- -
- 100%
- +
Солнце клонилось к закату, когда цель была достигнута. Впереди показались четыре огромных шатра, образующих правильный квадрат, вокруг них стояли оседланные кони без всадников, между ними время от времени пешим ходом передвигались альвы.
– Так вот куда наш Горыныч запропастился! – приблизившись к шатрам, радостно заметил Олег.
Дракон своего недруга тоже заметил. В тот же самый миг. Он был рядом, не просто рядом, а совсем рядом – в нескольких сотнях саженей, пару секунд лета дракона. Нельзя сказать, что дракона это очень удивило – он допускал подобный вариант развития событий, однако не считал его самым вероятным. Все же треглавый змей больше склонялся к тому, что Олег попробует проехать сквозь Альвийскую Степь, проигнорировав дозоры, однако и вероятность того, что местные хозяева проявят настойчивость и пригласят Олега в гости, тоже драконом учитывалась.
Что же. Это не меняло планы. Помимо всего прочего, альвы славились тем, что в их степях только они сами и могли выяснять отношения, все прочие конфликты пресекались в зародыше с ущербом для затеявшей конфликт стороны. Потому, даже зная, что Олег рядом, что он со своими дружинниками зашел в соседний шатер, дракон продолжал торговаться с альвами. Усидчивостью и упорством Горыныч мог даже с этими странными существами поспорить. Змий, как-никак…
Тем временем «Вепрь» уже доехал до «столицы» альвов, и, по немому приглашению проводника, четверо его пассажиров отправились на встречу с советниками.
– Слышь, Олег, а че, они пушки не будут отбирать? – удивился Колян, когда его пропустили в один из шатров, даже не обыскав.
– Не, – отрицательно покачал головой Олег. – У местных авторитетов не принято оставлять гостей без оружия. Но использовать его тоже не советую. Пока.
– Ты че, Олег? – возмутился Колян. – Да я за базар отвечаю! Мы с Толяном не лохи и не гопники, мы пацаны с понятиями! Ты за своим Всемиром последи лучше, не боись, мы пахана на хазе валить не будем!
За Древощитом действительно не мешало бы последить – бледный, то ли от страха, то ли от гнева праведного, богатырь сжимал рукоять своего меча так, что костяшки пальцев побелели. Еще бы, ведь вокруг не просто альвы-враги, а самое их логово, этих «кощеев проклятых», как он их называл. Сдерживало два фактора. Первое – знание того, что даже такой богатырь, как Всемир, против бессмертных могучих альвов много не навоюет. Ну а вторым был предупреждающий взгляд Олега, говорящий примерно следующее: «не дай боги сглупишь, в тот же миг выпью!».
Любослава решено было оставить на улице, ему по должности предстояла вечерняя молитва. Благо альвы были веротерпимыми, одинаково безразлично относясь ко всем богами и их служителям, никому не мешая проводить у себя в «столице» любые религиозные обряды. Толку от Жаровника при беседе с советниками все равно никакого не будет.
Хотя и остальных с собой Олег брал скорее лишь для того, чтоб они не шатались праздно по улице. Тут это довольно рискованное дело, тем более, рядом Горыныч торчит, а кто этих богатырей знает, могут забрести, куда не просили… Потому вампир предпочитал держать их под негласным надзором.
Совет (вернее его четверть, остальные три четверти сидели в других шатрах) состоял из альвов. Точно таких же, как и все остальные. Кроме того, что они не скакали верхом на конях, а сидели по кругу в позе лотоса, взявшись за руки, разницы не было никакой. Причем это не было медитацией, или особым ритуалом – это была обычная поза советников, в которой они (по словам Всемира) встречали абсолютно всех просителей во все времена. Глаза их были открыты, и внимательно смотрели на вновь прибывших гостей, как будто бы спрашивая: «ну и что вам надо?»
– Говорят, вы, альвы, беретесь за черную работу… – тут же взял быка за рога Олег. – У меня есть для вас такая. Нужно избавиться от Черного Мага, возьметесь? О цене столкуемся!
В ответ прозвучало молчание. Долгое. Минут этак пять. Олег терпеливо ждал, Всемир белел все сильнее и сильнее, Колян с Толяном открыто обсуждали, сколько «козлов» они успеют перестрелять, пока их повалят толпой. Наконец один из альвов (четвертый справа, если быть более точным) ответил, на чистейшем русском языке[25].
– Нет.
– Что нет? – на всякий случай уточнил Олег.
– Согласие между нами не может быть достигнуто, так как ты не имеешь ничего, что могло бы нас заинтересовать.
– Это я-то? – сделал вид, что удивился Олег. – Да у меня полная машина золота и драгоценных камней! Да еще и оружие, самое современное! Вам такое и не снилось!
– Ничего из перечисленного тобой нас не интересует.
– Что, неужели совсем ничего? А мы сами, четыре богатыря в полном расцвете сил, плюс небольшой бонус в виде волхва? Наши жизни, или, быть может, наши бессмертные души? Соглашайтесь! Ведь выгодное предложение, за какого-то там мага жизни сразу четырех богатырей! А?
– Нас не интересуют ваши жизни и души, – столь же бесстрастно отвечал альв, не проявляя никаких эмоций, будто бы подобные предложения они выслушивали по десять раз на день.
– Ну, не знаю… Можем по вашему заказу устроить мировую войну. Залить все земли кровью по колено, стереть с лица земли горы и моря… Тоже не интересует?
– Данное предложение находится вне пределов возможного, потому оно не может быть рассмотрено.
– Ну а все же? – настаивал на своем Олег. – Если бы мы это могли? Заинтересует?
– Нет, мы не испытываем никакой потребности в данном развитии событий.
– Ну хорошо! – пошел на попятную вампир. – Тогда давайте так – я сохраняю ваши жизни, и всех прочих альвов тоже, не выжигаю пламенем вашу степь, позволяю вам и дальше вести земное существование, а в обмен на это прошу лишь о сущем пустяке – убить по моему заказу какого-то там темного волшебника? А? Соглашайтесь! Ведь щедро, от всей души предлагаю!
Где-то за спиной Олега Всемир медленно, но верно выпадал в осадок от подобного стиля ведения переговоров. Однако альвы восприняли даже последнее предложение как должное, дав абсолютно адекватный ответ:
– Как и предыдущее, данное предложение является невозможным, потому оно не будет рассмотрено.
– Как же невозможно! – сделал обиженное лицо Олег. – По-моему, очень даже возможно… Интересное, заманчивое предложение… Неужели вас даже выживание собственной нации не интересует? Ведь вы – советники, должны всем советовать, как жить, умные люди (ну, или нелюди, не суть важно), что ж вы так, а? Ай-ай-ай…
– С вашей стороны мы не имеем никакой угрозы для существования, – уверенно ответил альв.
– Что, совсем? Вы в этом так уверены? Неужто вы такие неуязвимые? – ехидничал Олег.
Крошечная, полусекундная заминка, которую кроме Олега никто и не заметил, и столь же беспристрастный, как и предыдущие, ответ:
– Да, мы уверены, что вы не представляете для нас угрозы.
– Ладно, уговорили, – горько, но в душе[26] почти ликуя, заявил Олег. – Что же, тогда еще два вопроса. Не против? Первый, если вас так уж действительно ничего не интересует, вы не против, чтоб мы пересекли ваши степи и поехали дальше? Сами будем с Черным Магом разбираться?
– Против, – ответил советник, разъяснив, почему именно так. – Никто не имеет права пересечь данные территории без покупки у нас такового права, вы не имеете ничего, что могло бы нас заинтересовать.
– Хорошо, – кивнул Олег. – Собственно говоря, я так и думал, потому второй вопрос – вы не против, если мы тут еще побудем? Я имею в виду не в этом лагере, а вообще тут в степи? Подумаем, так сказать, что вам еще предложить такого этакого, интересного?
– Вы можете пребывать на разрешенных территориях неограниченное время, имея право в любой момент покинуть его или же обратиться к нам с любыми предложениями, по вашему мнению способными нас заинтересовать.
– Ясно… Ну хоть проводника нам тогда дайте! А то кто его знает, что у вас тут разрешенное, что нет… Мы сами люди не местные, подробных карт в наличии не имеется…
– Хорошо, – согласился альв. – Вам будет дан проводник.
– Прекрасно! Значит договорились! Я всегда знал, что вы разумные люди (или нелюдь), а не чудовища какие-то, как вас народная молва изображает…
– Нам тоже было интересно с тобой познакомиться, вампир, – внезапно ответил альв, причем тот же самый.
Сделав жест своим спутникам следовать за ним, Олег покинул палатку совета, подождал, пока к ним присоединится заканчивающий вечернюю молитву Любослав, и устроил в машине боевой совет.
– Значит так, – начал вампир, – объясняю обстановку. Так уж случилось, что местные альвы оказались моими старыми знакомыми, которых я, правда, знал под другими именами. Старыми, но отнюдь не самыми любимыми. Мы в свое время, мягко говоря, несколько не сошлись характерами, причем наши философские противоречия столь глобальны, что мне бы не очень хотелось, чтоб альвы и дальше продолжали свое существование. К счастью, они меня не знают, однако они не дураки, и таких, как я, предпочитают держать под своим контролем. На запад они нас не пропустят. Никогда. Что бы я им не предложил. Потому придется их уничтожить. Всех, до последнего. Думаю, это займет какое-то время, Любослав, что там твои боги по поводу необходимости спешить говорят?
– Боги суть надеятяши на тебе, велики надежды возлагаши, говоряши, ты ведаешь суть, яко поступаши потребно.
– Молодцы! Не слышу вопросов? Неужели никого не интересует, как мы будем альвов уничтожать?
– Перестреляем этих козлов, которые нам жить мешают? – предположил Колян.
– Замочим в сортире? – высказал здравую идею Толян.
– Вызовем на честный бой, и сразим хладным железом? – с толикой усмешки предположил Всемир.
– Богов моляши, дабы пламень небесный на их главы падеши? – вставил свои пять копеек Любослав.
– Почти. Только есть небольшие нюансы. Перестрелять их не выйдет. Никак. В сортир они не ходят, потому и замочить там тоже не получится. На честный бой они не пойдут, а если и пойдут – хладного железа не боятся. Боги, если б могли так свободно всех небесным огнем испепелять, давно бы это уже сделали. А так, в целом, идеи здравые. Но поступим мы по-моему. План следующий. Сейчас мы отдыхаем, делая вид, что мы – эмалированные чайники, приехали сюда в турпоход. Завтра с утра проводим работы на местности, триангуляционным методом вычисляя, где находится тот легендарный град, который альвы, якобы, должны охранять до возвращения их хозяев. Затем обращаемся за помощью ко всем обиженным и несправедливо угнетенным, и вместе с ними едем этот город штурмовать. Дальше разбираемся на местности.
– Тричеляционным методом? – уточнил Колян.
– Не важно. Короче, альвы нам сами расскажут, как на этот сов. секретный объект попасть. Теперь ваши задачи. Толян. Завтра будешь рулить под моим чутким руководством. Тормозить и поворачивать, где я скажу. Колян. Зырь по сторонам. Подмечай все и всех, будешь рассказывать, если попадется что-то интересное. Всемир… Сиди и не рыпайся, в твоем понимании альвы действительно бессмертные, и ничего ты своей железкой с ними не сделаешь. Любослав. У тебя твоя котомка с разными жреческими травками при себе? Отлично. Поищи, будь добр, какие-нибудь мужские и женские травы. Идеальным вариантом был бы вереск и горечавка, если мне память не изменяет, другие комбинации не столь эффективно работают. Есть? Просто прекрасно, нет, пока с ними ничего не надо делать, дашь мне, когда попрошу. Все свои задачи поняли? Отлично. Тогда устраиваемся поудобнее, можете тут чувствовать себя, как дома. К тому шатру не подходить – там Горыныч, вряд ли он рискнет на нас напасть, но кто этих змиев знает, что им в башку взбрести может. Ах да, чуть ли не забыл… Видите альва, который стоит рядом с машиной и смотрит в нашу сторону? Это наш проводник. Он завтра нам покажет, где игла кощеева спрятана. В смысле сосредоточение силы альвов, источник их вечной жизни.
– Магический? – уточнил Всемир.
– Хм… Как тебе сказать… Точно не знаю, но если ты ожидаешь там встретить некий голубой кристалл, от которого идут колдовские волны, или озеро, доверху заполненной концентрированной живой водой – тебя ждет разочарование. Хотя и магией это тоже можно назвать, ведь тот же «Вепрь» – чем не магия? Железо с пластиком и стеклом, на резиновых круглых ногах, а бегает резвее любого коня! В таком смысле нас действительно ждет магия. Все, вводные даны, все свободны.
– Слышь, Олег? – уточнил Колян. – А паханов мочить будем? Мы тут с Толяном прикинули, охрана у них тут ни к черту, у нас еще динамита дофига с рыбалки осталось, заложим, подорвем…
– Динамит, это идея, конечно, хорошая. Но так мы делать не будем. Он нам еще для другого пригодится, да и не паханы это… Так, мелкие шестеры, что из себя крутых строят, реальный авторитет тут всего один, и уж он-то себя предпочитает не афишировать. Без него все остальные пукнуть не посмеют.
– Слышь, Толян, ты был прав, подстава это! Это в натуре выходит на лохов рассчитано, типа они тут буянить начнут, а их заметут конкретно…
– А то! – усмехнулся Толян, не без оснований предполагающий, что любой уважающий себя начальник первым делом позаботится о безопасности собственной шкуры, и лишь потом о всяких там мелочах, типа блага народного…
Довольные, что очень скоро осуществится их заветная мечта еще разик пострелять козлов, Колян с Толяном пошли на свежий воздух отмечать это дело, заправляя себя и машину пшенным самогоном (бочка с медовухой к этому времени уже закончилось), Олег тоже вышел на улицу, скрестив руки на груди и созерцая звездное небо.
– Послушай, Олег, – спросил подошедший Древощит. – Коли ты истину глаголешь, а не выпадало до сей поры мне в твоих словах усомниться, по силам твоим изжить со свету альвов проклятых. Но неужто дело сие благородное подождать не может? Коли Черный Маг свершит свое темное чародейство, в мир демонов призвав, поздно будет с ним бороться, альвы же не первый век тут живут, и не решат ничего ни дни, ни недели…
– Не решат, – не стал спорить Олег, – но живых альвов за своей спиной я оставлять не собираюсь. Понимаешь, Всемир, у меня даже нет никаких сомнений, что Черный Маг, может даже сам того не зная, действует с альвами заодно. Они ведь действительно не люди. Как бы мы не обманывались их внешностью. Они сторожевые псы. Их функция – нести охрану одного объекта, название которого тебе ничего не скажет. А что может быть проще, чем охранять что-то в пустом мире? Вторжение демонов им на руку, сами они демонам не нужны, те больше живых существ, с душой, любят, а у альвов нет души. У них ничего нет. Если демоны опустошат все земли, от края и до края, альвам будет легче нести свою службу. Такие вот дела, Всемир.
– Ты в этом уверен? – усомнился Древощит.
– Нет, – честно признал вампир, – хоть я с такими же, как они, не раз имел дело, ни в чем нельзя быть уверенным. Кроме того, что логика в поступках альвов есть всегда. Своя, нечеловеческая, но логика. Кстати, Всемир, ты тоже мог о них слышать. Из историй о старом мире, откуда ваши племена ушли в этот. Только уже под другим названием. Одно время они были известны как гиперборейцы.
– Гиперборейцы? – искренне удивился Всемир. – Но ведь предания гласят, что сие были могучие воины, что бросили вызов богам и были ими повержены…
– Вот-вот, могучие. Как альвы. Они даже внешне ничем не отличались. Вы ушли в этот мир до, или после княжения Святослава? Впрочем, не важно, он был не тем князем, что оставляют след в истории. А зря. Между прочим, выдающийся был воин, один из последних адептов культа гиперборейцев. Даже в хрониках он таким и остался, усатым, с чубом на голове и серьгой в ухе. Он был одним из последних, кто знал, что этот «оселедец» на самом деле должен значить… Это уже потом, через пять веков, такой вид стал с казаками ассоциироваться. В те же времена еще ходила средь людей память о гиперборейцах… А вот что богами они были повержены – это уже ложь. Не богами. Мной. Лично. Впрочем, это дела давно минувших дней… Пошли, Всемир, принюхайся – какие запахи! Ужинать пора.
Древощит больше не приставал к Олегу с вопросами, чувствовал, что вампир ему больше ничего не скажет. Потому и занялся более практичным делом – набиванием желудка всяческими деликатесами и не только, запивая все это (О, Блаженство!) настоящим эльфийским вином, которое даже в древние годы лишь князья могли себе по большим праздникам позволить пригубить.
Альвы незваных гостей по-прежнему игнорировали. Занимаясь своими, непонятными простым смертным, делами, они не то, что не следили – не смотрели в сторону богатырей, не бросая даже мельком взгляды. Другое дело, Горыныч – храбрый дракон, боящийся Олега, как самый трусливый ужик, так из шатра советников не вышел, лишь сквозь щелочку одной из своих голов наблюдая, на столь близкого, и столь же недоступного врага. Вампир это, естественно, заметил, и, сделав самое беззаботное выражение лица, дружелюбно помахал Горынычу рукой. Дракон на провокацию не поддался.
Наступила ночь. Сказочными переливами невиданных цветов переливалась в свете луны степь, но никому не было дела до сей красоты. Богатыри и волхв спали, альвы, казалось, вообще не воспринимают красоту окружающего мира, Олег, решивший, что сон подождет, предавался воспоминаниям, сладким и не очень, о делах давно минувших тысячелетий…
– Нет уж, господа хорошие, шалить я тут вам не позволю… – сам с собой говорил он, наблюдая искры далеких звезд.
Утром погода испортилась. Если все время до этого героев сопровождало чистое солнечное небо, то за ночь оно затянулось облаками, плавно перерастающими в грозовые тучи. Для полноты картины еще и похолодало, задул сильный ветер. Был бы тут, какой поэт, обязательно высказался бы по поводу того, что «в воздухе запахло тревогой». Однако все люди здесь были нормальные (а также нелюди, вампир и дракон), потому изменение погоды прошло мимо чьего-либо внимания.
Кроме погоды, ничего больше не изменилось. Альвы соблюдали нейтралитет, дракон не терял надежды уговорить альвов убить Олега, Олег не оставлял планов изничтожить и альвов и Горыныча. Его спутники послушно выполняли все указания вампира.
– Значит так, – заявил, после завтрака, Олег, – нам придется немного потесниться. Я тут ночью подумал, зачем нам приноравливаться к скорости альвийских коней? У нас есть свой железный конь-огонь, так что многоуважаемый альв поедет с нами. В салоне. Никто не против? Отлично. Альв, ты сам-то не против?
Последний вопрос относился к немому беспристрастному воину, сидящему рядом верхом на своем коне. Казалось, что он вообще не услышал, что ему что-то сказали, а если и услышал, то не понял, а если и понял, то не счел нужным отреагировать… Оказалось, что так только казалось. Через двенадцать секунд молчания «казак» спрыгнул со своего коня:
– Я не возражаю против контроля ваших перемещений, находясь в середине вашего транспортного средства.
– Отлично! Тогда все по местам, мы едем кататься по степи… Толян, помнишь наш уговор?
– Типа того, – подтвердил Толян.
– Прекрасно. Всемир, давай свою карту… И что-то, чем можно писать… Отлично. Тогда поехали!
«Вепрь» был большим внедорожником. Очень большим. Больше даже Хаммера H1, больше самых вместительных Тойот и Лэнд Роверов и хоть сиденья располагались всего в два ряда, шесть персон в нем разместились достаточно свободно. По настоянию Олега, он сам устроился у одной двери, рядом с собой посадил Любослава, потом Всемира и, наконец, альва. Когда все заняли свои места, Толян вдавил педаль газа, и машина тронулась.
– Толян, веди вон туда, на северо-запад, – указал Олег, внимательно наблюдая за показаниями спидометра и часов, делая по ходу какие-то загадочные заметки на выданном Всемиром пергаменте с картой.
Езда шла без особых приключений. Степь вокруг была откровенно скучна, единственный элемент пейзажа, выдающийся на общем фоне – альвы, и те приелись. Теперь уже никто не провожал глазами одинаковых всадников на одинаковых конях, каждый раз поражаясь идеальной осанке верховых и не менее идеальной походке их скакунов, хоть прямо сейчас на олимпиаду заявку подавай. Разговор никак не завязывался, присутствие альва всех угнетало, даже Коляна с Толяном, несмотря на их толстокожесть. А чтоб уж совсем скучно не было, Олег предложил послушать музыку…
Предложение внесло хоть какое-то разнообразие. Ни Толян, ни Колян не были особыми меломанами, предпочитая барабанной дроби пулевую дробь по стеклам машины конкурентов. Однако у Вована в машине музыка была в наличии, причем не столь очевидный шансон, не классика, не бардовские песни, не попса, а самый что ни на есть тяжелый рок. Русский. Восьмидесятых годов. «Алиса», «Ария», «Кино», «Янка Дягилева», «Гражданская Оборона»… Не совсем очевидный выбор для уважающего себя олигарха, народного депутата, главы финансово-промышленной группы, такой скорее лохматому рокеру средних лет подошел бы, но тут уж ничего не поделаешь. На вкус и цвет товарищей нет.
Увы, долго ехать с музыкальным сопровождением не удалось. Любослав и Всемир, типичные древнерусские волхв и богатырь, были несколько непривычны к подобной музыке – при первых же аккордах один упал на колени и начал молить демонов пощадить его, второй каким-то чудом умудрился выхватить меч и начать им размахивать (чудо заключалось в том, что никому при этом голову не отрубил). И ничего не помогало. Даже увещевания Олега, что это действительно музыка, и такое слушают, причем добровольно, а не во время пыток. Любослав слышал лишь вой и скрежет армии демонов, что пошла войной на божественные рати, что слышал Всемир – так и осталось загадкой, потому как с тех пор трех слов «давай послушаем музыку!» хватало, чтоб могучий воин и всемирно известный богатырь побелел, как мел, и задрожал, как осиновый лист.
Однако, хоть музыка и не скрасила дорогу, два часа прошли незаметно. Когда проводник-альв, до этого не реагировавший вообще ни на что, внезапно произнес:
– Остановитесь. Дальше вам находиться запрещено.
– Стой, Толян! – тут же скомандовал Олег, усердно делая пометки на пергаменте Всемира.
Толян послушно остановился, и столь же послушно, следуя указаниям вампира, развернул машину на 180 градусов и поехал обратно, не задавая лишние вопросы и не возмущаясь тому, что Олег принялся всеми командовать. Примерно через пол часа езды Олег дал новое указание:
– Стой. Теперь разворачивайся туда, на запад. Да, да, туда. Поехали.
Поехали. Олег сидел задумчивый, альв безразличный, остальные успешно делали недоумевающее выражение лиц. Проехали пол часа. Альв молчал, Олег задумался, и в очередной раз приказал поменять направление – теперь уже ехать на север. Повернули. Поехали. Без приключений. Проехали час. Степь по прежнему не менялась. Травы плюс альвы. Альв-проводник смотрел в одну точку, сохраняя идеально неживое выражение на лице. Так ничего и не сказал. И опять Олег велел остановиться, повернуть на юго-восток, и ехать вперед. Буквально через десять минут ожил альв:
– Остановитесь. Дальше вам находиться запрещено.
– Толян, тормози! Прекрасно! – довольный Олег потер руки, и принялся с бешенной скоростью строчить какие-то мелкие значки на обратной стороне пергамента. Наконец, получив нечто, похожее на результат, велел водителю. – Поворачивай на север, через пол часа притормози, и дальше опять на юго-восток. Я скажу, куда надо.
Толян, пожав плечами, послушно выполнил и эту команду. Пол часа на север, повернуть на юго-восток, проехать двадцать минут, остановиться.
– А теперь медленно, очень медленно вперед… – ухмыляясь, приказал вампир. – И тормози, как только наш приятель скажет, что дальше нельзя!
Приятель сказал. Всего через пол минуты. Свою коронную фразу.
– Остановитесь. Дальше вам находиться запрещено.
– Отлично! Теперь отъедь назад, метров сто хватит, и остановись. Все, друзья, мы приехали, выгружаемся.
Выгрузились. Только альв остался сидеть в машине, но никто особо не возражал – было сомнительно, что он решит поработать угонщиком. Нужна была бы альвам машина, они бы ее просто забрали, угонять было не в их стиле.
– Ну вот, теперь мы точно знаем, где находится то, что альвы сторожат, – радостно проинформировал остальных Олег. – Признаюсь честно – нам повезло, я думал, что поиски займут больше времени. Намного больше. Я был просто уверен, что мы в этой степи как минимум дней пять крутить будем, теперь же есть все шансы уже сегодня к вечеру с альвами покончить.
– Ты шутишь, Олег? – на всякий случай переспросил Всемир. – Как ты мог узнать, где есть тот град, что альвы стерегут?
– Логика, Древощит! Да, да, та самая логика (вряд ли ты знаешь это слово), которой у тебя не было и нет. Альвы логичны. Если им надо что-то оградить – они создадут вокруг этого чего-то закрытую для всех и вся зону. Ну а теперь подумай, какой эта зона должна быть формы, если заранее неизвестно, с какой стороны подкрадутся потенциальные враги? Логично, что круглая. Вот этот самый круг наш проводник и помог мне прочертить. По трем точкам. На первые две мы наткнулись абсолютно случайно, что до третей… Я, в принципе, догадывался, что радиус закрытой зоны они не меняют, как была в Атлантиде и Гиперборее тридцатикилометровая зона – так и осталось. Но на всякий случай проверил, третьей точкой – как видите, сошлось. Впрочем, – заметил Олег, видя всеобщее непонимание подобных геометрических построений, – это не важно. Короче, теперь я точно знаю, куда нам надо, сейчас позовем угнетенных и обиженных, разберемся с проводником, и вперед. Штурмовать. Любослав, давай сюда свои травы… Нет, никаких жаровен мне не надо, жарить на ужин будем. Вереск да горечавка. Достаточно.