Трудности адаптации

Ника возвращалась из школы, машинально переставляя ноги и пытаясь вычислить, кто из родителей окажется дома. Папа, наверное, дежурит… Жаль… Она сегодня получила пятёрку по истории. Это очень редкий случай в их классе. Учитель молодой, въедливый, всегда придирается. Даже зубрилы-отличники трясутся перед его уроками. А Ника ответила так, что Сергей Николаевич только ресницами своими пушистыми хлопал. Даже похвалил: «Молодец, видно, дополнительно занималась?». И ничего она не занималась дополнительно! Они с папой просто недавно передачу по каналу «История» смотрели как раз по этой теме, и папа ещё ей много чего рассказывает, он читает такую уйму книжек! Всю библиотеку уже перечитал, наверное. А теперь из интернета читает. Хотя ему от мамы частенько попадает за то, что дела домашние не делаются…

Ника с родителями жила в небольшом частном доме на окраине города. Путь от школы занимал около получаса, смотря, конечно, как идти. Если бы папа был дома, то Ника добежала бы за пятнадцать минут. «Пап! Представляешь, я по истории пятёрку получила!». Папа обрадовался бы, похвалил, начал выспрашивать подробности: как слушал учитель, что сказал, как отреагировали ребята. А Ника рассказала бы ему всё-всё-всё в мельчайших подробностях. Но папа на смене. Повезёт, если и мамы нет дома, а то опять за что-нибудь пилить будет.

На калитке замка не оказалось. Не повезло. Ника тихонько вошла в прихожую, разулась, повесила ветровку на вешалку. Рюкзак, поставленный на край тумбочки, вдруг упал. Мама выскочила из кухни и зашипела:

– Растяпа, вечно у тебя всё не как у людей! Даже рюкзак не можешь на место поставить! У меня от проблем голова трещит, а ты, как слон, грохочешь. Мой руки, иди к столу!

– Мам, я пятёрку по истории получила, – безнадёжным голосом проговорила Ника.

– Нашла, чем похвастаться! Раз в жизни хорошую отметку получила! Да ты эти пятёрки охапками должна носить! Ведь всё для тебя делается, живёшь, как в раю, не то, что другие дети! Вон, Люська! Мать не знает, как в магазин сходить, или полы помыть – всё дочка делает! Или Полинка! Учится на отлично! Матери приятно на родительские собрания ходить! А я, как ни приду, у учителей одна песня – могла бы и получше учиться, ленится, не доучивает. Думаешь, радостно такие слова слушать?

Ника молча пошла в ванную, вымыла руки. Ну, ладно, вечером придёт папа, она ему всё расскажет. Если мама, конечно, с порога и на него не накинется. Что-то у неё сегодня совсем настроение неудачное. Хорошо ещё не кричит. Так, пилит потихоньку тупой пилой.

Наскоро пообедав, Ника ушла в свою комнату. Открыла дневник, полюбовалась на заслуженную пятёрку. Надо сделать домашнее задание, потом с девчонками погулять… А вечером придёт папа. Уже не так грустно будет.

Она радовалась, когда начались занятия в школе. Они с подружками перешли в восьмой класс. Столько смеха было на 1 сентября! Так соскучились по одноклассникам. Хотя Ника особо ни с кем не дружила, кроме Полинки и Люси. Они живут неподалёку, вместе уже давно, с детсадовского возраста. Все горести и радости пополам. Вернее, «на троих», как недавно пошутила Полина.

Ника нажала кнопку на телефоне и написала Люсе сообщение:

«Выйдешь на улицу гулять?»

«Нет, сижу с мелкими(((»

Полинке после маминых слов писать не хотелось. А Люся сидит с двумя братьями-близняшками. У неё ещё и сестра есть, на два года старше. Закончила девять классов, поступила в колледж. Люся тоже собирается после девяти классов уходить, специальность получать, чтобы ЕГЭ не сдавать. А Ника, наверное, пойдёт в 10 класс. А потом в институт. Так папа мечтает. Только с профессией Ника пока не определилась, но любит помечтать: вот она – студентка, приезжает на выходные домой. Мама ждёт её, готовит что-нибудь праздничное, как в тот раз, когда она в больнице с пневмонией лежала, а потом выписалась. Они сидели все вместе за нарядным столом. Мама улыбалась и подкладывала ей самые вкусные кусочки. Папа смеялся и шутил. Жалко, что такие моменты редко бывают в жизни. Ника согласилась бы болеть хоть каждый день, лишь бы в доме было так же легко и радостно, как тогда.

– Опять в телефоне сидишь?! А уроки кто учить будет?

Ника вздрогнула от резкого крика. Она и не заметила, как вошла мама. В руках у неё была тряпка. Мама начала вытирать пыль с полок, продолжая отчитывать дочь:

– Взрослая девка, хоть бы в своей комнате прибирала, я уж не говорю про весь дом. Живёшь, как в хлеву, вся в своего папочку! Палец о палец не ударишь!

– Мам, ну давай, я сама приберу, – Ника встала из-за стола и сделала робкую попытку отобрать тряпку у матери.

– Сиди-сиди, дармоедка! Ни учёбы, ни помощи от тебя! Скоро школу заканчивать, а ты к жизни совсем не приспособленная!

Мама, продолжая ворчать, вышла в другую комнату. Ника уныло подумала, что, пожалуй, ещё почти четыре года не выдержит. Значит, надо уходить из девятого класса. Всё равно куда, лишь бы из дома. Папу жалко, как он тут без неё будет справляться? Но и до окончания девяти классов ещё ох как далеко…

2 глава. Полина.

Полина сидела на уроке и радовалась за подругу: Ника сегодня на истории получила пятёрку. А ещё радовалась тому, что её саму не спросили. Этот материал она вчера не успела толком выучить, не хватило времени. Задали большущее сочинение по литературе, пока с ним проковырялась, пока алгебру порешала, пока задачи по физике одолела… Историю просто прочитала один раз, когда глаза уже закрывались. Сама над собой пошутила, что новую методику осваивает – обучение во сне, да и заснула прямо с учебником. Сквозь сон помнит, как мама книжку вытаскивала из рук и одеялом накрывала, а потом сразу: «Дочка, вставай, уже утро!»

Так радовалась, что наступил сентябрь… В школе столько интересного, а летом скукота. Ну, с девчонками погуляешь. Интересно, конечно, можно обо всём не спеша поговорить. Они все такие разные, но дружат давным-давно, лет с трёх, наверное. Полина помнит, как первый раз познакомилась с Никой и Люсей. Кажется, это случилось в апреле, травка только начинала пробиваться. Они были такие маленькие, в разноцветных комбинезончиках. Ника играла у своего дома в большой куче песка. А Поля с мамой за ручку прогуливались по улице. Мама рассказывала про воробьёв, которые стайкой прыгали у ворот какого-то дома. Ника подошла и тоже стала слушать, а потом спросила Полину: «Хочешь со мной в песке поиграть?». Полина посмотрела на маму. «Иди, Полина, поиграй», – ответила она на вопросительный взгляд дочери. Девчонки стали сосредоточенно возиться в песке, что-то лопоча и поясняя друг другу. Минут через пятнадцать, когда игра была в самом разгаре, из дома напротив вышла Люся со своей старшей сестрой. Валя посмотрела на суету в песочнице и взяла руководство игрой в свои руки. Ещё через полчаса из песка был построен большой дом, правда, без крыши, потому что иначе ничего внутри нельзя бы было разглядеть. В доме всё было взаправду: стены, двери, окна, даже мебель – кроватки и столики. Решено было принести куколок, чтобы поселить их всех вместе. Но тут вмешались мамы. Нику увели кормить, Полину отряхнули и отправили к бабушке, а Люсю забрала Валя к своим подружкам. Домик сохранился, и на следующий день игра была продолжена уже с куколками, одеяльцами одёжками и прочими принадлежностями…

– Полин, не спи, замёрзнешь! – Люся со смехом толкнула подругу в плечо. – Урок закончился, звонок! А ты сидишь с вытаращенными глазами! Видела, какая Ника сегодня молодец? Или и это проспала?

– Да я не спала, вспоминала, как мы в песок играли, когда маленькие были. А Ника – да, молодец! Её мама, наверное, рада будет.

– Ой, её мама и «рада» – это разные понятия. Мне кажется, что она вообще радоваться не умеет.

– Это кто у вас радоваться не умеет? – Ника подошла от учительского стола и продемонстрировала подружкам развёрнутый дневник с отметкой.

– Да наоборот, мы за тебя очень рады, – заюлила Люся, пытаясь понять, услышала Ника её последние слова или нет.

– А-а-а! Я и сама не ожидала! Домой вместе пойдём?

– Нет, у меня ещё внеурочка по русскому, – Полина махнула рукой, – а потом музыкалка.

– А мне за покупками надо, мама продукты попросила купить, – Люся порылась в кармане и достала длиннющий список.

Полина посмотрела на подругу, недоумевая, когда же она уроки умудряется учить? Постоянно, то с братьями сидит, то за покупками бегает, то в огороде ковыряется, у её мамы не забалуешь, даже книжку и то некогда почитать. Да и за уроки не сильно спрашивают. Лишь бы в школу ходила, а там – куда вывезет.

Полина вспомнила своих родителей. Они даже телевизор делают совсем тихо, когда она учит уроки. Проекты составлять помогают, к урокам готовиться, если время есть. Мама всегда подробно расспрашивает, что сегодня было в школе, как день прошёл. Так переживает за каждую дочкину неудачу, расстраивается. А у папы вообще сердце слабое. Ему совсем огорчаться нельзя, может приступ случиться. Полина помнит, как однажды, в пятом классе, когда их учителя-предметники стали учить, она принесла по физкультуре тройку в четверти. И сама рыдала, и мама капли пила, папе «Скорую» вызывали, уколы делали. Мама потом ходила в школу, интересовалась, почему у дочки-отличницы вдруг появилась тройка, да ещё в четверти. С учителем долго разговаривала – выясняла, почему возникла такая ситуация, почему с родителями не связались, не сообщили о затруднениях, что надо сделать, как помочь ребёнку. В итоге пришли к выводу, что Полине надо позаниматься общефизической подготовкой дома и начать посещать секцию по волейболу, например. Дома мама долго объясняла своей неспортивной дочери, что надо развиваться во всех отношениях, приводила слова классиков на этот счёт, зачитывала выдержки из медицинских справочников, которые специально в библиотеке взяла. В общем, Полина начала ходить на волейбол и делать зарядку по утрам вместе с мамой. Два месяца мучений принесли свои плоды: вторая четверть показала, что усилия были не напрасны, и по физкультуре стояла колючая четверка. Полина, конечно, всё равно расстроилась, но мама утешала дочь тем, что они ещё позанимаются и уж в следующей четверти обязательно будет пятёрка, ведь дочка должна служить «примером для других, не уронить планку»… Годовая оценка порадовала всю семью. В честь окончания пятого класса на пятёрки мама и папа устроили для Полины настоящий праздник. Усилия не пропали даром. Родители ею гордились, да и сама она в душе была очень довольна собой. Лишний раз убедилась, что «терпенье и труд всё перетрут».

Режим практически никогда не нарушался, но в последнее время Полина стала сильно уставать. Каждый шаг к вершине давался очень тяжело. Глаза постоянно закрывались, хотелось свернуться клубочком и тихонько полежать, а времени на это не было. Надо постоянно куда-то успевать, что-то делать, чтобы соответствовать ожиданиям родителей, учителей, друзей, одноклассников… Всё расписано почти по минутам. На прогулки с подружками и прочую «ерунду» времени не было совсем. Полина иногда стала пугаться, что не сможет освоить программу следующих классов. А ведь у родителей и речи не было о том, что дочка может уйти из девятого класса. Только окончание средней школы с последующим обучением в университете. Вначале – золотая медаль, потом – красный диплом бакалавриата, потом – магистратура и тоже красный диплом. Ближайшие 10 лет расписаны и очевидны. Дальнейшие перспективы для дочери у родителей оказывались расплывчатыми. То есть, им мечталось и об аспирантуре и защите диссертации, и о хорошем муже для умненькой дочери, и о маленьком внучке. «Всему своё время, – говорил отец. – Учись, Полинка. Заканчивай школу, университет, а там видно будет. Только не забывай, что ты всегда должна быть лучшей. Мы же столько для тебя делаем! Не огорчай нас». И Полина из последних сил старалась соответствовать ожиданиям и не огорчать.

3 глава. Люся.

Люся вышла из здания школы и свернула к супермаркету. Засунув рюкзак в ячейку камеры хранения и достав список покупок, она взяла тележку и не спеша стала обходить стеллажи. Собирая всё необходимое, она старалась не особо смотреть по сторонам, чтобы не захотелось вкусненького. Пообедать Люся не успела, поэтому с покупками надо быть осторожнее. Встав в очередь на кассу, Люся вздохнула с облегчением, наконец-то заманчивые полки с едой позади. Теперь уже легче. Сейчас расплатится, донесёт до дома пакеты, тогда поест. Сзади на ухо тихонько сказали «Гав!». Люся дёрнулась и испуганно обернулась. Взгляд натолкнулся на смеющиеся глаза Максима, который в классе сидел позади неё и всё время отвлекал от уроков.

– Макс, ну ты и придурок! Напугал!

– Да я ж тихонько! Ладно бы если громко крикнул. Ты домой сейчас?

– Да, – подошла Люсина очередь расплачиваться на кассе, и она отвернулась от Максима, стала сосредоточенно складывать покупки в два пакета.

– А рюкзак твой где?

– Ой, спасибо, что напомнил! А то я без него ушла бы. Один раз только дома вспомнила, когда уроки собралась делать, пришлось бегать вечером, забирать.

– Может, тебе помочь? Давай, хоть один пакет понесу, а ты рюкзак забирай и второй пакет.

– А тебе разве по пути?

– Да нет… Просто помочь хочу.

– Ну, помоги. Спасибо.

Распределив поклажу, одноклассники пошли по направлению к Люсиному дому, обсуждая события, произошедшие в школе за день. За разговорами незаметно пролетело время.

– Ой, я уже пришла, – сказала Люся, забирая пакет у Максима. – Спасибо тебе.

– Да не за что. Всегда рад помочь, – Максим немного замялся. – А может, ты занесёшь пакеты, выйдешь, и мы с тобой ещё погуляем?

Люся замерла, взявшись за ручку двери, но так и не открыв её.

– Мы с тобой? Погуляем? Сейчас?

– А что, ты не можешь?

– Нет, почему… Могу… Только я не ожидала…

– Я тебя тут подожду, хорошо?

Люся открыла дверь, вошла в дом. Занесла покупки на кухню. Мама возилась у плиты, что-то помешивая.

– Люся, дочка, ты? – не оборачиваясь, спросила она.

– Я, мам! Вот продукты принесла, всё, как ты написала, только молоко чуть подороже вышло, в синих пакетах не было, только зелёные.

– Ой, везде растраты! Ну, ладно. Садись, обедай. Сейчас супа налью.

– Нет, мам! Можно я на улицу пойду, погуляю, я есть совсем не хочу.

Мама повернулась и посмотрела на Люсю.

– Как это, есть не хочешь? С кем гулять пойдёшь? Девчонки, наверное, уроки сейчас делают.

– А меня, мамочка, Максимка пригласил на прогулку, – с радостным смехом ответила Люся. – Представляешь, в магазине встретился, помог пакеты дотащить и на прогулку пригласил! Можно?

– Можно, иди, – ответила мать, глядя в счастливые глаза дочери. – Только недолго. Ваньку с Серёжкой заодно из садика забери, не забудь!

Люся чмокнула маму в щёку и выскочила на улицу. Мама осталась на кухне, подошла к окну и внимательно проводила взглядом юную парочку. Вздохнула о том, что дочь рано заневестилась, ей бы учиться и учиться. Вон, Ника с Полинкой у соседей хорошо учатся. Полина – та вообще гордость родительская. А Люська не очень к учёбе склонна. Зато, добрая, душевная и помощница отличная. Что бы без неё делала? Ладно, пусть погуляет, пока молодая.

А Люся с Максимом пошли в парк, долго ходили по дорожкам. Парк начинал уже желтеть, первые листья падали под ноги прохожих. Здесь чувствовалось, что приходит осень. Ребята аккуратно собирали пятиконечные кленовые звёзды, удивляясь их яркой окраске и совершенству формы. А когда набирались огромные букеты из листьев, подбрасывали их вверх и кружились, взявшись за руки, под опадающим кленовым дождём.

Из парка Люся с Максимом сходили в детский садик, забрали братьев-близнецов и отвели их домой. Причём Люся схитрила: ребят завела в калитку, а сама заходить не стала. Малыши протопали по ступенькам, ввалились в прихожую. Дом сразу ожил, зашумел. На улице начали сгущаться сумерки, а Люся всё стояла с кавалером и никак не могла пойти домой. Наконец, мама с крыльца прокричала: «Люся, иди домой, где ты?»

– Ну, я пойду? Мама зовёт… Пока, – Люся повернулась, чтобы войти в калитку, но Максим взял её за руку и задержал.

– Подожди, я тебе ещё секрет не рассказал, – Максим произнёс эти слова шёпотом и наклонился поближе к Люсиному лицу.

– Какой секрет? – Люся тоже приблизилась.

– А вот какой…

Максим наклонил голову и внезапно поцеловал Люсю в губы. Девочка ойкнула, выдернула руку из руки Максима, повернулась и быстро взбежала по ступенькам. Хлопнула дверь. Максим остался стоять на улице. В темноте не было видно, что он улыбается. Люся, закрыв за собой дверь и прислонившись к ней спиной, стояла с закрытыми глазами и тоже улыбалась. Братья выскочили в прихожую, накинулись на неё:

– Люська, Люська! Раздевайся, пошли ужинать!

Вечер пошёл своим чередом, только Люся почти всё время молчала и мечтательно улыбалась.

4 глава. Ника.

Вот и зима… Снег выпал… На тротуарах ребята раскатали скользкие дорожки. Прохожие ругаются, а им – хоть бы что! Разбегутся и катятся! Здорово! Ника и сама раньше так делала. Домой за 10 минут добегала-доезжала. Раскрасневшаяся, румяная. А теперь она уже взрослая. Пусть ребятня веселится, а ей – несолидно с красным лицом бегать.

Домой идти не хотелось. Ника свернула в парк и медленно побрела по дорожке. Чуть в стороне заметила влюблённую парочку. Пригляделась и с удивлением поняла, что это Люся и Максим. Стоят, обнявшись, разговаривают, никого вокруг не замечают. Стало обидно, что Люся не рассказала о своих отношениях с Максимом. Вроде подруги. Ну и ладно, обойдёмся! Ника развернулась и пошла в обратную сторону.

Перед глазами всё ещё стояла мирная парочка. Ника продолжала кипеть и не заметила, как встречный мальчишка бросил ей под ноги петарду. Раздался громкий хлопок, Ника поскользнулась на раскатанной дорожке, упала, больно подвернув ногу. Слёзы брызнули из глаз сами собой. На дороге притормозила машина. Через несколько секунд чьи-то сильные руки подняли её и поставили на ноги. Ника вскрикнула от резкой боли в щиколотке. И сквозь слёзы поглядела на человека, помогавшего ей удержаться в вертикальном положении.

– Кирилл?! – Ника удивилась, увидев рядом с собой высокого парня. Он закончил школу уже давно, года три назад. Теперь учится в университете в областном центре. А родители его живут в пятиэтажке в паре кварталов от дома Ники. Она часто видела Кирилла, когда он ещё ходил в школу. Маленькой девочке подросток казался сказочным принцем, и Ника была в него немного влюблена.

– О-о-о! Знакомые лица! Соседка! Что ж ты так неаккуратно? – Кирилл поддерживал Нику под руку. – Идти сама сможешь?

– Да это мальчишки! Петарды кидают, хулиганы! – Ника попробовала стать на ногу. – Ой, больно!

Слёзы опять сами собой потекли из глаз.

– Вот что: давай, я тебя доведу до машины и отвезу в травмпункт, пусть там снимок сделают. Может, у тебя перелом или ещё что. Обопрись на меня, – Кирилл подставил Нике плечо, и они вместе поковыляли к машине, благо она стояла совсем близко к краю тротуара.

Кирилл посадил Нику на переднее сиденье, быстро обежал машину, сам уселся за руль и завёл двигатель.

– Ты уже права получил? – Ника всё ещё шмыгала носом, но ей было ужасно интересно: сколько она мечтала об этом парне, а он её раньше и не замечал. Конечно, три года назад она совсем маленькая была, а теперь – взрослая девушка. Вот, Кирилл бросил все свои дела и помог ей, везёт в своей машине в травмпункт. Кому скажи – не поверят.

Перед глазами Ники опять возникли обнявшиеся фигуры одноклассников. Ну, нет! Люське она точно ничего рассказывать не будет. Может, Полинке? Девчонки знали, как ей нравился Кирилл…

– Приехали, – Ника даже не заметила, что машина остановилась, Кирилл открыл дверь и терпеливо ждёт, когда она соизволит выйти. Опираясь на его руку, Ника осторожно выбралась из автомобиля. Парочка похромала к дверям и исчезла внутри.

Через час Ника вышла из травмпункта почти самостоятельно. Кирилл лишь слегка поддерживал её под локоть. Ни перелома, ни вывиха не оказалось, небольшое растяжение связок. Ей наложили тугую повязку, написали на листочке необходимые лекарства и выдали справку, освобождающую от занятий физкультурой.

– Хорошо, что всё обошлось, – Кирилл галантно открыл дверцу машины и заботливо усадил Нику. – Я тебя сейчас домой отвезу, а то у меня ещё куча дел.

– Да, конечно. Спасибо тебе большое, Кирилл. Что бы я делала, ума не приложу. Если тебе некогда, то давай я выйду, потихоньку сама дойду, наверное.

– Да мне не трудно тебя подвезти, тут недалеко. Не волнуйся.

Дорога оказалась гораздо короче, чем хотелось Нике. Они перемолвились всего парой ничего не значащих фраз. И вот уже – знакомая калитка. Хлопок дверцы. Кирилл помахал ей рукой, развернул машину и уехал. Сказка закончилась. Ника повернулась и, осторожно наступая на больную ногу, похромала к калитке. Она снова и снова прокручивала в голове свой разговор с Кириллом, слегка ругая себя за то, что не поинтересовалась его учёбой, его жизнью. Вот, растяпа! Ничего не узнала! Но одновременно с этими мыслями мелькали перед глазами ожившие картинки: как ОН обхватил её за талию, чтобы довести до машины, как ОН заглядывал в её глаза внимательно и тревожно, как ОН ждал её в коридоре травмпункта и бросился навстречу, чтобы поддержать.

Занятая своими мыслями, Ника потеряла бдительность и не заметила, что дома опять только мама. Из сладких мечтаний её вывел окрик:

– Где тебя носило?! Я обед уже пять раз грела! Ты почему после школы домой не пришла! Знаешь, что мать волнуется, и делаешь назло!

– Мам, я упала и ногу подвернула. Пришлось в…

– Только ты падаешь на ходу! У других – дети, как дети! А у тебя вечно сплошные приключения! Марш за стол! Руки помыть не забудь, неряха!

Ника пошла в ванную, по пути глотая слёзы обиды. От её радужного настроения не осталось и следа. Вымыв руки и поплескав заодно холодной водой себе в лицо, Ника прошла на кухню, села за стол.

– Так что там с ногой? Как ты упала? – мама немного успокоилась и заговорила уже без нервов. – Сильно разбилась?

– Да. Мальчишки петарду кинули прямо под ноги, а там лёд раскатанный… В травмпункте сказали, что связки потянула и повязку наложили. Там мне ещё написали лекарства, надо будет мазать щиколотку, чтобы опухоль быстрее прошла. От физры освобождение дали на месяц…

– А как ты в «травму» попала?

– Меня Кирилл Левашов довёз. Он как раз мимо ехал и увидел, как я упала.

– Кирилл? Он же учится в городе? Как он здесь оказался?

– Сказал, что в универе зачеты, а у него «автомат» по двум предметам. Вот он и приехал родителей навестить. А потом сессия начнётся, и его долго не будет дома.

– Ладно, давай список лекарств. Пойду куплю… Ой, непутёвая ты у меня! Как жить будешь? – мама вздохнула, забрала из рук Ники маленький квадратный листочек, пахнущий больницей, и ушла в аптеку.

Ника вылезла из-за стола и поковыляла в зал. Из окон этой комнаты была видна пятиэтажка, в которой жили Левашовы. Она смотрела на далёкие окна, переживала заново каждую минуту в обществе Кирилла и поняла, что пока никому не расскажет об этой встрече. Пусть у неё будет своя ТАЙНА.

5 глава. Полина.

Уже зима… Скоро каникулы… Новогодние праздники… Ничего не хочется… Полина вяло переставляла ноги по направлению к дому. Темнеет совсем рано. Фонари зажглись и осветили улицу желтовато-розовым светом. Полина остановилась почти под самым фонарём, запрокинула голову и посмотрела, как падают снежинки. Красиво… Кружатся беззаботно в каком-то, ведомом только им танце… Падают медленно на землю. Ветра совсем нет… Тихо… На их улице мало машин. А сейчас уже все дома. Только Полина так поздно возвращается от репетитора. Рюкзак оттягивает плечи. Казалось, что на них навалили триста килограммов камней или свинца. Впрочем, если навалить триста килограммов пуха, тоже будет тяжело. Полина вспомнила детскую загадку и невесело улыбнулась. Раньше она всегда ждала Новый год. Это был самый любимый её праздник. Даже день рождения она так не ждала, как Новый год! А теперь – ничего не хочется. Даже ёлки! Мама покупала новые игрушки, мишуру, серебристый «дождик». Приносила всё это вечером из магазина, показывала мужу и дочери, старалась подготовиться к празднику «как следует». Полина на несколько минут оживлялась, а потом опять впадала в состояние задумчивости, даже какой-то заторможенности. На «автопилоте» ужинала, садилась за уроки… С каждым днём заниматься становилось всё труднее. Глаза упорно смотрели в учебник, взгляд пробегал по строчкам, но смысл до сознания никак не доходил. Полина читала одно и то же по два, три, четыре раза, а толку не было. Она начинала читать полушёпотом, чтобы вникнуть в прочитанное – ничего не помогало. До конца четверти осталось две недели, а она сегодня четвёрку по биологии получила. А по геометрии учительница головой покачала, ничего не поставила, только спросила, не больна ли Полина. Пришлось соврать, что плохо себя чувствует. Хотя, может быть, это и не враньё? Как объяснить своё состояние? У Полины в последнее время появилось чувство, что из неё силы просто вытекают куда-то. Небольшим ручейком стекают с пальцев, уходят через ноги в землю, испаряются вместе с теплом с поверхности тела… Разве это – болезнь? Температуры нет. Нет насморка, кашля, сильной боли… Только вот и сил… тоже нет…