Синий туман Джеффа

1.

Джефф Картер всю жизнь проработал на «Шахтах Фила» и был этим доволен. Работа была грязная, со стороны неприятная, но доставляла Джеффу ни с чем несравнимое удовольствие. Среди товарищей он был самым сильным , хоть и не шибко умным. Обладал широкими плечами и высоким (почти два метра) ростом. Больше всего на свете он любил спокойствие и постоянство.

Он редко получал письма. Но сегодняшнее письмо было особенным – официальным, это заставило его напрячься. Он сел за стол, грубо вскрыл конверт – жёсткие и тяжёлые пальцы не позволяли сделать это аккуратно, и начал читать:

«Здравствуйте, мистер Картер!

С сожалением сообщаем, что в связи с трудностями, которые переживает наша фирма, мы вынуждены закрыть шахту и станцию ПВФ в городе Стоунвиль. Мы приносим свои извинения и предлагаем вам перевестись на те же должности в другом филиале – в городе Айронвиле. Расходы на переезд фирма возьмёт на себя. Если вы откажетесь, то фирма предлагает компенсацию в размере 3-х месячных окладов. Обратитесь в кадровый отдел вашего филиала, когда примете решение.

С уважением директор филиала «Шахты Фила» Фил Уилсон младший».

– Чёртов Фил! – Джефф швырнул письмо на пол и встал.

Два года назад в его родном шахтёрском городке Стоунвиле ввели новую систему оплаты труда. Теперь нельзя было трудиться только руками или только головой. У каждого должно быть две работы, дабы уменьшить разрыв между обычными работягами и высококвалифицированными специалистами. Минимум раз в неделю каждый должен был отходить от привычного вида деятельности и заниматься чем-то совсем другим. Обучение, конечно, предусматривалось, но многие были недовольны таким решением.

Джефф достал из джинсов мобильный телефон и набрал Фила.

Фил Уилсон младший был не только владельцем филиала шахт и станции по переработке высококонцентрированного фоскарвунита (ПВФ) в Стоунвиле, залежей которого в их городе было полно, но и по совместительству мэр города. Его отец – Фил Уилсон старший был лучшим другом отца Джеффа, поэтому они были на короткой ноге.

Фил ответил не сразу, голос его был замученный:

– Джефф, мне сейчас не до тебя.

– Да понимаю я. Тут письмо пришло – это шутка?

– К сожалению нет. Мы разослали такие всем сотрудникам. Пришлось попотеть, выбить места в других филиалах, но их не так много. С деньгами совсем тяжело.

– Так, а делать то что?

– Я бы на твоём месте согласился на работу. Многие, скорее всего, решат остаться здесь и будут искать новую. А куда их возьмут то?

– А как же переезд? Бросить всё? Нельзя же так!

– А что у тебя здесь есть? – перебил его Фил, – дом твой старый, поди, скоро развалится. Семьи нет. А в другом городе новые возможности будут. Айронвиль же большой! Такой же шахтёрский город, только залежей больше.

– Да я б переехал, только слышал я, что у них это… – Джефф замялся, – всё по правилам, понимаешь? Не как тут.

Джефф услышал в ответ только тяжёлое дыхание.

– Или у них там как у нас?

– Нет, не как у нас. Да только это не имеет значения. Я ухожу с поста мэра и уезжаю отсюда. Больше я не вернусь в город. Мой отец направляет меня на другой филиал…

Джефф осел:

– Как так, совсем? Навсегда?

– Да, навсегда. Всё серьёзно, понимаешь? Бери работу. Я понимаю, что тебе сложно привыкать к чему-то новому, но это лучший вариант. Мне пора. Желаю тебе удачи.

Джефф промолчал. Послышались гудки. Какое-то время он всё ещё молча слушал их. Теперь его жизнь изменится.

2.

В итоге Джеффу пришлось переехать. Айронвиль показался ему слишком шумным и многолюдным. Он привык к тишине и спокойствию, а здесь каждая улица кишела людьми и машинами. Он чувствовал себя инородным здесь и хотел вернуться, но не мог. Филиал оплатил его переезд и дал жильё – небольшую квартирку в многоэтажном доме. Только Джефф попросил не слишком высоко, и ему дали на втором этаже. Чем ближе к земле – тем лучше.

Вечером в воскресенье он поехал в офис станции оформлять документы. В этом городе, как и в его родном, была шахта, только побольше, и станция ПВФ. Джефф предвкушал момент, когда отправится под землю, снова увидит привычное синее мерцание добываемого ими материала на стенах шахт. Ему не терпелось снова оказаться в привычной обстановке – почувствовать эти запахи, ощутить кожей тепло.

В кабинете кадровика пахло какими-то цветами. Джефф не разбирался в них. Всё, что было выше уровня земли, его мало волновало. Зато под землёй он предсказывал просадки и смещения материала вплоть до часов и минут.

– Как вас зовут? – вырвал Джеффа из воспоминаний кадровик. Он сидел за столом в красной наглаженной форме с жёлтой полосой и держал в руках документы.

– Джефф Картер.

– Откуда вы, мистер Картер?

– Из Стоунвиля.

Кадровик поднял бровь и стал вглядываться в документы Джеффа.

– Категория «Т-К», верно?

– Да.

– А опыт работы на станции полтора года, да?

Джефф немного замялся, ведь ни дня не отработал на станции ПВФ. Фил, когда ввели новые требования по оплате труда, не стал их реализовывать для всех. Некоторым он «разрешил» этого не делать за оплату дополнительного налога. И эти некоторые были только рады. Но говорить об этом было нельзя.

– Да, верно, полтора года.

– Обучение проходили на станции или централизовано?

– Что значит централизовано?

– Ну, вы приезжали в главный штаб компании или у себя проходили в городе? – кадровик посмотрел на Джеффа из-под густых бровей.

– У себя. Не ездил.

– Хорошо, понятно. Направлю вас на ту же должность – монтажником. Пока не освоитесь, вам будет помогать старший инженер – Эдриан Прайс. Я вас познакомлю. Если будут вопросы – обращайтесь к нему. Всё понятно?

– Да, спасибо.

Они пошли по узкому коридору, ведущему к инженерному отсеку станции. Джефф чувствовал себя неуютно. Ему казалось, будто он слишком большой и широкий для этого крошечного коридора. Мимо проходили люди в форме – красной и синей с разными знаками отличия.

– А что значат эти цвета? – спросил он кадровика.

– А вы не знаете? – удивлённо спросил кадровик.

– У нас не было формы.

– Это категория. Вам тоже такую выдадут завтра. В красной форме те, у кого категория «К-Т», самые умные – квалификаты, а в синей «Т-К», которые…

– Тупые? – перебил его Джефф.

– Я не это хотел сказать. «Т-К» – трудовики. Без них мы как без рук, между прочим. Много, кто работает на станции, также работает и на нашей шахте.

– И вы?

– Я – нет. Я работаю краснодеревщиком в мастерской – делаю мебель на заказ.

– А почему не в шахте?

– Тяжело. Только вон такие, как вы там могут справиться, – кадровик махнул рукой в сторону Джеффа, указывая на его рост, – хотя, если работать и на станции и на шахте, то вероятность повышения выше.

– Понятно, – Джеффу стало немного легче, когда он узнал, что кадровик занимается чем-то, что ему хоть немного близко, а не только этой заумной бумажной работой.

Они подошли к входу в инженерный отсек. Двери открылись, и взору Джеффа предстал совсем другой мир: потолок был необычайно высоким – метров десять или даже пятнадцать. Вдоль стен стояли огромные контейнеры, а к ним присоединялось такое количество разных трубок и проводов, которое и сосчитать нельзя. Все они вели к дальнему концу зала – там была огромная круглая дверь, закрытая на замок-засов размером с автомобиль.

Посередине зала стояли столы с компьютерными панелями и экранами, горевшие разноцветными лампочками, а за ними сидели в серых креслах работники: в красных униформах, в синих было всего пара человек. Джефф заметил, что у некоторых из работников на форме есть жёлтая полоса – знак отличия. Как объяснил кадровик, эта полоса означала высокий статус работника. Таких здесь было больше, чем тех, что без полос. Некоторые из работников оглядывались на Джеффа и разглядывали его. Ему показалось, что в инженерном как-то душно, он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и попытался глубоко вдохнуть.

– А вот и Эдриан Прайс, – кадровик указал на юношу, который направлялся к ним, – наш старший инженер. Остальное вам объяснит он.

Молодой человек был высокого роста, худощав, с чёрными взъерошенными волосами и в очках. Джефф подметил, что красная форма с жёлтой полосой выглажена более чем идеально – так, будто он никогда даже не садился в ней.

– Добрый вечер, – поздоровался он.

– Здравствуйте.

– Вы Джефф Картер? Мне про вас рассказали. Давайте я провожу вас на ваше рабочее место.

– Да, давайте.

Эдриан Прайс повёл Джеффа через зал, в сторону небольшой двери, которая находилась рядом с той большой круглой.

– Трудовики обычно работают монтажниками. Вы же из них, верно? – сказал он, поправив свои очки.

– Да, верно.

– Я смотрю, вы не многословны.

– Я говорю мало, но по делу.

– Уважаю, – Эдриан Прайс кивнул Джеффу.

Тому показалось его одобрение совсем не искренним.

– Я работаю здесь только четыре года и уже старший инженер. Не многие могут таким похвастаться.

– А вы, я вижу, любите хвастаться.

– О, нет. Вы меня не правильно поняли. Я хотел сказать, что я добиваюсь того, чего хочу. И я готов сделать для этого то, что нужно. Такие люди здесь могут добиться высот, – он разгладил форму и указал пальцем на нашивку на груди: «К-Т».

– Ну а трудовики?

– Максимум старший монтажник. Ну, или, в крайнем случае, помощник инженера – там, в общем зале таких всего парочка.

– Да, я видел. А почему так мало?

– Работа серьёзная. Не все тянут обучение. Не каждый, кто работает на шахте, способен понять тонкости работы тут на станции ПВФ.

Они вошли в маленькую дверь и продолжили движение по длинному коридору. Вдоль него сидели работники, чаще встречались те, что в синей форме и без жёлтых полос. Джефф испытал облегчение. В руках у них он заметил небольшие чёрного цвета устройства, которые никогда в своей жизни не видел. Они приставляли его к контейнерам, которые находились в углублениях в полу возле стен, и что-то мерили.

Наконец они дошли до середины коридора. И Эдриан Прайс сказал:

– Здесь будет ваше место.

На полу стоял контейнер, а на нём лежало устройство.

– Хорошо, спасибо.

– Можете проверить, всё ли работает, чтобы завтра не возникло никаких проблем.

– Я верю, что всё работает. Спасибо. Форму выдадут завтра?

Джефф посмотрел на Прайса – тот смотрел на него в ответ, и в его глазах читалось недоумение. Он ответил, растягивая слова:

– Да… Завтра вам дадут форму.

Нависла тишина. Было слышно только как работники со всех сторон щёлкают заклёпками на контейнерах, нажимают кнопки и в ответ им раздаётся короткий звуковой сигнал.

– На сегодня всё? – спросил Джефф.

– Да, а вы точно не хотите всё проверить, – начал было Прайс.

– Точно. Если честно, я немного опаздываю. Назначил встречу на вечер. Не рассчитал время – ещё не привык к здешнему транспорту – в дороге тратится гораздо больше времени, – Джефф попытался выдавить извиняющуюся улыбку.

– Ладно, так и быть. Буду ждать вас здесь в восемь. Не опаздывайте.

Джефф развернулся и побрёл оттуда быстрым шагом. Его мучило столько вопросов… Что он будет делать завтра, догадался ли этот проныра, что он врёт, и как, чёрт возьми, пользоваться этим чёрным устройством? Напряжение всё сильнее сдавливало Джеффа. Ему казалось, что он бежит оттуда, так странно смотрели на него все, мимо кого он шёл. Они смотрели так из-за его роста, может? Или они догадались, что он не тот, за кого себя выдаёт? Он спиной чувствовал их взгляды.

3.

Джефф пришёл на место без пятнадцати восемь. Он надеялся не застать Прайса на рабочем месте и действительно – того ещё не было. Форму ему выдали на входе. Переодевшись, он почувствовал себя ещё более напряжённым и скованным, чем раньше. Ему мешало всё: и рукава казались какими-то длинными и воротник кололся, пояс был слишком тугим… Хотя, как ему сказали, комплекты шьют под размеры каждого отдельного сотрудника.

В том небольшом коридоре с контейнерами уже было несколько человек. Они казались Джеффу не такими уж страшными. Все сидели на своих местах, некоторые разговаривали друг с другом. Кто-то бегло оглядел Джеффа, но этот взгляд не показался ему пренебрежительным. Казалось, что они его принимают, как часть себя.

Найдя своё место, он сел рядом с контейнером и взял в руки чёрное устройство. Оно смотрелось несуразно в его большой ладони. Главное не сломать его. Он не решился что-то нажать и стал приглядываться к другим работникам – как они пользуются им. Он быстро понял, что устройство включается большой красной кнопкой сверху. А дальше было сложнее, но после нескольких попыток, он смог понять, что нужно жать, когда приставляешь устройство к контейнеру, и какой сигнал должен прозвучать.

Работники уходили куда-то и после возвращались с колбами, наполненными синим порошком, которую после высыпали в контейнер. Джефф начал ходить за ними и наблюдать, что они делают. Его в какой-то момент даже увлекло это занятие. Он почувствовал себя частью большого процесса. Он не понимал, зачем он всё это делал и что это значит, но это было интересно.

Днём в столовой он встретился с Прайсом. Хоть они и сидели за разными столами, Джеффу казалось, что что-то не так, уж больно долгими взглядами он одаривал нового работника.

Вечером этого же дня он попросил Джеффа немного задержаться. Тот пришёл в инженерный, он надеялся, что это никак не связано с его небольшим секретом.

– Я хочу, чтобы ты кое-что посмотрел, – Прайс развернул панель компьютера у себя на столе так, чтобы Джефф видел.

На записи было видно, как работают монтажники, как они ходят туда-сюда, таская синие колбы, и заполняют контейнеры. Джефф был среди них.

– Что-то не так? – спросил он Прайса.

– А ты не видишь?

– Когда это мы перешли на «ты»? – смутился Джефф.

– Сейчас, – сказал он в ответ и сложил руки на груди, – вот здесь ты что делаешь? Этот контейнер нельзя держать открытым, если ты не собираешься его сразу использовать. А вот этот фосометр никто так не держит. Нужно вначале проверить плотность фоскарвунита, а потом уже ссыпать его туда. И ты даже не проверил контейнер на наличие загрязнений. Видишь? Могу показать ещё раз. Нужно?

– Нет. Я всё понял. У нас на станции старое оборудование. К этому я не привык. У нас по-другому всё делается.

– Нет, не по-другому. Не может быть никакого старого оборудования – на всех станциях оно стандартное. И на вашей в том числе. – Прайс выключил запись и откинулся на спинку кресла, – я сразу понял, что с тобой что-то не так. Ты так таращился на всё, что здесь находится, будто никогда не видел этого. Я решил проверить и не прогадал. А ещё я слышал, что ваш начальник – Фил замешан в коррупции. Потому-то его и убрали с поста. Не объяснишься, а?

Джефф молчал. Он не знал, что сказать. Оскорбления Фила младшего ему совсем не понравилось, но он был не в том положении, чтобы что-то отстаивать, и тогда он спросил:

– Что тебе нужно?

– Что вам нужно, – поправил его Прайс.

– Что вам нужно? – покорно повторил Джефф.

– Нет-нет… Давай так: «Что вам нужно, мистер Прайс?». Будет звучать гораздо лучше.

Джефф было попытался разозлиться на этого самодовольного гада, но ситуация была очень паршивой. Если вдруг кто-то из начальства узнает, что всё это время он обманывал систему, введённую на государственном уровне… Тем более, и своего друга Фила подводить не хотелось. Как только он так быстро его разоблачил?

– Что вы хотите, мистер Прайс? – послушно произнёс он и опустил голову.

– Хм, надо подумать, – Прайс отвернулся от Джеффа и стал раскачиваться в кресле. – Что бы такое придумать… Может, стоит рассказать, что я вычислил обманщика? Начальство будет благодарно и повысит меня. Или… Какие у тебя есть варианты?

В голову Джеффу не приходила ни одна мысль. Но на мгновение ему показалось, что, если кто-то об этом узнает, то будет и не так плохо. По крайней мере, ему не придётся больше притворяться. Но что будет, если они узнают, он не знал.

– Что я могу сделать?

– Шахты! – выпалил Прайс. – Ты ведь работаешь на шахте, верно?

– Да.

– Я тоже. Но, скорее всего, не так успешно, как ты – с такими-то ручищами. Так вот. Может, договоримся?

– О чём?

– По пятницам я работаю там внизу – там мне не нравится – отвратительно воняет и мокро, – Прайс демонстративно наморщился. – Может, ты бы мог меня от этого избавить, а?

– В каком смысле?

– Да что ж ты такой не догадливый то? Будешь делать за меня работу, а я не расскажу никому, что ты всех обманул. Идёт?

– А у меня есть выбор?

– Нет.

Прайс протянул Джеффу руку и тот нехотя её пожал – она была костлявой и холодной. Он подумал о том, что будь его воля, он бы мог сломать ему пальцы, сожми он его ладонь чуть сильнее. Но, конечно, он этого не сделал.

4.

Дни на шахте казались Джеффу отдушиной. Его не поставили главным шахтёром, каким он был у себя в Стоунвиле, но его это не волновало. Очень быстро и легко он сошёлся с работниками. Почти все, работающие здесь были «Т-К» – трудовиками. Квалификатов почти не было. Это очень радовало Джеффа, даже воодушевляло. Он и не думал, что сможет так быстро войти в рабочий коллектив.

В течение этих дней он старался выполнять чуть больше дневной нормы, чтобы максимально освободить пятницу для Прайса.

Казалось, что он хорошо справляется. Здесь он был в привычной обстановке и наслаждался тем, что он знает, как всё устроено, где что находится. Звуки работающих машин были ему знакомы, запахи. Влажный воздух наполнял его лёгкие умиротворением и спокойствием.

Только приближение пятницы портило эту идиллию. Он понимал, что ему придётся пресмыкаться перед этим мальчишкой. Ну и возомнил он о себе! Ему стало интересно, все ли квалификаты такие или нет? Кадровик показался не таким уж гадким, когда он узнал о его работе в мастерской. Может, и Прайс окажется не такой занозой?

Наступила пятница. С утра на улице был сильный дождь – Джефф весь промок. В Стоунвиле редко шли дожди, а здесь на новой квартире у него было слишком мало вещей, и зонта среди них не было. Он покупал всё только по мере необходимости.

В гардеробной его уже ждал Прайс. Его самодовольная улыбка не сходила с лица, и Джеффа слегка передёрнуло. Прайс протянул ему табель учёта проделанной работы:

– Покажи, на что ты способен, – сказал он.

Джефф нехотя взял табель и посмотрел его – не так уж и много. Похоже, что они его сильно не нагружали работой. Хотя он то и не смог бы потянуть полноценный объём, с такой-то комплекцией.

– Хм… Не много. Судя по всему, вас тут не сильно нагружают.

– Справишься?

– Конечно, – Джефф заулыбался.

А вот улыбка с лица Прайса пропала:

– Ты не зазнавайся, здоровяк! Помни, о чём мы говорили в понедельник, – он угрожающе поднял палец вверх и вышел.

Джефф не спеша переоделся и пошёл выполнять работу: свою и Прайса. Ему казалось смешным то, что фирма вообще держит здесь работника, который физически не может потянуть то, что могут другие – нормальные шахтёры – трудовики. Джефф такого, как Прайс, мог бы поднять одной рукой и при этом нести пару мешков с необработанным фоскарвунитом в другой.

На удивление пятница прошла быстро и легко – Джефф сделал работу Прайса за два часа и принялся за свою. Всё это время тот ошивался где-то рядом, иногда мешая. Он буравил шахтёра суровым взглядом начальника. К этому взгляду Джефф быстро привык. Его даже забавляло, что Прайс сердится. Видимо, он рассчитывал принести больше неудобства в его жизнь.

Неожиданно Прайса вызвали – сверху пришло какое-то поручение. Может, начальство увидело по камерам, что он ничем не занят. По его лицу было видно, что он встревожен.

Джефф помнил, как медленно и мучительно тянулись дни, когда не было возможности что-то делать. Бывало такое, что часами их бригада ждала, когда кто-то другой что-то сделает, и они смогут продолжить работу. Наверняка, Прайсу тоже не очень-то легко ничего не делать. Посмотрим, сколько он выдержит.

Когда он вернулся сверху, его лицо просто сияло.

– Угадай, кто будет в следующем месяце проводить экскурсию по станции для старших классов?

Джефф промолчал.

– Что – язык проглотил?

– Неприятно, когда хвастаются.

– А я и не хвастаюсь. Я хочу тебя предупредить, что тебе нужно будет подготовиться.

– Мне то? – Джефф усмехнулся, – я ж не знаю ничего.

– Это не важно. Мне нужен будет ассистент. Я дам тебе инструкцию, и ты её выучишь. Уж читать то ты умеешь? – он исподлобья взглянул на Джеффа.

– Ассистент, значит?

– Да. Будешь делать всё, что я скажу тебе. Понял?

– Да. И сколько я буду у тебя… У вас на побегушках?

– Сколько я захочу, – улыбка расплылась по лицу Прайса.

5.

Эти несколько недель до экскурсии пролетели довольно быстро. Джефф выучил инструкцию. Оказалось, что каждому сотруднику проводят повторный инструктаж перед отправкой на рабочее место, который Прайс решил не проводить. А уж электронные инструкции по работе с контейнерами выдаются всем монтажникам. Они знатно облегчили Джеффу жизнь. Теперь он управлялся с работой на станции так же хорошо, как его коллеги. Он не всегда улавливал нюансы, но справлялся. Фил был прав, когда отправил его сюда, говорил, что у него всё получится.

Прайсу все пророчили скорое повышение до главного инженера. Только они могли работать с главным реактором – за большой круглой дверью. Старшие инженеры не могли туда заходить – это было опасно. Прайс же в свою очередь не терял возможности напомнить о своём повышении другим коллегам, чем их сильно раздражал. Чувствовалось, как ему не терпится попасть за эту огромную круглую дверь, будто таким образом он достигнет небывалого величия.

Настал день экскурсии. По плану они должны были встретить детей у входа и провести через длинный коридор, немного рассказать про организацию работы филиала, а потом уже показать инженерный. Само собой разумеется, детям нельзя ничего трогать самим. Джефф должен был следить за тем, чтобы они не разбегались и помогать Прайсу, если ему что-то будет нужно.

Ребят было двенадцать, это был выпускной класс. Среди них было всего две девочки, остальные – мальчики. Начало экскурсии прошло хорошо – Прайс красовался и выливал на детей тонны пафоса, что его очень радовало. А Джефф шёл сзади и подгонял, если ребята задерживались в каком-то месте. Они как будто специально пытались отстать от группы.

– Ну и козёл, – сказал шёпотом один из мальчишек со светлыми волосами и подтрунивая толкнул своего приятеля в бок. – Будто он тут самый важный.

Джефф заулыбался. Мальчики стали пародировать фразы Прайса, его мимику и хихикать.

– А ещё он такой тощий, что по всем трубам может лично лазать.

Мальчик повернулся, заметил Джеффа и извиняясь сказал:

– Ой, простите.

– Ничего. Продолжайте, раз хотите, – сказал Джефф.

– А вам он тоже не нравится? – спросил светловолосый мальчик.

– А ты смелый. Да, он мне не нравится.

– Я Дюк, а это мой друг – Том. Мой папа настаивал на том, чтобы я пошёл на эту экскурсию. Он хочет, чтобы я приобщался к высококвалифицированному труду, но я не знал, что будет так скучно.

– Меня зовут Джефф. Джефф Картер.

– Мистер Картер, а вы кем работаете?

– Я работаю на шахте, а здесь я монтажник.

– Мой папа работает там. А на шахте случалось что-нибудь интересное?

– О да…

– А расскажите, – стал канючить Дюк.

– Но ведь экскурсия же. Вот мы уже в инженерный заходим – там интереснее.

– Этот дурак всё-равно кроме себя никого не слышит. Мы будем тихо.

– Ну ладно, – интерес мальчиков к работе шахтёра был неожиданным, но очень приятным. Они ещё немного отстали от группы и Джефф стал рассказывать:

– Много лет назад одного шахтёра завалило обломками креплений и после этого его все стали называть «Фил-Большая штанина». А знаете почему?

– Нет, – хором сказали мальчики.

– Было лето и жарко – все ходили в одних штанах, без верха. Когда его засыпало, он надел штаны на голову, чтобы земля не попадала ему в глаза и рот. И, когда его откопали, не могли понять, почему он попой вперёд вылезает. А потом оказалось, что это была не задница, а лицо.

Мальчики громко засмеялись.

– А спустя много лет он стал мэром города и больше так не шутили.

Смех стал ещё громче.

– Джефф, что это у вас там за шум? – вскрикнул Прайс недовольно и подошёл к нарушителям тишины.

– Мы просим прощения – мальчики немного пошумели, но больше не будут.

– Ничего тебе доверить нельзя – даже за порядком следить!

– «Даже за порядком следить» – передразнил его Дюк.