Незаменимый человек. По следам пропавшего директора

От автора

Когда впервые был опубликован роман «Незаменимый человек», в мой адрес стали поступать многочисленные отклики от читателей, в которых они сообщали, насколько понравился им главный персонаж Марк Никитин. Попробую предположить почему. Эта история происходит в наши дни. Наглядно показаны будни и производственные процессы коммерческой компании, понятные многим современникам. Также доступно описан быт простых людей. Всё узнаваемо, так живут многие. Зачастую в этой обыденности нам не хватает положительных героев, способных продемонстрировать пример преодоления трудностей. Как раз Марк Никитин и есть такой герой. Прежде всего, он лидер, своё лидерство ему приходилось постоянно доказывать. Надо сказать, у него получалось неплохо, благодаря твёрдости характера, пытливости ума и, конечно же, физической силе. Он встречает настоящую любовь, и показывает всем, что это великое чувство, способное разрушить любые преграды, возникшие на пути любящих людей. Соблюден и главный принцип – добро побеждает зло.

Читатели настоятельно просили продолжить данную историю. Признаюсь, изначально делать это я не планировал. Но вот как-то пересматривал свои черновые материалы, обнаружил, что у моей истории действительно может быть продолжение, а многие моменты весьма любопытны и о них стоит рассказать. В результате кропотливой проработки, родился новый роман.

Часть 1

1

Генеральный директор нашего предприятия Беляева Лилия Романовна медленно прошлась по кабинету, потом остановилась у окна и долго наблюдала за стайкой голубей, перелетающих с крыши на карниз.

– Как с Вами быть, Марк Сергеевич? – задумчиво проговорила она. – Просто не знаю. В последнее время у нас провал за провалом, компания несёт серьёзные репутационные потери. Пора бы, наконец, задуматься, сделать работу над ошибками и двигаться дальше.

– Если я Вас чем-то не устраиваю, то могу уйти с работы, – отвечал я. – За место я не цепляюсь.

– Слыхали?! Уйдёт он! Неужто Вы угрожаете мне?

– Нет.

– Уйти, знаете, каждый сможет! А довести дело «до ума», поручено именно Вам. К тому же, это Ваш проект, и персональную ответственность с Вас никто не снимал! Скоро москвичи к нам приезжают, что мы им скажем?

– Скажем, как есть…

– Марк Сергеевич, мобилизуйте свои силы, продумайте план действий. В помощь Вам сотрудники клиентского отдела и их руководитель – Екатерина Юрьевна. Давайте уже работать, хватит хандрить! В общем, к концу следующей недели жду от Вас предложения. В противном случае нам «выкатят неустойку», из-за которой наш бизнес просто встанет, квалифицированный персонал придётся «выкинуть на улицу». Понимаете?

– Да.

– И отстаньте от Ольги. Вообще, забудьте о ней, переключитесь на работу. Сейчас Вы ей ничем помочь не сможете, только усугубите ситуацию. На Вашем месте я бы подумала о возвращении в свою прежнюю семью.

– Что Вы такое говорите, Лилия Романовна?!

– Для Вашего же блага, говорю Вам это.

– Обратной дороги у меня нет! К тому же, я люблю Олю…

– Мы все её любим, Марк Сергеевич. Но что толку? Давайте оставим бедную девочку на попечение специалистов медицинского учреждения, а сами займёмся своими прямыми обязанностями. От Ваших метаний и переживаний ничего не изменится, но дело, которым Вы занимаетесь, так и не двигается. Мы обязаны поддерживать бизнес «на плаву», в память о моём сыне, который создал наше предприятие.

Лилия Романовна обошла стол и «приземлилась» в своё кресло.

– Идите, Никитин, и без плана действий не возвращайтесь.

– Я понял Вас.

Собрал свои бумаги в папку, попрощался и покинул кабинет директора. Потом, идя по длинному коридору, пытался отогнать мрачные мысли. С Беляевой не поспоришь, она права, я совсем раскис.

– Соберись, Марк, давай! – говорил я себе. – Ведь ты всегда был борцом! Разложи всё по полочкам и найди выход!

Расклад на сей момент был таким: я, Марк Никитин – «без пяти минут» коммерческий директор консалтинговой фирмы «Современные Формы и Решения». Работа – часть моего бытия, и она всегда меня вдохновляла. За пару предыдущих лет с командой единомышленников удалось многого добиться. Помимо важных договоров с местными и областными клиентами, у нас был один глобальный контракт международного уровня, который требовал постоянного контроля, но в последнее время я оставил всё «на самотёк». Почему?.. Причина в моей личной жизни, которая в один момент разрушилась.

Два года назад я встретил Ольгу Ткачук, у нас сложились отношения, ради неё я ушёл из семьи. Моя Оля – голубоглазая блондинка, молодая, стройная, очаровательная и привлекательная, в общем, мечта любого мужчины. Вместе с тем была она особенной девушкой, обладающей необычными способностями, которые открылись у неё после автоаварии. В это сложно поверить, но я лично убедился в этом. Она умела читать мысли человека и видеть его ауру, также ей удавалось общаться с миром мёртвых. Благодаря дару медиума, девушка организовала для меня спиритический сеанс, и я смог поговорить со своим отцом, которого никогда не видел, узнал, кто были его враги, от рук которых он погиб.

Однако близкие люди, а также врачи не верили в способности Ольги, считали их проявлением болезни, ведь была и другая сторона – периодически её преследовали депрессивные состояния, приводившие к нервным срывам. В последний раз, находясь в состоянии аффекта, девушка пыталась покончить с собой. Её удалось спасти, но последствия были плачевными…

В настоящее время Ольга постоянно находилась в специализированном медицинском учреждении. Она не могла общаться и адекватно воспринимать действительность. Оставалось уповать на чудо, что девушка очнётся. Но шло время, а чудо так и не происходило. Такая ситуация вызывала у меня удручающе-гнетущее состояние.

После смерти своего отца – Евгения Ткачук – Ольга унаследовала крупный холдинг, которым управляла через доверенных лиц, вплоть до последних событий. Но в связи с её недееспособностью, холдинг возглавила Беляева (Евгений был её единственным сыном –примечание автора), кроме того Лилия Романовна лично руководила одним из предприятий, где я имел честь работать. Такой вот «многогранник» получился.

2

Примерно год назад по моей просьбе переоборудовали одну из переговорных комнат, которая с того момента стала моим кабинетом. До этого моё рабочее место находилось в клиентском отделе, собственно, именно туда я сейчас и направился, чтобы пообщаться с начальником отдела Артюх Екатериной Юрьевной.

Небольшое помещение внутри отдела, отделённое стеклянными перегородками и драпированное металлическими жалюзи, сотрудники называли боксом. В таком боксе был обустроен кабинет Екатерины.

– Марк, привет! – встречала меня Катя, когда я зашёл к ней. – Был у Беляевой?

– Привет, Катя. Ты угадала, я от директора. Лилия Романовна повелела нам разработать план.

– Какой ещё план?

– План мероприятий по выходу из создавшейся ситуации. Наши партнёры заморозили очередной платёж из-за нестыковок в пусковом регламенте. У нас «срываются» сроки начала производства. Чтобы процесс пошёл, в регламенте необходимо сделать правки и привести его в соответствие с Европейскими стандартами. Но сейчас подобный «апгрейд» технически невозможен, да и времени уже нет.

– Марк, слетай в Москву, поговори с их директором.

– А смысл? По телефону мы уже общались, их позиция однозначна – надо переделывать. В противном случае партнёры откажутся от наших услуг и выставят неустойку.

– Хочешь, я поеду с тобой?

– Я подумаю.

За время совместной работы с Екатериной сложились тёплые дружеские отношения. Она была в курсе моих личных дел, я полностью доверял ей и часто делился с ней своими переживаниями.

– Как Ольга? – спросила Артюх после небольшой паузы.

– Без изменений.

– Понятно.

– Ладно, Кать, пойду я. Позвони мне, если что надумаешь.

– Хорошо, Марк.

Покинул аудиторию клиентского отдела и вернулся к себе. Но не успел разложить бумаги, как раздался звонок стационарного телефона. Сняв трубку, услышал голос секретаря:

– Марк Сергеевич, к Вам следователь.

– Следователь? – удивился я.

– Да, из Следственного комитета, Вас спрашивает.

– Понятно. Если Вам не сложно, проводите человека ко мне.

Через некоторое время дверь открылась, и в кабинет вошла Наталья Игоревна Грачёва, до этого я знал её как старшего следователя Областной прокуратуры. Будучи раньше «жгучей» брюнеткой, она перекрасила волосы в каштановый цвет. Женщина средних лет, весьма привлекательна, а экспериментировать с цветом волос никому не запрещено, тем более, если человеку это подходит.

– Здравствуйте, Наталья Игоревна. Чем обязан? – дежурно спросил я. – Присаживайтесь.

– Добрый день, Марк Сергеевич, у меня к Вам разговор, – садясь к столу, сказала Грачёва.

– Обычно Вы сами вызываете к себе, а тут вдруг лично решили приехать. Что-то срочное?

– Иногда, знаете, полезно выехать из стен нашего ведомства. Главное, что повод есть.

– Видимо повод весьма серьёзный.

– Можете не сомневаться, – заверила она, открыв свою папку. – Пару лет назад пропал Ваш босс Денис Валерьевич Синицын. По факту его исчезновения было возбуждено дело, но вскоре по объективным причинам расследование прекратили. В данный момент дело было отправлено на доработку.

– Зачем?

– Что значит зачем?

– Вы же сами тогда говорили: «Нет тела, нет дела». Не так ли?

– Всё верно. Дело, действительно уже давно «пылилось» на полке, и претендовало к сдаче в архив.

– Ну и?..

– Видите ли, с недавних пор в нашем ведомстве произошли большие изменения. Следственный комитет стал самостоятельной структурой и сейчас занимается раскрытием сложных и тяжких уголовных преступлений, а Прокуратуре оставили функции надзора за выполнением законодательства. Слышали, наверное?

– Нет. И призна́юсь, никогда этим не интересовался.

– Ну и ладно. Так вот в связи с последними пертурбациями, у нас была проверка, которая в истории с Синицыным выявила много «белых пятен». Мне поручили ещё раз изучить недостающие моменты. Поэтому сегодня я решила в очередной раз встретиться с Вами, как с основным свидетелем.

– Что ж, слушаю Вас внимательно.

– Из допроса Беляевой Лилии Романовны – генерального директора Вашего предприятия – стало известно, что господин Синицын был убит группой лиц, которыми руководил Климов Павел Александрович…

– Он же Кабанов, – поправил я. – Что является его настоящей фамилией.

Не обращая внимания на мою реплику, Грачёва продолжила:

– Доверять словам Беляевой на все сто процентов нельзя. Во время допроса женщина была сильно напугана и находилась в подавленном состоянии, путала фразы. К тому же эти показания пересказаны со слов её бывшего сожителя – Тимофеева Виктора Михайловича, умершего накануне в результате несчастного случая. Проверить эти показания никак нельзя, ведь и Климова также уже нет в живых. Удостовериться в подлинности событий не представляется возможным.

– Понимаю. Кабанов и Тимофеев были основными фигурантами.

– Получается, Вы единственный, кто последним общался с Синицыным. Вместе с ним Вы поехали в командировку в Москву, из которой Денис Валерьевич не вернулся.

– В тот день, когда предположительно он пропал, мы пообщались. Денис Валерьевич не стал раскрывать подробности своего сотрудничества с бандитами, на этом мы и разошлись. Больше я его не видел. Позднее Беляева сообщила, что Синицына убили, я склонен доверять ей. Чего ещё надо? Не понимаю, зачем по десять раз ко мне приходить и отвлекать от дел?

– У меня работа такая.

– Наталья Игоревна, скажу честно, я не люблю наши беседы. Когда я впервые попал к Вам на допрос, меня просто поразил один момент: вместо того чтобы действовать оперативно в поимке преступников, Вы стали искать в моих словах противоречия, потом обвинили меня в том, что информация основана на домыслах и догадках, попытках мыслить логически.

– В Ваших показаниях не было ни одного факта, тем более доказательств вины подозреваемых. Как по-Вашему поступил бы следователь?

– Полагаю, если на человека, пускай даже невиновного, брошена тень подозрений, Вы просто обязаны проверить полученную информацию.

– Знаете, в нашем ведомстве не так много людей работает, чтобы иметь время пропускать через «горнило» проверок каждого гражданина. Если доказательства есть, то мы работаем целенаправленно и быстро. Повторюсь ещё раз: обвинение должно строиться на чёткой доказательной базе, в этом смысл юриспруденции.

– Что толку от Вашей чёткости?..

– Марк Сергеевич, прошу Вас, уймите эмоции, сейчас я на Вашей стороне…

Неожиданно наша беседа была прервана, в дверь постучали.

– Да, да! – прореагировал я. – Открыто!

В кабинет вошла Екатерина Артюх и с ходу выпалила:

– Марк, только что позвонили из Москвы…

Но увидев Грачёву, она несколько смутилась.

– Простите, я наверно не вовремя?..

– Говорите, Екатерина Юрьевна, – спокойно попросил я.

– В воскресенье вечером к нам прилетает делегация технических специалистов. В понедельник с утра хотят собраться у нас с целью рассмотрения вопросов, возникших при утверждении пускового регламента. Сейчас я должна уехать, до конца дня меня не будет. Поэтому и зашла сообщить…

– Спасибо за информацию.

Ещё раз извинившись, Артюх покинула кабинет.

– Могу поспорить, Марк Сергеевич, что у Вас с Екатериной Юрьевной не только деловые отношения, – улыбнувшись, сказала Грачёва после небольшого молчания.

– Почему Вы так решили?

– Это же очевидно, Вы так на неё смотрели.

– Как?

– Ну, как любовник.

– Возможно, но Ваш дедуктивный метод несколько исказил картину наших отношений.

– Неужели?

– Мы родственники – брат с сестрой. Сообщаю Вам это по секрету, поскольку в компании об этом никто не знает.

– Подумать только, как всё сложно! Подождите, у Вас с ней отчества разные.

– Всё объяснимо, наш отец был дважды женат, Катю удочерил и воспитал отчим.

– М-да. Что ж, Марк Сергеевич, давайте оставим Ваши семейные тайны и вернёмся к нашей теме. Итак, я хочу знать о Синицыне всё! Что конкретно Вы можете сказать о нём? Если угодно, дайте ему свою характеристику. Расскажите подробно, что знаете, в том числе о той злосчастной командировке в Москву. Обещаю, что не буду упрекать Вас за дилетантские выводы.

Немного подумав, я согласился рассказать следователю историю двухлетней давности.

– Синицын Денис Валерьевич являлся коммерческим директором нашего предприятия. В компанию «Современные Формы и Решения» его пригласил учредитель – Ткачук Евгений Павлович. Они дружили с детства, доверяли друг другу, позднее вместе строили бизнес. Изначально фирма была создана Ткачуком для своей матери – Беляевой Лилии Романовны…

– Ах, да! Евгений Ткачук – сын Беляевой!..

Грачёва, что-то записала себе в блокнот, а я продолжил:

– Итак, Лилию Романовну назначили генеральным директором, а Синицын стал её первым замом по коммерции. Будучи человеком тщеславным, Денис Валерьевич категорически не принял такой расклад, но Евгений Ткачук, и слушать его не стал. С этого момента Синицын затаил злобу на своего товарища, в том числе и на Беляеву. Однажды судьба свела его с Борисом Богуславским, Виктором Тимофеевым и Павлом Кабановым, которые ещё с Советских времён входили в состав банды. Эту банду сформировал отец Бориса – Богуславский Семён Иосифович, известный в криминальном мире, как Сеня Богуславский. Именно с этими бандитами мой отец Зорин Сергей Иванович, работая оперативником в уголовном розыске, вёл «непримиримую войну», но в неравной борьбе был убит. И как Вы понимаете, у меня к ним особые счёты.

– Да, понимаю.

– В конце девяностых годов, бандиты переформатировали структуру. Под видом охранного предприятия, названного «БТК-99», создали организованную преступную группировку. БТК – это аббревиатура от первых букв фамилий Богуславский-Тимофеев-Кабанов. Павел Кабанов, сбежав из колонии, сменил фамилию на Климов.

– Так, Марк Сергеевич, мы опять отвлеклись. Значит, Синицын якобы обратился к бандитам и «излил им душу». Именно это Вы хотели сказать?

– Да, именно. Синицын сошёлся с бандитами из БТК и предложил дерзкий план, в ходе которого он надеялся получить фирму «Современные Формы и Решения» в единоличное управление. На откуп бандитам отходили все остальные предприятия холдинга. Но для этого необходимо было физическое устранение Евгения Ткачука и Лилии Романовны. Один из членов банды Виктор Михайлович Тимофеев, по согласованию с Борисом Богуславским, подкорректировал этот план. Через Синицына он «втёрся» в доверие к Беляевой и стал её сожителем, намереваясь в дальнейшем официально оформить отношения. Фиктивный брак с Лилией Романовной, как Вы понимаете, нужен был Тимофееву, чтобы без особых усилий присвоить всё её имущество.

– Ну, логично. Но, как я понимаю, всё же до брака не дошло.

– Не дошло. Первым делом замышлялось убийство главы холдинга Евгения Ткачука. К тому моменту все активы Евгений Павлович переписал на свою единственную дочь – Ольгу Ткачук. Узнав об этом, бандиты в очередной раз подкорректировали свои действия, решив устранить, в том числе и Ольгу. Выждав момент, когда отец и дочь поедут вместе на машине, подстроили автоаварию на загородной трассе. В этой аварии погиб Евгений Павлович, но Ольга каким-то чудом осталась жива. Тогда-то у бандитов всё пошло не так, как планировалось изначально. Это заставило их нервничать и совершать ошибки.

– Марк Сергеевич, каковы источники Вашей информации?

– Об этом рассказала мне Лилия Романовна после того, как Тимофеев в пьяном угаре открыл ей всю правду. А подробности смертельного ДТП я узнал от Ольги. С ней мы случайно познакомились, спустя два года после той аварии.

– Познакомились случайно?

– Думаю, это была судьба. Мы полюбили друг друга и стали жить вместе. Независимо от этого я устроился на работу в компанию «Современные Формы и Решения», пройдя конкурсный отбор.

– То есть Вы хотите сказать, что, устраиваясь на работу, не знали, что Беляева и Ольга Ткачук являются родственниками?

– Представьте себе, не знал. Это выяснилось позднее, как собственно и то, что у нас с Ольгой общие враги из банды БТК. Такое вот совпадение.

– М-да, понятно. Бандиты преследовали Вас?

– Преследовали.

– Как они проявляли свои намерения?

– За нами с Ольгой установили постоянную слежку. Несколько раз на меня пытались напасть, но благодаря своим навыкам, я смог переломить ход событий в свою пользу.

– О каких навыках Вы говорите?

– Мне довелось служить в спецподразделении, где я приобрёл уникальный опыт, в том числе приёмы ведения рукопашного боя.

– Именно поэтому все основные персонажи БТК «ушли на тот свет». Так, Марк Сергеевич?

– Силу я применял лишь в открытом бою против исполнителей. А смерть главарей – это уже не моя заслуга. Их гибель связана с чередой разного рода обстоятельств. Например, Виктор Михайлович Тимофеев спьяну устроил скандал с Беляевой, потерял равновесие и неудачно упал, ударившись головой, а после скончался. У Бориса Богуславского был плохой водитель, и они слетели в пропасть на перевале Сим. Павел Кабанов умер от сердечного приступа. Но для меня главное, что с бандой БТК было покончено.

– Давайте всё же вернёмся к Синицыну. Что там с совместной командировкой?

– Денис Валерьевич лично курировал проект по запуску российско-германского производства, я отвечал за комплекс мероприятий между подрядчиками. Штаб-квартира генерального подрядчика находится в Москве. В той командировке особой необходимости не было, но по настоянию Синицына, в Москву мы отправились вместе. Однако, как выяснилось, это была очередная ловушка, устроенная для меня бандитами.

– Вы считаете, что это была ловушка, и Вас хотели убить?

– Да, я так считаю. Бандиты были осведомлены о наших планах и всех перемещениях. Кабанов со своими «головорезами» должен был заниматься моим устранением, обеспечив алиби для Синицына.

– Как же тогда получилось, что Вы остались невредимы, а Денис Валерьевич исчез?

– По прибытии в Москву, мне удалось нейтрализовать их группу и избежать последствий.

– Вы сказали, что на тот момент подозревали Синицына в связях с бандитами. Как Вы собирались поступить?

– Я всего лишь хотел морально «надавить» на него, чтобы тот покаялся, сам пришёл в милицию и сдал подельников. Но обстоятельства сложились по-другому. Синицын пал жертвой от рук своих же друзей. Вот, собственно, и вся история.

– Марк Сергеевич, это официальная версия, которая была озвучена в суде, она мне знакома.

– Что же Вы ещё хотели услышать?

– Камера видеонаблюдения зафиксировала Вас с Синицыным во время общения в ресторане гостиницы в тот самый вечер, когда он исчез. О чём Вы говорили?

– Денис Валерьевич был инициатором встречи и хотел попрощаться со мной, поскольку собирался остаться на несколько дней в Москве, чтобы посетить своих бывших сослуживцев.

– По всей видимости, директор хотел угостить Вас пирожным, надеясь на тёплую встречу.

– Возможно.

– Некоторое время Вы с ним беседовали, но к еде так и не притронулись и даже чай пить не стали. Когда Вы ушли из ресторана, Синицын со злости швырнул угощения в сторону, на кадрах заметно, что он вне себя от ярости. И в таком состоянии Денис Валерьевич покинул заведение, а затем пропал. Так о чём Вы всё-таки говорили? Что его так разозлило?

– Мы говорили о банде БТК.

– Могу предположить, Марк Сергеевич, решив вывести Синицына «на чистую воду», Вы сказали ему нечто весьма неприятное.

– И что?

– А то! Человек, находясь в состоянии аффекта или в крайне нервном возбуждении, способен на неадекватные поступки.

– Я действительно изложил Синицыну свою версию развития тех событий, указав мотивы его поступков. Думаю, я был близок к правде, это его и взбесило.

– Интересно, куда же потом направился Ваш директор?

– Я не настолько провидец, чтобы делать какие-либо выводы. Что касается Дениса Валерьевича, лично мне всё равно, куда он после этого направился и чем занимался. Для меня этот человек – предатель, который ради своей корысти подставил лучшего друга Евгения Ткачука. Если Синицына убили, то туда ему и дорога. Собаке – собачья смерть!

– Успокойтесь, Никитин.

– Я спокоен.

– Позднее нам стало известно, что через три дня после того, как Вы с ним расстались, в одном из столичных отделений банка, человеком, предъявившим паспорт Синицына, со счетов была снята крупная сумма денег.

– Большая сумма?

– Три миллиона наличными. Ещё восемь миллионов были переведены на подставной расчётный счёт, судьба этих средств так и остаётся неясной. Возможно, на эти действия его подвигли бандиты, сначала забрали у него все сбережения, а потом «пустили человека в расход». Есть ещё предположение, что в банк приходил не Денис Валерьевич, а загримированный под него человек.

– Надо же.

– Позвольте задать Вам последний вопрос.

– Конечно, Наталья Игоревна, спрашивайте.

– Марк Сергеевич, Вы не допускаете мысли, что Денис Валерьевич сейчас жив?

Этот вопрос прозвучал несколько неожиданно, ведь я смирился с версией, что Синицына убили его подельники. Вместо ответа я пожал плечами.

– Ладно, с Вами всё понятно, – вздохнула Наталья Игоревна. – Наша сегодняшняя встреча – всего лишь формальность. Просто хотелось уточнить некоторые моменты и освежить в памяти те события.

– Если наш разговор – формальность, стоило ли тогда ехать ко мне через весь город?