Страж кинжала

4

В тот день мой путь лежал в библиотеку. Поднимаясь вверх по лестнице, я настолько погрузилась в раздумья, что не заметила летевший в меня шар огня. Не мощный, но его силы хватило, чтоб я, отсчитав несколько ступенек вниз, в итоге вывихнула кисть. Слава богам, одежда не загорелась – уже знала пару защитных заклинаний! Вскочив с пола, ругаясь, как настоящий матрос, я побежала наверх, чтоб увидеть нападавшего, но там никого не было. Увы, и выяснить, кто это был – то же было невозможно. Ворф их побери! Оставалось только одно, заставить их вновь атаковать. И ради этого я приступила к занятиям с еще большим рвением.

То, что мне удалось овладеть похищенным заклинанием стрелы Иврира, наконец, дало толчок. Я продемонстрировала его Дувуру – мастеру огня – и заслужила похвалу. В тот же вечер, по дороге в Жилище натолкнулась на маленькую огненную змею. Она извивалась в только начавшей пробиваться траве. Понять знак не составило труда – кто еще мог меня заманивать, как не тот или те, кто раньше атаковал? – я осторожно последовала за змеей по тропинке, которая вела в сад. Пройдя калитку, отделяющую вечнозеленый сад Склепа от еще голых деревьев академического, на всякий случай прошептала защитное заклинание. И не раскаялась в этом – из-за кустов слева от склепа вылетел огненный шар. Такой же, который сбил меня с ног на лестнице. Этот благополучно разбился о защитную стену, покрыв ее на несколько секунд красноватым свечением. С вызывающим видом я повернулась в сторону, откуда было совершенно нападение. Змея все еще вилась около ног, но не долго – создав огненный кнут, я уничтожила ее. Это произвело впечатление. Из кустов вышли четверо: трое в зеленых и один в черном одеянии. Они встали полукругом, преграждая пути к отступлению.

– Да, как ты смеешь! – юноша в черной одежде, грозно хмуря брови, выступил вперед. – Только я могу уничтожать то, что создал!

– Ах, так этот огненный червяк твой? – я иронически улыбнулась и подчеркнуто церемониально исполнила приветствие, которое мой ранг в данный момент обязывал сделать.

Две девушки и парень в зеленом переглянулись. Темно-карие глаза юноши в черном сверкнули чистой злобой. Он шагнул ко мне и попросту схватил за горло. Я, почему-то не испугавшись, так же зло прошипела:

– Неужели, черный мастер, ты пал так низко, что предпочитаешь решать вопрос как обычные люди – голыми руками? Разве ты не обучен манерам? Нельзя хватать даму за шею!

Он сжал пальцы еще сильнее, и мне стало тяжело дышать. Я, лихорадочно глотая воздух, схватилась за его руку и впилась ногтями в кожу. Страх так и не появился – только злоба, сильная и неконтролируемая. Юноша скривил презрительно губы. В этот миг, из-за тощих серых туч выглянула луна и «отбелила» его светлые волосы, делая кожу смуглее.

– Не забывайте, виэль Карина, все Одаренные люди плохо заканчивали жизни. Поверьте мне на слово – не стоит злить «друзей».

Я скрипнула зубами. Злость превратилась в ярость, а тот – в огонь, который опалил мне щеки. Юноша вздрогнул, хотел отстраниться, но не успел. Моя ладонь вспыхнула голубым сиянием – всю ярость я вложила в пощечину. Ближние кусты озарились вспышкой. Черный мастер упал без чувств на мощеную площадку перед самым склепом. Его союзники в ужасе смотрели на меня, не зная бежать им, покинув товарища или же продолжать стоять на месте. Все еще охваченная возмущением, я часто дышала, вдыхая прохладный ночной воздух. Затем, справившись с оцепенением, зелёный мастер подхватил находившегося без сознания друга и, взвалив на плечи, ушел. Следом за ним и остальные.

Я знала, что это – только начало. Черный мастер вряд ли забудет о таком позоре, а это значит, будет мстить. И мне вдруг стало так одиноко. В последнее время Влас при встрече со мной ограничивался только «ритуалом приветствия». Чем была вызвана такая холодность? Я завидовала своим врагам – их дружбе. Почему у меня этого нет? Хватит, не о том стоит думать! Необходимо выяснить, что произошло со мной – там возле склепа!

Этот вопрос занимал до тех пор, пока я не поняла, что в раздумьях непозволительно близко подошла к Белой башне. Под самой ее крышей тускло светилось окно – из-за этого она казалась еще более волшебной и живой.

Сзади раздались шаги. Кто-то шел очень быстро – почти бежал. Резко обернувшись, я увидела Власа в сопровождении Ириона и еще одного черного мастера.

– Виэль Карина, с вами все в порядке?

– Теперь уже да, – я устало улыбнулась, вспомнив стычку в саду, и посмотрела на Власа. В его глазах на удивление отражалась ни задумчивость, ни холодная учтивость, в коей он пребывал последнее время, а ярость. Они стали почти желтыми, а зрачки сузились в щелки.

– Злоумышленники, наверное, направились к кузнице. Ирион, Дан, отправляйтесь следом, а я обеспечу виэль Карине безопасность.

Понимающе улыбнувшись, Ирион ухватил за локоть Дана, и они удалились.

– Кто это был, Карина?

– Я не знаю их имен, Влас. Но одного из них можно будет обнаружить по отпечатку ладони на щеке. Странно, что он потерял сознание – все-таки черный мастер…

– Черный мастер? Как он выглядел, Ари?

– Ари?

– Извини, Карина.

– Да, ничего… просто, давно меня не называли так. Он был чуть выше меня, но ниже тебя, небритый и с почти седыми волосами.

– Дрейк?! Клянусь, он ответит!

– Нет, Влас, прошу тебя! Я не хочу, чтобы кто-то пострадал. Тем более он и так понес наказание. Довольно странное, надо сказать.

Тут я описала ему все, что произошло между нами с Дрейком. Когда же рассказ дошел до того момента, где черный мастер начал душить меня – рука Власа сильнее сжала рукоять меча.

– Они не уйдут от Суда. Я сделаю все, чтобы это так не оставили. Но Карина, ты, сама того не зная, стала полноправным черным мастером. Ты использовала Хвост Дракона. Знаешь, ему очень повезет, если оклемается.

– Так, я убила его?!

– О, нет, не беспокойся, но лишиться памяти у него есть реальный шанс. Завтра я представлю тебя Совету мастеров.

– Но, Влас…

– Карина, поздравляю тебя.

Я с улыбкой дотронулась до его руки, задержав пальцы чуть дольше, чем того требовали приличия.

– Но как вы меня нашли?

– После занятий я искал тебя – хотел поговорить и шел по следу ауры. Потеряв его, я понял, что произошло что-то неладное, и позвал Ириона. Нам удалось найти тебя только здесь, – он взглянул на сияющую молочным светом стену Белой Башни. – Хм-м-м, а что ты здесь делаешь?

– Я… пришла сюда в раздумьях о том, что в Академии у меня нет друзей. Никого близкого, чтоб поговорить по душам. Помнишь тот день, когда я вывихнула кисть, упав с лестницы – тогда мне стало жаль, что нет рядом того, кто мог бы за меня заступиться.

Сняв ладонь с рукояти, Влас потер лоб. Впалые щеки, синяки под глазами – как он исхудал с последней нашей встречи! Что-то случилось? Спросить? Нет, не стоит. Я сцепила руки, дожидаясь его реакции на то, что сказала раньше. Но он смотрел на меня и ничего не говорил. Его зрачки вновь то сужались, то расширялись. Влас приблизился – сердце забилось сильнее в надежде, что он вновь ко мне прикоснется. Рука Проводника приподнялась и тут же резко опустилась.

– Я был рядом с тобой Карина все это время. Просто… мне было запрещено вмешиваться – мое присутствие могло лишь отпугнуть их.

Я ошарашено смотрела на него.

– Влас! Ты знал, что мне угрожает опасность, но не защитил?! Для тебя было важнее поймать этих… нарушителей?

Он, смотря в глаза, сухо ответил:

– Да, Карина, важнее.

Отшатнувшись от него, я недоуменно и немного обиженно воскликнула:

– Почему?

– Академия – это моя жизнь, она подарила мне то, чего я не имел в детстве: защиту, покой, уверенность. И если кто-то решит нарушить ее размеренную жизнь, то я буду в первую очередь беспокоиться об этом, а не…

Не договорив, Влас замолчал и опустил взгляд. Обняв себя за плечи, я тоже посмотрела себе под ноги – лишь бы не на черного мастера. Повисло молчание, которое изредка прерывал свист ветра, пригибающего голые ветви к земле. Шурх, шурх, свищ-свищ – и мороз по коже. Что я здесь делаю? Почему не ухожу? Мне нечего ему сказать. Накинув капюшон на голову, я развернулась.

– Подожди, – я остановилась, зная, что не сдвинусь, пока не услышу то, что он хочет сказать. – Будь осторожна. Мы подозреваем их в краже заклятия стрелы Иврира, но их вина еще не доказана… Я надеюсь, что вы больше не будете совершать необдуманных поступков, виэль Карина.

Во мне вновь заиграл гнев – угли, едва тлевшие, загорелись с новой силой – который тут же сменился болью, вызванной поведением Власа.

– Ты не в праве что-либо указывать! У меня своя голова на плечах.

После этих слов я побежала, боясь, что он увидит предательские слезы, брызнувшие из глаз.

Бежала, не разбирая дороги – эмоции так захватили, что даже не заметила идущего навстречу альва. В результате врезалась, да с такой силой, что едва не упала, но меня вовремя поддержали. Подняв голову, я встретилась взглядом с изумрудного цвета глазами. Резко очерченные губы альва тут же изогнулись в приветливой улыбке – это был Натаниэль, давний собеседник из сада Обители. Я попыталась вырвать локоть из его рук, но с первого раза это не получилось. Натаниэль, удивленный таким поведением, тут же разжал пальцы и отступил на шаг. Понимая, что поступила грубо, я виновато улыбнулась.

– Простите, не хотела вас обидеть.

Он отрицательно качнул головой.

– Вам не за что просить у меня прощения. Это я задумался и не заметил вас. Но… вы плакали?

Натаниэль нежно коснулся щек, проведя по следам, оставшихся от слез. Не зная, что делать, я стояла не шелохнувшись – зарделась, как маков цвет. Дура! И почему стесняешься? Надо что-то сказать…

– Все в порядке. Просто соринка в глаз попала.

Альв понимающе улыбнулся. Покраснев еще больше, я склонила голову, чтобы скрыть лицо.

– Я слышал о нападении, которое произошло на вас – Ирион сообщил об этом. Так же он сказал, что злоумышленников уже схватили и вскоре представят перед Судом. Их, скорей всего, отчислят.

Я удовлетворенно кивнула. Заметив это, он произнес:

– Вы не испытывает к ним жалости?

– Нет, они это заслужили!

Натаниэль снова вгляделся в мои глаза.

– Ощущение превосходства над другими – это тот мост, который некоторым не под силу пройти, ни разу не споткнувшись. Сила она влечет, завлекает – кто не сумеет ее обуздать, тот будет поглощен. И тогда Дар будет использоваться не для улучшения жизни, а, наоборот – тот, кто им владеет, положит всю свою жизнь на алтарь могущества. Это ведет на путь тьмы.

От его ладони по телу разлилось тепло, которое начало меня успокаивать, заглушая злость, гнев, ненависть.

– Вам известно, что есть два пути, и кто сказал, что один из них ошибочен…

Это промелькнуло в мозгу, когда я, чуть не засыпая, склонилась в его объятия. Не знаю почему, но стало так уютно…

Опомнившись, где я и в компании кого, быстро отскочила.

– Простите, мне не хотелось доставлять вам беспокойство!

В ответ Натаниэль наклонил голову, прощаясь, и прошептал:

– Что вы, разве это беспокойство? Спокойной ночи, виэль Карина.

После чего растворился в темноте.

В ту странную ночь я еще долго сидела в раздумьях на ступенях Жилища и смотрела на небо. Звезды загадочно сияли, будто что-то рассказывая. Но, увы, все вопросы, обращенные к ним, оставались без ответа. Лишь когда по мшистой стене стал красться рассвет, я вернулась в келью и обессиленная, провалилась в сон…

5

Разбудил меня полуденный звон, исходивший с высокой деревенской колокольни, предназначенной для созыва населения или на работу, или на обед, или для оповещения о нападении. Все это можно было узнать по тону звучания – этот звал к обеду. С ужасом обнаружив, что пропустила утренние занятия, я стала искать, во что одеться, но кроме аккуратно сложенной черной одежды ничего не обнаружила. Зато на столе уже ждал теплый обед. Это удивило и испугало – преодолеть охранное заклинание на двери мог только красный мастер! Неужто, Натаниэль? Но зачем? Странно!

Сбежав по лестнице и вылетев из дверей, я чуть не сбила с ног мастера Ириона. Ответив на приветствие, он сообщил, что, как раз направлялся ко мне, чтоб отвести к Совету. Ошарашенная этим заявлением, я, не сопротивляясь, последовала за ним. Сердце тут же помчалось с криком в пятки, а в голове проскочила череда мыслей, одна другой хуже. Разве, я что-то плохое совершила? Когда? Взглянув на спину Ириона, раздраженно передернула плечами, но задать вопросы вслух все же не решилась.

Красные мастера огня сидели за круглым столом в огромном зале Советов, который мне удалось увидеть через щель в первые дни своего приезда. На нижних ступенях расположились черные, а перед ними всеми – я. Страшно! Десятки глаз были устремлены в мою сторону в ожидании чего-то. Любопытство, скептицизм, оценка читались в них. Самый старый из красных мастеров встал и попросил меня повторить Хвост Дракона, который вчера использовала.

«Академия – это моя жизнь, она подарила мне то, чего я не имел в детстве: защиту, покой, уверенность. И если кто-то решит нарушить ее размеренную жизнь, то я буду в первую очередь беспокоиться об этом, а не…» – синее пламя охватило руку. Когда, упав на одно колено, я ударила кулаком в каменный пол, стены зала сотряс мрачный гул. Некоторые мастера переглянулись, другие возбужденно зашептались, но по знаку старца в красной мантии все смолкли.

– Отныне, виэль Карина, вы черный мастер. Носите с честью свои одежды, и пусть разум ваш будет спокоен, сердце холодно, а руки горячи.

Влас и Ирион были последними, кто подошел поздравить меня. Вместе с ними я покинула зал Советов.

Солнечный свет заливал Ристалище, так же, как заполнял его шум и пыль – неотъемлемая часть занятий. Она создавала особую атмосферу во время тренировок. Мы увлеченно фехтовали с Ирионом. Наполовину в шутку, наполовину всерьез среди учеников бытовало мнение, что среди черных не будет ему равных пока, наконец, он не станет красным мастером. Но, как водится, будучи асом в бою, Ирион слабо владел магией. И, как н странно – это мастера не беспокоило. Ирион любил свое дело и охотно делился знаниями. И когда ученики делали успехи – он обязательно это замечал и хвалил. Чтоб получить его одобрение, мне пришлось очень сильно постараться. В такие моменты я мысленно благодарила отца за уроки, которые научили уважать и чтить клинок.

Вскоре Ириона отозвал один из учеников в зеленом одеянии. Обрадованная передышкой, я села прямо на землю и уперлась лбом в руки, сомкнутые на рукояти. Кто-то, шурша соломой, остановился рядом. Подняв голову, я увидела симпатичную девушку в зеленых одеждах. Заметив, что смотрю на нее, она тут же прижала кулак к груди и произнесла ритуальную фразу вызова на дуэль. Я не стала ей отказывать, хотя тело до сих пор болело после схватки с Ирионом.

Мы стали в стойку. Первые минуты я спокойно отбивала неумелые удары противницы, пока кто-то не атаковал со спины – видимо, ее подруга или друг. Расслышав шорох, сделала вид, что не замечаю надвигающейся опасности. Когда же человек подошел ближе, я сбила его с ног ударом во внутреннюю часть колена и, описав полукруг, выбила клинок у соперницы. Затем приставила острие к горлу. Я чувствовала, что с каждой секундой, все больше не контролирую себя. Гнев сжигал изнутри, требуя освобождения. Казалось, что время остановилось. Можно было заметить, как капля крови светится в лучах солнца, искрясь подобно драгоценному камню. А если повернуть голову – увидеть, как исказилось лицо Ириона. Как он, так же как эта капля, медленно приближается к нам с мастером.

Из-за того, что моим вниманием завладел Ирион, я не увидела, кто отдернул руку с оружием от шеи девушки и резко оттолкнул в бок. Время ускорило бег – я, наконец, расслышала крики черных мастеров, и беспокойный ропот зеленых. Передо мной стоял разгневанный Влас, держа в руках тот злополучный меч. Проводник молчал, но его гнев был так силен, что это причиняло боли больше, чем, если бы он начал обвинять меня. Я села, виновато опустив взгляд. Соперница злорадно хмыкнула, с притворным ужасом держась за шею. В ответ, мельком взглянув на нее, я оскалилась – и она, уже по-настоящему испугавшись, отшатнулась. Вскоре к нам приблизился Ирион, лицо его было искажено гневом и презрением.

– Виэль Карина, вы покушались на жизнь на зеленного мастера! За это вам грозит отчисление. На время разбирательства в этом деле вирт Влас сопроводит вас в келью.

После этих слов я встала с земли и, отряхнувшись, последовала за Проводником. Мне хотелось остановить его, объяснить, но гордость и стыд не позволили этого сделать.

6

Комната, казавшаяся вместилищем всего хорошего, что произошло со мной в Академии, теперь была подобно тюремной камере. Я не знаю, сколько времени провела в этой темнице. Никто ко мне не приходил – лишь изредка появлялись слуги, которые приносили еду, холодную воду в кувшине и уносили грязную посуду. Но в скором времени, наконец, пришел Влас. Он холодно поприветствовал меня и сопроводил в зал Совета. Теперь за круглым столом сидели уже не красные, а белые мастера. Седые бороды некоторых из них касались пола, другие же были гладко выбриты. Белые одежды магов просто слепили глаза.

Скрестив руки на груди, я приветствовала Совет. С одной стороны от них стоял Натаниэль, а с другой подошедший Влас. Они о чем-то горячо спорили, но слов нельзя было разобрать, хотя я стояла недалеко. Ворф побери! Дрожа от страха, я пристально наблюдала за тем, что разыгрывалось на этой «арене». Спустя несколько минут, их спор, видимо, зашел в тупик – Натаниэль подозвал меня к себе. Гордо приподняв подбородок, я приблизилась к альву и тут же оцепенела, не рискуя пошевелиться. Проводник, едва посмотрев в мою сторону, продолжил речь:

– В кармане зеленой куртки у виэль Карины обнаружили пропавшее заклинание стрелы Иврира.

– Вирт Влас, в куртку, которую уже несколько дней, как забрали у нее, кто угодно мог подсунуть это заклинание.

– Вирт Натаниэль, но доказательств у вас нет.

– Это не повод для обвинений. И если помните, то в день похищения виэль всё время сопровождал Андре, а когда он ушел – его место занял Ирион. И поэтому то, что вы говорите, лишено смысла. Это явная провокация. Кому-то очень не хочется, чтобы эта ученица и далее находилась в стенах Академии. – Альв повернулся к Совету и продолжил: – Так же я должен заметить, что на виэль Карину ужу два раза нападали. Виэль нуждается в защите, а не в беспочвенных обвинениях.

Влас стоял, опустив голову. Изредка что-то говорил, а так большую часть судебного разбирательства молчал. Надо сказать, что Натаниэлю в итоге удалось оправдать меня, мотивируя все праведным гневом. С тяжелым сердцем покинула я зал Совета, в тайне надеясь, что больше сюда не вернусь.

По дороге в Жилище Натаниэль снова рассказал о силе огня, что таилась во мне.

– Виэль, вы должны научиться контролировать гнев, иначе в следующий раз мне не удастся защитить вас. Сегодня вас чуть не осудили.

– Благодарю, вирт Натаниэль. Если я когда-нибудь смогу быть вам полезна…

– Осторожнее, виэль Карина, не стоит обременять себя лишними обязательствами.

– Но вы помогли мне! Ваша помощь неоценима, и мой долг отплатить тем же.

– Тогда… почту за честь, виэль, – он улыбнулся и пропустил меня вперед, чтоб я первой вошла в Жилище. – Однако за делами мы пропустили время обеда. Идите в комнату, я скоро к вам присоединюсь, если не против, кончено.

– Почту за честь!

Натаниэль улыбнулся в ответ на эту фразу и ушел, я же побежала к себе, боясь, что не успею прибраться до появления гостя.

Полчаса спустя раздался деликатный стук в дверь. Отказавшись от помощи, альв донес поднос с едой до стола. Пока он расставлял тарелки с жареной рыбой, кукурузными лепешками и кружки с отменным квасом, я наблюдала за ним, польщенная таким вниманием к своей скромной персоне. Слава богам, когда маг обернулся, успела вовремя отвести взгляд. Но, мне кажется, Натаниэль обо всем догадался – как здесь не догадаться, когда мои уши так горят! Дура! Но мастер деликатно промолчал и, подав мне тарелку с едой, пожелал приятного аппетита. Мысленно укоряя себя, я поблагодарила его и села на кровать – альв же занял единственный в комнате колченогий стул. Ели мы молча, только изредка перебрасываясь словами.

Вечер серым сумраком вполз в окно, стирая грани между светом и тенью. Отставив еду, я подожгла массивную свечу на столе, чтоб осветить помещение. Все это время уже альв следил за мной. Мне даже стало немного неловко – чтоб чем-то занять себя, я схватила кружку кваса и оперлась о край стола. Видимо почувствовав напряжение, Натаниэль тут же заговорил, и между нами завязалась такая же непринужденная беседа, как в первую нашу встречу.