Сказки старого шута

Глава 4 В путь

Капитан судна, плывущего в Венецию, был сердит. Целый день напрасно простояли в этом порту вместо того, чтобы двигаться по направлению к Гавру, по милости какого-то богатого пассажира, сошедшего на берег и обещавшего заплатить вдвойне, если капитан дождётся его возвращения. Прождав около суток, капитан не раз зарёкся не связываться с богачами. «Лучше синица в руках», – философски рассуждал он. Поэтому он снисходительно отнёсся к просьбе молодой небогатой аристократки доставить её в Венецию. Он просто рассмеялся ей в лицо и спросил, знает ли она, сколько стоит такое путешествие? Обычно он не тратил столько слов на то, чтобы отговорить нежеланных пассажиров от их намерения. Одного «нет», сказанного соответствующим тоном, было вполне достаточно. Но сейчас перед ним стояла молодая измученная девушка, к тому же не уродка. Капитан невольно подтянулся и смахнул несуществующую пылинку с лацкана куртки. На стоящих позади дамы слуг он не обратил внимания.

Жанна протянула ему кошелёк:

– Я думаю, этого должно хватить, – сказала она.

Капитан раскрыл кошелёк и снова засмеялся.

– Милая барышня, этого хватит только до Гавра, ведь вы намерены путешествовать со слугами?

Жанна молча сняла с шеи жемчужное ожерелье и положила его в кошелёк.

– Добро пожаловать на борт, мадемуазель, – поклонился капитан, – но каюта осталась только одна, вам придётся поселиться вместе с прислугой.

– Мне всё равно, – устало сказала Жанна. – Когда мы отплываем?

Капитан скрипнул зубами, мысленно помянув нехорошим словом своего пассажира.

– Через два часа, и вот ещё, мадемуазель, до конца путешествия вам лучше не показываться на палубе, мои матросы невоспитанны, у вас нет с собой никаких вещей?

Жанна, сделавшая шаг к трапу, остановилась. – Всё что мне нужно, уже в Венеции, – ответила она и стала подниматься на корабль.

Эту сцену наблюдал мужчина, худощавый, высокого роста, с карими глазами и смуглой кожей.

Когда Жанна поравнялась с ним, он приподнял шляпу, обнажив густые чёрные волосы, которые, впрочем, уже успела тронуть седина.

– Доброго вечера, мадемуазель. Мы с вами соседи по каютам, если вам что-то понадобится, просто постучите в стенку или спросите Деко.

– Меня зовут Жанна Эрвиль, – слегка улыбнулась девушка. – Я очень благодарна вам за ваше предложение и, скорее всего, воспользуюсь им во время пути.

Наконец капитану надоело ждать.

– Жак, – окликнул он одного из матросов, к нему подбежал плечистый детина лет тридцати, – сбегай в село, посмотри не там ли наш пассажир. Да не задерживайся!

Матрос кивнул, свистнул приятелю на борту и кинул ему свою шапку.

Капитан хмыкнул и запахнул полы куртки. Засвежело.

Матросу не пришлось бежать далеко, возле одного из домов рыбачьего посёлка сидел мужчина лет тридцати пяти-сорока, в коричневом камзоле с золотыми галунами, тёмные волосы падали ему на лицо. Со стороны казалось, что он задремал. Матрос подошёл ближе, чтобы его растолкать и понял свою ошибку: из живота пассажира торчал кинжал, его камзол был залит кровью.

Парень перекрестился, закрыл мужчине глаза, и вытащив кинжал, побежал на судно.

– Ну, – грубо сказал капитан, – ты что, чёрта увидел? Нашёл пассажира?

– Нашёл, – еле ворочая языком подтвердил Жак.

– Собирается он на судно возвращаться, сто тысяч чертей? Ну, чего мнёшься, говори толком!

Жак помотал головой и протянул капитану кинжал.

– Вот. Нехорошее это плавание, капитан, нужно возвращаться, – сказал он.

– Тихо! – Капитан взял окровавленный кинжал. – Иди на борт и готовь судно к отплытию. Узнаю, что сболтнул кому-то из команды, запорю. Понял?

– Да, капитан, – угрюмо сказал матрос.

– Проваливай!

Матрос вбежал на судно и принялся яростно разматывать бухту троса.

– Ну, что там, Жак? – окликнул его кто-то из команды.

– Отплываем!

– Слава Богу, неужто пассажир вернулся?

– Нет, – неохотно сказал Жак, – прислал кошель с каким-то мальчишкой. Только зря ноги сбил, гоняясь.

– Не переживай старина, скоро в море.

– И то, – согласился матрос.

Деко прошёл в свою каюту. Сбросил плащ на сундук и задумался. Неожиданная задержка судна его насторожила, а отплытие ломало все его планы. Маркиз был одним из похитителей письма, и то, что капитан отплыл, не дождавшись его возвращения, говорило только об одном – вельможа вышел из игры. Генрих написал в гневе своему исповеднику, что ему стало слишком тяжела королевская власть и он хоть сейчас готов удалиться в монастырь. Письмо пропало, не дойдя до адресата. Когда Генрих понял, что натворил, он заперся в Лувре и молился день и ночь святой Деве. Деко понял, что выручать короля ему придётся в одиночку. Очень скоро он напал на след похитителей, – это были маркиз де Линде – венецианец, родственник дожа и Рикар д`Эстрё, француз. Последний довольно успешно проматывал богатство, которое досталось ему от отца. Логично предположив, что маркиз захочет переправить письмо в Венецию, Деко решил отправиться в путешествие, ничего не говоря королю. Пользуясь тем, что маркиз его не видел, так как Деко вернулся из Лиона незадолго до похищения, шут сел на тот же корабль, что и маркиз. Но, очевидно, де Линде всё же что-то заподозрил, потому что буквально на следующий день он сошёл, пообещав капитану за ожидание неплохую сумму. Деко сел на сундук и потёр виски.

– Наконец-то, – услышал он весёлый голос. – Подождут нас сегодня к вечерней мессе!

Деко быстро оглядел стену каюты. Так и есть, один сучок у переборки выпал образовав сквозное отверстие. Послышался смех и голос слуги:

– Хозяин уже всю деревню на ноги поднял, если протрезвел, конечно.

Заинтересовавшись, Деко посмотрел в глазок. Он увидел следующее, служанка, сняв чепчик, сидела на одном из сундуков, Жанна Эрвиль заняла крепкую дубовую скамью, а слуга прислонился к стене.

– Жанна, ты великолепно справляешься со своей ролью, – продолжала служанка. – Как на тебя смотрел капитан!

– Вот именно, – сердито сказал слуга, – ещё один такой взгляд и я очень сомневаюсь, что мы доплывём до Венеции.

Деко в своей каюте приподнял брови. «Очень интересная компания», – подумал он.

Служанка быстро опустила глаза и улыбнулась:

– Сандро, – нежно произнесла Жанна, – я не сомневаюсь в твоих намерениях, но не мог бы ты потерпеть, пока мы не прибудем в Венецию.

– Ладно, – пробурчал юноша, – но уж там-то за такие взгляды у меня любой ответит.

– Там делай всё, что хочешь, – вмешалась служанка, – но не раньше, чем мы передадим письмо.

Деко вытер внезапно вспотевший лоб.

– Однако нужно устраиваться спать, – зевнув, сказала Жанна.

– На этих сундуках? – возмутилась служанка.

– Чем они тебе не нравятся? Я думаю, на судне вряд ли найдётся хоть одна кровать. Вот подушек нет, это действительно плохо.

– Что бы вы без меня делали, – сказал Сандро и достал из мешка плащи.

– А ты как же? – спросила служанка сворачивая плащ.

– А вот так, – ответил юноша безжалостно скомкал мешок и с удовольствием вытянулся на скамье. Спокойной ночи, – пожелал он.

– Спокойной ночи, Сандро, – хором ответили девушки.

Деко задумался. «Странное совпадение, – «маркиз» плыл в Венецию, чтобы доставить письмо. У этой компании, похоже, та же миссия». Из камзола он свернул некое подобие подушки, лег на сундук и уснул, предусмотрительно укрывшись плащом. Ночью похолодало и прохладный воздух проникал сквозь щели кормовых окон. Сандро проснулся и стал шарить по каюте в поисках, чем можно было бы укрыться. Девочки тоже уже ворочались, но не просыпались, очевидно, сказывалась монастырская закалка.

Наконец, отчаявшись найти хоть что-нибудь, Сандро посмотрел на стол. Очевидно, эта каюта была самой роскошной, потому что со стола до самого пола свисала скатерть. Сняв её, юноша разыскал в необъятных карманах своих штанов нож и аккуратно разделил ткань на три части. Получилось немного коротковато, но всё же это было лучше, чем ничего. Сначала он заботливо укрыл девушек, а потом забрался на скамью, свернулся калачиком и закутавшись в скатерть уснул.

Сидеть в каюте девушки не захотели, если вечером там ещё было довольно сносно, то днём было душно, так что они с удовольствием выходили на палубу под охраной Сандро подышать морским воздухом. Связываться с учеником оружейника матросы не хотели, помнили первую стычку, когда вроде бы тщедушный паренёк проучил Жака и Колена. Первого он отправил в красивый, но недолгий полёт до мачты и матрос разбил себе голову о защитное ограждение, а второго, оказавшегося чуть покрепче и к тому же вынувшего нож, с помощью вовремя подоспевшего Деко отправил за борт. Осыпая грязными ругательствами свою команду, капитан вынужден был остановить судно и подобрать незадачливого ловеласа.

Однажды в отсутствие хозяев Деко забрался в каюту девушек и стал внимательно её осматривать. Приподнял крышки сундуков и провёл под ними длинными и чуткими пальцами. Пусто. Щели переборок, тоже пусты. Деко огляделся. Стол! Он бросился к нему и провёл рукой под ним. Ничего. И тут послышались шаги – возвращались хозяева. Спрятаться в каюте было совершенно негде, сидеть в сундуке Деко не хотел, да и не выдержал бы он там, долго. Шут подошёл к окну, и распахнув его вылез наружу. Окно его каюты было недалеко и к счастью открыто. Дотянувшись до подоконника, повис на руках, затем подтянулся и бросил тело вперёд. Падая, ушиб колено о сундук. Прихрамывая, дошёл до своего наблюдательного пункта.

– Странно, окно открыто, – изумилась служанка, зайдя в каюту. Деко уже знал её имя – Мари.

Жанна Эрвиль пожала плечами:

– Ничего особенного, видимо ветром открыло, сегодня на палубе свежо.

Сандро закрыл окно, под его ногами, что-то хрупнуло. Он нагнулся и поднял с пола небольшой сине-зелёный камень, треснувший пополам.

– Ветер, – подтвердил он, пряча камень в карман.

Девушки ничего не заметили.

А Деко посмотрел на левую руку. Так и есть, из перстня с изумрудом выпал камень.

Глава 5 Иветта

Месяц спустя капитан с облегчением объявил своим пассажирам:

– Подплываем к берегам Венеции, господа.

– Наконец-то, – вырвалось у Мари.

Жанна строго взглянула на неё и произнесла:

– Благодарю вас, сударь.

– Надеюсь, вам понравилось путешествие? – спросил капитан.

– У меня нет причин для недовольства, – ответила она, – скорее это я должна вас просить забыть тот досадный случай, произошедший у берегов Гавра.

– Не извиняйтесь, – усмехнулся капитан, – я слишком хорошо знаю свою команду и должен сказать, что если бы не ваш слуга и господин Деко, – слегка поклонился он в сторону подошедшего шута, – вы бы очень быстро раскаялись в своей неосторожности.

Он поклонился и пошёл по палубе, по пути дав увесистый подзатыльник нерасторопному матросу, драившему палубу.

Через два часа корабль зашёл в порт Лидо.

Спустившись по трапу, друзья слегка оторопели от крика торговцев, покупателей, рыбаков. Воздух был насыщен ароматами рыбы, кожи, специй и трупов. Жанна повернулась спросить совета у Деко, спустившегося вслед за ними, но увидела только перо его шляпы, мелькавшее в толпе.

– Пусть идёт, – сказал Сандро, – без него разберёмся. Он уверенно повёл девушек вдоль набережной. И, услышав плеск вёсел, остановился. Девушки увидели гондолы и людей в странных полосатых блузах и белых штанах.

– Кто из вас говорит по-итальянски? – полушёпотом спросил Сандро.

Девушки переглянулись и помотали головами.

– Скверно, – улыбаясь гондольерам, продолжал Сандро. – Как же им объяснить куда мы хотим попасть?

– Может, кто-нибудь из них говорит по-французски? – предположила Мари.

Один из гондольеров, седой старик, что-то спросил у Мари.

– Извините, – улыбнулась Мари, я вас не понимаю.

Гондольер повторил фразу по-французски:

– Вам куда-то нужно?

– Да, – согласилась Жанна, – мы хотим поскорее попасть на пьяцца де Ламаре, к дому графини де Ортвиль.

– Это недалеко, – ответил гондольер, – я вас отвезу.

Гондола неторопливо проплывала по узким каналам и друзья имели возможность рассмотреть город. Их поразило смешение архитектурных стилей и смелость венецианских зодчих, которые строили дома у самой воды. Все здания стояли на толстых, крепких сваях.

– Смотрите! – внезапно крикнула Жанна, указывая на мост. – Человеку плохо.

Какой-то прохожий с измождённым лицом в чёрном поношенном плаще подошел к решётке моста и повис на ней с закрытыми глазами.

Гондольер быстро взглянул на него, нахмурился и нажал на весло. Гондола быстро полетела вперёд.

– Подождите, – возмутилась Мари, – надо помочь.

– Его вы уже не спасёте, – сказал гондольер. – Кажется, он умер, упокой Господь его душу.

– От чего? – спросил Сандро.

– От голода, – ответил старик.

– Поворачивайте гондолу, – решительно сказала Мари.

– Милая барышня, моя гондола не лодка, – начал старик, но, посмотрев в глаза Мари сказал, – слушаю, госпожа.

Совершив разворот, гондольер довёз своих беспокойных пассажиров до берега. Девушки и Сандро побежали к мосту.

– Осторожно, снимай его, Сандро. Жанна отёрла лицо венецианца платком, смоченным в канале.

– Мари у тебя есть, что-нибудь съестное?

– Он жив? – спросила сестра, роясь в кармане.

– Да, слава богу. У него сердечный приступ. И оголодал он тоже.

– У меня только горбушка.

– Дайте ему это, – посоветовал кто-то, протягивая флягу.

Мари обернулась, за её спиной стоял старик гондольер.

– Спасибо, – она выхватила флягу и протянула её Жанне.

Жанна понюхала горлышко.

– Божоле? – она посмотрела на старика.

– С александрийскими травами, – кивнул гондольер.

– Подойдёт.

С помощью Сандро она, влила в рот пожилого венецианца содержимое фляжки.

Человек закашлялся и открыл глаза.

– Кто вы, – с испугом спросил, он по-итальянски.

– Они, французы, путешественники, – объяснил ему гондольер. – Ты ещё на этом свете, приятель, благодари их, это они тебе не дали добраться до ангелов.

– Боже, благодарю тебя! – воскликнул венецианец. Спасибо вам, благородные дамы, благодарю вас кавалер, за то, что вы спасли мне жизнь, и мой Антонио не остался сиротой, – по-французски сказал венецианец, пытаясь встать.

– Лежите, – строго сказала Жанна, вам сейчас нельзя вставать.

– Скажи куда тебе нужно, и я отвезу тебя, – предложил гондольер.

– Я всего лишь скромный книготорговец, моя лавка находится у моста Риальто.

– Знаю такую, – кивнул старик. – Нет, нет, сынок, тебе его не поднять, – обратился он к Сандро. – Дай–ка я. – И взял венецианца на руки.

В гондоле девушки расстелили плащи на скамье и гондольер бережно уложил на них венецианца. Через несколько минут они подъехали к богато украшенному палаццо. Гондола замерла у небольшой лестницы.

– Вот это дом графини де Ортвиль, – сказал старик. – А я пока отвезу беднягу в его лавку. Друзья вышли на берег.

– Спасибо, – сказала Мари, – сколько мы вам должны?

Старик странно поглядел на неё, сказал:

– Оставьте ваши деньги при себе, мадемуазель, – и оттолкнулся веслом от причала.

Вход в палаццо они обнаружили быстро. Дверь открыл слуга в красной ливрее.

– Добрый, день, – поздоровалась Жанна. – У нас письмо к графине де Ортвиль от её мужа из Франции. Мы можем её видеть?

– Разумеется, – поклонился слуга. – Я сейчас доложу госпоже о вас. Проходите.

За дверями начались чудеса. Высокие отделанные мрамором стены отражались в начищенном до блеска мозаичном полу, их украшали ажурные светильники. Около белокаменной лестницы, висело большое в человеческий рост зеркало в золочёной раме.

– Андреас, – послышался властный голос, – кто эти люди?

Сандро быстро обернулся, и поклонился, к ним неслышно подошла немолодая, дородная дама в платье тёмного сукна и белом чепце.

– Они приехали из Франции, с письмом для графини, госпожа Амина.

– Надеюсь, у вас нет неприятных известий, – обратилась к ним дама. – Это было бы нежелательно для моей госпожи.

По лестнице осторожно спускалась дама в широком платье. Слуга кинулся к ней и, поддерживая под руку, что-то сказал.

– Из Франции?! – вскричала она. – Проведи меня к ним, быстрее!

Осторожно поддерживая госпожу под локоть, слуга помог ей спуститься.

– Что с Франсуа? – с придыханием спросила графиня.

– Он прислал вам письмо, госпожа графиня, – ответила Мари, протягивая ей послание графа.

– Вас зовут Мари Эрвиль, а это ваша сестра Жанна, – верно? Он пишет, что упал с лошади, – прочитав письмо, – сказала графиня. – Это правда?

Амина предостерегающе кашлянула.

– Поди прочь, кормилица! – возмутилась Иветта. – Я хочу знать, что с моим мужем!

– Как вам угодно, госпожа, – сказала Амина. – Только не волнуйтесь.

– Так что? – спросила графиня.

– Когда мы его нашли, лошади с ним не было, – ответила Мари. – Но он действительно очень сильно повредил ногу. Мы отвели его в монастырскую больницу. Не беспокойтесь, сестра Франсуаза сказала, что это не опасно, но ему придётся пока остаться в монастыре. Он был страшно взволнован и узнав, что лечение затянется, просил нас передать вам письмо.

– Чтобы выполнить эту просьбу, нам пришлось сбежать из монастыря, – поддержала сестру Жанна. – На те деньги, которые были у нас и у Сандро, мы добрались до Венеции. К сожалению средств, на обратную дорогу у нас нет. Но мы устроимся на работу, если вам угодно будет дать нам рекомендательное письмо.

– И речи быть не может, – заявила Иветта. – Вам отведут комнаты в доме и вы будете жить здесь на правах гостей.

– Слушаю, госпожа, – поклонился Андреас.

– Сама я не выхожу из дома, а Амина ходит не дальше базара. Вашей единственной обязанностью будет доставлять мне городские сплетни и книги. У моста Риальто есть книжная лавка.

– С её владельцем мы сегодня познакомились, – сказал Сандро.

– Чудесно, – расцвела Иветта, – мне теперь не будет так скучно. Андреас проводит вас. Андреас, передай Делии, чтобы она приготовила госпоже Жанне зелёную комнату, а госпоже Мари голубую. Сандро, – она на секунду задумалась, – отведите кабинет, что рядом с фехтовальным залом.

Оставив гостей, Иветта прошла в свои покои, которые находились этажом выше, от сопровождения слуги она отказалась и поднималась по лестнице сама. Андреас проследовал за ней на почтительном расстоянии и отдал распоряжения невысокой крепкой женщине с курчавыми волосами, которые выбивались из-под чепчика.

Воспользовавшись отсутствием госпожи и её преданного слуги, Амина приступила к допросу.

– А теперь правду – потребовала она, – то, что вы хорошо сочиняете, я уже убедилась. Что с моим господином?

– Он ранен, – сказала Жанна. – Мы его нашли в придорожных кустах близ монастыря, он потерял много крови. Сестра Франсуаза боялась, что он не доживёт до утра.

Амина перекрестилась:

– Господь всемилостивый!

– У него достало силы, чтобы уведомить жену, что с ним всё в порядке и уговорить нас отвезти письмо. – сказала Мари. – Эта рана удержит его в постели не меньше месяца.

Амина опять перекрестилась и прошептала молитву.

– Вот что, – сказала она наконец, – пойдёмте со мной, вас надо переодеть. Слишком уж вы пообносились за время путешествия.

Она провела их в просторную комнату, находящуюся на первом этаже. Все её стены были украшены фресками, с плывущими гондолами, вместо ажурных светильников использовались фонари, похожие на те, что венчают корму венецианской галеры. Пол также был мозаичным, но с более простым рисунком. Открыв большой шкаф красного дерева, Амина вытащила два платья – одно серо-голубое с небольшим вырезом и похожего покроя тёмно-зелёное.

– Эти платья моя госпожа носила до замужества, – с гордостью сказала она. – А вот с башмаками придётся немного подождать. Пьетро закажет у сапожника для вас новые.

Отдав платья девушкам, Амина снова покопалась в шкафу, достала рубашку тонкого полотна, узкую коричневую куртку со шнуровкой на груди, трико, и протянула Сандро.

– Это осталось от брата моей госпожи, упокой Господь его душу, – сказала кормилица.

– Благодарю, – поклонился Сандро.

– Мы вам очень признательны, – сказала Мари.

Кормилица всплеснула руками:

– Так чего вы стоите, переодевайтесь. Вон ширма, в углу.

Около окна действительно стояла высокая ширма, на ней были нарисованы сцены из венецианской жизни. Быстро справившись с хитростями корсета, девушки облачились в новые платья и освободили место для Сандро.

– А вы не копаетесь с переодеванием, – одобрительно заметила Амина. – Вот теперь вы выглядите, как полагается госпожам.

Сандро вышел из-за ширмы и девочки ахнули: перед ними стоял настоящий венецианец.

Деко бежал, расталкивая прохожих локтями. Когда он сходил с трапа, он увидел, что на набережной стоит Рикар д`Эстрё. Вот это было скверно. Плохо было уже то, что он приехал в Венецию быстрее. По информации, которую шуту удалось собрать в различных портах, куда заходил корабль, двор переехал в Блуа и Гиз, находясь в Париже, чувствует себя некоронованным королём. Рикар, увидев на сходнях знакомую долговязую фигуру, издевательски поклонился и постарался скрыться. Деко некоторое время его преследовал, но у моста Риальто потерял.

«Кровь Христова! – выругался про себя шут. У кого же настоящее письмо?»

Оглядевшись вокруг, он заметил небольшой кабачок недалеко от церкви. И уже направил туда свои стопы, как вдруг услышал милый сердцу голос:

– Господин Деко?

– Изабелла, радость моя!

В церкви только что закончилась месса, народ шёл из храма, и от толпы отделилась стройная молодая женщина в тёмной мантилье.

– Вот так сюрприз! Вы опять в Венеции, надолго? – осведомилась Изабелла.

Деко улыбнулся и развёл руками.

– Но я настаиваю, чтобы вы погостили у меня, – потребовала женщина.

– Ты не вышла замуж? – спросил шут

– С какой стати? Я жду, когда вы предложите мне руку и сердце, – шутливо ответила Изабелла.

В её палаццо шут впервые за много дней почувствовал себя свободным.

Изабелла отпустила слуг и сама прислуживала ему за столом. Насытившись, Деко откинулся на спинку стула.

– Сядь, – попросил он, – я хочу на тебя посмотреть, очень ли ты изменилась с нашей последней встречи.

Изабелла опустилась на стул.

– Ты по-прежнему не желаешь золотить волосы? – улыбаясь, сказал шут.

– Я не хочу их портить, – ответила Изабелла. – Попробуйте этого вина, мой господин. У вас появились седые волосы, – продолжала она, – и эта складка на лбу, вы чем-то огорчены?

Деко отпил вина из серебряного кубка с чеканкой, удовлетворённо хмыкнул: