаемый читатель, это далеко не так.
В виду имелась, и курсанты это четко понимали, энергетическая зарядка органов тела.
Звучит гонг, отмашку дав началу «второму» завтраку для бойцов.
Расставив ноги на ширину плеч, левой рукой Петька пять раз слегка нажал на бугорок под мышкой правой.
От этого его тело стало иссиня – белым.
С пятым ударом гонга, боец, прикрыв глаза, широко раскинул руки в стороны.
Звучит шестой удар гонга, седьмой, и водопад неземной энергии наполнил зал.
Поры всей кожи Петьки жадно ее глотают.
Кровеносные сосуды под ними несут ее сердцу, печени, почкам и мозгу.
Еще десять раз звучат удары гонка.
Слышна команда: «Зарядку закончить! Форма одежды – номер 2. Приготовиться к построению!»
Глава третья
ЕГЭ в лунном центре подготовки молодых космонавтов позади.
Экзамен экзаменов на венерианском Центре их подготовки пока отложен.
Уже второй год пустуют величественные здания его корпусов, парящих в плотных слоях атмосферы второй планеты.
Пустуют и бассейны одного из корпусов, некогда заполненные до краев расплавленным оловом.
Не видно в них тумана охлажденных газов, идущих от скафандров кадетов центра, плавающих в них, в жидком металле.
Пустуют и многочисленные капсулы забора проб образцов атмосферы планет, в период их «терра» – формирования.
Деактивирован химический состав жидкостей для изменения состава атмосферы планет, в емкостях, похожих на грозди винограда, плывущих в воздушных слоях сестры Земли.
Роскосмос сейчас не сильно тревожит отложенный до поры финальный этап начала терра – формирования Венеры.
Ведь он, пока еще учебный для землян, проводится курсантами центра.
И то, не на поверхности планеты, с ее ужасающей жарой, почти в пятьсот градусов Цельсия.
У выпускников венерианского центра еще впереди ЕГЭ, который сможет показать их готовность к миссии терра – формирования планет земного типа.
В отличие от венерианских кадетов, получивших вынужденный служебный отпуск, курсанты на Луне и слушатели высшей школы космонавтики на Марсе должны держать экзамен.
Экзамен на Луне был «приземлен» к задачам человечества в его колыбели.
Слушатель на Марсе три года изучал возможности борьбы с космической стихией.
Автору приходится признать, что он будет лишен полномочий публикации, раскрыв существо марсианских учебных битв.
Однако можно подчеркнуть, что слушатели, сдавшие ЕГЭ на Марсе, будут способны покорять звездные миры в пределах Млечного Пути.
Абсолютное большинство выпускников лунного центра подготовки по 14 общеобразовательным предметам (дисциплинам) ЕГЭ получили от 98 до 100 баллов.
Каждый достигший восемнадцати лет гражданин (гражданка), успешно сдавший экзамены, был волен продолжать учебу в ВУЗах страны, покинув земной спутник.
Лишь двоих выпускников спускаемый аппарат с лунной орбиты доставил на Землю.
Одного – в Новосибирск, где его ждали родители-инвалиды.
Второй же выпускник был вынужден лечить в Москве новообразования кишечника.
Сдавшие ЕГЭ на Луне до 1 сентября должны были решить, где им продолжить обучение.
А пока, с 23 июня по 1 сентября для них – период военных сборов, дающих им отсрочку перед последним тестом в практике космических битв.
Первого сентября никто из оставшихся кадетов не полетел домой.
И вот наступило 1 октября, когда они, практически в полном составе выпускной роты, пытаются открыть заветную дверь.
Тренировки, тренировки, тренировки – все приближенные к боевым, чрезвычайным условиям, уже позади.
Первого октября, с их личного согласия, произведена трансформация их личности: в тело каждого из них вживлен внутренний экзоскелет .
Изменены и функции органов их тела.
Наконец, наступает время «Ч» для выпуска курсантов, 6 октября. «Двери заблокированы, господа курсанты. Сегодня никто из них не выйдет, по крайней мере – живым! У вас еще будет возможность доказать обратное, сохранив свою жизнь. Попробуйте, друзья, открыть эти двери, надев на голову краповый берет с серебристой молнией по кругу! Добро пожаловать в рай, Земли посланцы!» – звучит небольшой спич председателя комиссии.
Эхо его, еще не затихнув в объемах полигона, постепенно тает: «Анцы – анцы -анцы…».
Эта команда прозвучала из уст седого господина, сидящего в просторном кресле (троне) на платформе, летающей в вышине зала-полигона.
Четвертый уровень космического крейсера сейчас готов преподать главный урок воинам выпускного курса.
Главнокомандующий (он же – председатель экзаменационной комиссии) на платформе – Веслов Тимур Витальевич.
На платформе он не один.
Двенадцать кресел вокруг его трона, с сидящими в них членами комиссии, готовы чутко ловить сигналы.
Сигналы сенсоров датчиков, парящих в виде насекомых по просторам полигона.
Они все видят, слышат, чувствуют и знают.
Рота посланцев-выпускников центра подготовки сейчас распласталась на полу (грунте) полигона.
Время подъема, моциона утреннего для них давно прошло.
Прошла и «зарядка» тел выпускников.
Они давно заняли места в боевых порядках роты.
Авангард, осуществив бросок на флаерах к Великому забору, ждет открытия его ворот.
Противник, получив долгожданную команду, также чего-то ждет.
Его электронный штаб, расположившись в гигантском кубе, почти готов к бою.
Гигантский куб – глубоко под «землей», но вездесущее его пси-поле «видит» все.
Ему подвластны сотни тысяч, миллионы метров.
Своим неземным зрением Главком «детей куба» видит изготовившихся к атаке людей у Великой стены.
Этот гигантский забор, созданный внеземным разумом на лунной базе, по своим размерам, превосходил грандиозные сооружения землян.
Даже Великая китайская стена, сооруженная человеком почти за три тысячи лет, не могла бы с ней сравниться ни в длине, ни в высоте, ни в ширине.
Великая австралийская стена также в разы, на порядок, уступала лунному «собрату».
Китайская стена должна была защитить жителей страны от варварских набегов кочевников.
Австралийская Великая стена защищала жителей страны вначале – от кроликов, затем – от диких собак Динго, а кое-где – и от земляных жаб.
В отличие от них, космический забор на спутнике Земли защищал мир от внеземной заразы.
Не знал человек, что лунный полигон почти два миллиона лет служил тюрьмой для «Куба».
На титаническом звездном корабле сработал протокол безопасности.
Хотя «Кубу» и удалось истребить экипаж крейсера-гиганта, его искусственный интеллект пленил этого злодея-туриста, закрыв космический замок в дверях лунного «забора».
Теперь космический выключатель жизни ждет для себя разумной "пищи".
Великая стена на спутнике Земли огораживала полигон, по площади, в разы превосходящую площадь стран Европы.
Её периметр, с учетом длины его перемычек – секций, достигал почти десяти тысяч километров.
И это – при ее высоте до трех сотен метров, при ширине – в три их десятка, и при высоте подземной части – в шестьсот метров.
Интересен материал, из которого была изготовлена лунная стена.
Стены Китая и Австралии, сооруженные в основном из природных материалов, могли быть разрушены, коль этого пожелал бы человек.
А вот стена на земном спутнике, хоть и пытались ученые земли выпилить – извлечь из нее образец материала, лишь звенела, нагреваясь – остывая, посылая им от вечности привет.
Попытки человека преодолеть лунный «забор», минуя его ворота, обречены были на провал.
И что люди только ни делали, чтобы преодолеть барьер: по воздуху на флаерах летая, в попытках разрушения стены пучком лазера, используя эффект «атомной» сварки; подкопы делая вглубь грунта у стены – все с нулевым результатом.
Наконец, земной суперкомпьютер, взломав коды доступа луны-крейсера, победил его искусственный интеллект.
Замки ворот в стене полигона были открыты любопытным человеком.
Прикрыв двери-выходы в лунной стене силовым экраном, уже двадцать лет земляне учат здесь своих детей.
Не знает пока человек, что возмужавшим его детям предстоит повстречаться с отпрысками «Куба».
Ведь этот космический обманщик, в попытках подменить земной «обучающий» вирус, преподаст человечеству урок.
Урок зрелости, подменив земной микроорганизм самим собой.
Итак, открытый полигон внеземного разума использовал теперь человек Земли.
На нем слегка приоткрылись двери внеземной тайны.
Она способна отсрочить выпускной не только молодых людей, в лице курсантов центра подготовки.
Своей ужасающей глубиной, секреты куба могут отсрочить выпускной самого человека, при его свидании с космическим творцом.
Глава четвертая
«Началось!» – подумал Петька, на "минимум" прикрыв светофильтры шлема.
Ладонь его левой руки нестерпимо зачесалась.
И этот знак был явно не к деньгам.
И, если удар «пси – подготовки» противника вызвал только зуд его руки, другим его соратникам нанес он вред.
Вред существенный: не только в острие ромба – боевого порядка роты, но даже в его центре-авангарде отдельные бойцы поднялись с «земли» в полный рост.
Поднялись без команды, открыв счет безвозвратных потерь подразделений.
Счетчик побед (и поражений) роты на креслах комиссии начал безучастно щелкать.
На мониторах кресел стали мелькать не только номера «Визитеров» но и их обезображенные пси-лучом лица.
«Десять процентов безвозвратных потерь – красиво! И это в первые мгновенья не начавшейся еще битвы! Ну-ну, засланцы, отработайте свой хлеб!» – подумал Верховный, сидящий в тронном кресле, внимательно посмотрев на дисплей.
«Только не вставай, Маринка!» – почти про себя, едва слышно прошептал Малек.
Она, посмотрев на него, многозначительно промолчала, правой рукой изобразив «ОК».
Прикрытые силовым полем, ворота в стене начали открываться.
Сегодня почему-то открыта только центральная «дверь».
Дверь – в неизвестность, а, может – в никуда.
В ушах, в себя пришедших воинов, звучит зашифрованный приказ: «Боевой порядок не терять! Ромбом на ребре, авангард сверху, второй взвод – в замыкании! Расход энергии – на максимум! Основное направление – «Северный утес». Стрельба – холостыми. Сплошным малым роем – Вперед!»
Петька знал, что на выпускном уроке высшим баллом будет оценен лишь тот кадет, которому удастся, пленив врага, к концу боя сохранить не только свою жизнь, но и, максимально, – свой боекомплект.