Отцы и деды

Глава 3

Лин

Она еще и царапается, сучка… то есть кошачья морда. Я ее, как последний идиот, пытаюсь комплиментами утешить, а она когти распускает. Да, согласен, комплимент не ахти какой, но ничего умнее мне в тот критический момент в голову не пришло. Могла бы и оценить.

Перед тем, как к деду отправляться, я царапины залечил, а то дед прикалываться будет, что вот мол, кошка тебя победила, раненый герой.

Хотел я Иоханну на руки взять, а она как заорет:

– Убери от меня руки, чудовище!

– Сама дура! – огрызнулся я. – Можно подумать, мне в кайф твое пушистое пузико щупать! Я тебя не как женщину, а как кошку беру, между прочим.

Иоханна зафыркала. Не знает, что сказать, вот и притворяется, что человеческий язык забыла. Взял я ее на руки и телепортировался к деду. Лучше бы я этого не делал. Потому что там такое было… такое, что я поначалу решил, что мне кошмарный сон снится.

Козюлиус, ну то есть кузнечик этот, некромант с крылышками, в своем человеческом виде стоит, с ним какой-то старик незнакомый, лысый, лицо и голова в шрамах, как от давнего сильного ожога. И дамочка. Знакомое что-то в ней есть. Наверно, лет дцать назад она красоткой была, это даже сейчас заметно. Только вот красоту эту былую сложновато разглядеть из-за того, что личико ее злостью искажено.

– Это как же ты, чудище кривокрылое, расколдовалось? – поинтересовался я у Козюлиуса, сажая Иоханну на плечо. Хоть бы додумалась молчать. Не хватало еще, чтобы она перед членом Совета, пусть и кузнечик он убогий, раскрыла, кто она такая. Тогда меня от наказания не спасет даже тот факт, что я внук Главы этого самого Совета. Иоханна молодец, молчит, как рыба об лед.

– Этот? – спросил старик со шрамами у Козюлиуса.

– Он! Сын стервы этой с тапком!

– Это ты кого стервой назвал? – возмутился я. – Это ты маму мою так назвал?

– Похож, – сказал старик и вдруг перешел на визг: – Похож на стервь эту рыжую! И на узурпатора Терина похож! Щенок!

– Сам щенок! – неуклюже огрызнулся я.

Да что ж тут такое происходит? Почему Козюлиус больше не кузнечик? Где дед? И… и почему у этого старика со шрамами на шее наш семейный артефакт – Повелитель Порталов? Что, растудыть их всех налево, происходит, стесняюсь я спросить?

– Ты кто вообще такой? – я решил начать с вопросов попроще.

– Сейчас узнаешь! – заорал шрамированный старик. – Ты, мерзкий сын своих родителей!

– Лин, этот придурок колдует. – шепнула Иоханна.

Волшебные животные, превращенные люди или просто магические, вроде нашего кота Василия, такие вещи хорошо видят. Даже лучше магов. Так получается я молодец, что на принцессу колданул, вот она нам сейчас практически жизнь спасла. Дед этот и правда не просто так орет и истерически руками машет, а заклинание плетет. Жестовик. И заклинание нехилое такое у него получается. Мало не покажется, когда он по нам им ударит. Пожалуй, пора валить.

– Держись, киска! – предупредил я и телепортировался.

– Что, не мог от старика этого отбиться? – съехидничала Иоханна.

– Не мог, – буркнул я и на всякий случай телепортировался снова. Кто их знает, магов этих, вдруг они телепорт мой перехватили и за нами последовали? Лучше запутать следы.

Нет, я не трус, я просто осторожный. Что я дурак что ли, на рожон лезть? Тем более что вспомнил я, кто эта дамочка. Это Мадлона, та самая предметница, у которой отец мой когда-то предмет ее магический отобрал и в крысу превратил. Она у деда несколько лет жила, а потом он наигрался и вновь придал ей человеческий облик. При мне. Это он мне – тогда еще сопляку пятилетнему – спьяну решил продемонстрировать, как действует обратное превращение при выполнении условия, заданного магом. Продемонстрировал. Мадлона страшно ругалась, потом, правда, успокоилась, выпросила у деда какие-то тряпки, чтобы прикрыть наготу и ушла. Куда – не знаю. Чем все эти годы занималась, тоже не знаю. Колдовать-то она не могла – ее магический предмет у отца так и остался. А может быть, и не у отца, может, выбросил он его уже давно.

Одним словом, ничего хорошего не стоило ожидать от присутствия у деда в доме недружелюбно настроенной Мадлоны в компании не питающего ко мне нежных чувств Козюлиуса. Да еще старик этот крикливый. И отсюда, как следствие, возникают вопросы – что Мадлона делает у деда? Как расколдовался Козюлиус? И кто этот маг со шрамами? Он что-то сделал с дедом, отобрал у него артефакт и какой-то сильной магией расколдовал кузнечика этого убогого?

На всякий случай, переместившись еще несколько раз и стараясь не прислушиваться к писку принцессы о том, что ее мутит от частых скачков, я остановился на пустыре. Пейзаж со всех сторон просматривается, да и вообще место подходящее. Кошачье кладбище. Здесь когда-то у папы моего дуэль состоялась. Мать сюда изредка наведывается, рыбку на могилки покойным кошкам носит. Странные обычаи в том мире, где она выросла. Не понимаю, зачем дохлым кошкам рыба нужна? Мать говорит, что это дань уважения такая к покойным кисам. Она к ним такой нежностью прониклась, потому что во время дуэли отец кошек этих поднял и с их помощью одержал победу. В общем, в случае чего повторю отцовский подвиг – подниму кошек и на преследователей их натравлю. Я сплел заклинание на поднятие, но пока не стал его активировать.

– Что это за убогое место? – брезгливо спросила Иоханна.

– Кошачье кладбище, – честно отвечал я.

– Издеваешься? – обиделась принцесса. – Отпусти меня, у тебя плечо костлявое, мне неудобно сидеть!

– Сама ты костлявая, – буркнул я, схватил эту вредную кошку за шкирку и… аккуратно опустил на землю. Не хватало еще, чтобы она по моей милости ноги, то есть, лапы, переломала. Я не травматолог какой-нибудь, вылечить не смогу.

– Это, действительно, кошачье кладбище. Тебе отец не рассказывал? Здесь у моего отца дуэль магическая состоялась, от которой, между прочим, судьба Зулкибара вашего зависела.

– Я слышала эту историю. – Иоханна огляделась по сторонам, переминаясь с лапы на лапу, и осторожно поинтересовалась: – И где тут могилки кошачьи?

– Да везде, – честно ответил я. – Кладбище древнее, могилки уже давно просели и с землей сровнялись.

Иоханна смешно прижала кошачьи уши и тихо позвала:

– Лин.

Смиренно так у нее получилось. Мне даже страшно стало. Вдруг принцесса моя с ума сошла с перепугу?

– Что, блонда моя ненаглядная?

Специально обозвал ее, думал, она сейчас зашипит, возмущаться будет (мне так привычнее как-то), а она тихонечко так сказала:

– Возьми меня на руки, – и после паузы добавила: – Пожалуйста.

Ну, если она так ставит вопрос, то, конечно, возьму. И даже комментировать не буду. Посадил я ее на плечо, смотрю, телепорт засветился. Первым оттуда старик со шрамами показался, с заклятием наготове. Я не стал ждать, когда он его в меня бросит, активировал свое заклинание. Кошки начали из могил выпрыгивать, а я телепортировался. Домой.

По-хорошему, сразу надо было домой отправляться, потому что не шутки это – исчезновение деда и кража у него артефакта. Родители должны об этом знать. Влетит мне, конечно, когда они Иоханну увидят, но лучше пусть мне влетит, чем такие вот события от папы с мамой скрывать.

Иоханна

Это, пожалуй, было логичным решением – отправиться домой к Лину. У него родители – маги. Князь, можно сказать, заместитель Главы Совета. Конечно, он должен заниматься решением возникшей проблемы, а вовсе не юный мажонок с (эх!) кошкой в руках.

Лин переместился не в сам княжеский дворец, а в сад возле него. Объяснил так:

– Отец все что мог, заблокировал. То есть из дворца – куда угодно, а в него – увольте. Будьте так любезны приземлиться за периметром и доложить по всей форме – кто, куда, откуда. Будь я один – да куда угодно, хоть к родителям в спальню, что я сделать, кстати, не решусь. Уж больно мама у меня нервная. А вот с гостями ни-ни. Гостей во дворец только родители притаскивать могут. Мне они, видите ли, не доверяют. На мое робкое «паап!» отец заявил, что готов вернуться к рассмотрению этого вопроса после моего совершеннолетия, но чтобы я на это особо не рассчитывал. Поскольку в некоторых вопросах он деду моему и то больше доверяет, чем своему неумному и любвеобильному отпрыску. Это я цитирую. А мать еще и добавила, что она не нанималась фрейлин королевы Аннет по утрам из моей постели выкидывать. Вот.

– Ты уверен, что стоило мне это все в таких подробностях выкладывать? – интересуюсь я.

– Нервничаю, – поясняет Лин.

Стоим, солнышко светит, птички поют. Лин, задумавшись, за ушком меня почесывает. И я даже урчу от удовольствия. Ну что поделать? Кошкам это нравится. И тут вдруг. Ап!

И я уже лечу на траву, приземляюсь на лапы и сразу прыскаю в сторону. Ну, Лин!

А вот и не Лин. Осторожно поднимаю голову, и что я вижу? Нашего мажонка, завернув ему руки за спину, держит мужчина – тот, с крылышками. Кстати, если убрать крылья и приодеть его во что-нибудь более приличное, очень даже интересный такой господин получится. Но я не о том. Напротив Лина стоит маг со шрамами на лице и противная старая ведьма. В общем, лица те же, явление свежее.

– Думал, сбежишь от нас, мальчишка? – неприятно так, с визгливыми интонациями в голосе, говорит старик со шрамами.

– Дяденька, – хнычет Лин, – отпустите, что я вам такого сделал?

Старик со шрамами нехорошо улыбается:

– Пока ничего…

– Как это ничего?! – кричит тот, что с крылышками. – Да он меня…

Фи! А он мне начинал нравиться. Голос у него, как и у того, со шрамами, какой-то гадкий. В самом деле, что такое? Почему у каждого встреченного мною мужчины непременно обнаруживается какой-нибудь недостаток? То выражается он недостаточно правильно, то родословная не та, то пахнет нехорошо. То вдруг, только растаешь, и голос неприятный. Так я точно до свадьбы девственницей останусь. Не должна девушка говорить такое вслух? И что с того? Вот выдадут меня за такого сосунка, как Мерлин-младший, и я за всю жизнь так и не узнаю прелестей настоящей плотской любви? А я, между прочим, тоже историю про Дульсинею и Терина читала. Это практически классика. И я прекрасно помню, что говорила моя несостоявшаяся свекровь про брюнета своей мечты. Я так тоже хочу.

Впрочем, что-то я отвлеклась.

– Я теперь знаю, – продолжая улыбаться, говорит старик со шрамом, – как заставить человека захотеть сделать что-либо. Ты, щенок, мне теперь порталы с великой радостью открывать будешь. Да еще просить об этом, как о милости, станешь! Не будешь, как мать твоя, стерва, юлить!

Ой, терзают меня подозрения – смутные, но неприятные. Касающиеся личности этого человека – а не пропавший ли это без вести советник Таурисар? Впрочем, я могу и ошибаться…

– А спроси-ка у него, Таурисарчик, – говорит ведьма, – куда его мерзкий папаша спрятал мой магический предмет – брошь с самоцветами?

Не ошиблась.

Таурисар ухмыляется и берет Лина за подбородок.

– Так куда? – интересуется он.

Мерлин-младший растерянно хлопает ресницами.

– Не знаю, – признается он, как мне кажется, честно.

– Врешь ведь, поганец, – ласково говорит Таурисар.

– Да точно не знаю.

– А если я по-другому у тебя спрошу? – угрожающим тоном произносит маг, замахивается для удара, но тут голос подает тот, что с крыльями:

– Не стоит, Таурисар, бить княжича Эрраде во владениях его отца.

– В самом деле, – вмешивается женщина, – нам бы стоило переместиться.

Что? А я? Они с Лином куда-то денутся, а я так и останусь кошкой? Исключительно от страха, плохо соображая, что делаю, взлетаю и вцепляюсь когтями в грудь Таурисара, надеясь, что он уже начал перемещение, и я уйду отсюда вместе с ними. А вот нет! Таурисар испуганно разводит руками в стороны, лапы мои скользят по его мантии, я пытаюсь схватиться хоть за что-нибудь, вцепляюсь в какой-то шнурок, он рвется, и я все-таки падаю на землю. В ту же секунду Лин как-то умудряется вывернуться из рук мага, одновременно схватить что-то с земли, цапнуть меня за шкирку, и вот мы уже неизвестно, где. Тупо смотрим на закрывающийся портал.

– Что это было? – шепотом спрашиваю я.

– Спасибо, – так же шепчет в ответ Лин.

На вопрос не ответил, но тоже приятно. Стоило влипнуть в такие неприятности, чтобы получить «спасибо» от Лина Эрраде.

Глава 4

Лин

Это стратегия такая – притвориться шлангом. То есть испуганным ребенком. «Дяденька, отпустите!» Фууу! Неприятно дурачка из себя строить, но ведь помогло. Козюлиус этот хватку ослабил. Кажется, даже пожалел меня, когда Таурисар мне затрещину дать хотел. А вот прижиматься ко мне так сильно сзади не надо было. Противно, знаете ли, когда к тебе прижимается мужик и пыхтит подозрительно как-то. Мож Иоханна права, и я, действительно, сильно на девушку со спины похож? Или Козюлиус наш того… кхм… тщательно скрывал все эти годы свои наклонности? Фу и бе! Надо срочно ванну принять с дезинфицирующими средствами.

А Иоханна молодец. Я и не подозревал в ней такой отваги – на Таурисара как бросилась. Ну просто дикая кошка! Спросить что ли – намеренно она артефакт с его шеи сорвала или с перепугу? Нет, лучше не спрашивать, а то еще обидится. Я ей просто спасибо сказал и начал изучать место куда мы попали.

Хотя изучать там нечего было. Да и не особо видно было, потому что полумрак. Небольшое помещение, в окно падает слабый свет. Значит, в этом мире вечер. Или, может быть, раннее утро? В том, что это другой мир, я не сомневался. Куда еще может открыть путь Повелитель Порталов в моих руках? Только в другой мир. Знать бы еще, в какой из миров нас занесло? И где мы?

Продавленный диван, узкая, застеленная шерстяным пледом кровать, стол, заваленный бумагами, ящик из какого-то странного материала, хлам валяется. Похоже, в чье-то жилье нас занесло. И хорошо, если хозяев нет дома. Не хотелось бы радовать их своим присутствием.

Я не успел решить, что лучше – покинуть этот дом по-человечески, то есть через дверь, или попытаться открыть портал в какой-нибудь другой мир? Случай за меня решил.

– Девушка, вы как здесь оказались?

Вопрос прозвучал позади меня. Иоханна подозрительно зафыркала. Смешно ей? А я, между прочим, взбесился!

– Сами вы, сударь, девушка.

Вот уж голос у меня точно на женский не похож! Сзади смущенно кашлянули.

– Извини, пацан и… руки вверх!

Нелепая команда, но кто их знает, этих иномирцев, может быть, они здороваются так?

– Не могу я руки поднять, – честно признался я.

Правда, ведь не могу – Иоханна у меня на руках. Как ей понравится, если я опять ее уроню? Да и вообще, дурак я что ли, руки поднимать? Глупости какие-то!

– Почему? – спросили меня, и я услышал сухой щелчок. Это что это?

– Кошка у меня, – опять же честно ответил я и осторожно оглянулся через плечо.

В двух шагах от меня стоял человек. Немолодой уже мужчина с грустно обвисшими усами. Ничего необычного я в нем не увидел. Такой же человек, как люди в нашем мире. Понятно, что это хозяин дома. Как некстати он появился. В руках он держал какую-то черную штуку, которую направил на меня. С таким видом он это делал, что стало понятно – это какое-то оружие. Или он предметник, и это его магический предмет.

– Повернись, – скомандовал хозяин. – Только медленно.

Я послушно повернулся, прижимая к груди притихшую Иоханну. Хозяин обшарил меня подозрительным взглядом, выражение его лица смягчилось, когда он посмотрел на Иоханну. Мне показалось, что даже его унылые усы как-то бодрее встопорщились.

– Что с ней? Заболела?

Тоже мне любитель кошек! А что я тут такой весь перепуганный и потрепанный перед ним неизвестно откуда взялся, его не волнует? Ему интересно, что с кошкой. И как он понял, что это кошка, а не кот? Может быть, он маг и видит, кто она на самом деле, и, естественно, как полагается воспитанному кавалеру, интересуется самочувствием дамы?

– Нет, испугалась просто.

Иоханна сообразила, что к чему, кажется, даже лучше, чем я. Жалобно так мяукнула, с рук моих спрыгнула, прошлась по комнате, ну прямо как Василий наш – шерсть распушила, хвост трубой. И к мужику этому. Хвостом, как бы невзначай, за ногу его зацепила и мурлычет во все горло.

– Ну, ты даешь! – пробормотал я.

Хозяин на мое бормотание не среагировал. Убрал эту штуку свою (предмет магический или оружие – не знаю), присел перед Иоханной и стал ее изучать. Осторожно так осмотрел, кое-где пощупал даже. Интересно, почему она ему не вопит, чтобы лапы не распускал?

– Здоровая кошечка, – наконец заговорил он. – Не ранена, травм нет, только напугана сильно. Что ж ты, пацан, с ней делал? Мучил наверно?

– Я?! Ее?! Да она сама кого хочешь замучает! – возмутился я. – Иоханна, скажи ему!

Иоханна ничего говорить не стала, а хозяин на меня подозрительно так посмотрел, выпрямился и предложил:

– Ну-ка, дыхни.

– Чего?

– Дыхни говорю, мать твою!

Я аж подпрыгнул с перепугу. Где его так рявкать учили?

– Куда дыхнуть-то?

– На меня!

Нет, в этом мире определенно какие-то психи живут! Или это просто мне так повезло нарваться на такого вот уникума?

Дыхнул я на него, он к моему дыханию принюхался и пробурчал:

– Не пьяный.

Своеобразный способ проверки. Зачем для определения степени опьянения надо дыхание нюхать? У нас с этим проще – если человек качается и песни орет, значит, пьян, если на ногах твердо держится, значит, трезв.

– Само собой не пьяный. Я вообще спиртным не злоупотребляю, нам – магам это вредно, – с достоинством объяснил я.

– Магам, говоришь? – хозяин нахмурился, протянул руку, что-то щелкнуло, и в помещении стало светло.

– Ну-ка, к лампочке повернись.

– К чему?

– Вон к той штуке на потолке, ядреный корень, повернись!

Опять он рявкает, как генерал на плацу. Хорошо хоть слюной не брызжет. Я послушно вытаращился на круглую штуку под потолком, от которой исходил свет. Похоже на наши светящиеся магические сферы, только наши в воздухе плавают, а эта к потолку прилипла намертво.

Хозяин мне в глаза внимательно посмотрел и неуверенно проворчал:

– Не под кайфом вроде бы.

– С чего мне кайфовать? Меня чуть не убили.

Я был честен до того, аж самому противно. Но повода врать этому человеку не было, вот я и не врал.

Иоханна

Странно ведет себя этот человек. Как собака, бррр. Не люблю собак. Ой, а всегда любила. Ну, Лин, я тебе и это припомню. Так вот, смотрит он на Лина, будто принюхивается. Словно хочет понять что-то такое, что на простоватой физиономии Эрраде-младшего вовсе и не написано.

Мурр, а если я тебя хвостом вот так по ноге? Неужели ты, такой большой и мужественный, захочешь обидеть бедную пушистую кошечку и этого глупого мальчика?

Если бы ты только знал, кто вокруг тебя сейчас крутится. Принцесса Зулкибарская. Ужас-то какой! Нет, не надо тебе об этом знать. И никому не надо!

Мужчина, наконец, заканчивает исследование Лина, и на лице его читается какое-то подозрение.

– А не с Куйбышева ли ты сбежал, сынок? – наконец, интересуется он.

– Нет, – честно признается княжич, – из Эрраде.

Подозрение на лице допрашивающего все крепнет.

– Я имел в виду улицу Куйбышева, – поясняет он.

– А-а-а…, – тянет княжич, – а что там?

– ПНД, – говорит усатый, ласково улыбаясь.

– А что это? – интересуется Лин.

– Понятненько, – резюмирует мужчина, – зовут-то тебя как?

– Лин, то есть Мерлин-младший.

– Ага… Мерлин…. Ну-ну. А фамилия?

– Эрраде, – вздыхает Лин, глядя на мужчину совсем уже несчастными глазами.

– Ну-ну, – вновь говорит усатый, – либо это чей-то розыгрыш, либо пора сюда кое-кого вызвать.

Что-то это словосочетание – кое-кого вызвать – меня слегка нервирует.

– Мяу! – говорю.

– Уйди, киса, – произносит усатый мягким тоном, – не путайся под ногами. Мне нужно кое-куда позвонить.

Интересное сочетание слов. Позвонить кое-куда. Я понимаю – просто позвонить, или во что-то позвонить. Но куда-то? В любом случае, кажется, делать это сейчас не стоит.

– Мяу, мужчина. Я с вами разговариваю! – заявляю я, и усатый глядит на меня с недоумением, после чего плюхается на диван.

– Допился, – грустно констатирует он.

Я грациозно вспрыгиваю усачу на колени, ставлю лапы ему на грудь и начинаю осторожно обнюхивать его лицо.