Загадки Библии. Части пятая и шестая

Глава 15. Условие бессмертия души

«Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную».

Непонятно. Мария обратила слово Мир.

Обрат Мир- Рим. Тогда становится понятным. Кому нравятся законы древнего жестокого Рима в этом мире, тот погубит свою душу. Чья душа ненавидит эти законы, та сохранит себя для жизни вечной.

Рим не есть наш внешний Рим. Это наименование всего дикого и жестокого древнего Рима во все времена во всей Вселенной.

Глава 16. Преломление хлеба

Махатмы: «Делимость не в разделении духа, а именно в отделении частицы себя, для помощи другим. Выделяется полная частица от полноты сердца. Всё существо устремляется в сострадании к немощному, это как хлеб преломить. Хлеб посеял сеятель, поливал потом и кровью земледелец, взрастил дух Милосердия, сжал человек, испёк булочник. Он полон трудом многих. И потому хлеб – Белл – красивый – всему голова.

Именно преломление хлеба, а не отрезание. Отрезая хлеб, человек как бы рассчитывает сколько кому отрезать, а преломляя хлеб, он преломит столько, сколько нужно страждущему. За этим следит Сам Господь, чтобы и дающий не оскудел, и получающий выздоровел.

Глава 17. Безработица

Насколько Мария поняла, безработица явилась от порока.

Священник у Сомерсет Моэма боролся с падшей женщиной. Вся компания в этом рассказе оказалась не у дел, и только распутная тотчас явила своё дело. В той ситуации она оказалась меньшим из зол, так как спасала мужчин от скуки безделья.

Фанатик бросился к мельнице, как Дон- Кихот Ламанчский, и против чего боролся, на то и напоролся.

Он много говорил, хотя было бы гораздо лучше, если бы он помог женщине материально. А если нет материала, то о чём говорить? Как раз у женщины оказалось много материала, а против этого, словам устоять трудно.

Порок Мария поняла, как поротое око, а поротого человека легко забить и выхолостить до такой степени, что он потеряет всякий вкус к реальному труду. Какой такой труд был у этого гражданина? Он боролся с собственной природой здорового самца какой-то выдуманной силой своей воли, то есть порол отсебятину, а Природа смотрела на него и печалилась, так как под Её руководством, он смог бы найти даму себе подобную, и тем утолить свои печали. Природу не обманешь, хоть умри. Да и зачем?

Кому было бы плохо, если бы этот гражданин справлял естественные потребности с собственной женой, как и постановила Природа. Так нет. Он жену превратил в сушёную воблу, а себя в голодного волка, который интуитивно искал, где бы утолить голод. Вот он и нашёл пищу, но, как длительно голодавшему нельзя есть сразу много, так и он пролетел по этому параметру.

То же можно сказать и о рабах, которых до того запороли, что они получили отвращение ко всякой работе.

Ни одна революция нашего мира не спасет человека от этого порока.

Во сне Марии сказали – У человека никогда ничего не получится!

И она посмотрела на мир. И видит. У человека ничего не получается, потому что секунды не проходит без войны, насилия, разврата и убийства. Помимо этого внутренние болезни обостряются без всех этих внешних факторов, и наши больницы, яркий пример того.

Ни одной вещи не сотворила Природа без надобности в ней. Природа сотворила работу, и весь животный мир земли трудится, добывая себе пищу, для того, чтобы жить.

И только поротый человек обратился в хитрого лентяя, делая вид.

Недалеко еще ушел наш мир от крепостного права и порки.

Во внутреннем мире происходит то же самое.

И не раз и не два Мария скулила, – Почему я! Почему у меня нет внешних помощников. Как хочется переложить мою работу на плечи других, а самой жить у Христа за пазухой.

Мне одной не осилить такую массу нового материала.

Но, не очнулся еще народ от древней порки, и нет у него желания исследовать все новое, что является на путях за Христом.

Внутренние Апостолы обеспечивают весь внутренний народ удивительным чувством меры.

Деяния святых Апостолов: «Не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, предавая их, приносили цену преданного и полагали к ногам Апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду».

Мария поняла этот постулат именно как выдачу благой соразмерности во всём и так, чтобы любой комплекс обратился в Благо.

Благоразумие – Благой Разум.

У нас нижних многое наперекосяк. Одни слишком буйные, другие слишком тихие, третьи слишком высокомерные, четвертые слишком унижающие самих себя и так далее. Если же все это отдать ученикам Господа, они каждому добавят то, в чем он имеет нужду.

Если высокомерному отдать долю смирения, то явится чувство человеческого достоинства, которое отлично знает перед кем унизиться, перед кем возвысить голос, а кого утешить славной и прозрачной притчей.

Но нам отсебятиной, никогда не добыть этого Блага, так как не мы сотворили соразмерность во всём. Нам нужно только довериться тем, кто выдаёт это чудо не словами, а работой, но мы боимся, так как нам кажется, что у нас отнимут что-то невероятно ценное, хотя мы понятия не имеем об истинных ценностях.

Так что мы пока не имеем понятия об истинной работе, предназначенной человеку.

Оттого и страдаем от безработицы.

Нам гораздо легче верить картону Библии, хотя Библия – вещь коварная. И разве мало будет работы у человека, если он все-таки выведет все это коварство на чистую воду. А коварства там много.

В сценарии сна мастер дзюдо все-таки избила Марию. Именно в этот день в ней во весь рост поднялось осуждение этих непонятных грешников Библии.

Очень четкий голос предупредил, – Сейчас тебя будет бить мастер Дзюдо.

Тотчас заболели суставы рук. Левая больше, правая меньше. Внутри явилось недоумение.

Мария не понимала этого подъёма злого суда изнутри её души, но Подсказка сказала, – Программу не нарушать! Программа должна быть цельной.

Поэтому Мария думает, что и осуждение поднялось недаром. У «якобы» грешников, оказывается, есть отличная защита против легкомысленных осудителей человеческих.

Но любой грех – это клей.

Думается, что клей – универсальное понятие, и там где царит легкомыслие, обязательно явится клей. Приклеилось же к Марии осуждение на основании слов из бумаги Библии, и она рефреном повторяла осудительные слова, ничего не понимая в этих осуждениях.

Клей – это сила. Когда Мария пришла к своей вере, ей хотелось нестись по миру и всем и каждому говорить о своём Боге. Она хотела стать клеем, и стала противна самой себе, хотя не понимала причины этого.

В нашей жизни это видно. Когда человек ничего не видит, кроме предмета своей страсти, он только об этом и говорит. Но не каждый может слушать о чужой страсти, так как у него своей полным-полно.

– О чем же тогда говорить?

– Да и не нужно говорить. Лучше исследовать истоки собственной страсти до той поры, пока тебе не позволят говорить.

– Но, если ты говоришь, что ползла внутри Писаний, как в густом тесте, то зачем подожгла его? Почему не исследовала все это тесто?

– А чего его исследовать. На это исследование тысячелетий не хватит. Я же не тесто исследовала, я добывала то, что спрятано в нем.

А мне это тесто – тесты уже давно опостылели. Христос позволил мне спалить их.

В одном из снов дом Марии загорелся. Она стоит и думает, – Нужно спасать вещи. Но такая лень образовалась, что она подумала, – Да гори оно всё, синим пламенем!

Так что и лень на службе у Господа тоже приносит пользу.

– Почему синим пламенем?

– Син, или Зин- Тайна. И в радуге сначала фиолетовый цвет, потом синий. Для Марии фиолет – это сумерки, вслед за которыми является синь небес. В сумерках – сумеречная тайна. В синем – ясность сущности Тайны. Так что синее пламя, благое пламя.

Сумеречная тайна, тоже Син. Эта Тайна в сумерках.

Махатмы: «В низких слоях затемненные сознания творят потемки, но чем выше сознание и мысль, тем светлее нерукотворное сияние».

Апостол Павел: «Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан. А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше».

Марии надоели эти потемки, потому что в них можно бродить вечность.

Ей хочется ясности, и сгорели потемки синим пламенем.

– А что же змий?

– Змий – в данном постулате, это и есть Язык Иисуса. «Иисус, восклонившись и не видя никого, кроме женщины, сказал ей: женщина! где твои обвинители? никто не осудил тебя? Она отвечала: никто, Господи. Иисус сказал ей: и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши».

Однако, попробуй не греши впредь, если сам Иисус не скажет так.

Иисус свое Слово, как каленым железом прожигает прямо в сердце. И после Его прожига, уже ни кому не хочется клеиться насильно.

Змия скопировали, и этих змиев развелось видимо- невидимо.

И язык чувств, стал ядовитым опять же по воле человека.

Змий – это язык всего поведения сущности. Поведения разные. Соломон: «Человек лукавый, человек нечестивый ходит со лживыми устами, мигает глазами своими, говорит ногами своими, дает знаки пальцами своими. Коварство в сердце его: он умышляет зло во всякое время, сеет раздоры».

– А почему мужчины постоянно клеятся к одинокой и красивой женщине?

– Думаю, что им срочно понадобилась жизнь, так как, по моему понятию, жизнь – это женщина желанная. Хоть какая, но жизнь. Но приязнь, или неприязнь приходит после познания.

Мы говорим: «Я познал жизнь в нищете. Я познал жизнь в роскоши. Я познал жизнь в темнице. Да пропади она пропадом, такая жизнь. О! Как прекрасна жизнь!». И так далее. Мы каждый день познаём жизнь, каждый день делаем свои выводы из этого познания, но если после познания глаза бы не смотрели на предмет познания, то это история Фамари и Амнона – детей царя Давида.

Однако, все-таки лучше познать, чем томиться жаждой познания вечно, так как «Надежда, долго не сбывающаяся, томит сердце, а исполнившееся желание – как древо жизни».

– Какое древо жизни, если Амнона затошнило от Фамари?

– Но это все-таки древо. Амнон познал, он сделал вывод. Он сотворил нехорошее дело, но если бы он его не сотворил, как могли бы понять люди, что это дело нехорошее. До этого инцидента дикий народ не понимал этого.

Жизнь, как и женщину нельзя насиловать. Имеется в виду все живое на земле от червяка до человека.

Жизнь, как и женщина счастлива только тогда, когда ее завоевывают любовью и почтением.

Жизнь часто уступает насилию, но мир видит плоды этого насилия во всех аспектах.

Гаремы востока были переполнены несчастными Фамарями, а что творилось в этих гаремах, об этом знает мир.

– А кто больше достоин уважения? Тот, кто боится, но идёт, или тот, кто боится и стоит.

– Люди говорят, – Если собака злая, то лучше стоять, чем руками махать.

Живая собака бывает кусачей, только от жизни собачьей. На неё пустыми руками махать не нужно, но в руке нести нужно.

– Что нести?

– Что любит весь мир, то и нести.

Глава 18. Авель

Евангелие от Филиппа, – Осел, ходя вокруг жернова, сделал сто миль, шагая. Когда его отвязали, он находился все на том же месте. Есть люди, которые много ходят и никуда не продвигаются. Когда вечер настал для них, они не увидели ни города, ни села, ни творения, ни природы, ни силы, ни ангела. Напрасно несчастные трудились.

– Что же я, осел? – удивилась Мария.

В ночь пришел сценарий сна.

Мария живет на высокой горе. Там все ее хозяйство. Дом. Рядом с домом небольшие сараи и пара навесов.

Мария подошла к двери своего сарая и попыталась нарисовать на ней мужчину. Начала рисовать с головы. Не получилось. Голова мужчины ушла куда-то вниз и перевернулась. Тогда она начала пририсовывать к этой голове, остальные части тела. Пририсовала бороду. Получилось. В это время, откуда-то с левой стороны потянуло дымом. Мария посмотрела в ту сторону и увидела, что от ветра начали тлеть дрова у третьего навеса. Но этот навес не ее. Он принадлежит соседям. Мария подумала, – Залить водой или сам погаснет?

Она обернулась к своему дому, и вдруг, забыв про тлеющий навес, закричала в неописуемом восторге, – Красота какая!

Такая красота, что трудно выразить. За горой образовалась широкая лощина. За лощиной тоже горы. Горы покрыты густым, высоким лесом. И все это покрыто сине-голубовато-белым туманом, или инеем, или просто красками, понять трудно. Но от этой красоты дух захватило.

Мария визжала, – Ой! Ой! Не могу! Умру от этой красоты!

Но, вместо смерти, явилось вдохновение. Мария подошла к большому мольберту, который стоял рядом с ее домом, и бросила несколько штрихов карандашом. Тотчас явился мальчик лет тринадцати, который лежал на траве на коврике. Руки поддерживали голову, а мальчишка, болтая в воздухе босыми ногами, тоже смотрел в сторону этой красоты. Мария отошла подальше, чтобы посмотреть, как смотрится мальчик со стороны. Когда она повернулась, то увидела, что мальчик лежит уже лицом к ней. Поза все та же.

Мария ласково спросила, – Ты зачем перевернулся!

А он отвечает, – Мне так удобнее!

В этот момент Мария проснулась и воскликнула, – Ну и осел же я! Авель! Это же Авель!

Потом она же удивляясь на себя, и обратившись вновь в осла, спросила сама себя, – А почему, собственно, Авель?

– А, потому, – опять ответила Мария сама себе, – Как я думаю, Авель это образ вдохновения.

Авель явился для творческого труда, именно того труда, который люди любят больше всего. Этот труд тяжел, но они его любят даже тогда, когда у них поначалу ничего не получается.

Всех этих людей посещает вдохновение, так как без вдохновения нет настоящего искусства, хотя есть много ширпотреба.

Вдохновение касается не только людей искусства. Оно касается всех живых. И мы это понимаем. Каждый, кто любит свою работу, и выдает лучшую работу. Даже обычный хлеб, каждый выпекает по своему вдохновению.

Просто вдохновение легче понять на примерах искусства, литературы, музыки и танца.

Вдохновение явилось от Господа: «И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою».

Это дыхание – вдохновение Мария ощутила в сценарии сна. Когда она бросила несколько штрихов карандашом, она даже не знала, кого желает нарисовать. Но явилось Вдохновение от Господа, и тотчас явился мальчик. Мало того, что явился, но он принял ту позу, которая его устраивала больше всего. И это не напрасно показано. Это показано для того, чтобы Мария поняла Вдохновение.

«Много замыслов в сердце человека, но состоится только определенное Господом».

Определенное Господом всегда великолепно. И мы все это видим и понимаем. Это же понимают и все люди творческого труда, которыми руководит Господь.

Голсуорси создал великолепную Сагу о Форсайтах. Но он сам говорил, – Я хотел создать образ Флер по моему замыслу, а она вырвалась из моих рук и стала тем, чем захотела стать. Она стала живой.

И тут работа Авеля.

Об Ирэн он сказал, – Ирэн у меня получилась мертвая.

И тут работа Каина.

Мария вспомнила, что ее внимание отвлек запах дыма от чужого навеса. Это не случайно. Ее поразили красотой, и она начисто забыла о первой неудачной попытке нарисовать мужчину.

И люди могут понять это по себе. Когда нет вдохновения, крокодил не ловится и не растет кокос. И все из рук валится.

Остается только нанизывать слова на слова, и лепить каменное ожерелье для нежной живой шеи.

Однако народное сердце не обманешь. Голсуорси навязал свою мертвую красавицу Ирэн людям, но Флер милее и живее.

Народ всего мира восхищается Сикстинской Мадонной, потому что художник не противился воле Господа. И все, что вошло в сокровищницу мирового творчества, это все то, за что проголосовало большинство народа.

Авель духовный – есть пастырь овец, а овцами называют нас, нижних людей.

Не думаю, что Рафаэль обиделся бы за то, что его пас Авель.

Тот мальчик, которого Мария нарисовала, он уже есть в произведении земного художника.

Этот мальчик, спускаясь по лестнице жизни от незримого, к зримому, остается тем образом, который определил ему Господь.

Образ Авеля универсальный, как многие символы Писаний.

Авель – это вдохновение от Господа.

Авель – это и дыхание живой жизни.

В нашем мире это просто дыхание наших легких, но и наш мир знает, что он задыхается не только в отравленной атмосфере воздуха, но и в отравленной атмосфере мысли, не имеющей причины быть.

А рука внешнего художника, это как последний штрих к портрету Авеля, запечатленному на холсте.

Ангела воплотили в образе и показали всему миру. И теперь Мария поняла, что если явилось Вдохновение, оно от внутреннего Авеля.

Если во многотомном сочинении, затерялась одна строка от Вдохновения, она уже бессмертна, и мир ее найдет и она станет во главу угла и она станет народной.

«Не делай ближнему того, чего не желаешь себе». Этот постулат приписывают Конфуцию, но для мира это уже не суть важно. Суть важно, то, что постулат распространился по всему миру, и все народы мира приняли его как вечный закон живой жизни.

И теперь Мария знает, что если она задыхается в этом мире от различных причин, как внешних, так и внутренних, это опять и опять убивают Авеля, а вместо него являются искусственные заменители здорового дыхания жизни.

Авель действительно очень нежный и впечатлительный мальчик. Таково и Вдохновение. Оно не любит вмешательства в Его работу, и тотчас исчезает, когда в жизнь врывается более тяжелая материя разума.

Потеря Авеля отнимает у сущности интерес к жизни, и он уже не живет, а терпит жизнь. А это очень тяжело.

Пришел сон. Пропала любимая собака Марии. Вместо нее бегает такая- же, но только черная.

Боже, какая скорбь. Мария вся согнулась, сердце и глаза плакали, и она сквозь великие страдания и слезы молила родственниц, – Скажите мне, где она? Я вас не слышу. Пожалуйста, говорите погромче, потому что я оглохла, я полуслепая, я молю вас, скажите погромче. Где она?

Такая великая скорбь? И родственницы согнулись также как и Мария, и тоже плачут, что-то говорят. Мария не слышит и только униженно молит и молит, – Ну, пожалуйста, скажите мне, где она?

Слезы льются у неё из глаз и сейчас. Наяву. И сердце скорбит смертельно.

И идут слова, – Каин? Где брат твой Авель?

Это скорбь просто запредельна.

Черная собака, как образ меланхолии. Легко ли жить в вечной меланхолии? Кто познал эту черноту, тот знает, что это за жизнь.

Но, не будем предаваться меланхолии. Покается Каин, оживет Авель, найдется красавица Лора, и жизнь опять заиграет всеми красками хорошей жизни.

Вдохновение говорит о том, что человек в данный момент ощущает присутствие своей собственной психической энергии.

Мир вашему дому: «Когда люди чувствуют вдохновение или когда они были в ударе, значит, они ощутили присутствие своей собственной энергии».

Не следует понимать, что вдохновением обладают только художники и поэты, хотя последние, если подчиняются Вдохновению, создают неповторимые шедевры.

Все вдохновленные своего рода спасители.

Таков шедевр Рафаэля «Сикстинская мадонна». Даже созерцание этой картины будит в душе самые прекрасные чувства. Она своего рода спаситель. Таков шедевр Леонардо да Винчи «Джоконда».

На Марию Джоконда действует таким образом, что она с ней ругается. Мона Лиза смотрит на неё насмешливо, как бы говоря, что знает о всех её грехах. Мария отвечает ей, – Сама ты хороша! Иначе откуда знаешь о моих грехах.

На душе опять становится хорошо.

Таков для Марии комплекс памятников героям Великой Отечественной войны в Волгограде. Посетив Волгоград, многие редиски изменяли свой образ жизни. Этот комплекс исцеляет даже алкоголиков.

Но живые спасители действуют гораздо более эффективно.

У Солоухина есть рассказ. Бабушка легла умирать. В это время ей сообщили, что ее дочь погибла под колесами трактора. Бабушка встала и воспитала внуков. Бабушка получила удар, стресс, и он вдохновил ее на подвиг.

Остальные комментарии излишни.

Глава 19. Царица Савская

Мария много размышляла о личности царицы Савской. Но, увы, увы! Загадка долго оставалась недоступной ее пониманию.

Наконец пришел сценарий сна.

Мария на прежней работе в микробиологической лаборатории.

Она ушла оттуда уже давно по причине разногласий с главным инженером. Ее считали опасной гражданкой для приличного общества, но счет был странным. Ее не собирались увольнять. Она хорошо работала. Ее душу просто пытались переделать под свой стандарт, хотя чего толком от нее хотели, Мария так и не поняла.

Вернувшись обратно, на сей раз, Мария не изменила себе. Она как была, так и осталась бузотером. И опять все вернулось на круги своя. Опять Мария не устраивает начальство. Опять ей строят ковы, хотя она опять толком не знает какие, для чего и почему!

В лабораторию Марии должен придти новый начальник. По этому случаю решили устроить пир.

Мария посмотрела в окно и увидела на улице толпу народа. Среди них узнала свою лучшую подругу, поймала её взгляд, и улыбнулась ей. Та в ответ тоже улыбнулась.

Потом подруга вместе с некоторыми гражданами вошла в кабинет.

Мария видит, что они хотят что-то сказать, но не решаются.

Она спросила, – Что-то не так? Вы не хотите принять участие в пире? Говорите откровенно.

Они ответили, – Сейчас не до пира. Нужно помогать новому начальнику. Он в опасности. У него хорошие идеи, но ему не дают их осуществлять. Мы будем изо всех сил охранять его.