Долина Инферин. Жар солнца

Как все было

Москва, конец апреля 2017 года

Стояла глубокая ночь. В элитном коттеджном поселке Москвы все, кроме охраны, спали. Вдалеке залаяла собака, и хозяин одного из домов, Алексей Пешехонов, проснулся. Он был этому даже рад, потому что во сне его снова преследовал кошмар, который не оставлял на протяжении уже полутора лет.

– Я всегда буду любить тебя! – кричала ему Эмилия и выпрыгивала из каменного круга в ядовитый туман.

И так почти каждую ночь. В разных вариантах сновидения она признавалась ему в любви, а потом сигала то из несущегося на полной скорости автомобиля, то из летящего самолета, то с вершины гигантской горы.

Алексей посмотрел на время на сотовом телефоне. Полчетвертого утра. Пешехонов, стараясь не разбудить девушку, которая давно жила в соседней комнате, поднялся с кровати и спустился со второго этажа на кухню. Достал из бара бутылку виски и налил себе в бокал. Выпил, почти не чувствуя вкуса. Он старался заглушить душевную боль, но ничего не выходило. Снова вспомнился сон.

– Я всегда буду любить тебя!

Пешехонов с яростью ударил кулаком по столу, да так, что ободрал костяшки пальцев. Слова «всегда буду любить» подразумевают несколько иной смысл, чем ты вложила в него, Эмилия!

Послышались шаги. Вниз, сонно щурясь, спустилась Катрина, на ходу подвязывая халат.

– Что здесь случилось? – спросила она, входя в кухню.

– Ничего, – ответил он, – иди спать.

– Пешехонов, ты опять пьешь? – недовольно поморщилась она. – Тебе не кажется, что это уже слишком? Спиртное все равно не решит твоих проблем.

– Слушай, хватит меня воспитывать! – возмутился он. – Ты что мне, мамочка?

Катрина тяжело вздохнула и села рядом с ним за барную стойку.

– Рассказывай, что у тебя случилось?

Алексей глотнул из бокала, поморщился и отставил его в сторону, отодвинув подальше от себя.

– Опять сны нехорошие, – опустил он голову.

Она с пониманием взглянула на него и прижалась головой к его плечу. Катрина знала, что ему тоже нелегко. События, которые произошли с ними полтора года назад, ни для кого не прошли даром. Ему пришлось оставить любимую женщину ради блага других. Да и сама Катрина многое потеряла в том страшном сафари.

Ей, городской девушке до мозга костей, которой выражение «сельская местность» казалось ругательством, довелось попасть в плен, терпеть невзгоды и лишения в самых ужасных условиях. В ненавистной Долине она потеряла хорошего друга и начальника Вадима Надежнецкого, который умер в сырой темнице из-за отсутствия минимальных медикаментов. Она лишилась любимого человека, с которым вполне могла прожить счастливую жизнь, если бы они тогда не полетели в Африку.

Катрина помотала головой. Девушка решила для себя, что никогда больше не будет думать о том, что у них могло бы получиться с Романом. Потому что если начать представлять это и сожалеть об утрате, легко сойти с ума.

Она оставила в Долине Инферин еще одного важного для нее человека – свою подругу. Эмилия просила ее заботиться об Алексее, что, в общем-то, оказалось не легко.

Мысли Катрины унеслись далеко в прошлое, за полтора года до этой неспокойной ночи.

Тогда, с помощью портала переместившись из Долины, они очнулись, лежа на базальтовой платформе каменного тандема. Сила, которая перенесла их в Большой мир, оказалась столь велика, что люди упали ничком, прижимаясь к платформе или камням. Инферинцы, напуганные необычными ощущениями, постепенно приходили в себя. Алексей поднялся первым и помог встать Кате. Он огляделся в поисках Эмилии, но не увидел ее.

– Где она? – спросил он, оглянулся на Катрину, которая настороженно смотрела на него. – Черт, где она?!

– Лёш… – начала она.

– Только не говори, что она действительно осталась там, – он указал пальцем в центр круга мегалитов. Она молчала, печально глядя на него. – Нет, этого просто не может быть! Я думал, мне показалось!

– Лёша, послушай…

– Так и знал, вы что-то скрываете! – он вышел из круга и начал нервно расхаживать по поляне. – Чувствовал же, что она ведет себя необычно!

Катрина пошла за ним.

– Послушай, у нее не было выбора. Ты должен понять.

Он вдруг остановился и обличительно наставил на нее палец.

– Ты! Ты знала! Ты все знала, и даже не подумала мне сказать!

– Она попросила, – девушка попыталась удержать его за плечо, но он сбросил ее руку и снова начал мерить поляну шагами.

– Это невозможно, – бормотал он. – Невозможно! Ты понимаешь, что она прыгнула прямо в ядовитый туман?! Она могла там погибнуть!

– Очень надеюсь, что нет, – ответила Катя. – Кроме того, там Томми, он вытащит ее. В любом случае, она приняла это решение, и мы обязаны его уважать.

– Ну конечно, Томми. Король. Он поможет.

– А где Видящая? – спросил один из инферинцев. – Я думал, она переместится с нами.

Алексей повернулся в его сторону, и Катрина больше не могла видеть, что отражается на его лице.

– Нет, – ответил он тому человеку. – Видящая осталась в Долине.

Алексей вернулся к кругу, подошел к центру и склонился на колени. Люди из Долины робко обступили его, наблюдая за тем, что он делает. Пешехонов вытащил из паза кольцо и взвесил его на ладони. Он слышал от Эмилии, что портал будет работать только в руках Видящей, но хотел попытаться.

Алексей разогнал народ и снова вставил кольцо в центр огромного солнца, туда, где располагался его нос. Сосчитав до десяти, он провернул его до щелчка. Но ничего не произошло. Пешехонов с каменным лицом вытащил кольцо, убрал его в карман и встал.

Катрина предполагала, что так случится, и корила Эмилию за то, что та взвалила на нее эту непосильную задачу – растолковать все Алексею. Она терпеть не могла, когда приходилось объяснять непонятные поступки других. Выходило, что ты либо сообщник, либо сам во всем виноват.

– Послушай, я все тебе подробно расскажу, только…

Ей не дали договорить, потому что за деревьями послышался звук подъехавшей машины. Раздалось хлопанье дверей и топот ног. Все новоприбывшие насторожились. Пешехонов упрекнул себя за то, что не смог сдержать эмоции и отвлекся. Он забыл, что находится уже не в безопасной Долине, а в кенийской саванне, где в любой момент может произойти что угодно. Вспомнить хотя бы ситуацию, когда они переносились отсюда через тандем в Долину. Вполне возможно, что кто-то из банды Быка остался невредим и подстерегает их.

Но на поляну выскочил знакомый им профессор Курт Брикман.

– Слава богу! Вы живы! – крикнул он издалека по-английски. Его сопровождало несколько африканцев.

Алексей переглянулся с Катриной. Что бы это могло означать? Брикман подскочил к ним, его люди остались стоять в стороне.

– Вас ищет правительство! Объявлен международный розыск! СМИ просто гудят от потока информации! Что с вами стряслось?!

Катрина и Алексей снова переглянулись, подумав об одном и том же.

– Мистер Брикман, Курт, – подошел к тому Пешехонов, здороваясь за руку, – во время нашей последней встречи вы показались нам весьма мудрым и приятным человеком. Знаю, вы любите удивительные и загадочные истории. Я расскажу вам обо всем, что произошло с нами за три недели, если вы обещаете молчать об этом. Но взамен я прошу у вас помощи.

Спустя семь минут лендровер профессора Брикмана на полной скорости несся прочь от каменного тандема. За рулем сидел один из помощников Курта. Хотя автомобиль был большой, разместить в нем двенадцать лишних пассажиров оказалось не так-то просто. Пришлось потесниться, но никто не возражал. Инферинцы с любопытством глядели в окна. Пешехонов опасался, что они испугаются машины, но те, напротив, с интересом залезли в нее и начали все осматривать. Воистину, это были самые новаторски настроенные жители Долины, не боящиеся ничего необычного.

– Как вы нас нашли? – громко спросил Алексей Брикмана, стараясь перекричать ревущий мотор.

– Это чистая случайность, – так же громко ответил тот. – После пропажи вашей экспедиции родственники Вадима Надежнецкого подняли на ноги всю вашу российскую полицию! Организовали поисковую операцию. Вот уже три недели, как повсюду снуют военные и журналисты. Они нашли каменный круг, излучающий остаточные электромагнитные волны. Только несколько дней назад тут стало потише, но я не переставал приглядывать за этим местом. Когда электромагнитный фон усилился, мы снова приехали. И вон они вы. Так что же это было? Вы действительно нашли проход в другой мир?

– Это долгий рассказ, мистер Брикман. Нам нужно более спокойное место.

– Хорошо, готов подождать. Но я должен сообщить властям о вашем появлении. Какая у вас легенда?

– Мы должны спрятать этих людей, – Алексей указал на инферинцев. – Как вы уже поняли, они не из нашего мира.

– Значит, все-таки история того кенийца чистая правда? – прозорливо заметил профессор. – Я долго думал над этим и решил, что это предание не могло возникнуть само, не имея под собой никакой почвы. А ваш Такавири был весьма убедителен. Вы знаете, что он погиб?

– К сожалению, да, – кивнул Пешехонов. – Он помогал нам спастись от бандитов, и его застрелили.

– Его тело, как и тела бандитов, были найдены недалеко от этого места. Власти увезли их и захоронили. Еще были эксгумированы три свежие могилы. Там найдены трупы участников вашей экспедиции.

Алексей увидел, как побледнела Катрина.

– Рома? – прошептала она. – Они выкопали Романа?

– Да, все тела переданы на родину, – Курт бросил на нее сочувствующий взгляд. – Это ваши друзья?

– Один из них – ее жених, – ответил за девушку Алексей, видя, что та сама не в состоянии это сделать. Он обнял ее и прижал к себе. – А те двое оказались предателями, которые сдали нас банде Быка.

– Правительство отловило несколько браконьеров, и они сознались, что им щедро платил некий иностранец, зовущий себя Быком. Правда, они так и не признались, где находится их лагерь.

– Послушайте, а ведь это идея! – воскликнул Алексей. – Вы можете сказать властям, что нашли нас в их лагере. Думаю, они будут только рады обнаружить пристанище браконьеров. У них там осталось много добра для черного рынка, так что полиция останется довольна и на время отвлечется.

– Если там все не сгорело, – шмыгнула носом Катрина. Она постепенно приходила в себя. – Такавири устроил пожар, и благодаря этому мы сбежали.

– Специалисты смогут определить, что пепелище не первой свежести, – рассуждал Алексей. – К тому же, они могут найти следы шин вашего джипа, которые ведут от тандема.

– Начинается сезон дождей, – возразил профессор. – Прошло несколько сильных ливней. Поверьте, стоит еще раз выпасть осадкам – и все следы смоет бурным потоком. Вам повезло, что три дня стоит сухая солнечная погода.

Несмотря на это, дорога не успела прийти в норму, и лендровер то и дело попадал в ямы, наполненные вязкой, коричневой жижей. Пассажиров подбрасывало вверх или кидало вниз, но инферинцы стойко терпели испытания.

Брикман высадил Катрину и Алексея в лагере возле Деревни Мертвых и вылез сам. Автомобиль с инферинцами умчался прочь. Профессор заверил, что африканцы – его друзья, и им можно доверять.

– Они отвезут ваших людей в Найроби и расселят по недорогим отелям, чтобы замести следы. У меня есть связи, с помощью которых мы выправим им документы и, спустя время, незаметно переправим их в Россию.

– Спасибо вам, – поблагодарил Алексей.

– Что вы, друг мой, пока не за что. За участие в хорошей истории я готов как следует постараться.

– Не сказала бы, что эта история так уж хороша, – грустно заметила Катрина.

– Нам сейчас нужно оповестить власти и скормить им байку о том, что я нашел вас в лагере Быка. Пожалуйста, располагайтесь и отдыхайте. Думаю, в скором времени вам придется вытерпеть долгие расспросы, а это вещь не из приятных.

Он оказался прав. Часа через четыре в лагерь прибыла машина с представителями властей и устроила им настоящий допрос. Только благодаря вмешательству уважаемого профессора Курта Брикмана, Алексея и Катрину не забрали и разрешили остаться на территории лагеря, не покидая его.

К вечеру все утихло, местные репортеры, весь день дежурившие за территорией лагеря, уехали. Правда обещали, что назавтра прибудет новая партия журналистов из России и других стран. Брикман смеялся, предполагая, что друзья сделают его имени хорошую рекламу.

Ближе к ночи Катрина отправилась спать в одну из палаток, а Алексей и Курт присели у костра. Профессор угостил Пешехонова дорогой сигарой, которую, по его словам, держал для подобных случаев и начал разговор:

– Друг мой, а теперь поведаете мне, что вам довелось пережить? Я вижу, испытания были нелегкими, но постараюсь помочь, не делом, так словом.

Алексей, закутавшись в одеяло и одной рукой держа сигару, глядел на огонь. Он не знал, с чего начать. Со всеми этими событиями боль от внезапного расставания с Эмилией слегка затихла, а теперь, в тишине предгрозовой саванны, возникла вновь.

– Вы можете верить мне, – заверил Брикман, видя, что Пешехонов не торопится рассказывать. – Я никогда не предам вас. Конечно, каждому ученому хочется сенсации, но есть вещи, которые нельзя открывать никому, кроме посвященных. Хочу быть одним из них.

И Пешехонов поверил ему. Он открыл всю правду о перемещении в Долину, о том, как нашли старую Видящую и как потом их захватили люди Верманда. Он вспомнил о восстании, которое они готовили вместе с «народным вождем» и о том, что Эмилия видела в нем, в Алексее, следующего правителя Долины Инферин. Однако Золотой Обелиск, вопреки ее пророчествам, выбрал принцем их гида Томаса. Алексей поведал о той страшной битве за власть, в которой погибло столько невинных людей, и о том, как они потеряли Такавири, Романа и Вадима. Закончил он повествование великим празднеством в честь возвращения короля, и вдруг запнулся, вспомнив последнюю ночь с Эмилией.

– В чем дело, Алексей? – спросил Брикман, чутко улавливающий каждое его слово.

Их разговор длился уже больше часа, но тот ни разу не показал, что устал или ему стало скучно. Этой жаждой до новых историй он напомнил Алексею чету Кулагиных. Но Пешехонов почему-то доверял этому пожилому профессору. Он чувствовал, что Курт хороший человек и не обманывает их.

– Правильно ли я понял, что Томас Вест, ваш гид, остался королем в Долине? Но где же тогда Эмилия? Она тоже решила с ним остаться? Почему?

– Хотел бы и я знать, – горько сказал Пешехонов. – Ответ есть только у Катрины, но за весь день я так и не удосужился спросить у нее.

– Так в чем же дело? – улыбнулся Брикман. – Спросите у нее завтра.

Наутро разразилась гроза. Ливень лил сплошной стеной, завывал ветер, и порой казалось, что палатки подхватит одним из свирепых порывов и унесет далеко за пределы лагеря. Поговорить с Катриной об Эмилии Алексею не удалось и теперь. Около шести утра, сквозь завывание ветра и гремящие потоки воды, льющиеся с небес, послышался стрекот лопастей вертолета. На широкую равнину чуть поодаль от лагеря Брикмана опустилась большая военная машина. Оттуда выскочило несколько бойцов.

Они разбудили весь лагерь. Археологи, которые остались здесь до окончания сезона раскопок, выскакивали из палаток и испуганно оглядывались по сторонам. Алексей мгновенно все понял и ринулся в палатку Катрины.

– Пешехонов, ничто так не бодрит с утра, как твой вид в очаровательных инферинских трусах, – съязвила давно проснувшаяся и одетая Катя.

– Еще больше тебя взбодрит вид военного вертолета, на котором нас с тобой сейчас покатают, – ответил он ей, и они, прикрываясь зонтиками, вышли из палатки.

Военные позволили попрощаться с Брикманом. Тот клятвенно заверил Алексея, что будет поддерживать с ним связь и поможет уладить небольшую проблему десяти экспонатов. При этом он многозначительно посмотрел на молодого человека, а тот с благодарностью пожал ему руку.

Пешехонова и Поливаеву доставили в Найроби. Лететь в сезон дождей было опасно, машину постоянно мотало из стороны в сторону. Когда вертолет приземлился, друзья дружно решили, что им крупно повезло выжить в такой болтанке. Но на этом сюрпризы не закончились, впереди их ожидал еще один перелет – на родину. Российское правительство спонсировало переправку своих граждан домой.

В самолете их рассадили на разные места, и к каждому приставили по человеку в форме. Алексей и Катрина чувствовали себя преступниками, хотя ничего противозаконного не совершали.

В Москву, с учетом транзита в Дубае, прибыли только через семнадцать часов. В аэропорту друзей встретили машины с мигалками и отвезли на допрос. Пешехонов возмущался подобному издевательству. Он то и дело пытался спорить с сотрудниками полиции и умолял оставить их в покое хотя бы на пару дней. Алексей объяснял свою просьбу тем, что им итак многое пришлось перенести, включая длительный перелет, и все спрашивал, не подозревают ли их в чем-то. На это представители закона отвечали четко и однозначно – пока нет.

Пешехонов и Поливаева радовались, что успели заучить легенду, которую придумали, когда ехали с Брикманом. Именно ее они и придерживались на допросе. Во время сафари напали бандиты Быка. Посадили всех в сарай в своем лагере. Потом, угрожая ружьями, вывели Эмилию, Вадима, Томаса, Кулагиных и Романа. Дальнейшую судьбу друзей не ведали до тех пор, пока благословенный профессор Брикман со своими людьми не спас их из плена. Нет, они не знают, почему их оставили сидеть в амбаре. Нет, больше они ничего не слышали о замыслах браконьеров.

Прочего полиции добиться не удалось, и их отпустили. По домам развезли в разных машинах. Катрина, хоть и невероятно вымоталась, за ночь так и не смогла заснуть. Слишком много в ее голове теснилось мыслей и страхов. Утром, едва только начало светать, она не выдержала и поехала на такси к Пешехонову.

Алексей открыл дверь взъерошенный, с красными глазами, в мятой футболке, словно, как и Катрина, не спал всю ночь и только ворочался с боку на бок. Он увидел подругу и обнял, крепко прижав к себе.

– Хорошо, что ты приехала. Я и сам собирался тебе позвонить. Заходи.

Она вошла в дом и огляделась. Здесь ничего особо не изменилось с тех пор, как она когда-то провела у него ночь. Алексей сделал ей кофе и усадил на диван.

– Думаешь, они поверили? – спросила Катя, мелкими глотками попивая горячий напиток из кружки.

– Думаю, нет, – ответил он. – Но доказать они ничего не смогут. Нам нужно придерживаться своей версии, и тогда все будет в порядке.

– Лёш, – сказала она, пристально глядя на него. – Ты, наверное, хочешь поговорить об Эмилии? Она, правда, не могла поступить иначе, но, несмотря на это, любит тебя.