Австралийские заметки. Рассказ о жизни в Австралии

© Светлана Владимировна Кучава, 2024

ISBN 978-5-0062-0821-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

АВСТРАЛ и Я

или

ЖИЗНЬ ВВЕРХ НОГАМИ

Все права защищены. Воспроизведение и передача опубликованной книги или любой ее части в какой бы то ни было форме (электронной или механической), включая фотокопирование, запись или какую-либо информационно-поисковую систему, воспрещается без письменного согласия автора и издателя.

В тексте сохранены авторские орфография и пунктуация.

Об авторе: Светлана Кучаво, 50 лет, живет в г. Брисбане (штат Квинсланд, Австралия) с семьей и попугаем Пипом. Одна из профессий – медсестра в стоматологической клинике. Любимые авторы: Виктория Токарева, Дина Рубина, Федор Достоевский, Антон Чехов, Виктор Пелевин, Дэн Браун.

Предисловие

Do you come from a land downunder?

Слова из песни группы «Man At Work»

Небольшая географическая справка:

Downunder (страна вверх ногами) – слэнговое название Австралии в англоязычном мире. Оно основано на факте, что Австралия находится в Южном полушарии Земли, то есть буквально «внизу», «под другими странами на глобусе». Когда я раньше слышала эту песню, я не понимала ее смысла. Пока не приехала в Австралию. Тут меня осенило, и слова песни сложились у меня в уме, как пасьянс: поскольку Южное полушарие расположено внизу земного шара, то все там должно быть поставлено с ног на голову, и люди там, соответственно, живут тоже «вверх ногами» – абсолютно не так, как это обычно принято…

В эту страну я была буквально внесена, как вельможа в паланкине, бизнес классом самолета Эмирейтс (Emirates). На другой конец света я летела в радужном настроении и стойкой уверенности в том, что все перемены в моей жизни к лучшему. Это был как прыжок в неизвестность (но неизвестность со знаком плюс) после дубайской стагнации и небытия – когда вроде бы вокруг бесконечные море, курорт и шоппинг. Как говорится – бери, не хочу. Однако, настает момент, когда брать уже не хочется, а от всех туристических приманок воротит. Тогда остро понимаешь, что побыть в стране туристом недолгий 10-дневный срок и жить в ней – это абсолютно разные вещи, и джентельменского набора туриста в виде уже упомянутого моря, шоппинга и небоскребов для полноценной и насыщенной жизни совсем недостаточно. Настойчиво ощущать себя в затянувшемся отпуске и будто бы на чужом празднике жизни – вредно для здоровья и нервной системы, если отлежать бока на пляже на всю жизнь в твои планы не входит. Вот тогда, когда было принято решение переехать из Дубая в downunder, Австралия показалась мне раем отчасти потому, что я о ней почти ничего не знала. Даже после раскачки, необходимой для того, чтобы прийти в себя после переезда в другое полушарие планеты, какое-то время я продолжала жить тут как турист. Это происходило по инерции. И, видимо, это было на пользу. Ибо нет более лучшего способа расстаться со своими иллюзиями и принять эту страну такой, как она есть.

Те, кто изучал в советской школе английский язык, как иностранный, хорошо помнят набившую оскомину тему «Лондон – столица Великобритании». Начиналась эта тема с заявления, что Лондон – это город контрастов. И настолько отложилось у меня эти «контрасты» в уме, что не вырубишь теперь топором. Так вот, город контрастов – это не только Лондон. И может быть не только город конрастов, но и целая страна контрастов. Вполне справедливо будет сказать, что Австралия как раз-таки и является страной контрастов. И выражается это во всем – в погоде, городах, людях и многом другом.

Например, вся погода тут – это сплошные контрасты. Сами австралийцы говорят, что утром тебе нужен обогреватель, а днем – кондиционер, так как перепады температуры бывают очень сильные, особенно зимой. Утром может быть +6С, а днем +25С. Temperature extremes, как они говорят. Это не здОрово и не здорОво. И вот почему: организм находится в фоновом стрессе, поскольку ему приходится постоянно адаптироваться к разным, чаще контрастным, температурам в течение дня. Выдержать это могут только люди только с очень сильной иммунной системой. Я не имею в виду пришлых белых людей. Аборигены жили тут 60 тысяч лет и успешно ко всему адаптировались на генетическом уровне. А у белых – то рак кожи, то псориаз, то экзема…

Города контрастируют от полу-деревенского Брисбана, который, тем не менее, является столицей штата Квинсланд, до утонченного Мельбурна, столицы штата Виктория и одновременно культурной столицы Австралии, который по праву считается самым европейским городом Австралии, или до австралийской глубинки, затерянной где-то на просторах континента, где есть только церковь, почта, магазин, скотоводческие угодья, паб и… пожалуй, все. Причем, в некоторых таких глубинках стоит ужасная сушь, и дождя не бывает очень продолжительное время.

Мои отношения с Австралией напоминали бурный роман. Меня шатало, как при морской качке. От полного восторга в начале жизни здесь до момента полного отрезвления, когда все настолько неприметные поначалу непохожести и странности начинают лезть в глаза. Например, почему австралийцы дома ходят в обуви, а на улице босиком? Босиком даже в магазинах, в аэропорту и в других общественных местах. А когда не босиком, то в лучшем случае – в носках, и носки эти, даже белые, никто запачкать не боится. Без оглядки на всякие условности. Почему??.. Десятки, сотни «почему» роились в голове, не давая покоя. Пока не пришлось сказать себе: «Стоп! Просто они – другие!»

Тут и правда все не так, как везде. На севере здесь жарко, а на юге – холодно, потому что север ближе к экватору, а юг – к Антарктиде. Времена года здесь все наоборот – то есть прямо противоположны Северному полушарию. Названия месяцев года те же, но в декабре тут лето, а в июне – зима. Штат Квинсланд, где я живу, делится на две климатические зоны – тропики и субтропики. Я живу на юго-востоке штата, в субтропиках. Зиму тут в общепринятом смысле холодной не назовешь. Как правило, дневная температура зимой ниже плюс пятнадцати не опускается. Хотя ночью или рано утром иногда бывает всего +6. Но настоящим испытанием для неподготовленного человека из северного полушария австралийская зима бывает совсем не по этой причине. А потому, что в домах холоднее, чем на улице. Да-да, в доме тут можно очень сильно замерзнуть. До обморожения конечностей, как у меня когда-то было. Потому что дома не отапливаются и строятся совсем не так, как их принято строить в Северном полушарии. Стены домов тонкие, стеклопакетов нет, изоляция – минимальная, запенивать различные щели не принято. И все потому, что это не считается необходимым. По принципу – авось, и так сойдет. Как-то раз я прочитала, что когда такие дома строились переселенцами из Англии 200 лет назад, это делалось по незнанию и непониманию особеностей местного климата. Но со времен первых переселенцев прошло уже более двухсот лет, а дома по большей части строят все такие же. Визитная карточка нашего штата – это знаменитый дом «квинсландер», этакая резная деревянная избушка на курьих ножках, поднятая над землей на определенном уровне на сваях. Летом в квинсландерах нестерпимо жарко, зимой – нестерпимо холодно по причине практически полного отсутствия изоляции. Однако, строились такие дома и строятся до сих пор не потому, что люди – сами себе враги. Во главе угла всегда стоит его величество доллар. В Австралии все очень дорого – в частности, материалы и рабочая сила. Поэтому экономить приходится на всем. И зачастую – себе в ущерб. Что же получается в результате? А то, что зимним днем на улице светит яркое солнышко, температура +15, не жарко, не холодно, а вроде бы приятно и хорошо. Но когда приходишь домой, то ощущения резко меняются на противоположные. В доме очень холодно и сыро за счет того, что ночи прохладные, за ночь дом сильно остывает и впитывает холод от сырой земли, на которой он стоит, а днем прогреваться не успевает. Поэтому зимой домой идти не хочется в противоположность хорошо усвоенному мною в России ощущению: как бы ни было холодно на улице, тебя всегда греет мысль, что дома будет тепло. До такой степени, что можно будет открыть форточку и ходить по дому в нижнем белье. В Австралии такой экстремальный вариант у вас дома не пройдет. Помнится, в первую свою зиму в Брисбане я напоминала узбечку – напялив на себя все свои теплые вещи и зимние сапоги на меху и так и не согревшись, я натянула на себя сверху теплый халат, одела на дочку теплую куртку, включила кондиционер на обогрев и только тогда хоть немного пришла в себя. Кстати, доставать утром одежду из шкафа и переодеваться – то еще испытание. Потому что вся одежда холодная и влажная, и приходится делать над собой усилие, чтобы вылезти из теплой пижамы и натянуть на себя холодные джинсы или топ. Да-да, топ. К слову сказать, любая верхняя часть одежды у них тут называется «топ». А то, что мы привыкли называть в России «топиком» имеет здесь множество других названий, одно из которых – мидриф (midriff). Любая кофта или свитер – это всегда джампер (jumper).

Кстати, колотун в австралийских домах – это широкое поле для местной индустрии приспособлений для индивидуального утепления.

Самая забавная и главная ветвь этой индустрии – это электропростыни и электроодеяла. Поначалу я от них отказывалась потому, что боялась удара током. Но холод, как и голод, не тетка. Замернешь – залезешь и на электропростынь и под электроодеяло, лишь бы тепло было. И правда, есть огромная разница – ложиться ли тебе в холодную постель или теплую, уже нагретую за счет электропростыни. Причем, электропростыни и электроодеяла регулируются. У них, как правило, имеется три различных режима нагрева, из которых ты выбираешь для себя самый оптимальный.

Еще что помогает не околеть в доме – так это лампы нагрева в ванных комнатах. Не стоит, наверное, даже объяснять, что принимать ванну или душ в неотапливаемом доме крайне некомфортно. По этой причине на потолке ванных комнат устанавливаются лампы обогрева. Заходишь, включаешь ламу, и уже не так холодно. Правда, лично мне тепла от лампы всегда недостаточно. Я еще обогреватель включаю. И когда переодеваюсь – тоже включаю. А после случая обморожения рук в одну из зим врачи вообще порекомендовали мне носить дома теплые перчатки. Одная моя русская знакомая дома носит шапку. Представьте себе человека, сидящего в доме и при этом одетого в зимние самоги, ватные штаны, шапку и варежки. И все это при температуре на улице +15С! Не поверите? Напоминает зимовку полярников? Нет! Это – суровая австралийская реальность. При всей казалось бы теплоте местный климат мягким не назовешь. Это довольно стрессовый климат с ощутимыми перепадами температуры в зависимости от времени суток. C сильной жарой летом, когда местами на улицах плавится асфальт и на багажнике машины на самом деле можно пожарить яичницу (что проделали таки летом 2017 г. полицейские в городке Birdsville штата Queensland и выложили в Youtube соответствующее видео) и сильным холодом (в домах) зимой. Лето здесь может быть довольно «суровым», хотя так принято обычно называть зиму. Сначала беспощадное солнце все выжжет, потом дожди все зальют – вот как бывает летом в штате Квинсланд. Так что наводнения тут не редкость. Вдоль многих дорог, а также в парках практически повсеместно установлены столбы-отметки с уровнем, до которого может доходить вода при наводнении. Бытует мнение, что посредством наводнений переселенцы из старого света были наказаны природой Австралии за то, что согнали с насиженных мест аборигенов и отобрали у них их земли. Аборигены знали, где селиться можно, а где – нет, поэтому от наводнений не страдали, а переселенцы не знали, за что и поплатились, и расплачиваются до сих пор.

Самое сильное наводнение за последнее время случилось в Квинсланде в 2010—2011 г., когда постарадало 75% территории штата и погибло 33 человека. Тогда мы еще в Австралии не жили, но и на моей памяти были происшествия.

Один потоп приключился в январе 2013г., когда дожди шли неделями, не переставая. Были поврежедены линии электропередач, и мы остались без света на двое суток (а летом, в январе, что равносильно июлю в северном полушарии, это критично), и в холодильнике пропали продукты. Уже позднее я узнала, что, оказывается, продукты в холодильнике тоже можно включить в страховку дома.

В феврале 2022 г. из за сильных дождей опять случилось наводение. Началось все с того, что были закрыты отдельные участки дорог, и приходилось передвигаться в объезд. Но потом некоторые удаленные районы брисбанского запада (и наш в том числе) оказались полностью отрезаны от остального города. Так мы жили несколько дней. Были закрыты школы. Предметы первой необходимости доставляли на вертолетах. А в местном универсаме были пустые полки – смели даже дистилированную воду для утюгов. Тогда пострадало много домов. Затапливаемые дома – жалкое зрелище. Вместе с водой в них попадает грязь и ил, после чего из дома приходится выбрасывать все – мебель, бытовую технику, одежду, постельное белье, не говоря уже о коврах или ковролине. И тогда вдоль дорог растут импровизированные свалки, куда выставляются стиральные и посудомоечные машины, кровати, столы и прочие предметы домашнего обихода. Весь этот хлам собирается специальными машинами от городской мэрии и потом утилизируется. Росшее на нашем переднем дворе дерево из-за дождей упало и перегородило дорогу. Надо отдать должное, к нам пришли соседи и помогли распилить его на части. Чего у австралийцев не отнять, так это того, что во время стихийных бедствий принято приходить друг другу на помощь. У них это называется «mateship» (дух товарищества).

Нужно отдать должное местному населению, которое вполне благополучно приспособилось к жизни в таких суровых климатических условиях. Австралийцы – люди очень закаленные. Плюс пятнадцать зимой для них совсем не повод отказаться от своей любимой национальной обуви – сланцев. При этом они часто носят полуботинки летом. Особенно на работу. Это является частью делового гардероба. Зато зимой часто можно наблюдать такую картину – девушка идет в пальто, закутанная в шарф, но… в сланцах или в лучшем случае в босоножках. Причем, самая закаленная часть населения – это дети. Раздетый ребенок зимой рядом с «упакованным» родителем – обычное явление. Правда, очень много детей при этом носят слуховые аппараты. Я могу ошибаться и уже сто раз слышала, что детей кутать нельзя, но думаю, что раздетость детей и хождение босиком зимой все-таки имеют какую-то связь со снижением слуха. Подозреваю, что после длительного пребывания в холодной температуре чувство холода у детей просто атрофируется, они переохдаждаются, но не чувствуют этого, и вот результат.

Однако почувствовать себя теплее можно не только за счет дополнительных слоев одежды. Согревать себя можно также изнутри. Проверено на себе – аппетит зимой увеличивается в разы. Просто потому, что так у организма появляется дополнительная возможность согреться. И да… Тут очень много людей с лишним весом… Видимо, накопленное за зиму не успевает расходоваться летом. Среднее телосложение тут уже считается худым. А худощавые люди тут называются skinny, то есть «костлявыми», потому что стандарты полностью смещены. По количеству тучных людей Австралия уже давно успешно догоняет Соединенные Штаты. Как расказывала мне мама дочкиных одноклассников, сетка австралийских размеров со времен ее детства полностью изменилась. Размеры стали больше. Я и сама это замечаю по тем же сетевым магазинам – H&M, Uniqlo, Zara. Коллекции и размерный ряд совсем другие. Не такие, как в других странах, где подобные магазины также представлены.

Да, австралийцы – люди закаленные, но совсем беззащитные перед солнцем. Наш штат Квинсланд называют столией рака кожи Австралии. Местное чересчур активное солнце – это настоящий бич для людей со светлой кожей. А именно таков генотип потомков англичан, то есть большего процента населения Австралии. Загорать и находиться под открытым солнцем таким людям противопоказано. Только в Брисбане я видела такое огромное количество всевозможных клиник по проверке кожи. Подобные проверки рекомендуется регулярно проводить людям со светлой кожей и ее избыточной пигментацией – наличием большого количества родинок и веснушек. В детских учреждениях наличие головного убора и толстого слоя солнцезащитного крема обязательны. Об этом родителям и детям триста раз напомнят. Практически везде существует железное правило «no hat – no play» (нет панамы – играть на улице нельзя). Но даже толстый слой солнцезащитного крема не спасает. Перемазавшись этим кремом с головы до ног, с пляжа все равно можно вернуться красным, как рак. И, кстати, для того, чтобы сносно загореть, на пляж ехать совсем необязательно. Это вполне можно сделать и на улице. Идешь по своим делам куда-то и загораешь. Под конец лета коленки станут практически темно-коричневыми от загара. И от этого никуда не деться. Хочешь – не хочешь, но загар тебе будет обеспечен. Правда, азиатки с загаром стоически борются: ходят под зонтиками и в широкополых шляпах. У них загар не моден. В то время как европеоиды, которым естественного загара недостаточно, мажутся разными средствами для искусственного загара. О… Это тоже целая индустрия.. Спреи, молочко, кремы… Это можно делать и дома, и в салонах.. Кому что надо…

И все-таки климатические условия накладывают отпечаток на образ жизни. Только в Австралии можно наблюдать некоторые привычки местного населения, которых не встретишь нигде либо. Например, тут принято везде носить с собой бутылки с водой и постоянно из них отхлебывать. Не магазинную бутилированную воду, а многоразовые индивидуальные бутылки, в которых вода наливается дома или из питьевых фонтанчиков и носится с собой весь день. Это делают и врослые, и дети. Так они борются с обезвоживанием. Эти бутылки – такой же необходимый повседневный аксессуар, как солнцезащитные очки, панама и прочее. В детских учреждениях такие бутылки необходимо подписывать, чтобы избежать утери или путаницы. Лично я привычку ходить с бутылкой воды за годы жизни Австралии приобрела только спустя лет пять, и то с бутылкой я не хожу, а в основном вожу ее в машине, потому что просто предпочитаю пить свою воду из домашнего фильтра. А вот моя старшая дочка такую привычку приобрела сразу. Когда мы как-то ездили в Россию, то моя мама опасливо спросила, все ли нормально с Сашей, ведь она так много пьет. Вот она, разница в менталитетах! В Австралии мне бы задали прямо противоположный вопрос: все ли в порядке с ребенком, ведь он так МАЛО пьет! Кстати сказать, в Дубае не менее жарко, летняя температура может достигать до +50С, но с бутылками там никто не ходит, как и не ходит по улицам практически вообще. Кроме того, мусульманам в пост Рамадан даже воду днем пить нельзя. Как они там от обезвоживания спасаются – загадка…

Еще одно неофициальное название Австралии – это страна Оз (Oz). Прямо как в книжке про волшебника страны Оз. И уж воистину, как и в любой волшебной стране, диковин тут немало.

ФЛОРА И ФАУНА

Почти все животные тут сумчатые – от крупных млекопитающих типа кенгуру до маленьких и не очень мышек. Несумчатых можно пересчитать по пальцам. Кенгуру – это символ Австралии не только за ее пределами, но и внутри страны. Логотипы Australian made (сделано в Австралии) и Australian grown (выращено в Австралии) – это зеленый треугольник с изображением кенгуру. Красный логотип с кенгуру также гордо носят на своем хвосте самолеты одного из местных авиаперевозчиков – компании Quantas.

И конечно же, птицы Австралии, которые достойны отдельного упоминания…

Пожалуй, самая харизматичная тут птица – это кукабара, являющаяся родственником зимородка. Птица эта знаменита тем, что в самые неподходящие моменты суток – чаще всего рано утром и поздно ночью – разражается макабрическим хохотом. Такие порой прилетают на нашу веранду и едят с рук. Эти птицы любят поживиться чем-то вкусным и склонны воровать у людей еду, вплоть до того, что могут выхватить у тебя на пикнике кусок хлеба или мяса из рук. А вот ибисы – настоящий бич божий парков, детских площадок и прочих общественных мест. Ибисы – это своеобразные бомжи из мира птиц. Мало того, что они переворачивают мусорные урны, и от них (от птиц, не от урн) дурно пахнет, так они еще и выхватывают еду из рук, рюкзаков и сумок зазевавшихся людей. При длинном и тонком клюве, напоминающем журавлиный, ибис способен впихнуть в себя огромные куски еды – например, целый рыбный стейк в панировочных сухарях, и не подавиться.

Нужно подчеркнуть, что птичий мир тут успешно конкурирует с людским за кусок чего угодно. Какаду – красивая птица, но очень громкая и наглая. Эти птички уничтожили урожай наших мандаринов как раз тогда, когда мандариновое дерево у нас во дворе вдруг воспряло ото сна и решило порадовать нас небывалым урожаем мандаринов. Мандарины были сожраны полу-зелеными, а те, что не сожраны, были надкушены. Причем, украденные мандарины пожирались прямо у нас под носом, на нашей же веранде, что было вдвойне обидно. Как будто какаду хотели показать нам, кто тут на самом деле хозяева. Одной лапой какаду держится за перила веранды, а в другой зажимает поедаемый мандарин. Так же успешно эти божьи твари поедают каждый год половину нашего урожая орехов-макадамии. Своим клювом они могут продолбить даже кожуру и скорлупу ореха! Все эти непотребные действа напомнили мне две широко распространенные в российском быту поговорки: «Кто первый встал – того и тапки» и «Что не съем – надкушу».

Еще тут сороки со странностями. Их надо опасаться. Если наши российские сороки по народным поверьям падки только на все блестящее и могут лишь утащить чьи-то побрякушки, то здешние сороки могут чувствительно долбануть тебя по кумполу, причем попадут снайперски. Во время брачного сезона, когда сороки спариваются и производят потомство, они склонны к агрессии. Сороки нападают на людей, если считают, что люди олицетворяют собой угрозу для их потомства, когда проходят или проезжают мимо сорочьего гнезда. Особенно достается велосипедистам. В местной прессе я читала про случаи, когда сорока может даже сбить велосипедиста на землю своими атаками на манер пикирующего бомбардировщика. Здесь это проблема, и на данную тему в парках, вдоль велосипедных дорожек и прочих общественных местах установлены соответствующие знаки и предупреждения. Велосипедисты спасаются от сорок, прикрепляя на свои шлемы (тут шлемы, как ремни в машине: нет шлема – кататься нельзя) длинные пластиковые штуки на манер перьев, чтобы сорок отпугивать. В районной газете была статья о том, что в местном парке завелась особо отъявленная сорока, которая однажды набросилась на проходившую мимо девушку и нанесла ей травму головы умеренной тяжести (фото раны прилагалось). Потом, однако, сорока долго не прожила. Вскорости после этого случая ее нашли мертвой в том же парке. Видимо, кто-то решил отомстить. Я сама пару раз подвергалась атаке сорок, когда шла пешком по улице, и деться мне было совсем некуда – не в первый же попавшийся дом ломиться. Ощущение не из приятных. Отбиться удалось только когда я кинула в это исчадие ада каким-то пластиковым ведерком то ли от мороженого, то ли еще от чего-то, которое валялось на улице совершенно кстати.

Джакаранды – это очень красивые деревья, завезенные в Австралию из Южной Америки. Цветут они весной – в октябре, ноябре – и очень радуют глаз своими лиловыми красками и запахами. Чем-то напоминают русскую сирень. В городке Графтон (Grafton) штата Новый Южный Уэльс (New South Wales) регулярно проводится фестиваль джакаранд.

Хоть представители местной фауны местами довольно вредные, но мне их искренне жаль. Очень много животных и птиц сбивается машинами – как на трассах, так и в городе. В Австралии вообще очень много машин. Гораздо больше, чем, например, в Европе. На семью может приходиться до 5, а то и более машин. То есть каждому члену семьи по одной, да еще и грузовик какой-нибудь в придачу. Происходит это часто потому, что общественный транспорт развит не очень хорошо, и население полагается только на себя. Например, в одном из западных районов Брисбана, где я живу, из общественного транспорта ходит только 1,5 маршрута автобуса. Один постоянный, а другой – только в часы пик. Ни электрички, ни трамвая, ни речных трамваев у нас в районе нет. В результате – огромные пробки на дорогах утром и вечером. Да еще и какие-то «мудрые люди» умудрились разместить тут почти все школы вдоль главных дорог. Видимо, с целью убить двух зайцев одним выстрелом – и чтобы дети выхлопных газов надышались, и чтобы ограничения скорости еще больше способствовали пробкам..