Каникулы на планете Цера

КАНИКУЛЫ НА ПЛАНЕТЕ ЦЕРА

Домашняя уборка

Утро для Лизы началось просто замечательно. Бывают такие дни, когда еще не успев открыть глаза понимаешь, что сегодня случится что-то необыкновенно хорошее, почти волшебное. В такой день солнце светит ярче обычного, на завтрак мама печет блины, а телефон разрывается от забавных сообщений.

Сладко потянувшись, Лиза медленно сползла с кровати и, накинув легкий халат, вышла в гостиную. В квартире было тихо. Пока она спала родители отправились на работу, а ее младший брат Виталик в детский сад.

Лиза, хоть и любила своего братика, но нянчиться с ним целый день категорически отказывалась. Она искренне считала, что во время каникул имеет право на отдых и личную жизнь. Девочка так долго ждала окончания учебного года, что, когда он наконец закончился, была на седьмом небе от счастья.

Но, к сожалению, все пошло совсем не так как ей мечталось. Во-первых, стоило только лету вступить в свои права, как большинство ее друзей разъехались – кто на дачу, кто в лагерь, а кто и вовсе укатил с родителями заграницу. Во-вторых, те запретные развлечения, которые еще недавно казались Лизе такими манящими и увлекательными, внезапно утратили всю свою прелесть. Наконец-то разрешенный родителями планшет надоел ей уже через неделю. От игр у нее заболели глаза, а общение в Сети стало попросту скучным. Разлетевшиеся в разные стороны друзья регулярно постили свои фоточки с видом на море, в гуще веселых компаний или в незнакомых прикольных местах.

Первое время Лиза усердно старалась не отстать от них и ежедневно выкладывала свою улыбающуюся мордашку на фоне многоэтажки, в которой жила, и зеркального фасада торгового центра, куда ходила за покупками. Но поскольку с каждым днем в округе оставалось все меньше красивых мест, достойных быть запечатленными ею, то вскоре Лиза и вовсе перестала выкладывать свои фотографии, ограничившись лишь лайками на фотках друзей.

– Эх, скукота-то какая, – вздыхала Лиза, думая о том, чем же ей заняться в оставшиеся два с половиной месяца. Ведь на календаре было всего-навсего пятнадцатое июня.

Но сегодня все было по-другому! Сегодня Лиза чувствовала внутри себя удивительное вдохновение, которое непременно поможет ей вырваться из тоскливого однообразия летних дней. Вот сейчас она умоется и придумает какой-нибудь потрясающий план летнего отдыха. Такой, что вернувшиеся после каникул друзья умрут от зависти, узнав, как чудесно она здесь развлекалась.

И полная оптимистичных мыслей Лиза направилась на кухню. К сожалению, маминых блинов там не оказалось, вместо этого на столе лежала записка:

«Доча! Не забудь, что сегодня среда. День домашней уборки. Завтрак на столе, обед в холодильнике. Не скучай. Целую».

Среда… Она совершенно забыла о том, что сегодня среда! Как? Как она могла об этом забыть?! Для кого-то этот день недели не означал ничего особенного, но для Лизы это было время несения тяжелейшей домашней повинности. Именно в среду она должна была убирать квартиру – мыть полы и бороться с пылью, так и норовившей забраться в самые труднодоступные уголки квартиры.

Этот «черный день календаря» еще в самом начале каникул ей установила мама, твердо решившая приучать дочку к труду. Ее очень тревожило, что из Лизы, целыми днями не расстающейся с планшетом и телефоном, может вырасти редкостная бездельница. Именно поэтому уборка надежно закрепилась в еженедельном Лизином графике.

Едва прочтя записку, девочка почувствовала, как приятное чувство легкости и веселья стремительно покидает ее. Мир мгновенно утратил все свои цветные краски, уступив место черно-белой действительности. Да уж, не о таком развлечении она мечтала минуту назад!

Сказать, что Лиза расстроилась, было бы не совсем верно. Еженедельная уборка квартиры значилась чуть ли не единственным пунктом в перечне ее домашних обязанностей, и девочка относилась к ней как к унылой неизбежности. Но в этот раз она ощутила себя так, словно ее жестоко обманули. А как же ее вдохновение? Оно что, заглянуло к ней утром по ошибке? Ведь едва проснувшись Лиза отчетливо почувствовала, что сегодня с ней произойдет что-то необычное и радостное. Но навряд ли можно назвать необычным и радостным появление ведра и пылесоса, которые мама предусмотрительно выставила на видное место в коридоре.

Делать было нечего, оставалось только смириться. И на ходу приглаживая свои короткие светлые волосы, Лиза пошла в ванную. Ничего страшного, вот сейчас она быстренько уберет квартиру и будет абсолютно свободна. Но едва Лиза включила воду, как ее взгляд упал на полочку рядом зеркалом. То, что она увидела, сразу же заставило ее позабыть обо всем на свете. Там, сверкая золотистой вышивкой, лежала раскрытая мамина косметичка, случайно оставленная ею в спешке утренних сборов.

Как только Лиза сунула в нее свой любопытный нос, время для девочки тут же остановилось. Блестящие цилиндры губных помад, черная, пушистая кисточка туши и серо-голубые пятачки теней целиком поглотили все ее внимание. К реальности девочку вернул бой старинных часов, долетевший до нее сквозь шум льющейся воды.

– Ой! Уже двенадцать часов! – тоненько взвизгнула Лиза и торопливо принялась чистить зубы.

Поспешно завершив водные процедуры, она пошла на кухню. На столе, накрытое салфеткой, стояло блюдо с оладьями.

– Не блины, но тоже неплохо – пробормотала Лиза, включая чайник – Так, сейчас я позавтракаю и сразу же начну пылесосить.

Налив себе чая и прихватив парочку оладушек, она пристроилась на диване рядом с телевизором. Лизин палец автоматически нажал на пульт, и на экране замелькали кадры ее любимого молодежного сериала. Лиза забралась с ногами на диван и, привалившись к мягкому подлокотнику, позабыла обо всем на свете.

Кино закончилось и на экране телевизора появилась заставка с часами. По циферблату споро бежала секундная стрелка отсчитывая последние мгновения, оставшиеся до трех часов. Удивляясь тому, как же быстро летит время, Лиза нехотя выключила телевизор и пошла в коридор за пылесосом. Перетащив его на середину комнаты, она почувствовала удовлетворение. Да! Вот теперь сразу стало видно, что уборка уже началась! Даже можно сказать, что она в полном разгаре!

– Осталось только как можно скорее ее закончить, – вслух бодро заявила она, входя в гостиную с полным ведром воды в одной руке и со шваброй в другой.

Но ее энтузиазма хватило ненадолго. «И почему именно я должна это делать?» – уже через несколько минут тоскливо думала Лиза, елозя шваброй по мокрому ламинату. – «Вообще-то папа тоже мог бы, хотя бы парочку раз в месяц, пройтись тряпкой по полу. Да и Виталик уже отлично держится на ногах. Ему вполне можно доверить смахивать пыль с нижних полок шкафов».

И, отжав тряпку, Лиза провела ею по журнальному столику. Заходя в комнату, мама в первую очередь обращала внимание именно на этот стол. Иногда она даже проводила ладонью по гладкой столешнице, проверяя, насколько тщательно дочка выполнила порученную ей работу. В свете косых солнечных лучей Лиза тут же увидела грязные разводы на полировке стола. Вздохнув, девочка принялась тереть его с удвоенной силой.

«Да уж, кто бы мог подумать, что Управитель Временем превратится в Управителя ведра и тряпки!» – горестно размышляла Лиза, вспоминая, как еще совсем недавно, всего несколько месяцев назад она вместе со своими друзьями спасла планету Церу от Великого Звездного Захватчика Сарапа. И встретилась со своей тетей Ладой…

С самого детства Лиза знала, что у нее есть дальняя родня – тетя Лада – двоюродная сестра ее мамы, которая живет очень далеко. Мама тети Лады умерла, когда та была еще совсем маленькой и после этого трагического события отец увез девочку на свою далекую родину.

Но Лиза даже и представить не могла, насколько далеко находится эта его родина. А она оказалась на планете Цера. Именно там и проживала тетя Лада, ставшая после смерти своего отца – короля Риггала – ее полноправной владычицей1.

Посетив эту планету девочка узнала, что ее населяют не совсем обычные люди. В груди каждого из них бьется не одно сердце как у землян, а целых два! Да к тому же у выходцев из королевского рода, к числу которых относилась и тетя Лада, одно из сердец совершенно особенное. Оно позволяет делать удивительные вещи, благодаря которым короли и королевы Церы и получили титул Управителей.

Но так случилось, что много лет назад тетя Лада лишилась своего волшебного сердца Управителя. Как-то раз, прилетев на Землю – навестить своих родственников – она узнала, что только что родившаяся Лиза умирает. Врачи не могли ее спасти, и родители малышки сходили с ума от горя. До глубины души тронутая их семейной трагедией, тетя Лада отдала свое сердце Управителя маленькой Лизе.

Обо всем этом девочка узнала гораздо позже – лишь когда сама очутилась на Цере. Ее удивительное сердце давало ей возможность распоряжаться временем. Сердце Управителя наделило Лизу способностью не только останавливать время, но и поворачивать его вспять. И благодаря ее талантам, церанцам удалось победить своего главного врага – Великого Звездного Захватчика Сарапа.

К сожалению, после грандиозной битвы между войском Звездного Захватчика Сарапа и жителями Церы, Лиза утратила возможность повелевать временем. И никто не мог ей сказать, восстановится ли когда-нибудь эта ее способность или она потеряна безвозвратно.

Все время пока Лиза трудилась, через открытую балконную дверь в комнату врывались шумные, веселые звуки лета. Крики мальчишек, глухое воркованье голубей и шелест листвы, словно специально поддразнивали Лизу, и без того чувствующую себя самой несчастной девочкой на свете.

Внезапно на улице прозвучал громкий, требовательный, звук автомобильного гудка. Не сдержав любопытства, Лиза бросила тряпку и, перескакивая по пути через разбросанные на ковре игрушки Виталика, выбежала на балкон. Перегнувшись через перила, она обвела взглядом небольшой уютный двор, по периметру которого росли высокие старые тополя. Мальчишки – Лизины одноклассники – бодро гоняли мяч, не обращая внимания на тополиный пух, который, мягко соскальзывая с веток, плавно опускался прямо на их разгоряченные головы.

В это час дня двор был полон народа. Помимо играющих в футбол мальчишек на скамейках у подъездов сидели старушки, выбравшиеся из квартир, чтобы подышать свежим воздухом. А между клумбами с розовыми петуньями неспешно прогуливались молодые мамаши с колясками.

Рядом с соседним подъездом стояло желтое такси. Именно оно издавало те призывные звуки, выманившие Лизу на балкон. К машине уже торопился высокий мужчина с полосатым чемоданом в руке. Это был папа Лены – Лизиной подруги и соседки, единственной из ее подруг, остававшейся в городе. Вслед за папой из подъезда выбежала и сама Лена. На плече подружки болталась ярко-оранжевая сумка, а на босоножках весело поблескивали яркие стразы. Лиза вспомнила, что сегодня Лена с родителями уезжает в Турцию – купаться на море и загорать на пляже.

– Лиза, привет! – заметив подругу, весело прокричала Лена. – А мы поехали в аэропорт! Не скучай тут без меня, я тебе обязательно привезу какой-нибудь сувенир, – пообещала она и махнув на прощание рукой быстро села в машину.

– Счастливо! Пока! – перегнувшись через перила балкона, крикнула ей в ответ Лиза, провожая грустным взглядом тронувшееся такси.

Что же теперь делать? С этого дня ей даже не с кем будет погулять. Да уж, похоже, после Лениного отъезда уборка квартиры станет ее главным летним развлечением.

И отогнав от лица тополиный пух, так и норовивший залететь в нос и глаза, Лиза торопливо заскочила обратно в комнату. Не хватало еще, чтобы этот гадкий пух залетел в квартиру. И чего он все старается в квартиру забраться? Лететь ему, что ли больше некуда?

«Ничего, сейчас я его достану!» – азартно подумала Лиза.

Схватив мокрую тряпку, она опустилась на колени, стараясь достать забившиеся под буфет белые клубы пуха. И тут в самом дальнем углу она заметила какую-то бусинку, очень похожую на жемчужину. Отбросив в сторону тряпку, девочка потянулась за ней и, вскоре, на ее ладони лежал белый, размером с горошину, шарик.

– Наверное, мама потеряла, – предположила Лиза, двумя пальцами кладя находку на стол.

И тут из дальнего угла комнаты прозвучало шесть мерных ударов. Это вновь дали о себе знать старинные часы, доставшиеся Лизиному папе от его дедушки.

Шесть часов было как раз то время, когда родители возвращались домой. Испугано оглянувшись, девочка тихонько взвизгнула. Сейчас комната выглядела еще хуже, чем до уборки.

Мгновенно позабыв о своей находке, Лиза схватила Виталькины игрушки и принялась торопливо складывать их в шкаф, попутно стараясь ногой выдернуть шнур от пылесоса из розетки. Оставшиеся до прихода родителей считанные минуты Лиза прожила в бешенном темпе, пытаясь сделать одновременно массу дел. Как бы пригодилось сейчас умение останавливать время! Но, к сожалению, в данный момент ей приходилось полагаться исключительно на собственную расторопность и сноровку.

«Вещающая горошина»

Маленькое чудо все же случилось, – Лиза успела вовремя закончить уборку. И когда мама переступила порог дома, в нем уже царила практически идеальная чистота.

– Молодец, Лизок, – похвалила ее мама, помогая сынишке снять обувь. – Устала, наверное? – сочувственно спросила она, глядя на вспотевшее, красное лицо дочери.

– Ага, – согласно кивнула головой Лиза. – Только недавно все закончила.

Поцеловав дочку, мама направилась на кухню, разгружать сумки с продовольствием. Пока она выкладывала на стол покупки, маленький Виталик бросился к своему шкафу с игрушками и принялся энергично, одну за другой, выуживать их оттуда, бросая на пол. Недовольно пожав плечами, Лиза пошла вслед за мамой на кухню.

– Мама, а зачем вообще надо убираться, если все всё равно мусорят? – с претензией в голосе спросила она. – Вон, Виталик опять свои игрушки повсюду разбросал. А я их полдня по квартире собирала.

Но мама не успела ответить на этот вопрос. В комнате раздался громкий хлопок, и испуганный визг Виталика, переходящий в обиженный рев. Не обращая внимания на раздавшийся звук звонка в дверь, мама и Лиза, побросав пакеты с продуктами, ринулись в гостиную. Там, на ковре, судорожно сжав кулачки и обливаясь горючими слезами, сидел Виталик. Взгляд малыша был устремлен на белую горошину, лежащую в метре от него.

– Мама, она длаться! – пожаловался малыш, в поисках защиты протягивая руки навстречу маме.

– Кто стал драться, Виталик? – подхватывая малыша на руки и целуя его в зареванные глаза, обеспокоено спросила мама.

– Она! Я ее взять, а она бах! – как мог, попытался объяснить мальчик.

– Вот эта штука – бах? – уточнила Лиза, наклоняясь и поднимая белую горошину.

– Она! Она – бах! – пожаловался мальчик.

– Что это такое? – спросила мама. – Откуда это у нас?

– Не знаю, – пожала плечами Лиза. – Я сначала думала, что это твое. Какая-то жемчужина от бус.

– Нет, у меня нет жемчужных бус и никогда не было. Дай-ка ее сюда, – попросила мама, протягивая Лизе руку.

Но не успела Лиза передать маме странный предмет, как раздался звук поворачивающегося ключа и папин веселый голос:

– Девочки! У нас гости!

– Добрый вечер, – произнес чей-то женский голос, и, резко обернувшись, Лиза увидела, что на пороге комнаты стоит хрупкая молодая женщина с абсолютно седыми волосами и ярко-голубыми глазами. Ее губы слегка улыбались, делая заметной маленькую ямочку в уголке рта.

– Мы с Ладой встретились во дворе. Она как раз припарковывала свою машину, – принялся объяснять папа, но его голос тут же потонул в радостном визге Лизе.

Девочка кинулась к своей тете явно намереваясь задушить ее в своих объятиях, но в шаге от нее притормозила, увидев то, на что раньше не обратила внимания – левая рука тети Лады была загипсована и согнута в локте, который поддерживал широкий кожаный пояс, перекинутый через плечо.

– Ой, тетя Лада, что с тобой случилось? – воскликнула она.

– Ничего страшного, сломала руку, – улыбнулась тетя Лада, обнимая племянницу правой рукой и целуя ее в щеку. – Но уже скоро мне снимут гипс и все будет как прежде. Так вы готовы к путешествию? – спросила она, целуя Лизину маму и передавая ей огромный пакет с церанскими гостинцами.

– К какому путешествию? – растеряно спросила мама, прижимая к груди пакет с подарками.

– Но я же заранее послала вам «Вещающую горошину», – удивленно произнесла тетя Лада. – Чтобы у вас было время подготовиться к поездке.

– Горошину? – переспросила мама, бросая на Лизу вопросительный взгляд.

– О! Так это, наверное, та самая штука, которая бахнула Виталика, – предположила Лиза и разжала кулак в котором, по-прежнему, была зажата белая жемчужина.

– Да, это она, – подтвердила тетя Лада. – Мы посылаем их когда надо передать кому-то сообщение.

В ответ на удивленные взгляды родственников тетя Лада объяснила, что «Вещающие горошины» – вполне обычное средство связи на Цере. По цвету, который обретает горошина, коснувшись руки адресата, сразу можно узнать, какую весть она несет. Чем радостнее новость, тем светлее становится ее голубой цвет, а вот плохие вести окрашивают горошину в темно-синие, чернильные тона.

«Вещающие горошины» придумал самый первый король Церы – Управитель Материей – Аррист Лысый. Для него не составляло труда облечь в материальную форму любую свою задумку. И, по словам тети Лады, ее отец Риггал Бородатый частенько использовал их для связи со своей женой – землянкой. По Цере «горошины» передвигались с помощью ветра, а вот как им удавалось, паря в безвоздушном космическом пространстве, добираться до Земли, для всех так и осталось загадкой.

– Папа рассказывал мне, что он часто посылал маме на Землю «Вещающие горошины». Вот я и решила передать с их помощью вам весточку. Но я не предполагала, что она будет так долго лететь, – огорчено пояснила тетя Лада. – Ведь я отправила вам это сообщение два месяца назад. В любой уголок Церы «горошина» долетает за час, – растеряно добавила она, осознав, что для ее родных приглашение немедленно отправиться на другую планету стало абсолютным сюрпризом.

– А как она работает? – полюбопытствовала Лиза, держа горошину двумя пальцами и рассматривая ее на свет.

– Очень просто. Адресату всего-навсего нужно взять ее в руки, – пояснила тетя Лада. – Горошина предназначалась твоей маме, – улыбнулась она.

Лизина мама протянула руку и как только горошина коснулась ее ладони, она тут же стала стремительно менять цвет. Просияв всевозможными оттенками синей гаммы, она постепенно обрела нежно-голубую окраску. Из горошины вырвалась тоненькая струйка сизого дыма, и зазвучал мягкий женский голос:

«Дорогие мои родственники, я приглашаю вас погостить на Цере. Буду очень рада, если вы примите мое приглашение. Я пребываю на Землю пятнадцатого июня по Земному календарю. Будьте готовы в этот день отправиться в дорогу».

– Ой, мама! Да это же голос тети Лады! – воскликнула Лиза, зачарованно наблюдая, как исторгнув последнее слово голубой дым растаял, а горошина сморщилась, словно из нее выпустили весь воздух. – Пятнадцатое июня – это же сегодня, – растерянно добавила девочка.

Тетя Лада выглядела слегка смущенной и заметно расстроенной. Ей явно было неловко от того, что она заявилась в гости без предупреждения. И Лизины родители поспешно принялись успокаивать королеву, горячо заверяя ее в том, что ее визит – большая радость для всей их семьи.

– Лада, не расстраивайся, что твоя «Вещающая горошина» запоздала, – утешала ее Лизина мама. – Даже если бы она пребыла вовремя, к сожалению, мы все равно не смогли бы отправиться с тобой на Церу. У нас отпуск будет только в сентябре. Но в любом случае, спасибо тебе за приглашение, – улыбнулась она, застилая стол в гостиной праздничной скатертью и подавая знак Лизе, чтобы та расставляла чашки.

– Отпуск? – удивленно повторила тетя Лада. – Ах, да, это то время, когда вы не работаете. Я об этом как-то не подумала, – удрученно призналась она.

В голубых глазах королевы промелькнула досада. Как же она могла забыть о таком важном для землян обстоятельстве как работа!

– Но я предлагаю немного изменить твои планы, – весело предложила мама. – Давай лучше ты у нас погостишь? Мы, правда, целыми днями пропадаем на работе, но, думаю, Лиза с радостью составит тебе компанию, – и мама заговорщически подмигнула дочери, пристроившейся на диване рядом с тетей.

Вытаращив глаза, Лиза с громким криком подскочила с дивана и в порыве радости исполнила на ковре какой-то дикий, восторженный танец.

– Ну, я так понимаю, что Лиза поддерживает мое предложение, – смеясь прокомментировала ее выходку мама.

Сказать, что Лиза была рада тому, что тетя Лада останется у них погостить, значит, не сказать ничего. Девочка так сильно любила свою тетю, что была бы счастлива если бы та осталась у них насовсем. В голове Лизы вихрем пролетели мысли о кинотеатрах, аттракционах и торговых центрах, которые им с тетей непременно надо будет посетить. Она уже было открыла рот, чтобы озвучить все свои задумки, как тетя Лада грустно произнесла:

– Я бы с удовольствием осталась. Но сегодня вечером у нас на Цере пройдет одно очень важное мероприятие, на котором мне обязательно надо присутствовать. Собственно говоря, именно на него-то я вас и приглашала. Мне казалось, вам будет интересно в нем поучаствовать, чтобы глубже понять церанскую культуру.

И тетя Лада извиняюще улыбнулась опечаленной Лизе.

– Мне, правда, очень жаль, что вы не сможете со мной поехать, – сказала тетя Лада, перебирая тонким пальцами короткие белые волосы, прижавшейся к ее плечу Лизы.

У самой королевы Церы волосы были тоже светлыми, но не от природы, а из-за ранней седины. Тетя Ладе было чуть больше тридцати лет, но выглядела она очень молодо. И если бы не ее отливающие серебром длинные волосы, которые она укладывала в высокую прическу, королева могла сойти за совсем молоденькую девушку. На ее лице почти не было морщин, а нежная, очень белая кожа красиво гармонировала с голубыми глазами. Губ королевы довольно редко касалась веселая улыбка, поскольку нрав у тети Лады был строгий и сдержанный. Но уж если она улыбалась, то все ее лицо – от сверкающих белизной зубов и до сияющих голубыми огоньками глаз – начинало светиться.

Первое время Лизу слегка отпугивал замкнутый характер королевы. Тетя Лада была не из тех с кем можно быстро и легко найти общий язык. Но постепенно Лиза привыкла к своей тете и поняла, что за ее внешней строгостью и даже суровостью скрывается очень доброе, любящее сердце.

Поняв, что семейное путешествие на Церу не состоится, и тетя Лада не останется у них погостить, Лиза решилась действовать.

– Мама! Но я-то… У меня-то… – сбивчиво воскликнула она. – Я-то уже в отпуске! Ну, в смысле на каникулах. Можно я полечу с тетей Ладой? Пожалуйста-пожалуйста! – взмолилась девочка, хватая маму за руку.

– Ну, не знаю, – произнесла мама, бросая неуверенный взгляд на мужа.

– Мамочка, пожалуйста! Все мои друзья уехали из города! Мне так одиноко и скучно, – заныла Лиза. – Они все купаются и загорают, а я гуляю по пыльным, жарким улицам, – добавила она, вспомнив, что именно эту фразу употребляла ее мама, сетуя папе на то, что их бедные дети вынуждены проводить все лето в городе.

Лизины жалобы вызвали замешательство в стане родителей. Смущенно пожимая плечами, мама неуверенно посмотрела на папу. С одной стороны, ей явно не хотелось отпускать дочь в такую даль, как другая планета. Но с другой, Лиза действительно тосковала в городе, маясь от безделья и скуки, а они не могли предложить дочери какое-нибудь более веселое и полезное для здоровья времяпрепровождение.

– Света, и правда, разрешите ей лететь со мной, – пришла тетя Лада на помощь Лизе. – А то Воробей и Флафин не простят мне, если я вернусь на Церу без нее. Они уже несколько недель строят планы совместных развлечений.

Услышав о своих друзьях, Лиза жалобно застонала. Воробьем звался приемный сын тети Лады – Алексей Воробьев. Они встретились с Лизой, когда Воробей, сбежав из детского дома, пытался украсть в магазине продукты. Их первую встречу никак нельзя было назвать приятной. Лиза очень испугалась дерзкого мальчишки с холодным взглядом серых глаз. Но потом, когда волею случая Воробей оказался вместе с девочкой на Цере, и им пришлось вместе выпутываться из весьма сложных, а порой и опасных передряг, они крепко подружились.

А с Флафином и его наставником Помпоном ребята познакомились уже будучи на Цере. Родители Флафина принадлежали к разным церанским родам. Всего их на Цере было два и назывались они «Те, кто топчет пятками землю» и «Те, кто раздвигает руками небо». Выходцы из каждого рода обладали особыми качествами, отличавшими их друг от друга. А принадлежность к роду определяли два сердца, бьющиеся в груди каждого церанца. Как правило, эти сердца были абсолютно одинаковыми, но в редких случаях, ребенок родителей из разных родов получал одно сердце из рода «Тех, кто топчет пятками землю», а другое из рода «Тех, кто раздвигает руками небо». И именно так и случилось с Флафином.