Одна жизнь меняет тысячелетия

– Но вот что мне интересно – как ты собираешься это сделать? Ты пришла просто «в гости» или с какой-то очередной сумасшедшей целью? Что ты здесь забыла, Лили?

На этих словах он понизил свой голос максимально. По телу пробежал сначала жар, потом холод, стало страшно. Почему он здесь? Как узнал, что я приду именно сюда?.. Меня била мелкая, но незаметная дрожь. Дорнан убьет мою семью и постарается убить меня… Однако родители, воодушевленные надеждой на спасение, приняли оборонительное положение, за что блокирующие приборы их «наградили» сильной болью. Филипп начал плакать. Атаковать пришлось мне. Сначала я сбила, словно кегли, охранников и помощников Рэндалла, а затем направила мощный заряд и в него самого. Он защитился такой же атакой, как у меня!.. Неужели у меня разыгралось воображение, или началась галлюцинация, да что угодно! Это человек! Не мутант! Как он смог защититься? Я бы давно узнала, что у Дорнана есть сверхспособности, но не смогла теперь даже прочесть его мысли. Он словно копировал мои силы. Мутанты с таким даром встречались мне, наверное, только дважды за всю жизнь. В голове ничего не укладывалось. Нужно было сразиться с этим мужчиной на равных. Родителей увести было уже некому, так что уйти им стало проще. Я мысленно сказала маме: «Пробирайтесь к выходу и бегите!». Она глазами указала папе на выход, и он, держа малыша на руках, стал медленно, вдоль стены красться к двери. Рэндалл стоял к ним спиной и не видел этого.

Теперь я могла полностью сосредоточиться на нем. Стараясь не дать ему опомниться, запускала в мутанта все новые энергетические шары, от которых он с легкостью отбивался. Если Дорнан действительно мог копировать силы одним лишь касанием к их владельцу, то какие способности он еще приобрел? Мне, конечно, не хотелось проверять, но о враге нужно знать лучше, чем ему самому о себе известно. Совершенно не хотелось разговаривать с ним, просто чтобы не слышать этот ужасный голос. В комнате раздавались лишь звуки разрушения после очередного отражения атаки. За все это время нам так и не удалось уронить противника на пол, что очень раздражало, но я старалась не показывать злость, отвращение или, что еще хуже, страх. Страх не перед тем, что Рэндалл может в любую секунду убить меня, а перед смертью родителей, которая обязательно настигнет их, если я не уйду от этого гадкого ученого с поседевшими и возраста волосами, хотя ему было не больше сорока пяти лет.

– Сколько ты еще будешь стоять против меня? – Спросил мужчина, явно выражая то, насколько ему надоела эта борьба. Похоже, он считает, что сможет одержать победу. Проблема в том, что я управляю своей силой гораздо дольше, чем мой враг. Это придавало уверенности.

– До тех пор, пока ты не лопнешь от своей самоуверенности. – На вопрос Рэндалла хотелось ответить только таким образом. Но какой эффект произвели на него мои слова! Он мгновенно стал краснее самого спелого помидора. Злость направила его совершенно не в то русло, спокойствие постепенно покидало Дорнана, он начал терять над собой контроль, отчего становился слабее. Мне уже показалось, что еще немного, и из боя живой выйду только я, но вдруг послышался выстрел… Мое сердце ушло в пятки, а мутант, стоящий напротив, по-звериному оскалился и процедил:

– Что, побежишь к ним, Лили или избавишь мир от такого, как я? Запомни, на смену мне придет второй, а за ним третий, эта война обернется для нас страшнейшим кошмаром. Нужно было правильно выбирать сторону! – Все это он говорил угрожающе, зато становился спокойнее. А вот мои нервы начали сдавать позиции. На несколько секунд я снова стала невидимой, что давало мне некое преимущество перед Рэндаллом, а затем мгновенно запустила в него мощнейший электрический заряд, который могла создать. Мужчину отбросило в сторону с неимоверной силой. Ударившись о стену, он упал на землю и потерял сознание. Я молниеносно выбежала из камеры, пытаясь найти семью.

Где-то недалеко звучали громкие голоса и стук обуви. Солдаты уже почти прибежали на место. Завернув за угол, я увидела то, чего больше всего боялась. Моя мама лежала на полу, а над ней, держа в руках Филиппа, склонился папа. Быстро подбежав к ним, увидела что, в Татьяну выстрелили, но она еще была жива. Рана была очень серьезной. Я хотела помочь залечить ее, но мама остановила меня.

– Лили, не нужно этого делать. Забери брата и уходи отсюда скорее, пока еще можешь.

– Как же я вас здесь оставлю? – Со слезами на глазах сказала я.

– С нами все будет хорошо. – Сказал папа, – Главное, помни, что мы тебя очень любим. Береги себя, пожалуйста…

Мама погладила меня по щеке, а отец обнял так крепко, что чуть не задушил. Но это удушье было абсолютно ничем по сравнению с убивающим чувством безысходности и невозможностью что-либо изменить. Слишком поздно…

Папа отдал мне в руки брата, а затем попытался дать убежать от только что прибывших солдат, используя способность перемещения тел в пространстве.