Две недели в сказке: по рождественским ярмаркам и сказочным замкам

Пролог

Когда тебе за сорок, в счастливое детство хочется вернуться все чаще и все осмысленнее. И ярче всего это желание накрывает перед Новым годом. И каких бы у нас ни было взрослых возможностей устроить себе настоящий праздник, почему-то на родине это получается все хуже.

За детской радостью и верой в чудо мы отправились в старушку Европу. На рождественские ярмарки. Первоначальный план – ехать в Прагу – был сорван: начало рождественских базаров там перенесли, и как ни упрекала нас дочка, что-де кроме сосисок и глинтвейна в чешской столице есть и другие радости, мы были неумолимы. А раз даты отпуска перенести не удавалось, прибытие в Прагу мы решили максимально отсрочить. Так по пути возникли чешский Оломоуц и Австрия с Веной и Зальцбургом. Их, как и Брест, мы забронировали заранее.

К исходу первой недели предрождественского счастья, после внезапного сказочного замка в Боузове, раздухарившись, мы решили заскочить в Нойшвайштайн и заночевать в Мюнхене. Потом на два дня – вместо десяти – мы остановились в Праге, и через незапланированный Краков с ночевками в Бресте и Смоленске вернулись на родину. Началась наша поездка в конце ноября, а закончилась через две недели в декабре. А было это в счастливые времена, когда по земле еще не ходил ковид, люди не носили масок, незнакомые без стеснения пожимали друг другу руки, а друзья могли и поцеловаться при встрече, и обняться на прощание.

Ворота Европы

Глава первая, в которой автор проверяет тезис о вреде стереотипов

Утопия – сесть в машину в 6 утра после трудовой недели, тем более, наши рабочие дни не по 8 часов длятся. Из Москвы мы выехали в начале девятого. Неспешно проехав полтысячи километров по воскресным дорогам, только около четырех дня мы достигли границы с Белоруссией. Никаких проверок, только полиция снова стала милицией, да указатели вдоль дорог написаны на смешном русскому глазу языке.

Последние 600 километров до места ночевки в Бресте мы преодолели за 7 часов. Увеличению скорости (хотя многие все равно справедливо упрекнут нас в неспешности), способствовали не только гладкие и широкие дороги белорусских братьев, но и Николай Лейкин – писатель конца XIX века, из университетского курса литературы известный нам как "узколобый ретроград с низкопробным юмором". Персонажи его бестселлеров – купец Николай Иванович с супругой Глафирой Семеновной – начиная с Белоруссии, сопровождали нас во всех длинных переездах (до этого мы никак не могли найти флешку, которую я надежно убрала, чтоб не потерять). Подобно нам, супруги Ивановы, отправляясь за границу за новыми впечатлениями, практически не знали языка и оттого часто попадали в курьезные ситуации. Исторические реалии, технические новшества, а люди – все те же. Только рубль изменился: с ним уже не попутешествуешь так же свободно, как в конце XIX века…

Даже в Бресте наша хозяйка предпочла "деревянному" соседу твердую валюту стран ЕС. Впрочем, мы были рады и этому. К ее дому мы прибыли в двенадцать ночи, вместо заявленных десяти вечера. Причем, уже позвонив и сказав, что подъезжаем, мы проблуждали еще минут пятнадцать: навигатор упорно вел нас, как дольше, но зато по главным улицам Бреста.

Встретив, хозяйка наставляла:

– А вы на одной кровати спите? Зачем вам на одной, вы же уже старые, вот как мы с мужем. У меня тут кроватей много – и в спальне диванчик, и на кухне, и в прихожей еще один.

Потом уверяла:

– Да за машину не бойтесь! У нас тут прокурор напротив живет. Жуликов нет.

И предрекала напоследок:

– Утром народу на Домачеве, на погранпереходе, много будет. Контрабандисты с сигаретами пойдут. Мы с мужем за границу не ездим, ни разу еще не были, а вы можете часа четыре простоять. Или два. Как повезет.

Засыпали мы в легком смятении. "Окрыленные" напутствиями, под скрип пружин кровати с балдахином. Как примет нас завтра старушка Европа? Вначале решили вообще не спать, чтобы быть быстрее местных контрабандистов. Потом стало жалко «уплоченых» евро, и только будильник на семь утра смог поднять нас.

В 7.40 через заправку мы выехали к погранпереходу. Но предсказания хозяйки не оправдались.

Очереди было на три машины. Ни нас, ни авто наше белорусы и поляки не досматривали, лишь заглядывали в багажник и спрашивали:

– Спиртное везете?

– Нет.

Вот и весь сказ. В 8.40 подъезжали к белорусской границе, а в 9.10 уже благополучно колесили по польской территории.

В Польше мы захотели поесть. Но едальню у погранперехода пропустили сознательно: кто ж ест на границе? Нам надо что поаутентичнее! А дальше, вдоль трассы, если и стояли кафе, то все были закрыты – несезон. Так и доехали мы до Люблина. А там и снег пошел. Решили переждать. Въехали на стоянку у магазина, я захотела продуктов прикупить, а Сережа прямо в машине прикорнуть.

Вхожу в магазин, а самой боязно. В СМИ-то все говорят: не любят нас поляки, ох, не любят! Захожу. И сыр есть санкционный, и ветчины в нос шибают, мясом пахнут. Красота! Вкуснота! За стойкой полячка строгая стоит. Я пальцем потыкала, показала, что мне надо, она подала. В корзинку кладу и говорю ей:

– Дзенькую, пани!

Так она мне разулыбалась, обзденьковалась, что я думала – из-за прилавка выйдет, целовать начнет!

Иду на кассу, прошу пакет положить покупки. Не понимает. Просит злотые. А злотых нет. Трясу картой Сбербанка. Говорю по-английски. Не понимает. Говорю по-русски. Не понимает. Зовет кого-то. Охрану?

Нет. Коллегу. Я новой польской пане давай по-английски объяснять. Не понимает. Тогда я по-русски говорю:

– Дайте мне, пожалуйста, пакет целлофановый.

– Что пани хочет?

– Сумку, продукты положить. Мешок! Пакетик!

– А, торебку!

Ну, кто ж знал, что надо было сразу торбочку просить! Дальше я стала расплачиваться картой, а она не проходит. Думаю, ну, тут они мне свое польское лицо покажут. Не показали. Улыбаются: "Не волнуйтесь, – по-русски говорят, – сейчас все сработает". И сработало. Вышла я из магазина в недоумении: такие же поляки люди, как и мы. И не злобные вовсе, а очень даже и милые.

Дальше мы стали искать дорогу. Бумажных карт не было, а Том Том не работал! Точнее, это нам все не удавалось построить маршрут, а спросонок в Домачеве мы не сообразили, что раз у нас карты закачены по странам, то бесполезно пытаться построить маршрут из Белоруссии в Чехию, а надо выбирать его внутри одной страны. Впрочем, по указателям и Гугл картам (без заранее построенного маршрута) до Чехии мы добрались. Разве что Люблин по кольцевой дороге объехали два раза. Ну, перепутала я поворот, Краков с неКраковым… Виньетку – наклейку на лобовое стекло – мы тоже купили без проблем – в восемь вечера на первой чешской заправке по банковской карте. Правда, куда виньетку крепить, в Москве мы выяснить забыли, но разругаться не успели: на чешской заправке был интернет (в отличие от польских бензоколонок). Заполненный прямоугольник мы закрепили в углу лобового стекла снизу, справа от пассажира. Потом, наконец, мы построили маршрут на нашем Том Томе и в девять вечера приехали в Оломоуц.

Забронированные апартаменты находились недалеко от съезда в город. С выбором я не ошиблась. Заезд удобный, хозяйка гостеприимная, даже по-русски говорит и пишет. Жилье вроде на окраине, но до центра добраться удобно – меньше десяти минут на трамвае или двадцать – пешком. Квартира в Оломоуце стоит меньше, чем номер в третьесортной гостинице в Смоленске, но все мелочи предусмотрены, вплоть до зонтика в коридоре и вина в холодильнике, которое можно "купить", оставив деньги в коробочке. А еще нас ждал гостинец – свежеприготовленное тирамису.

Практические советы

"Зеленая карта". Так за зеленоватый цвет путешественники в обиходе называют "Карту международного страхования транспортных средств". Ее можно купить заранее в своем городе в страховой компании или у своего агента, а можно приобрести, остановившись на трассе – около фургончика "Страхование" или "Зеленая карта". Мы купили заранее.

Про еду на трассе М1 (Е30). В России кафе в основном расположены там, где бензоколонки, а в Белоруссии там, где можно заправиться, обычно можно купить только кофе и легкий перекус. Чем дальше от Москвы, тем расстояния от кафе до кафе длиннее. В Белоруссии кафе стоят реже, чем в России – между ними может быть километров 50-70. По направлению к Европе мест, где можно остановиться и поесть, по моим ощущениям, побольше, чем по дороге обратно.

Про ночевку в Бресте. В Бресте гостиничных номеров, квартир и апартаментов больше, чем проезжающих туристов, поэтому не в сезон выбор большой. И в этот и в другие разы мы останавливались в частных домах с парковкой на территории. Немало комнат со всеми удобствами в коттеджах сдается рядом с развилкой на погранпереходы – Домачево и Варшавский мост, например, на улицах Пихтовая и Пронягина. Ехать оттуда до любого из погранпереходов около сорока минут.

Про погранпереход в Домачеве. Через него не ездят фуры, поэтому, как говорят, там перейти границу быстрее, чем через Варшавский мост. Но не всегда срабатывает.

Про навигатор TomTom. Навигатор хороший. Мы пользовались им в наши первые поездки на машине за границу. Сейчас уже Гугл. Просто Гугл. С интернетом и с памятью в смартфонах стало попроще.

Про виньетку. Нам сия реалия по поездкам в России, да и в Прибалтике, была не знакома. Это маленькая карточка, которая дает право проезда по платным дорогам. Виньетку можно купить, к примеру, на заправках. На ней пишется номер машины и указывается срок, на который она куплена. Говорят, что виньетки на заправках не всегда бывают в наличии именно на нужный вам срок. Но мы с такой проблемой не сталкивались. Вторая часть виньетки остается у водителя. На случай, если стекло в аварии разобьется. Ну не покупать же, право, новую виньетку!

Начнем с Чехии: Оломоуц и Боузов

Глава вторая, в которой автор размышляет о благе и зле планирования

Об Оломоуце перед поездкой я успела узнать только, что он красив как Прага, компактен, являлся первой столицей Моравии и до сих пор славен своими рождественскими ярмарками, которые в этом году должны начаться 17 ноября. За неделю до поездки местная администрация объявила о переносе базаров на неделю позже. Может, из-за Праги, где открытие ярмарок объявили только на 2 декабря, а может, еще по каким причинам. Этим ничтожным фактом я была озадачена, озабочена и сбита с толку. Что пользы планировать, если все можно вот так вот, запросто, перенести?! Поэтому узнавать я больше ни о чем не стала, и на утро следующего дня мы поехали в город наобум.

Минута пешком до остановки "Крематорий" и семь минут на трамвае до центра. Эх, мне почему-то часто случается забронировать жилье метрах в ста от кладбища. Вы будете крутить пальцем у виска, обходить меня стороной или нервно смеяться на мой счет? А я совсем не против такого соседства: мертвецы ко мне не приходят, жилье дешевле, тихо, публика, как в старину говорили, чинная и спокойная ходит. В Оломоуце, правда, кладбище было только через трамвайную линию, где крематорий, мы так и не выяснили, а недалеко от апартаментов стояло университетское общежитие. Молодежь из трамвая выходила веселая, шумная… Что ж, жизнь идет.

Итак, мы в центре. Рабочие перед Ратушей устраивают ярмарку: сбивают последние павильоны, вешают гирлянду на елку. Кажется, дерево не установили, и елка просто растет здесь. Информационный центр на ремонте, его сотрудницы работают здесь же, в центре будущих торжеств. За чешские кроны (хорошо, что мы, сойдя с трамвая, сразу же выменяли их в банке) покупаем у них рождественский набор: кружку для глинтвейна, чай и какой-то непонятный пакетик с семенами. Потом окажется, что семена еще надо прорастить, чтобы потом добавить в бутерброд со знаменитыми оломоуцкими сырками. Сырки мы купим позже, в Праге, но проглотить так и не сможем. Ощущение, будто вонючее склизкое мыло жуешь. Впрочем, может, дело в семенах, из которых мы так и не вырастили чудо-траву, чтобы положить на хлеб с сыром.

Посреди площади чумной столб – такие стоят по всей центральной Европе, в знак победы над эпидемией, постигшей город. Когда уже и мы такой установим? В Оломоуце колонн аж две, на двух площадях. Видимо, грандиозных побед было столько же. Столб перед ратушей считается самым грандиозным сооружением такого рода – 35 метров высотой, c часовней пресвятой Троицы внизу. Середина XVIII века, стиль барокко.

На Ратуше – астрономические часы. Они не столь известны, как те, что бьют на Староместской площади в Праге, но от этого не менее интересны. Чешский мастер соорудил куранты в XV веке, они показывают не только время, но и то, как движутся по небу Солнце и Луна, как изменяются некоторые другие астрономические показатели. В 1945 году немецкие войска раритет разбомбили, а когда часы стали восстанавливать, то в пятидесятые годы реставратор переделал их в стиле соцреализма, вместо правителей и святых – выходить из окошечек, крутиться или совершать еще какие-то действия, стали спортсмены, рабочие, крестьяне, ученые. Каждый день в двенадцать часы оживают: фигуры идут по кругу, рабочие орудуют молотом, ученые ставят опыты, играют особые мелодии. Их-то мы и услышали, а вот представление так и не увидели: о том, что оно произойдет, мы попросту не знали. В это время мы шли к краеведческому музею, но и оттуда ушли несолоно хлебавши. Во вторник он был закрыт!

Удрученные, мы еще погуляли по городу, еще поглазели, еще ни по разу поели-попили. Нашли вторую – "нижнюю" – площадь с чумной колонной поменьше. Посмотрели на знаменитые фонтаны Оломоуца, которые, как мы узнали потом, в отличие от мюнхенских, в это время года не работали. Поднялись на Вацлавский холм к одноименному епархиальному храму, который был заложен в XII веке и до неузнаваемости перестроен в конце XIX века. В этом соборе в разное время были и Иоанн Павел Второй, и мать Тереза, и даже Моцарт. Великий композитор еще до перестройки играл там на органе.

Потом мы погуляли по университетским дворикам, второй и последний раз в городе услышали русскую речь. Ныне Оломоуц – прибежище университетов, каждый пятый житель – студент, немало молодых людей приезжает из других городов и стран. Да и мои бывшие коллеги-филологи нередко бывают тут на различных конгрессах.

Пообедав, мы отправились домой "соснуть с устатку", а вечером приехали вновь, погулять, отправить открытку и поужинать. И опять почти промахнулись.

Главная почта, как и положено, располагалась на центральной улице и представляла собой величественное здание. Аппарат с отрывными талончиками на входе предлагал массу вариантов желающим воспользоваться услугами почты с текстом на чешском. Тех, кто взял талончик и встал в очередь, было несколько десятков. Мы же так и не разобрались, какое направление, выданное автоматом, позволит нам купить марку для открытки на родину. И тогда мы попросили нашу любезную хозяйку отправить нам письмо. Кстати, через три недели открытка с грифом "Авиа, отправление первого класса" таки дошла до нашего московского дома!

Уже в восемь вечера город почти опустел. А после ужина, в начале десятого, улицы и вовсе стали безлюдны и темны. Правда, как только мы оказывались на них, над головой, разгоняя мрак, загорались скупые чешские фонари. Непривычная московскому жителю экономия.

Этот день мы провели нетипично для нас: три раза ели в кафе-столовой-ресторане и не сходили ни в один музей. Однако, о том не жалею, да и зарисовки чешского быта запомнились. В кафе мы видели невесток, приведших двухлетних внуков к бабушкам, в столовой – работяг, пришедших поесть "полевки". Это суп, по-чешски. Ну а в ресторане мы наблюдали то ли за писателем, то ли за философом: отставив горячее, отложив телефон, он то и дело, поглядывая в пространство, писал что-то на сложенном листке бумаги, черкал, потом снова писал и смотрел в никуда. Я думала, такие персонажи встречаются теперь только на страницах книг.

На другой день нам предстояло ехать в Вену. Я собиралась. Муж просматривал буклеты.

– Арабелла! Арабелла! Здесь снимали Арабеллу! – закричал он.

В ту сказочную крепость из буклета мы поехали утром. Слава Интернету, тут мы успели вовремя. Осенью вожделенная достопримечательность работала только четыре часа в день. В этом романтическом замке в Боузове действительно снимали "Арабеллу" и "Арабелла возвращается" – прекрасный многосерийный детский фильм производства Чехословакии, снятый в восьмидесятые годы.

В десять утра, оставив машину на бесплатной стоянке, мы двинулись к замку. На улицах – никого. Пейзаж – сказочный. Но касса работала, и за 150 крон (около 6 евро) с каждого в сопровождении экскурсовода нас пустили внутрь. Других посетителей не было, но так как экскурсий на русском не предусматривалось, а английского этот гид не знала, рассказ велся на чешском.

Мы поняли, что замок построили в XIV веке, что владельцы у него часто менялись, и каждый перестраивал крепость на свой вкус. Дольше всех ею обладали тевтонские рыцари, но в реституции им недавно было отказано. Сейчас Боузов принадлежит государству, и, хотя там и открыт музей, в замке можно играть свадьбы и проводить заседания. Снаружи Боузов красив, подвесной мост и внутренний двор с колодцем очень способствуют романтическим мечтаниям. Внутри же там холодно и темно, хотя и можно зажечь люстры и канделябры. В замке можно посмотреть на изразцовые печи, мозаики, картины, доспехи, массивную тевтонскую мебель. Очень любопытна и коллекция кухонной "механической" утвари.

Сорок пять минут экскурсии прошли быстро. В завершении Лючия Маркова сказала, что в детстве бабушка научила ее русскому стишку:

– Раз, два, три, четыре, пять, вышел зайчик погулять!

Ну, а мы научили гида говорить: "До свидания!" и поехали дальше, в Вену.

Имперская Вена

Глава третья, в которой автор ходит по рождественским ярмаркам и сибаритствует

Сорок минут от Боузова до Оломоуца и еще два с небольшим часа до Вены. Так прогнозировал Гугл. В реальности вышло примерно часа на полтора дольше. Первой задачей на нашем пути было не проехать границу с Австрией и вовремя купить новую виньетку! Удалось.

Вторым в списке долженствований значилось хоть краешком глаза увидеть поле Аустерлица. Мы знали, что оно по дороге. И вот, около местечка Голубицы, метрах в пятистах от трассы, мы увидели высокие деревянные фигуры солдат и огромные пушки. Я была уверена, что так было отмечено место Аустерлицкого сражения, того самого, в котором был ранен князь Андрей Болконский! И как раз недалеко от въезда в Австрию. Правда, потом я узнала, что все не так и все не то: поле Аустерлица было недалеко, но это не оно. Эти высокие деревянные солдаты всего лишь реклама. То ли профильного музея сражения, то ли и вовсе – мебельного производства.

Въезд на территорию другого государства было несложно заметить по остаткам старого погранперехода и табличкам на немецком. Мы затормозили у магазина на первой же заправке. Сереже даже не потребовалось вспоминать немецкий: мы еще шли к прилавку, негромко переговариваясь между собой, когда парнишка-продавец окликнул нас по-русски:

– Здравствуйте! Вам помочь? Вы хотите купить виньетку для платных дорог?

– Да…

– На сколько? На десять дней хватит?

– Да…

– 8 евро 90 центов, пожалуйста! Вы приехали отдыхать на воды? Покупаться?

– В смысле на воды? В купальни? Да нет, так погулять…

Мы были ошарашены обилием русских слов, каким-то тургеневским слэнгом и демонстрацией дружелюбия.

Как положено, вверху, за зеркалом заднего вида, мы приклеили стикер 10-Tages-Vignette, пробитый на даты проезда.

Через час с небольшим мы уже подъезжали к Вене. Следующей задачей на пути было "без нервов" найти наш отель и парковку. И мы почти справились! Изначально, по совету коллег, мы выбрали Hotel Imlauer Wien – до этого отеля удобно было ехать от трассы, не особо плутая по городу, у него был свой гараж и хорошая скидка на наши даты.

Мы едем вдоль Дуная среди колонн машин, сворачиваем в тот туннель, поворачиваем на правильный мост. Мы в Вене. TomTom уверяет, что еще 10 минут, и мы припаркуемся у отеля. Но не тут-то было! Вопреки навигатору, улицы внезапно становятся односторонними. Мы быстро находим нашу, но не можем на нее повернуть. Потом поворачиваем, но не находим нужный дом. Со следующей попытки дом отыскивается, но нет места припарковаться. Да, быть пешеходом имеет свои преимущества. Решаем так: я выскакиваю из машины и бегу на ресепшен. Сережа стоит на "аварийке" в надежде, что ему не придется объясняться, почему это произошло. О, моего английского хватает, чтобы показать бумажку о бронировании и даже понять, куда ставить машину (правда, от коллеги я и так знала – за зеленые ворота в доме напротив).

Бегу к Сереже все это сказать. Долго жду его из гаража, стоя с вещами у края тротуара. За эти семь минут я успеваю подумать, что:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.