Всегда говори нет

Дальше я не говорила, но подумала: даже одиночество можно рассмотреть как плюс. Не надо ни за кем убирать, стирать, рубашки там всякие по утрам гладить… Живи как хочешь! Сплошная свобода и независимость. Разве что по вечерам хочется тепла…

– Ты разве о таком мечтала? – спросила Галя.

– Кому они нужны, эти сопливые студенческие мечты. Я же должна была понимать, что аналитика только на лабах и дипломе. А в реальной жизни на работе нужно, чтобы кто-то заполнял за Любовь Васильевну скучные таблицы, помогал распечатать отчеты, кто-то должен обучать новеньких и выходить по субботам. А чтобы заниматься финансовой аналитикой, достаточно и самой шефини. И вообще, зачем эта чертова аналитика в фирме, где весь штат по пальцам можно пересчитать? Надо было идти в какой-нибудь газпром. Только кому я там сдалась без опыта работы сразу после универа? Вот, вроде, несколько лет уже отработала, а опыта по специальности как не было, так и нет. Дерьмо, Галя. Полное дерьмо. У меня ощущение, что наши миры разделились на два параллельных, когда мы получили дипломы. Ты, вон, вообще по специальности не пошла… Сама на себя работаешь, это мне кажется каким-то запределом! И ты скромнее намного была в универе. Сейчас так держишься уверенно, я не перестаю удивляться.

– Знаешь, когда тебе нужны деньги, а желания работать по специальности нет, становится не до комплексов и скромности. Все мои страхи оказались надуманными, когда я поняла, чего хочу. Стоило один раз переступить через себя, как оказалось, что это вовсе не так сложно и страшно. На самом деле тут и твоя заслуга есть. Не зря же меня по всяким мероприятиям таскала, выступать заставляла. Помнишь, как мы с тобой диплом репетировали? Ты меня так надрессировала отвечать по теме, что потом настоящая сдача показалась легкой прогулкой с друзьями-преподами. Так и после универа я постепенно училась всему. Не буду скрывать, чтобы избавиться от лишнего веса, пошла к врачу. Было не то чтобы просто. Перестройка питания, образа жизни – стрессов я хватанула немало. Но оно того стоило! Ну и у психотерапевта тоже бывала, если честно. А почему ты не найдешь новую работу, если тебе здесь не нравится? Ты вообще уверена, что хочешь быть именно финансовым аналитиком? Ты ведь ничем другим не пробовала никогда заниматься?

– В Москве такая конкуренция. Каждый год студенты новые выпускаются, да и из провинции народ едет с хорошим опытом и знаниями. Кому я нужна? Надо было раньше думать. А без работы я остаться не могу, платежи за коммуналку огромные. Да и кушать надо. Если бы мне доверили серьезную работу и перестали просить выйти каждую субботу, было бы отлично.

– Лена, а какого черта ты соглашаешься работать по выходным? Тебе хотя бы доплачивают за это? И почему не просишь повышения?

– Тебе легко говорить. Ты сама по себе, а у меня начальник… Я согласилась пару раз, как раз когда с Женей рассталась. Я бы с ума сошла дома. Работой старалась забить свободное время. Плюс еще надеялась, что мое трудолюбие заметят и оценят хоть немного! А по факту, все также ерундой занимаюсь.

– Но ты же можешь отказаться! Обстоятельства изменились. Либо требуй двойную оплату.

– Не могу я отказаться. Ирина Васильевна уже так привыкла, что я выручаю ее в отчетные дни. Мне неудобно перед ней. Да и заменить кому?

Галя так яростно ударила кулаком по столу, что звякнули кружки.

– А тебя-то это как касается? Пусть сами ищут бесплатную раб силу. Начальница твоя пускай разруливает, твоя какая забота? Поставь вопрос ребром – не можешь и все. Точка. Так у тебя никогда не будет свободного времени и личной жизни.

– Неудобно мне перед людьми. У всех семьи, выходные с детьми хотят проводить. Я, по сути, одна в отделе одиночка, кто может эту работу выполнять нормально. Любовь Васильевна, может, и вышла бы, да кто ее позовет. От нее толку от одной как от козла молока. И вообще, Галь, зря мы этот разговор затеяли. Все сложнее, чем кажется.

– А я вот как раз не вижу ничего сложного. Ты пойми, что так никогда не дождешься интересной работы, если продолжишь соглашаться на всякую фигню. Ты беспокоишься обо всех, кроме самой себя. Это же дурдом какой-то! Неужели ты и раньше так делала? Не помню я такого в универе! Что с тобой случилось? Вот представь, что тебе доверили что-то очень важное и сложное, все, как ты мечтаешь. Успеешь? Справишься? С учетом, что тебе все также придется помогать всем, кто к тебе обратится за помощью?

Я отпила еще сока и задумалась. А ведь Галька права: даже если не хочу помогать, отказать все равно не могу. Как барьер какой-то внутри. Все это будто знают и пользуются. Мне вдруг стало паршиво и гадко на душе.

– Знаешь, я только сегодня узнала от коллеги, что эта наша Любовь Васильевна не так уж и нуждается в деньгах. Я думала, она одна внука воспитывает, пенсии не хватает, чтобы прожить. Жалела ее постоянно, ведь она старенькая, ей тяжело с компьютерами управляться. Никто, кроме меня, не хотел с ней возиться, уж очень сложный у нее характер. А сегодня выяснилось, что она больше нас всех получает. И вовсе не одна она воспитывает внука, у того родители работают. И при этом я за нее выполняю часть работы. А мне в лучшем случае спасибо скажут! Обидно! Но знаешь, что самое стремное? Я ведь все равно не могу ей отказать. Я сегодня так разозлилась на нее, когда узнала правду, но ничего не сказала. Просто пошла, как всегда, и помогла ей. Потратила не меньше получаса, пока все таблицы выровняла. Любовь Васильевна суровая женщина, не терпит возражений. Даже не представляю, как Маша может так хладнокровно ее лесом отправить.

– Вот все и встало на свои места. Ты теперь понимаешь, что даже дай тебе работу мечты, ты ее не сделаешь и только подведешь всех? У тебя же просто не будет на это времени! Я вот хоть и пашу без выходных, но всегда даю себе время, чтобы расслабиться и перезагрузиться. Раз в месяц устраиваю полноценный отдых. Без этого никак.

Сок с бутербродами шли хорошо. Вскоре в коробке осталось уже так мало сока, что его невозможно стало оттуда вылить. Я даже пожалела, что у меня в доме ничего нет, ни бутылочки хорошего вина, ни вкусного заварного чая… Хозяюшка из меня та еще. Как-то случайно разговор перешел на Элю. В голове моей внезапно стала складываться общая картина. Словно кусочки мозаики, разные события моей жизни вдруг выстроились в рисунок. Никогда я еще не видела все столь ясно. Но и никогда до этого мне не было так досадно за саму себя.

– Галя, так я ведь не только на работе не умею отказывать. Я и с Элей почему, думаешь, постоянно везде хожу? Потому что я просто не умею ей отказать. Она такой человек, из могилы вытащит и поведет за собой. Последний раз она вообще домой пришла ко мне без предупреждения. Нарядила, как посчитала нужным, и потащила в клуб. Жуткая история! – Я рассказала Гале и про Иннокентия, и про Элю, которая пролила на меня коктейль, и про порвавшееся платье. – Вот если бы только я умела ее на место поставить, никуда бы не поехала, и ничего этого не случилось бы!

– Да уж, ну и история! Только, давай, не циклись на этом, с кем не бывает. Вспомни, как я ходила с белой задницей на экскурсии! И ничего, не умерла. Ты даже не увидишь никогда ни Игоря этого, ни Иннокентия. А надо мной тогда сокурсники еще семестр целый ржали. Но Эльвирочка, конечно, хороша подруга, ничего не скажешь. Хотя, знаешь, я тогда в универе тоже расстроилась. Старалась, конечно, вид сделать, что мне плевать. А сейчас смеялась бы над ситуацией и еще потом рассказывала бы в компании, чтобы народ посмешить. Забавно же. – Галя хохотнула, не сдержавшись. Наверное, живо вообразила себе всю эту картину. Сейчас мне тоже эта ситуация стала казаться скорее забавной, чем ужасающей. Но это потому, что прошло время и рядом была Галя.

– Да и вообще. – Я понизила голос до шепота. – Я совсем не рада Элю видеть. Вот тебе я рада, а ей – нет. Вечно со мной случается говно из-за нее. Но я же не могу ей сказать об этом. Мы дружим со школы! Да и когда она меня слушала? Отмахнется только – и все. – И тут меня словно озарило. То, что я интуитивно понимала, но не могла до этого осознать, вместить в себя и выразить словами, вдруг приобрело удивительно яркие и четкие очертания. С Галей я чувствовала себя уверенно и спокойно. Доверяла как раньше. И будто не было этих лет, что мы не общались. Кажется, будто расстались вчера. А с Элей… Я всегда в напряжении, в ожидании подвоха с ее стороны. И ведь не зря! Постоянно происходит какая-то ерунда, которая подрывает мою уверенность в себе! Я и так далеко не королева, но когда еще такое случается, вообще чувствую себя уродиной и тупицей.

Я выдала Гале и случай в парке, когда Эля позвала меня с ней заниматься бегом, а по факту оставила меня одну вдали от людей задыхаться от приступа кашля с адской болью в боку. А сама побежала охмурять приглянувшегося ей спортсмена. Эля, конечно, достигла успеха, общалась с ним, правда, не больше недели, а потом заявила, что он чертов задрот и физкультурник. И пофиг ей на его бицепсы, если при нем даже коньячка нельзя пропустить. Потом в памяти всплыл эпизод, когда она записалась в отряд экоактивистов, и мы с ней отправились очищать отдаленные районы города от мусора. К нам пристали какие-то местные пьяные гопники, Эля сначала разозлила их оскорблениями, а потом, когда пришлось убегать, даже не заметила, что меня схватили за руку и чуть не избили. От неминуемой расправы меня спас дядечка, выгуливавший ротвейлера. После того случая Эля мне долго не звонила и не писала. А я даже не чувствовала ее вины, меня просто трясло от страха несколько дней, и я боялась выходить поздно вечером на улицу.

По мере того, как я рассказывала, сначала брови у Гали ползли вверх, а потом – сдвигались к переносице. И лицо ее мрачнело. Под конец моего рассказа она шумно вдохнула, отвернулась. Постояла так несколько минут и, когда я уже начала пугаться, что зря сболтнула лишнего, Галя обернулась уже снова с мирным выражением лица.

– Галя, можешь мне не верить, но я только сейчас поняла, что у меня есть проблемы. Сама себя обрекаю на неприятности.

– Да ты-то тут при чем?! Неужели ты считаешь, что поведение Эли – это нормально? И что так и ведут себя между собой подруги? И второе, да, касается тебя – какого черта ты соглашаешься с ней в очередной раз идти, если уже догадываешься, что все закончится неприятностями?

Я нервно сглотнула:

– Галь, я не знаю. Вот в тебе я уверена, ты бы никогда меня не подставила, да?

– Конечно, нет! И дело не в тебе! Я вообще так не делаю! Терпеть не могу, когда манипулируют, заведомо понимая, что человек не сможет отказаться. А я-то думала, что у тебя только на работе не все складывается удачно! А проблема-то, оказывается, намного масштабнее!

Галя вдруг резко замолчала и уставилась в одну точку, по инерции потягивая сок и в задумчивости водя пальцами по кружке. Я смотрела на вновь обретенную подругу и боялась даже дышать. Кто знает, что у этой новой Гали в голове? Она вдруг подалась вперед и заговорщически спросила:

– Лена, ты «Всегда говори да» с Джимом Керри смотрела? – Я кивнула. – Сюжет, надеюсь, помнишь? Мы сейчас с тобой заключим пари! Как в том фильме. Только наоборот. С завтрашнего дня ты всегда будешь говорить «нет»! – Галя вся светилась от энтузиазма. Кажется, ей безумно нравилась идея. Я о себе такого сказать не могла. Уже представляю, что благодаря этому пари останусь без работы и, как следствие, без средств к существованию. Ужас сковал меня.

– Ты с ума сошла? Как я все объясню людям? Меня же возненавидят! А шефиня? Представляю, она мне дает поручение, а я отказываюсь его выполнять. Мне трудовой договор нарушать что ли? Нет уж, так не пойдет!

– Смотри-ка, работает, – Галя засмеялась. – Все-таки иногда ты отказывать умеешь, когда совсем припрет? Соглашайся! Давай на пару недель хотя бы? Ради шутки? Представь только, какое лицо будет у твоей Надежды Васильевны, или как там ее? – Галя захохотала на всю кухню, едва не расплескав содержимое кружки.

– Галя, ты сумасшедшая! Такое чувство, что мы с тобой поменялись местами. В универе это я была мастер авантюр, а ты вечно хотела слиться.

– Но заметь, я ни разу не пожалела, что поддержала тебя. Было весело. Теперь зато есть над чем посмеяться. Помнишь, как нас парни чачей угощали на сборе фруктов? У меня глаза покраснели, потому что капилляры близко, но никто не поверил, все думали, что я напилась до усрачки. А как мы семь литров вина домашнего тащили через поле и через весь поселок в сумке и опоздали из-за этого на ужин? Всю наличку на него потратили! А в поезд нам его парни затаскивали. А когда вернулись в Москву – оно все скисло и превратилось в хлопья.