Дорога в Ад

А спустя несколько секунд следом беззвучно рванулась крупная, черная как ночь, хищная кошка.

Почти в то же самое время, на диаметрально противоположном конце гостиницы, на схожем, как брат-близнец узком балконе стоял седовласый старик. Он облокотился на каменный парапет, в руке подрагивал стакан с крепким алкоголем, задумчивый взор блуждал по сверкающим улицам ночного города.

Марио смотрел на Берлин, вспоминая долгие прожитые годы.

Все-таки, как ни крути, а спецгвардия справилась! Они сумели построить поистине процветающую страну. Государство, где живут свободные личности, не опасающиеся за собственный карман или, уж тем более, жизнь. Ухмыльнувшись, Грассо решил, что есть и его личная заслуга в том, что по ночным улицам теперь ходят без оглядки. Да что там – при желании можно пересечь всю Пруссию с запада на восток и с севера на юг – не подвергаясь при этом ни малейшему риску! Конечно, из нынешних сограждан мало кто ценит обретенную защищенность… Лишь те, кто, подобно Марио, разменял шестой десяток – те помнили лихие времена; понимали, что безопасность дорогого стоит…

А ведь все Краузе! Как бы ни хотелось Грассо присвоить чужую заслугу себе, стоило признать – это целиком замысел и план дознавателя! Именно благодаря Хансу выросла та держава, где легко и радостно жить, и за которую не грех и умереть.

Стрелок пригубил напиток, в очередной раз поражаясь способностям покойного дознавателя. За сорок лет сменилось три канцлера – но именно Краузе продолжал руководить спецгвардией! Пусть за последние десятилетия он и отошел от непосредственных дел, но все же… Рука Ханса чувствовалась за любой операцией, его незримое присутствие ощущалось на совещаниях и планерках. Именно к нему на поклон шли, если не знали, как поступить. Старого дознавателя уважали, боялись, ценили… Пожалуй, именно Краузе можно назвать истинным правителем Республики, творцом ее процветания.

Великий был человек, что ни говори…

Опустошив стакан, Марио выплеснул последние капли вниз, на тротуар.

Возможно, все это лишь стариковское брюзжание, но ему как никогда казалось, будто время титанов уходит. Вспомнить, хотя бы, былую вундертим…

Он не застал живого Вольфа, хоть и много слышал о могучем оборотне. Зато Анжела, Григорий, Ян… С ними довелось поработать плечом к плечу! Грассо до сих пор испытывал смутную гордость за то, что посчастливилось свести знакомство с этими гигантами! Мощь, непоколебимость, безудержность! Казалось, для той команды не существовало невозможного!

Стрелок не мог бы высказать словами, почему так возвеличивал образы былых сослуживцев. Он невольно сравнивал их с теми, с кем приходилось иметь дело сейчас.

Георг – совсем еще мальчик. Исилиэль – лишь тень от могущества Сенны. Пантера – сильна, но слишком уж уязвима. Рокстеди…

Грассо поморщился. Вроде бы все при них – и ум, и сила, и решимость… Но чего-то не хватает, чего-то неуловимого. Может, хребта? Характера? Духа?

Раньше люди вели за собой, собственным примером пробуждая в других гордость, величие, готовность к подвигу. Каждый являлся лидером, пусть и не гласным. Они не боялись брать на себя ответственность… Да, допускали грубейшие ошибки, но и – созидали невероятные свершения!

А что теперь? Какие интересы у молодежи? Кому они могут быть примером и в чем?

Марио со злостью сплюнул. А может, права эльфийка? Он просто слишком стар, и как всякий старик, завидует молодым, видит в них собственную тень. Потому и бесится, что не может угнаться за временем.

Впрочем, скоро им предстоит выяснить этот вопрос. Когда Глеб, Крюгер и Хельга вернутся, будущее столкнется с прошлым…

Стрелок мрачно усмехнулся. Если бы на этом противостоянии работал тотализатор, ставки явно были бы не в пользу современности. Только вот цифры не учитывают наличие «темной лошадки», того самого Рихтера. Как ни крути, а Нергал являлся той фигурой, что способна в одночасье перевернуть проигрышную партию с ног на голову.

Убийца никогда не испытывал особого благоговения ни в церкви, ни на кладбище. Но сейчас, оказавшись в ночи перед крайне простой, но одновременно и особой могилой, он внезапно почувствовал нечто вроде проснувшегося уважения. Все-таки здесь лежал человек-символ, человек-знамение, человек-эпоха…

Впрочем, лежал ли на самом деле – это Рихтер как раз и собирался выяснить.

Поддев надгробную плиту ломом, мужчина с превеликим трудом сумел сдвинуть ее в сторону. Лопата вонзилась в утрамбованную землю, Нергал принялся за долгую монотонную работу. В тусклом свете раздолбанного фонаря отражалась единственная надпись, выгравированная на камне: «Ханс Краузе». И ничего больше – ни дат, ни эпитафии.

Найти нужную могилу оказалось не так уж просто, учитывая количество кладбищ, да и мертвецов вообще. Но Рихтер справедливо сообразил, что столь значимую личность похоронят не абы где, а в поистине королевском месте.

Проникнуть сюда вышло тоже не тривиальной задачей. Количество защитных чар и ловушек поражало. Впрочем, Нергал в очередной раз убедился, что фантазия заклинателей со временем лишь увядает. Во всяком случае ничего нового для себя убийца не увидел.

Точное расположение захоронения пришлось уточнить у смотрителя. Там же Рихтер одолжил и незамысловатый инструмент. Сторож не возражал, да и не смог бы при всем желании – ассасин спеленал его по рукам и ногам.

Теперь же Рихтер остервенело орудовал лопатой, откидывая землю в аккуратную кучу. Хотя бы до решения этого вопроса убийца решил докопаться, как бы двусмысленно это не звучало.

Отдавшись физической работе, Нергал не забывал время от времени осматривать окрестности внимательным взглядом. Но даже утонченные инстинкты убийцы не смогли распознать затаившуюся во тьме пантеру. Неподвижную кошку выдавал лишь изредка проявляющийся отблеск желтых глаз, так похожий издали на мерцание одиноких звезд.

Минуло не меньше часа изнурительного труда, прежде чем лопата ударила в дерево. Еще некоторое время ушло на то, чтобы расчистить крышку гроба. Рихтер не стал утруждаться излишними сантиментами, просто пробив деревянную преграду ломом.

Тяжело дыша, мужчина выбрался из раскопанной могилы.

– Хитрый старый сучий сын! – со смесью раздражения и зависти выдавил убийца.

Сморкнувшись, Нергал со злостью сплюнул в яму.

Добротный дубовый гроб оказался на поверку совершенно пустым.

Утро застало вундертим отнюдь не в постелях. Более того, среди высших чинов Пруссии выспаться не удалось практически никому. Совещание, назначенное на столь ранний час, приковало всеобщее внимание.

Перед особняком спецгвардии собрался целый автопарк; мехмобили прикативших гостей пестрели богатством и вычурностью. Еще бы, ведь каждый присутствующий – как минимум депутат, а то и целый министр!

На втором этаже, в бывшем кабинете Краузе, собрался весь цвет Прусской элиты. Канцлер, советники, члены правительства – кого тут только не было! Посреди правящего сброда участники команды чувствовали себя гостями в собственном доме. Стоял непрекращающийся гомон и галдеж, многочисленные посетители кое-как расселись вокруг длинного стола.

– Господа! – канцлер Рокстеди замер, дожидаясь тишины, – Господа! И дамы… – он почтительно кивнул в сторону двух прелестных женщин, – Мы собрались здесь, чтобы выслушать последнюю волю без преувеличения великого человека… Мы здесь, чтобы внять его мудрости, чтобы исполнить посмертное желание Ханса Краузе…

Он говорил и говорил, привычно слагая замысловатые слова в ничего особенно не значащие предложения. Талант, выработанный годами выступлений перед номенклатурой – способность трещать на любую тему без остановки, ничего конкретного в итоге не сказав.

Марио сидел с безучастным видом, даже не пытаясь вслушиваться в слова канцлера. Взгляд Стрелка встревоженно обшаривал собравшихся. Слишком много лишних ушей и глаз; явный перебор с типами, преисполненными чувством собственной незаменимости, не важно – заслуженно или нет. И ведь у каждого, поди, есть свое мнение по любому вопросу, каковое и будет незамедлительно озвучено в случае надобности и без оной…

Эйне и Исилиэль сидели во главе стола, невольно привлекая всеобщее мужское внимание. Эльфийка, как обычно, выглядела прекрасно, хоть и слегка отчужденно. Пантера же смотрелась чудо как величественно, особенно когда распустила длинные волосы, скрыв под ними ужасный розовый шрам.

Мальчугана Георга вовсе не видно, хотя Грассо был уверен, что тот где-то рядом. Слушает, мотает на ус, но осмотрительно не показывается. Что ж, в этом есть определенная логика.

А вот Милан, синеволосый сынок канцлера, не стеснялся ни в словах, ни в поступках. За минувшую ночь над парнем поработали лучшие целители Республики, приведя челюсть в идеальное состояние. Теперь щегол красовался еще более надменным видом, бесцеремонно усевшись с краю и театральным жестом закинув ноги на стол.

Впрочем, поведение парня волновало Марио не столь сильно, как отсутствие главного действующего лица. Рихтер до сих пор не появился, и Стрелка начала мучить едкая мысль – не зря ли он положился на совесть убийцы, оставив того практически без охраны? Может, стоило внять советам Эйне и…

Додумать Грассо не успел.

Двери кабинета распахнулись, неспешной походкой вошел Нергал, облаченный в новый костюм-тройку, явно одетый с иголочки. Марио облегченно выдохнул; ассасин спокойно подошел к столу, остановившись у единственного свободного места.

– Да… Так вот… – внезапно смешался канцлер, прерывая речь на полуслове, – Думаю, можно начинать?

Он посмотрел на Марио, тот согласно кивнул.

– Садись, старикан! – синеволосый парень указал Рихтеру на стул, – Заставляешь уважаемых людей ждать!

Грассо напрягся, скрипнув зубами, но Нергал не выказал и тени недовольства. Мужчина спокойно опустился на сиденье, не моргнув глазом.

– Вот так-то! – с довольным видом кивнул Милан, – Сегодня ты не такой уж дерзкий, да?

Рука парня поднялась, доставая из-под полы внушительный пулевик. Оружие бухнулось на стол рядом с ногами наглеца. Сам он весело ухмыльнулся, надувая и лопая здоровенный шар из жвачки.

– Попробуй только дернись! – мечтательно добавил он, – Впрочем, вряд ли у тебя получится…

Свет в комнате слегка померк, когда два громадных мордоворота подошли к Рихтеру, встав аккурат за его спиной. Оба здоровенные, за два метра; с лицами, будто высеченными из камня и кулаками, способными поспорить размером с пивной кружкой. Они уставились на сидящего убийцу озлобленными взглядами, словно ожидая от того хоть малейшего повода, чтобы применить силу.

И вновь Рихтер даже бровью не повел – сидел спокойно и невозмутимо.

У Грассо заныло под ложечкой от явного предчувствия надвигающейся беды. Он резко поднялся, голос Стрелка заглушил разгулявшиеся шепотки.

– Итак, завещание Ханса!

Из бережно вскрытого конверта показался лист бумаги, исписанный едва ли наполовину, с размашистой росписью в нижней части. Марио взял документ в руки, поднес ближе к лицу. Пробежав глазами первые строчки, старик принялся внятно и четко читать содержимое.

– «Я, Ханс Краузе, находясь в добром уме и трезвой памяти, являясь главой…» – Марио замешкался, потешно скривив губы, – В общем, опуская все официальные звания и прочее, и прочее…

Он пробежал по строчкам ниже, найдя, наконец, нужное место.

– Итак… – старик сдержанно откашлялся, – «…и, хотя меня вполне устраивает руководство в лице Марио Грассо, а также любого, кого он сочтет нужным назвать преемником, но, тем не менее, ввиду приближающихся чрезвычайных обстоятельств и до окончания оных, я своей властью приказываю назначить исполняющим обязанности главы спецгвардии…» – Грассо на секунду запнулся, – «Нергала Рихтера, известного охотника на нежить и ассасина…»

Стрелок ошарашенно отложил лист и медленно опустился на свое место. Сказочное удивление на его лице сменилось выражением странной обреченности.

И тут кабинет взорвался от криков! Вопили все одновременно, перебивая друг друга и не слушая никого в отдельности. Министры орали на депутатов, депутаты – на чиновников, канцлер крыл благим матом всех подряд.

– Невообразимо!…

– Что за дикость!…

– Краузе сбрендил на старости лет!…

– Никогда такому не бывать!…

– Эту бумагу нужно сейчас же уничтожить!…

Больше других надрывался Милан. Парень даже опустил со стола ноги, браво перекрикивая прочих соперников.

– Это же бред! – орал он, размахивая руками, – Есть и гораздо более подходящие кандидаты! Более молодые! Смышленые! Да вы только посмотрите на этого старика! – синеволосый тыкал пальцем в сторону Рихтера, – Он же ничего не может…

Поперхнувшись от нездорового энтузиазма, парень громко кашлянул; комок жвачки вылетел изо рта, по пологой траектории преодолел плоскость стола и, противно шмякнув, опустился на белоснежную рубашку убийцы.

Голоса внезапно стихли, стало слышно сдержанное дыхание тридцати с лишним человек. Синеволосый побледнел, не сводя взора с желтого пятна, расплывающегося на идеально белой ткани. Марио буквально физически ощутил, как сгущается смертельная угроза.

Медленно вытянув вперед руки, Рихтер поднял глаза. Зрачки мужчины полыхнули недобрым пламенем, губы скривились в мрачной усмешке.

– Раз уж я теперь главный, – проговорил он тихо, но так, что голос заставил слабонервных содрогнуться, – То не откажу себе в маленьком удовольствии… Теперь на это есть не только причины, но и должные полномочия!

Мужчина сделал движение, недоступное глазу – двое громил осели на пол, не успев и пикнуть. Прежде, чем кто-то двинулся, Нергал перелетел через стол, одним мягким прыжком оказавшись возле синеволосого. Ухватив бедолагу за воротник, убийца резко дернул, едва не свалив Рокстеди на пол. Высокий парень вынужденно семенил длинными ногами, чтобы сохранить хоть какое-то подобие равновесия, а Рихтер уверенным шагом преодолел небольшое расстояние до стены.

Как следует разогнав выскочку, Нергал отпустил воротник. С протяжным воем Милан вылетел в окно, сопровождаемый звоном стекла и приглушенными выдохами зрителей. Грассо сдержанно поморщился, когда до ушей донесся чмокающий звук соприкосновения падающего тела и асфальта.

– Какого хрена ты себе позволяешь! – возопил бледный канцлер, вскакивая с места, – Это мой сын, черт тебя дери!

Он бросился к окну, но по пути неблагоразумно задержался, завидев Рихтера.

– Ты за это ответишь, ублюдок! – выкрикнул Рокстеди-старший.

Нергал разочарованно вздохнул, хватая мужчину под локоток.

– Твой сын? – переспросил убийца, – Ну так иди, проведай – как он там!?

Мощное движение двух рук, и разъяренный канцлер без лишних разговоров улетает в соседнее окно. Звук бьющегося стекла и смачный шлепок возвестили об исполнении очередного приговора.

Рихтер остановился у опустевших ставен, удовлетворенно распрямившись и заглатывая свежий воздух полной грудью.

– Мне кажется, или тут действительно стало легче дышать? – поинтересовался он.

По рядам собравшихся прокатился сдержанный гул, бравые чиновники испуганно переглядывались, не зная, что предпринять.

– Это что, государственный переворот?! – возмущенно возопил один из них.

Неторопливо подойдя к столу, Нергал оперся на дерево двумя кулаками.

– Это – закрытое совещание вундертим! – с неприкрытой угрозой проговорил ассасин, – У всех непричастных есть два варианта, как покинуть комнату. Либо через дверь, либо… – он скосил глаза на еще целые стекла.

Ответом было испуганное молчание, никто так и не двинулся с места. Обреченно вздохнув, убийца шагнул к ближайшему чинуше. Тот тонко вскрикнул и с места рванул к дверям. Только теперь остальные поняли, что от них требуется – комнату заполнил топот убегающих в панике ног.

Марио с тяжелой усмешкой наблюдал за спешной эвакуацией этих чванливых бесполезных бюрократов. Когда за последней толстой задницей захлопнулась дверь, он глянул на Рихтера.

– Никогда не думал, что скажу подобное… Но я рад, что ты воскрес!

Рихтер как ни в чем не бывало уселся в высокое кресло канцлера. Он поманил рукой, и остальные участники команды помимо своей воли стянулись ближе. Даже малыш Георг выбрался из укрытия, чтобы принять участие в разговоре.

– Глеб Штельмахер… – задумчиво проговорил Нергал, – Кто-нибудь может объяснить, что с ним не так? В чем проблема?

– Проблема в том, что мы не знаем, как убить всемогущего, – раздраженно буркнула Эйне.

– Убить… – усмехнулся мужчина, – Нет бы поговорить, понять, помочь… А вам лишь бы убивать!

Пантера, не ожидавшая подобной отповеди от легендарного ассасина, удивленно нахмурилась, но тот казался совершенно серьезным.

– Тривиальная задача, – скучающим голосом вымолвил Рихтер, – Как лишить всесильное существо могущества?

Девушки переглянулись, Марио раскрыл рот, но ответить первым успел Георг.

– Уничтожить источник силы! – азартно выкрикнул мальчик.

– Близко, – кивнул убийца, – Но что, если ступить еще на шаг вперед?

– Э-э-э… – паренек обескураженно запнулся.

– Нужно найти причину существования источника, – тихо выговорил Грассо.

– Легко сказать, – с заметным сомнением буркнула Эйне, – Но как мы это сделаем?

Нергал кивнул, признавая правомерность вопроса.

– Во-первых, мне нужно оружие, – веско сказал он.

– Будет тебе оружие…

– Ты не поняла, мне нужно мое оружие.

Марио усмехнулся, поднявшись с места. Пройдя к шкафу, он вытащил из него объемную сумку, что с металлическим стуком водрузилась на стол перед убийцей. Рихтер заинтересованно заглянул внутрь, удовлетворенно крякнул; в ладони мужчины появился громадный шестиствольный пулевик. Покрутив оружие перед глазами, Нергал отложил монстра в сторону; взор ассасина по достоинству оценил остальное содержимое баула: там лежала и легендарная адамантовая кольчуга, и не менее известный тесак гномьей стали.

– Откуда все это? – несколько удивленно спросил Рихтер.

– Это отдельная долгая история.

– Ладно, – легко согласился убийца, – Обойдемся без подробностей… Во-вторых, нам требуется мобильность.

– А?

– Вероятно, придется много и быстро перемещаться.

– Ну… дирижабли, поезда, самолеты. Все и так в полном распоряжении спецгвардии.

– Я говорю: быстро перемещаться. И не только в пределах Пруссии.

Грассо переглянулся с Эйне, вопросительно глянул на Георга.

– Как там твой экспериментальный проект? – спросил он у мальчика.

– Буревестник? Физически – готов, но мы еще не прошли стадию испытаний…

– Ты можешь поднять его в воздух?

– Да, но…

– Вот и отлично! – Марио кивнул, удовлетворенно уставившись на Рихтера.

– И в-третьих, информация, – проговорил убийца, – Не знаю, как сейчас, но раньше в Республике разведка работала весьма неплохо. Я хочу, чтобы мы мгновенно получали данные о действиях и передвижениях интересующих нас объектов.

– Считай, уже сделано, – уверенно ответил Грассо, поворачиваясь к пантере, – Есть что-то новое? Аналитики не спали все это время?

– Так точно, – в руках Эйне мелькнул листок, исписанный донесениями, – Выяснить оказалось весьма сложно, противник действует через подставных лиц, но и у нас работают профессионалы… Есть несколько подозрительных шевелений… Вероятнее всего, Штельмахер приобрел загородную виллу в Дрездене.

Исилиэль вздрогнула, тревожно глянув на подругу.

– На чье имя? – уточнил Стрелок.

– Имя… – женщина вчитывалась в корявые строки, – Не важно! Хитрая схема с десятью посредниками… Подвязки в Гильдии Купцов… В общем, можете не сомневаться – информация почти стопроцентная!

– Хорошо, – задумчиво процедил Нергал, – Значит, завтра вылетаем в Дрезден.

– Нет! – испугано воскликнула эльфийка, – Только не в Дрезден!

– В чем дело, детка? – Рихтер смерил девушку уничижительным взором.

Эльфийка открывала рот, как рыба, выброшенная на сушу, и точно так же не могла издать ни звука.

– Завтра. Летим. В Дрезден, – мужчина хлопнул ладонью по столу.

– А может…

– Помолчи, девочка, и послушай, – перебил ее Нергал, – Я – твой Босс, и ты будешь делать то, что я скажу, нравится тебе это или нет…

– Вообще-то, она вправе высказать мнение, – бросила Эйне, не поднимая глаз.

– Свое мнение, как дырка в заднице – есть у каждого, – жестко прокомментировал Рихтер, – Но это не значит, что его нужно выставлять напоказ на каждом углу!

– Демократия…

– Я не верю в демократию, малышка, и тебе советую позабыть про это слово, – убийца выпрямился, обводя тяжелым взглядом притихшую команду, – Отныне, мое слово здесь – закон! Любой, кто пойдет против меня, сильно об этом пожалеет!

– Бессердечный ублюдок! – буркнула пантера.

– Именно так, крошка! – злорадно кивнул Рихтер, – И, пожалуйста, не забывай об этом, если не хочешь лишиться головы! Второй раз я тебя не пощажу…

В мрачной тишине отчетливо слышалось угрюмое сопение Эйне; возразить Нергалу никто не осмелился.

– Раз с этим все решено, – убийца наклонился над столом, – Окунемся в детали. В начале я хочу поговорить с этим… Глебом. Но мы должны быть готовы к наихудшему сценарию!

Завещание затянулось до самого вечера. Большие настенные часы пробили шесть, когда усталый и голодный Марио Грассо спустился, наконец, по широкой лестнице на первый этаж здания. Однако, вопреки ожиданиям, направился старик не к выходу, а в небольшую угловую комнату с единственной дверью.

Окна кабинета были прикрыты плотными занавесями, внутри царил полумрак, нарушаемый лишь одиноким торшером. Работающий кондиционер создавал приятную прохладу, из мебели тут имелись лишь широкий диван да пара кресел. Не нашлось места даже для шкафа или журнального столика.

При появлении Стрелка из мягких объятий дивана выбрался высокий синеволосый парень. Вместо идиотской самовлюбленности на его лице красовалось выражение спокойной сосредоточенности.

– Ну, как все прошло? – заинтересованно спросил он, поглаживая ладонью челюсть.

– По высшему разряду, – махнул рукой Грассо, – Хоть я до конца и не верил, что твой план сработает. Скажем так – было тревожно…

– Да! – Милан стеснительно улыбнулся, – Особенно, когда Рихтер выкинул в окно отца… Мы еле успели среагировать!

– Как канцлер? – уточнил Марио, усаживаясь на широкий подлокотник кресла.

– В порядке…

– Он не слишком осерчал?

– Не переживай, этот вопрос я решу, – виновато улыбнулся Рокстеди, – Он ведь не глупый человек… Просто испугался за меня…

Стрелок задумчиво потер переносицу, глубоко вдохнул – и медленно выпустил воздух через нос.

– Снимаю шляпу, – мягко проговорил он, действительно стаскивая головной убор с седой шевелюры, – Зря я тебе не доверял…

Синеволосый парень стеснительно развел руками.

– У меня лучший в мире учитель, – весело ответил он, взмахнув ладонью.

Проследив за жестом, старик без труда разглядел на мягкой поверхности дивана тонкую брошюру, зачитанную до дыр. На истертой заляпанной обложке красовалось неброское заглавие: «Ханс Краузе. Методы и особенности косвенной агитации».