Волшебный город. Тайны бродячей таверны

– Страстная девочка, – Гриша шагнул вперёд, оттеснив Аркашу. – А теперь тебе пора спрятать зубки и приготовиться угождать хозяину…

Он достал из кармана невзрачный серый камушек на грубой верёвке. Камень был без какой-либо оправы и выглядел как обычный булыжник. Видимо, это и есть тот самый артефакт подчинения.

Я рванула вперёд, сильно толкая их в стороны.

Не ожидавшего такой прыти Аркашу здорово приложило головой о железную дугу остановочного комплекса, он взвыл, падая на заплёванный и усыпанный бычками асфальт. Бабули хором запричитали, кто-то воскликнул: «Ну даёт, девка!», кто-то выругался.

Но гадкий Гриша удержался на ногах и успел перехватить меня за руку. Он резко поднёс к моему лицу камень, едва не ударив по лбу. Я закусила губу, ожидая всего, чего угодно. Но ничего не произошло. Вообще ничего! Я, опешив, на мгновение обмякла и перевела взгляд на Гришу. Он, видимо, решил, что дело сделано.

– Вот и отлично, – зло прохрипел он. – Попалась, птичка. Слушай меня! Сейчас ты перед всеми извинишься за недостойное поведение, а потом пойдёшь с нами и будешь делать всё, что тебе прикажут. И не забывай каждый раз приговаривать: «Я с радостью сделаю это для тебя, хозяин», поняла?!

Как хорошо, что он это сказал! Это моментально привело меня в чувство!

– Поняла, хозяин, – пропела я и, дождавшись, пока он самодовольно глянет на Аркашу, изо всех сил зарядила ему между ног! По-моему, там что-то треснуло…

Нет, не зря моя знакомая тренер по женской самообороне говорила: «Не геройствуйте, девочки. Если есть возможность бежать – бегите. Если нет – без малейших сомнений бейте по самым чувствительным местам…».

Пока задыхающийся от боли Гриша, беззвучно визжа и бережно сжимая ладошками пострадавшее место, вставал передо мной на колени, а его глаза при этом пытались выскочить на асфальт, я кинула взгляд на поднимающегося Аркадия, и… решила, что самое время удалиться по-английски.

Поэтому, углядев неподалёку двух гаишников, издала пронзительный, максимально истеричный вопль: «Спасите, насилуют!» и, визжа, кинулась прочь. Хотя, конечно, вряд ли мои преследователи сейчас способны на погоню, но лучше не проверять. В этот момент я как никогда радовалась, что Аркадий с дружком оказались типичными ботанами и привыкли надеяться на магию, а не на физическую силу.

Я бежала, петляя, как заяц, то и дело сворачивала и запутывала следы. Кажется, погони не было, но я всё равно остановилась только тогда, когда уже совсем не осталось сил.

Чтобы отдышаться, мне пришлось прислониться к стене какого-то дома. Когда сердце перестало выскакивать из груди, а перед глазами уже не прыгали чёрные точки, на меня внезапно свалилось полное осознание происходящего.

Да, отчасти я отомстила этим двум гадам, но жетон, мой единственный пропуск в Пряниксберг, утерян! Его нет! А значит, они меня скоро найдут.

Впрочем, они и с жетоном меня как-то нашли. Хотя… да, блин, как же я не додумалась! Они же могут подчинить разум кого угодно! На их месте я бы решила, что раз объект моей охоты кого-то навещал в этом районе, значит, он может вернуться. Причём, учитывая сжимаемый в кулаке жетон, вернётся он, скорее всего, на остановку. Так почему бы не обойти все ближайшие остановки и не оставить на каждой какого-нибудь загипнотизированного бедолагу для слежки? По-моему продавщица ларька на меня как раз очень уж пристально таращилась… не она ли подала им сигнал? Впрочем, неважно.

Важно, что пойти мне некуда. Ещё буквально недавно я была уверена, что нашла выход из ситуации, а теперь его снова нет. Впору было впасть в отчаяние, но сдаваться я не собиралась. Видимо, таверна действительно восстановила моё эмоциональное состояние, поскольку вместо отчаяния меня переполняла здоровая злость и решимость сделать что угодно, только бы не дать Аркаше победить.

Нет уж! Если у меня хватало сил раз за разом ослаблять чары, если уж у меня пробудился дар, если уж дурацкий артефакт подчинения не оказал на меня воздействия, то… поборемся ещё!

Теперь только нужно придумать план.

Я не спеша побрела по улице, не забывая тем не менее всё время сворачивать, чтобы сбить погоню со следа. Как бы мне вернуть жетон?

А ещё всё это время где-то в глубине сознания крутилась мысль: «Эх, ну зачем я вообще покинула Пряниксберг?! Осталась бы в таверне, начала бы работать…». Однако стоило на ней сосредоточиться, как внутренний голос тут же заявлял: «Но магическая интуиция подсказывала, что вернуться просто необходимо. Почему?»

И даже сейчас, когда, казалось бы, дела шли хуже некуда, та самая интуиция утверждала, что всё идёт… не хорошо, нет, это неверное слово. Скорее, правильно. Так, как должно идти. Зачем-то мне необходимо было через это пройти. Но зачем? Что мне полагалось выяснить в результате этого путешествия? Что от себя и от проблем не убежишь в другой мир? Если так, то это самый жестокий урок на свете – вернуть меня сюда, после того как я познакомилась с ярким прекрасным Пряниксбергом и на какое-то время поверила, что действительно смогу жить в этом городе чудес и работать в удивительной волшебной таверне, которая оказалась живой и влюбилась в меня с первого взгляда.

Внезапно я поняла, что иду по направлению к своему университету. Он находился в паре кварталов отсюда. И тут же мне вспомнилась улочка из моего мира, приблудившаяся в Пряниксберге.

Она как раз находится тут рядом!

А вдруг она приведёт меня в Пряниксберг?!

Вдруг то, что она там мне попалась, – это был вовсе не тот знак, о котором я тогда подумала?! Вдруг мне намекали на будущие события?

Бешеная надежда всколыхнулась внутри, заставив меня ускорить шаг. Голос разума твердил: «Нет, это невозможно! Не может всё быть так просто…», однако я совершенно не желала его слушать, уцепившись за единственный призрак шанса на возвращение, как за спасательный круг. Пожалуй, я только сейчас поняла, насколько сильно, даже, пожалуй, неистово хочу вернуться в Пряниксберг! Ну, пожалуйста… Всего за два посещения я срослась сердцем с этим городком и разрывать эту связь было попросту больно.

Интересно, а мой дар работает в этом мире? И если да, то смогу ли я приготовить коктейль, который откроет мне путь в Пряниксберг? Ведь Лумар говорил, что для моей магии нет правил и границ. В любом случае, я буду пробовать. Кстати, есть ведь ещё вариант, что события выстроились таким образом для того, чтобы у меня была мотивация быстрее осваивать дар. Хотя… желание скорее спасти родителей – это уже лучшая мотивация. Да ещё плюс под руководством Лумара, который может направить меня на правильный путь.

Размышляя таким образом, я добрела до нужной улицы. Что интересно, Аркадий с Григорием нигде не маячили, хотя один-то из них уже должен был прийти в себя и определить, где я нахожусь! Или же без Гриши Аркадий сделать этого не мог? А может, на меня не только амулет подчинения перестал действовать? Может, поисковые амулеты (или что там у них) тоже начали давать сбой? Вот было бы здорово!

Улочка выглядела точно так же, как и тогда, когда я наткнулась на неё в Пряниксберге. На всякий случай я подошла к знакомой торговке соленьями и уточнила, виделись ли мы сегодня. Она даже не удивилась. Привыкла, что рассеянные (и порой отмечающие сдачу зачётов и экзаменов) студенты иногда здороваются по нескольку раз в день.

– Да, ты совсем недавно проходила мимо. И выглядела гораздо более радостной, чем сейчас, – сообщила она.

Я поблагодарила её и медленно пошла вперёд, страстно желая, чтобы за поворотом меня вновь ждал Пряниксберг.

Но нет. Завернув за угол, я никуда не переместилась.

Поэтому пришлось вернуться обратно и ещё несколько раз пройтись из конца в конец.

Торговке, с любопытством за мной наблюдающей, я пояснила, что жду друга.

Наконец, стало ясно, что ничего не выйдет. Мной овладело отчаяние. Ну нет! Рано сдаваться! Я сейчас немного отдохну, и снова попробую. Сосредоточусь, настроюсь на Пряниксберг и… пока не знаю, что «и». Но буду пытаться узнать.

Я зашла в кафе и заказала чашку кофе. Деньги следовало экономить, однако их всё равно не хватило бы даже на снятие комнаты. Так что в любом случае если вдруг мне так повезёт, что Аркадий всё-таки не сможет меня выследить, то ближе к вечеру я позвоню Наде и попрошу денег в долг. Пусть оставит их в своём ящике для писем или другом укромном месте, а я заберу. Лучше бы нам по возможности не встречаться, пока я не разберусь, как работают Аркашины чары.

Выпив кофе и почти не почувствовав вкуса, я решила, что отдохнула. Можно было продолжать попытки пробиться в Пряниксберг (как сейчас уже стало ясно – тщетные), но сначала следовало посетить дамскую комнату. Так я и поступила.

Уже совсем собираясь выходить, я напоследок умылась холодной водой и глянула на себя в зеркало. Отражение мне понравилось. Девушка в нём была бледной, но решительной, и сдаваться явно не собиралась. Я пока не знала, что будет дальше, но всё равно почему-то была полностью уверена, что найду путь в Пряниксберг. Рано или поздно, так или иначе. Потому что я хочу там быть. Там моё место.

Окончательно успокоившись от этого чёткого мощного решения, я потянула на себя дверь и… увидела за ней таверну. Таверну! На секунду у меня перехватило дыхание и ослабли руки. Но потом я сделала какой-то невообразимый скачок вперёд, в проём, жутко испугавшись, что чудесное видение вот-вот исчезнет.

– А чего это ты из туалета выскочила? – уточнила Марлопа, останавливаясь буквально на секунду: людей было больше, чем обычно, они заняли все столики.

– Так получилось, – ответила я и неожиданно расхохоталась, выпуская через смех всё скопившееся напряжение.

Лумар посмотрел на меня с пониманием, дождался, пока я отсмеюсь, и спокойно уточнил:

– Ну что, ты готова принять предложение о работе?

– Ещё бы!

– Отлично. Часть оплаты уже в твоей комнате на столе. Можешь купить себе всё, что требуется, ведь вещей у тебя совсем нет. Там хватит на одежду и прочие необходимые мелочи.

(Позже оказалось, что он здорово преуменьшил – с выданных денег можно было при желании купить даже часть мебели в комнату.)

– Здорово! – искренне сказала я. – Только я за покупками сходила бы чуть позже. Сейчас мне хочется приступить к работе. Интересно хотя бы попробовать себя в новой должности.

– Это хорошо. Тогда поешь и приступай. Мы подготовили тебе рабочее место, – он указал в ту сторону, где стоял аппарат, с помощью которого я делала желе из блаженики.

Теперь там освободили место, убрав со стойки всё лишнее, вплотную к аппарату пододвинули шкафчик, из которого я брала в прошлый раз блаженику, сбоку расставили чистые стаканы, чтобы не нужно было до них идти (хотя и раньше они были буквально в паре шагов), полукругом разместили специи и положили для них специальную мерную ложечку, а главное, поставили невесть откуда взявшуюся золотистую табличку с красивой, с завитушками, надписью: «Алекс. Мастер интуитивной кухни».

– Вы будто не сомневались, что я вот-вот вернусь! – восхитилась я.

– Угу. И ещё кое-что. У тебя нет закреплённого графика работы. К твоему дару нужен особый подход. Тебе стоит брать заказы только тогда, когда ты чувствуешь себя достаточно хорошо, как физически, так и эмоционально. Особенно это важно сейчас, когда ты ещё только учишься контролировать дар. Впрочем, по результату ты сама поймёшь, какой коктейль стоит отдавать клиенту, а какой нет. Не бойся ошибаться. А если вдруг ты поймёшь, что совершенно не желаешь кого-то обслуживать, то не бойся отказать, кто бы это ни был. Я буду рядом и помогу.

– Что-то ещё?

– Пока хватит. Прислушивайся к себе. Не торопи себя. Даже если сегодня ты не сделаешь ни одного коктейля – так тому и быть. У тебя есть столько времени, сколько нужно.

Как же сильно это отличалось от того, что обычно говорят работодатели! В универе мне приходилось подрабатывать, и ни разу мои чувства и желания не имели такого значения для руководителя.

При этом филонить и пользоваться правом лентяйничать даже близко не хотелось!

Марлопа утащила меня в какую-то комнату для персонала и почти силком усадила перед накрытым столом.

– Тебе нужно поесть, так как если обычная магия требует сил, то твоя требует хорошего настроения. А все знают, что голодный человек – это злой человек. Так что ешь!

– А ты мне компанию не составишь? Тут слишком много еды для меня одной.

– Нет, я уже перекусила! За это не беспокойся, Лумар тщательно контролирует этот процесс и отправляет меня на обед, даже если гости требуют немедленно их обслужить. Он просто начинает сам выполнять мои обязанности, а мне приказывает не появляться, пока не подкреплюсь.

– Да это ж начальник мечты!

– Не знаю, не знаю… – притворилась задумчивой она, хотя по её лицу было видно, что моё мнение она полностью разделяет. – Иногда он на удивление неуступчив. Да и спорить с ним всегда бесполезно. Если он что-то сказал, то переубедить уже не получится. Ладно, ты ешь, а я побежала к гостям.

Она упорхнула, оставив меня наслаждаться мелкими вкусными котлетками, залитыми какой-то густой и ароматной кисло-сладкой заправкой, и запечённым прямо в горшочках нежнейшим паштетом под золотистой корочкой. Ещё были разные закуски, вроде салата из хрустящих разноцветных овощей (по крайней мере, я решила, что это овощи), которые выглядели, как россыпь прозрачных и будто бы стеклянных шариков размером с крупный горох, а на вкус… тут я не особенно разобралась. То мне казалось, что есть нотки сладкого перца, то они вроде отдавали хрустящим огурчиком, причём маринованным… В общем, суть в том, что было очень вкусно, а остальное уже детали.

Наевшись от пуза, я вернулась в зал и сказала Лумару, что готова приступать.

Я надеялась, что он мне выдаст какие-то указания, с чего начать, но он, видимо, посчитал, что предыдущего инструктажа более чем достаточно. Теперь мне предлагалось действовать самой. Что ж, попробуем.

Под острыми взглядами гостей, которые, очевидно, пожаловали сюда, услышав от друзей о том случае с обретшими собственную жизнь руками (судя по знакомым лицам в зале), я прошествовала к своему рабочему месту.

Марлопа подскочила ко мне и шепнула, подтвердив догадки:

– Почти все пришли сюда ради тебя.

Я немного помялась, а потом провозгласила на весь зал:

– Дорогие гости! Меня зовут Алекс. Да, это я тот самый специалист по интуитивной кухне. Но я сразу хочу предупредить, что дар во мне пробудился только сегодня. И я понятия не имею, как им управлять! Поэтому получиться у меня может что угодно. Какое-то время я буду учиться. Если вы не готовы к отсутствию результата или к незапланированному результату, лучше приходите чуть позже, когда я уже полностью освою дар. Предупреждаю об этом сразу, чтобы потом не было претензий. А если кто-то готов рискнуть прямо сейчас и не боится возможных неожиданностей, то добро пожаловать.

Меня внимательно выслушали. Я замолчала, ощущая некоторое волнение. Впрочем, даже оно мне нравилось. Наконец-то я чувствовала себя по-настоящему живой.

– Добавлю пару слов, – лениво включился Лумар. – Алекс – новичок в Пряниксберге. Она пока многого не знает. Но вы все слышали об интуитивной кухне и понимаете, чем в данном случае грозит плохое настроение мага. Поэтому Алекс имеет право отказать в обслуживании любому гостю без объяснения причин. Никаких обид, это в ваших же интересах. – Народ согласно загудел. – А ещё тому, кто целенаправленно испортит ей настроение, придётся объясняться со мной и с остальными гостями. Особенно это важно сейчас, пока дар еще не под контролем. Со временем Алекс будет проще управлять собой.

И снова согласный гул. А потом наступила пауза. Лумар будто бы ушёл в себя, а я стояла в ожидании смельчака, который рискнет первым опробовать не себе мои новые способности. Марлопа же продолжала носиться по залу, как яркая бабочка в своём красном платье, и разносить сделанные ранее заказы.

Всем было интересно посмотреть, на что я способна, но подопытным кроликом никому быть не хотелось.

Наконец, из-за стола поднялся крепкий мужчина с двумя толстыми темными косами, спускающимися до самого пояса, и суровым лицом викинга (ну каким я его себе представляла). Было видно, что он не планировал показательно выскакивать вперёд, но сделал это после моего выступления и повисшей паузы, так как в целом презирал страх и нерешительность.

Честно сказать, я бы предпочла увидеть первым клиентом кого-нибудь более безобидного на вид, так как выглядел он пугающе. То ли дело было в его тяжёлом взгляде, в глубине которого копошилось что-то невыразимо кошмарное, то ли такое впечатление создавалось из-за глубоких морщин (для Пряниксберга это было непривычно, здесь я вообще пока не видела морщинистых людей), которые будто шрамы рассекали лоб и щёки, то ли в зверском выражении его лица… не знаю.

Он поклонился хозяину таверны, будто выполнял некий ритуал, а потом подошел ко мне и очень-очень тихо сказал:

– Если я внушаю вам страх или опасение, скажите, я пойму и тут же удалюсь.

А я вдруг поняла, что у него есть какая-то неразрешимая проблема, которая мучает его, выгрызает изнутри. И он отчаялся найти выход. Это понимание было таким острым, что меня аж в пот бросило.

– Нет, – хрипло сказала я. – Я должна попробовать. Я чувствую, что… эээ… – Хотелось сказать: «Что вам нужна помощь», но мне внезапно пришло в голову, что для этого конкретного человека подобная формулировка прозвучит оскорбительно. Он презирает слабость и до последнего будет отрицать все её проявления. Поэтому я в последний момент исправилась: – Что мой дар нужен вам больше, чем другим.

Он, помедлив, кивнул. И в тот же миг его суровое лицо перестало меня пугать. Что-то зудело внутри меня, требовало выхода. Не особенно задумываясь, я сделала уже знакомую мне процедуру: достала блаженику, высыпала в аппарат, извлекла прозрачное желе, кинула туда точно те же самые приправы. Меня буквально трясло от понимания, что этому человеку ну просто позарез нужна помощь, причём как можно скорее. Это чувство так захватило меня, что контролировать свои руки было довольно сложно, поэтому я просто пошла по самому простому пути и произвела ту же последовательность действий, что и раньше, только бы не потерять это мощное подключение к чужому состоянию. Задумайся я хоть на секунду, попытайся я включить фантазию и придумать новый рецепт, и всё, связь разорвалась бы.

Закончив готовить коктейль, я позволила себе стряхнуть наваждение и впервые осмысленно взглянула на получившийся результат. Мужчина, а с ним и весь зал, смотрели туда же.

В этот раз узор в коктейле выглядел чрезмерно ярким. Большой распустившийся внутри кроваво-красный цветок с тонкими белыми и чёрными прожилками, казалось, вытягивал все краски из окружающего пространства. Однако же, хоть в нём и было что-то невыразимо жуткое, но при этом присутствовала и странная гармония.

Мужчина сначала уставился на цветок, как загипнотизированный, будто не мог оторвать взгляда, а потом протянул руку и без малейших сомнений взял коктейль.

– Подождите, – внезапно оробела я. – Знаете, а я ведь совсем не уверена, что…

Он не стал дожидаться продолжения, глянул на меня взглядом человека, который в целом плевать хотел на то, выживет он или нет, быстро поднёс бокал ко рту и сделал большой глоток. Замер, прислушавшись к себе, и допил остатки.

Весь зал затаил дыхание. Я так и вовсе испугалась не на шутку, подумав, что вряд ли смогу продолжать работу, если с ним что-то случится. К счастью, этот испуг уже не мог повлиять на результат.

А потом мужчина… улыбнулся. Его лицо внезапно расслабилось и утратило всю свою суровость. Морщины разглаживались на глазах! Он буквально преобразился, превратившись из викинга-убийцы в обаятельного дядьку, внезапно очень даже симпатичного.

– Что произошло? – сухо уточнил Лумар.

– Боль, долгое время терзающая меня изнутри и вытягивающая радость жизни, исчезла! Но это невозможно! Даже белый чародей не смог… точнее, он сказал, что будет искать способ, но поиски затянулись, и я уже думал, что легче, быть может, освободить мою семью от… себя…

– Так я, получается, болезнь вылечила? – обрадовалась я, стараясь не сосредотачиваться на его последних словах.

– Не болезнь, – так же неодобрительно сверля глазами просиявшего гостя, буквально источающего волны какого-то неземного облегчения, поправил Лумар. – Что с тобой было, Кархат?

– Проклятье, – пояснил мой клиент. – Я столкнулся с чужаком из другого мира, который пришёл грабить мою лавку. Он кинул в меня проклятье в виде паука, который моментально залез под кожу, а потом, как сказал белый чародей, это проклятье начало разрастаться внутри меня…

Я сглотнула и поняла, что с меня на сегодня хватит. Если бы я знала правду, я бы вряд ли смогла не думать про ужасных пауков во время приготовления, и в итоге у меня, надо думать, получилось бы что-то ядовитое. А самое пугающее – теперь я вряд ли смогу готовить, не вспоминая об этом случае. Мозг-то не отключишь!

Мужчина тем временем продолжал:

– Из-за меня Гильдия защитников от сновидений замучилась ловить чудовищных пауков, которые часто вырывались из моих кошмаров и разбегались по чужим снам. Они даже установили ограничитель, чтобы я перестал видеть сны. Так было проще и мне, и им, и другим жителям Пряниксберга.

– Понятно, – только и выдавила я, ощущая, как всё сознание заполняют мерзкие пауки с мохнатыми ножками. Они ползали там, принимая всё более чудовищные формы.

– Я ваш вечный должник! – выдохнул мужчина, как видно, в этот момент немного попривыкнув к новому состоянию и резко осознав, кому именно он должен быть за это благодарен.

Он схватил мои руки и принялся покрывать их поцелуями, пока Лумар не сказал:

– Достаточно.

И так он это сказал, что Кархат, извинившись, тут же отстранился, с огромным трудом беря себя под контроль. Смотрел на меня при этом так, что ком вставал в горле. Но блин! Эта победа была из тех побед, которые травмируют в не меньшей степени, чем радуют. Или даже в большей. Наверное, я предпочла бы не знать. Помогла и помогла. Вылечила мигрень и достаточно. По крайней мере, сейчас, пока ещё не попривыкла к собственному дару.

Лумар поманил Кархата к себе и сказал:

– Я рад, что твоя проблема разрешилась, Кархат. Но ты не должен был пугать юного начинающего мага, залпом выпивая коктейль, пока он не дал тебе на это дозволения, либо не спросил у меня совета, чтобы полностью убедиться, что то, что получилось, готово к употреблению. Если бы что-то пошло не так, Алекс могла бы навсегда завязать с интуитивной кухней в этот самый момент, либо в лучшем случае очень долгое время не смогла бы вернуться к приготовлению коктейлей. – Хозяин таверны повысил голос, глянув на остальных посетителей: – Если ещё кто-то так поступит, то ему будет навсегда закрыт доступ в таверну.

Кархат рассыпался в извинениях. Потом снова заверил в том, что ни он, ни его семья не забудут сделанного, расплатился за коктейль (он просто выгреб из карманов все деньги, какие нашёл, и Лумар их спокойно принял) и ушёл, торопясь, как видно, поделиться новостью с родными.

Гости в таверне, наконец, отмерли и начали возбуждённо обсуждать произошедшее. Теперь все желали попробовать мои коктейли, но я не чувствовала в себе способности продолжать. Правда, смириться с этим было сложно. Время поджимало, и мне хотелось как можно скорее освоить свой дар, чтобы использовать его для решения насущных проблем.

– Приём окончен, – спокойно провозгласил Лумар. Марлопа кивнула, глядя на меня с явным сочувствием.

Люди разочарованно затихли. Но возразить никто не попытался.

– Но, может… – выдавила я.

– Думаешь, что способна продолжать? – Хозяин таверны остро посмотрел на меня, а потом внезапно выдал: – Хорошо. Тогда приготовь коктейль… для меня.

– Эээ… для вас?

– Да. Не бойся. Я не буду вырывать его у тебя и пить. Хотя даже если бы я это сделал, вряд ли он принёс бы мне вред, можешь поверить. Но я хочу, чтобы ты понимала, как именно работает твой дар. Лучше, если ты сразу же разберёшься с этим, чтобы потом не гадать, а точно понимать, какие последствия будет иметь то или иное решение. И другим не помешает напомнить об этом. Так что приступай и ничего не бойся.